Собственность дьявола

Их первую встречу можно было бы назвать случайностью. Но Жан достаточно долго жил на этом свете, чтобы понимать, какой объем работы нужно проделать, чтобы создать эту самую «случайность». Он жил в Вороньем гнезде с десяти лет и за эти годы научился изворачиваться так, что сторонний наблюдатель мог бы назвать случайностью сам факт существования Жана Моро на этой планете. Однако на самом деле Жан старался. Вставал по утрам, тренировался, ходил на пары и отходил ко сну, крепко стиснув зубы и вцепившись изувеченными пальцами за жизнь. В Гнезде жилось несладко. Общение с Рико редко когда заканчивалось без ссадины или пореза, а после встреч с его шестерками Жану приходилось подолгу отмываться в душе, глуша всхлипы боли и слезы унижения. Тренер — «Хозяин» — Морияма сам был не против применения грубой силы в попытках вложить в умы своих подопечных немного разума. На многочисленные оскорбления и унижения в свой адрес Жан уже давно не обращал внимания, покорно принимая их, но отгородив свое сознание. Осознание возможной встречи с Ичиро Морияма ускользнуло от Моро так же, как чья-либо возможность выбраться из Гнезда, оставив свое тело и разум нетронутыми. Жан примерно представлял себе иерархию семьи и понимал, что старшей ветви до него, других игроков и даже до самого Рико дела нет никакого. Разумеется, представители старшей ветви регулярно посещали игры Воронов, ведь в них было вложено столько денег, а прикрывать за посещением матчей незаконные встречи, сделки и даже избавление от неугодных было более чем удобно. Но Жану, который по официальной версии только первый год играет в команде, а на самом деле по уши в экси уже восемь лет, никогда прежде не доводилось пересечься лично с кем-либо из старших Морияма. Тем более неожиданной для него была встреча с Ичиро. Человек, навестивший их сегодня, решил подарить команде праздничный вечер в честь окончания сезона и очередной победы. В одной из башен стадиона быстро накрыли стол, громкая музыка располагала к танцам, но никто даже не думал двигаться в такт. Игроки тихо переговаривались, косясь на стоящего у стены Хозяина. Тетсуджи смотрел прямо перед собой, будто не видя ничего вокруг, но каждый знал, что при этом он заметит любое твоё неосторожное движение. Жан стоял рядом с Кевином. Оба они держали бумажные стаканчики с водой, чтобы просто занять руки и сделать вид, что им комфортно на этом вечере встреч. Рико ошивался где-то неподалеку, периодически поглядывая на них, проверяя, хорошо ли они себя ведут. — Как думаешь, это затянется надолго? — тихо спросил Кевин на французском. Жан покосился на него и постарался как можно незаметнее осмотреться вокруг. Рико не любил, когда они используют язык, которого он сам не понимает и всё выучить не может. — Не знаю, — ответил Моро. Дверь позади них скрипнула, но, оглянувшись, парни никого не заметили. — В любом случае мы будем здесь столько, сколько нам скажут. Кевин согласно кивнул и открыл рот, чтобы снова что-то спросить, когда за его правым плечом мелькнула тень, а перед ними вырос человек. Мужчина был высоким и стройным. На лицо немногим старше них, но его одежда добавляла ему возраста. Под тканью дорогой рубашки угадывались крепкие мышцы, а идеально сидящие брюки со стрелками подчеркивали накаченные ноги. Часы на запястье, галстук, аккуратно заколотый дорогим зажимом и такие же дорогие запонки на рукавах демонстрировали неплохое финансовое положение. Миндалевидные, чуть сощуренные глаза, черные волосы и бледная кожа — мужчина явно приходился родственником Рико и Тетсуджи, но в тоже время совершенно на них не был похож. Те всегда смотрели так, словно будут невероятно рады живьем содрать с тебя кожу. С этим мужчиной Жану было достаточно едва пересечься взглядом, чтобы понять, что именно такие люди собирают армии и завоёвывают миры. — Вы умеете говорить на французском? — спросил их мужчина. Жан завис, глядя на него. Кевин сглотнул, чтобы не показать, что от страха едва не подавился. Им было запрещено говорить с кем-либо, кто был не из Гнезда или числа преподавателей. С прессой — только в специально отведенное для этого время и по строгому сценарию. Мужчина, стоящий перед ними, явно был кем-то из старшей ветви. Он имел возможность возвысить их или уничтожить щелчком пальцев, но Моро и Дэй всё равно не представляли, имеют ли право ответить ему. — Ты ведь Жан Моро, верно? — мужчина не дождался ответа и продолжил говорить сам на том же немного ломанном, будто неуверенном французском. — Ты из Франции и точно знаешь язык. А ещё ты точно умеешь разговаривать. Жан, втянув голову в плечи, кивнул. Стаканчик затрясся, но парень быстро взял себя в руки. Прошедший за спиной незнакомца Хозяин покровительственно кивнул, поманив Кевина к себе. — Умею, — ответил Жан, ловя взгляд Рико. Тот смотрел не зло, но почему-то взволнованно и будто с ревностью. — Умею, сэр. — Тогда давай выйдем на балкон и поговорим. Моро кивнул, остолбенев от ужаса. Однако когда мужчина двинулся к двери на так называемый балкон — на самом деле это была вип-ложа с панорамными окнами — Жан покорно пошел за ним. — Ты знаешь, кто я? — спросил мужчина, садясь в одно из кресел лицом к окну. От янтарной жидкости в стеклянном бокале пахло алкоголем. Свой бумажный стаканчик Жан продолжал сжимать в руке. — Догадываюсь, сэр. Он предполагал, что мужчина напротив него приходится родственником Рико и Тетсуджи, но решил промолчать. Моро давно научился оставлять свои догадки при себе. Мужчина с намеком указал ему на соседнее кресло, и парень буквально свалился в него, хотя ещё секунду назад сомневался, можно ли ему вообще присесть. — Я — Ичиро Морияма. Будущий владелец Воронов. Жан кивнул, не зная, чего ещё от него ожидают. Ичиро молчал, делая редкие глотки из своего бокала. Он медленно, ничуть не скрываясь, осматривал Жана с головы до ног. Тот понимал, что сидит сейчас напротив своего будущего хозяина, который оценивает, стоит ли Жан и его жизнь тех денег, что уже были и ещё будут в него вложены. — Ты хорошо играешь. Тебе нравится экси? — внезапно спросил Ичиро. Взгляд его при этом неотрывно следил за бешеным биением пульса на шее парня. — Да. Очень, — быстро ответил он, нечётко пролепетав. — Вороны отличная команда. Морияма рассмеялся и посмотрел Жану прямо в глаза. В принципе парень был готов к тому, что его сейчас попросят — прикажут — встать, раздеться и раздвинуть ноги. Или, может быть, сесть на колени и открыть рот. Рико именно так предпочитал доказывать свое право распоряжаться живой собственностью. Сам младший из братьев Морияма его никогда не трогал, но позволял другим своим приближенным делать это. Но никогда Кевину. Дэй не ровня Рико, но и не собственность, как Жан. Он птица другого полета, и его никогда не опустят так низко, как уже пал Моро. И марать о него руки тоже не позволят. Неизвестно, в курсе ли Кевин, что его капитан творит с их сокомандником. Но Жан в принципе мысленно смирился с тем, что Дэй просто закрывает на это глаза, чтобы самому избежать подобного унижения. — Не нужно меня бояться, — отвлёк Жана от мыслей голос Ичиро, ставший неожиданно мягким, будто обволакивающим. Сам Морияма наклонился к парню чуть ближе, опираясь локтем о стол между ними. — Я недавно вернулся со стажировки, которую провел во Франции. Единственное, что я хочу от тебя сейчас, это немного побеседовать, чтобы улучшить произношение. Французский язык так прекрасен, что мне кажется кощунством коверкать эти звуки любви. — Вам понравилось во Франции? — скорее для приличия, чем от искренней заинтересованности спросил Жан. Лицо Ичиро оставалось таким же прекрасно беспристрастным, но его голос, его речь… Моро сказал бы, что с ним заигрывают, если бы знал, как это происходит у нормальных людей. Да и зачем хозяину заигрывать с собственностью, когда он может просто приказать? — Да, — ответил ему Ичиро, очередным глотком смакуя алкоголь. Взгляда от Жана всё также не отрывал. — Мне понравилось всё французское.

***

Они проговорили не меньше часа, и, когда Жан вышел из ложи, его рука уже почти не тряслась. Стакан он поставил на стол, с которого почти всё уже успели убрать. Зал был пуст, всюду стояла тишина, поэтому Жан спустился вниз и направился к лестнице, ведущей в подземное общежитие. В его комнате было пусто. Парень вздохнул, прижавшись спиной к двери. Ичиро был самым необыкновенным его знакомым за эти годы. Он был из семьи Морияма и братом Рико, но без намека на неуёмную жестокость, какой обладали капитан и Хозяин. И, кажется, Ичиро даже позволил себе немного флирта. Или это была простая вежливость, которую Жан принял на свой счёт из-за недостатка нормального общения? В любом случае старший из братьев Морияма был достаточно вежлив, чтобы улыбнуться, когда в его присутствии Жан неловко пошутил пару раз. Рико в подобной ситуации наградил бы его парой ласковых слов и несколькими увечьями. Рико. Жан помнил взгляд, каким младший Морияма одарил его, увидев, что он отправляется вслед за Ичиро. Этой ночью Моро точно спать не будет, а следующей... Впрочем, зачем ждать так долго? Жан услышал тяжёлую, но тихую поступь. Одни шаги задавали ритм, другие с усилием подражали. Моро, зная, что это означает, отошёл от двери к кровати и сел на неё, покорно опустив руки на колени. Это происходило уже не в первый раз и точно не в последний, но к такому невозможно подготовиться. — Тебе так понравился мой братец, Жан? — с издёвкой проговорил Рико, едва открыв дверь. Следом за ним потянулись его шестерки. Последний вошедший плотно затворил дверь и прижался к ней спиной, будто бы пытаясь стать как можно более незаметным. Жан не тешил себя тем, что он единственная жертва Рико Морияма. Его насильники тоже не рады участвовать в этом, но никто не посмеет сказать Рико «нет». — Чего ты молчишь? — капитан подошёл вплотную к Жану, схватил его за подбородок, а другой рукой наотмашь ударил по щеке. — Может, он тебе и понравился, но ему точно не понравишься ты после того, что сейчас с тобой сделают. Жан знал, что подготовиться к такому «сексу» невозможно. Но если вести себя спокойно, не дёргаться и не мешать другим парням, то всё закончится быстро, боли будет меньше, а от его гордости и так уже ничего не осталось. В этот раз — пятый, Жан считал и никогда это число не забудет — Моро вел себя тихо. Он понял, что Рико нравятся его слезы, просьбы прекратить и не делать больно. Тем парням, которые сейчас выстроились за его спиной, происходящее тоже не приносило никакого морального удовольствия. Поэтому Жан старался лежать спокойно, стискивая одной рукой подушку, а другой перекладину на спинке кровати, и позволял парням делать с ним то, что Рико хотел, чтобы они сделали. Только вот Морияма это, видимо, не понравилось. Рико любил устроить спектакль из всего: спорт, учеба, доказательство твоей ему принадлежности. Сегодняшняя тишина и покорность Жана ему не нравились, поэтому он попытался себя развлечь, полоснув Моро лезвием по ребрам. Боль обожгла кожу, заставив парня зашипеть сквозь зубы, но он не дернулся, чтобы не стало больнее в другом месте. Тогда лезвие вонзилось в костяшку большого пальца, сжимающего перекладину. Жан вцепился зубами в подушку, глуша крик. Рико приступил к указательному пальцу, затем к среднему, а потом, психанув, вонзил лезвие в бедро тому парню, который только что залез на Жана. Чужая горячая кровь брызнула на ногу и потекла вниз, смешиваясь с его собственной. — Съебали отсюда все! Вон! — заорал Рико. Парни похватали свою одежду, один из них придавил бедро футболкой — Жан в скудном свете плохо видел лица, но завтра точно узнает по походке — и выскочили за дверь. Морияма ножом полоснул Жана поперек спины и, вновь не получив никакого ответа, вцепился ему в правую ягодицу, вдавливая ладонью лезвие в плоть. — Ты очень глуп, если думаешь, что нужен ему, — прошипел Рико. Что за черт? Он думает, что Жан пытается охмурить его брата? Или что это брат теперь будет иметь Жана, а для Рико концерты по заявкам отныне окончены? Парень даже думать об этом не хотел, не то что уточнять и спрашивать. Он стискивал зубы, стараясь не издавать ни звука, и сейчас капитана Воронов это почему-то устроило. — Ты не нужен никому. Морияма убрал руку, всматриваясь в капли крови, стекающие по его пальцам. Его собственная смешалась с кровью Жана. Рико с удивлением на лице лизнул кончик пальца и замер. Моро всё молчал и старался дышать, не двигаясь, чтобы не провоцировать. — Ты не нужен никому, кроме своего хозяина, — мертвым голосом прохрипел Рико, обтер ладонь о спину и бедра Жана и вышел из комнаты, оставляя дверь нараспашку.

***

После такого всегда лучше мыться в душевых при раздевалке. Там больше места, всегда есть горячая вода, и туда точно никто не зайдет, разбуженный среди ночи шумом воды. Жан аккуратно обтирал намыленными руками порезы и морщился, стараясь не шипеть. Между ног саднило, но не слишком — уж точно лучше, чем после первого раза — поэтому там можно будет промыть чуть позже. Вновь намылив ладони, Моро коснулся ими спины и ягодиц. Вода под ним окрасилась в алый, а по ногам потекли ржаво-коричневые мыльные ручьи. Жан повернулся к закрепленной на стене лейке душа спиной, и его взгляд нашел стоящего в дверях Ичиро. — Кто это сделал? — без лишних предисловий на твердом английском спросил Морияма. Жан молчал. Если он скажет, что это был Рико, ему несдобровать. Во-первых, никто и никогда не поверит ему больше, чем собственному брату. Во-вторых, собственности вообще доверять не стоит. У неё такая богатая фантазия и слишком длинный язык, который не мешало бы укоротить. Этот урок Жан усвоил от Тетсуджи. — Кто это сделал, Жан? — уже мягче, на родном парню французском, повторил Ичиро. — Это был Рико? Моро помотал головой. Нельзя сдавать капитана. — Он такого никогда не делал и не сделает. Для этого есть другие парни, которые всегда рады помочь. Ичиро кивнул. Жан тяжело сглотнул. Горячая вода била его по спине, раны щипало от мыла, а из порезанных пальцев продолжала течь кровь. Мужчина осмотрел его с ног до головы и внезапно сделал шаг вперёд, жестом веля развернуться. Вот теперь парень уверен, что сейчас произойдет то, чего он ожидал в вип-ложе. — Но это, — Ичиро коснулся его ребер и провел пальцами вниз к длинному порезу над ягодицами. — Это сделал мой брат. Жан ничего не сделал, чтобы ответить, но его молчание говорило само за себя. Парень смотрел прямо перед собой и пытался сосчитать капли на стене, чтобы угомонить сердцебиение. Пальцы Ичиро двинулись ниже и коснулись раны на ягодице. Обвели её по кругу и остановились, чуть прижав. Жан уже был готов наклониться вперед и упереться ладонями в стену, расставляя ноги. — Здесь тебе придется зашить, чтобы хорошо зажило, — мужчина убрал руку и чуть наклонился, едва ощутимо касаясь губами мокрого затылка. — Я со всем разберусь. Больше тебя никто не тронет. Звук его шагов пропал в шуме воды. Моро стоял перед зеркалом и сжимал кожу на ягодице, стараясь изогнуться так, чтобы продеть иголку в нужном месте. Похоже, у него начались галлюцинации от недостатка света и воздуха.