Жизнь

      17.10.2016       Что ж, день спустя мне уже есть чем дополнить мои вчерашние записи. Конечно, на прогулке с подругами я пыталась сохранять хладнокровие и не раскрывать ту боль, что я испытала, услышав поистине ужасающие слова. Меня будто зимой из Сочи переместили в Мурманск, ведь мой старый знакомый говорил, что мы всё равно с Алексом будем вместе. Видимо, это и были те самые сомнения.       После прогулки я пришла домой и обдумывала план действий. Меня на время отвлекла соседка, по своему обыкновению сидевшая у нас в гостях на выходных. Мама, разумеется, уже давно рассказала ей, что благодаря мне будет проведён благотворительный спектакль, который поможет в том числе и её дочери. С того времени Мария стала проявлять ко мне повышенное внимание и нахваливать без устали. Меня это напрягало, хотелось сразу сбежать, чтобы не было этой неловкости. Но зато радовало то, что Мария заметно повеселела. Когда маленькая Соня вышла из туалета, выяснилось, что она тоже у нас в гостях. Я посмотрела в её глаза и увидела там обычного ребёнка, который не хочет быть кем-то особенным и терпеть к себе такое же отношение, а просто желает веселиться. Болезнь не убила это в Соне. Если бы это был любой другой день, то я бы попыталась поиграть с ней, но сегодня я, вежливо сославшись на то, что неважно себя чувствую, ушла в свою комнату. Да, я неприятно удивила этим наших гостей, но ничего не могла с собой поделать. Они не могли получить от меня желанное внимание.       Мама заходила ко мне в комнату, когда Соня и Мария ушли. Она спросила, что со мной, на что я ответила, что у меня просто плохое настроение. Мама пыталась выяснить причину этого, но я всё равно не стала с ней ничем делиться. Она обиделась на меня, и от этого мне стало неприятно, но не слишком. Я всё равно не была к ней так сильно привязана. Хотя, должна признать, что из всех моих последних мам она была самой приятной и доброй. Вчера я так и не придумала, что буду делать сегодня.       А сегодня события развернулись куда интереснее. В школу я шла с болью в сердце, представляя, что увижу Алекса и Лилю вместе. Маша и Ангелина смотрели на меня с небольшим напряжением, но говорить о больной теме не решались. Наконец, я встретила Лилю, которая была в гордом одиночестве. Я сразу же спросила у неё, где Алекс, и добавила, что нам надо репетировать сегодня. Тогда выяснилось, что он заболел и никуда в ближайшее время не пойдёт. Расспрашивать об их отношениях Лилю я не решилась.       Оставшись одна после уроков, я решила позвонить Алексу. У меня уже был его номер. Мне хотелось прийти к нему в гости, я чувствовала, что мне необходимо было это сделать. А я привыкла прислушиваться к интуиции, потому что в моей ситуации подсказками не разбрасываются. Когда мы разговаривали по телефону, Алекс говорил, что мне не нужно к нему заходить и что у него уже есть все лекарства. Но я всё-таки убедила его, что моё домашнее средство поможет и что Офелии стоит позаботиться о своём Гамлете. Его чуть-чуть насмешили эти слова, а меня, в свою очередь, обрадовало то, что мои как бы шуточные заигрывания не были ему неприятны.       Я пришла домой и пыталась собираться к Алексу быстро, но мысли в моей голове этому не способствовали. Мой мозг пытался обработать всю сегодняшнюю информацию и передать её эмоциям грамотно. Получилось у него или нет, трудно сказать. Я немного успокоилась, узнав, что Алекс заболел. Мы с ним не общались на выходных, а вот Лиля была обо всём в курсе уже утром. Но вряд ли он бы стал предлагать ей встречаться, пока болел. Надеюсь, я ничего не упустила до этого. Возможно, до девочек дошли какие-то слухи, и они приняли их за правду? Мне хотелось в это верить. В любом случае, мне предоставлялась уникальная возможность поговорить с Алексом наедине и всё выяснить.       Я решила, что мне нужно переодеться. Я была сегодня в своём повседневном платье, но моё подсознание захотело что-то более дерзкое и стильное, как у Лили. Она любила носить вещи, которые в прошлом я бы никогда не представила на женщине: платья детского размера, шорты с пиджаками, узкие брюки. У меня таких вещей в гардеробе не было, да и я поймала себя на мысли, что ни в коем случае не должна никого копировать, тем более Лилю. Я посмотрела на одно платье, надела его, потом проделала то же самое с другим. Поняла, что ни одно из них не смотрится на мне так эффектно, как я бы хотела. На время забыла об этом и пошла за проверенным средством для Алекса, сделанном по моему рецепту. Затем немного потопталась на месте и решила, что надо надеть то платье, в котором я и была изначально. После этого я посмотрела на свои волосы и лицо и решила, что, хотя и хотелось бы навести большую красоту, всё же лучше уже забить на причёску и макияж и, наконец, выйти.       Я пришла к Алексу домой. Дверь мне открыла его мама. Видимо, она была домохозяйкой, раз никуда не ушла. Мне было немного неловко с ней встретиться, но она произвела на меня приятное впечатление. Она выглядела красиво, несмотря на то, что была в домашней одежде, да и смотрела на меня добрым взглядом и улыбалась.       — Здравствуйте! Я одноклассница Алекса. Мы вместе в спектакле играем, и я пришла его поддержать, — решила я заговорить первой.       — Хорошо, я рада, что у Саши такие замечательные одноклассники. Он у себя, вон в той комнате, — сказала мама Алекса, указав нужное место.       Перед тем, как зайти к Алексу, я сняла верхнюю одежду, которую его мама повесила на вешалку. Она также выдала мне тапочки для удобства, когда я сняла обувь. Своим радушием и заботой она напоминала мне женщину старого мира, которая повелевает своим домашним царством и согревает очаг теплом своего сердца, как бы трудно это ни было. Лекарство для Алекса я отдала ей и вдобавок рассказала о его свойствах. Мама Алекса поблагодарила меня. Было видно, что её порадовал мой гостинец.       Алекс встретил меня лежащим в кровати и слушающим музыку. Он выглядел усталым, но немного обрадовался, когда я пришла.       — Привет! — поздоровалась я с Алексом, после чего сразу решила сказать ему что-то приятное. — Я отдала лекарство твоей маме, она у тебя милая. Как ты себя чувствуешь?       — Ну, сейчас так себе. Но ничего, я обычно долго не болею, так что всё нормально, — отвечал мне всё тем же усталым голосом Алекс.       — Ясно. А я тут решила тебя навестить, — решила я поиграть в Капитана Очевидность, присаживаясь на край кровати.       — Ты лучше так близко не присаживайся, я всё-таки болею, — сказал мне Алекс, после чего я пересела в кресло, которое развернула к любимому.       — Как у тебя прошли выходные? Ты уже заболел тогда или ещё нет?       — Мне в субботу уже стало плохо.       — Ясно. А что-нибудь интересное было до этого? — плавно подбиралась я к главной теме разговора.       — Да что тут может быть интересного? Лучше расскажи, как ты выходные провела?       — Да как обычно. В субботу училась, повторяла текст, помогала маме по дому. В воскресенье мы с девочками гуляли. Они мне рассказали кое-что, что меня сильно удивило.       — Что?       — Что вы с Лилей теперь встречаетесь, — я сказала это, и у меня по спине тут же пробежали муражки. Сейчас мне предстоял самый страшный момент нашего разговора. Да и Алекс, как я поняла, немного напрягся.       — Послушай, я не хочу говорить об этом, да и не думаю, что тебе есть до этого дело, — в интонации Алекса чувствовалось нарастающее раздражение.       — Не то чтобы мне до этого сильное дело, — соврала я, — просто по идее тебя это должно было радовать, заставлять бороться с болезнью.       Я смотрела на Алекса и понимала, что внутри у него было какое-то негодование, которым он не хотел делиться. Мои слова сделали так, что Алексу стало трудно сдерживаться. Недовольство и терпение боролись, и в итоге с небольшим отрывом победило первое.       — Ай, — это короткое междометие показало, что завеса тайны чувств Алекса приоткрыта. Я этим воспользовалась и продолжила процесс:       — Ты чем-то всё-таки рассстроен?       — Да ничем я особо не расстроен. Так, не могу в себе разобраться, — после этого Алекс немного помолчал, но, решившись, продолжил. — Ладно, я не хотел тебе об этом говорить, но, может, ты дашь дельный совет. В общем, насчёт Лили. Мы давно общаемся, и я знаю, что на самом деле в нас видят пару. Короче, недавно она расстроилась из-за проваленной контрольной. Мне так хотелось её поддержать, и я с дуру предложил ей встречаться, и она согласилась. Хорошо, честно говоря, что я это по телефону сделал. На следующий день я заболел, это меня спасло. Но я не знаю, что делать дальше. Я не хочу с ней встречаться, просто боюсь её обидеть. Она ведь хотела бы этого. Лиля собиралась ко мне прийти, а я ей отказал. Как думаешь, мне всё-таки, ни о чём не думая, встречаться с ней или нет?       «Зато я всё-таки пришла, несмотря ни на что», — пронеслось у меня в голове. Я совершенно точно была уверена, что Алекс не хочет быть с Лилей, и заодно мне стало казаться, что я немного нравлюсь ему. Думаю, я не выдаю желаемое за действительное.       — Ты это сейчас серьёзно? — спросила я с напором. — Лучше, когда выздоровеешь, поговори с ней и скажи, что просто хотел её порадовать, и поэтому предложил встречаться. Скажи, что понимаешь её чувства, но всё-таки не можешь врать ей.       — Да, понимаю, что надо, но боюсь, что она на меня сильно обидится.       — Но ведь если ты не сделаешь это сейчас, то потом всё равно наступит момент, когда тебе надоест притворяться. И, поверь, тогда она обидится на тебя ещё больше.       — Да, надо только набраться смелости.       — Ну уж постарайся.       — Слушай, — сказав это, Алекс на секунду посмотрел на меня как-то по-особому, — может, что-то порепетируем?       — Я бы с радостью, но у меня всё-таки ещё домашка, да и маме надо помочь с ужином. К тому же, я и так слишком долго у тебя сижу. Не хочу тоже заболеть.       — Ладно, тогда до встречи! — немного грустно сказал Алекс на прощание.       — До встречи! — приветливо вторила ему я.       Из дома Алекса я выходила в приподнятом настроении. Всё потихоньку возвращалось на круги своя и можно было спокойно жить дальше. И сейчас, когда я всё это пишу, я чувствую какой-то внутренний подъём.

***

      11.11.2016       Да, пожалуй, давненько я ничего не писала в моём дневнике. Жизнь у меня идёт своим чередом, и делать записи часто я не успеваю. Текст уже худо-бедно все выучили на радость нашему руководителю. Пока что наша актёрская игра его устраивает, ну или же он проявляет свою актёрскую игру по отношению к нам. Плюс ко всему у Маши обнаружилась знакомая из одного театра и мне пообещали достать самое шикарное платье, какое только может быть у Офелии. Что ж, учитывая, какая я привереда… Чувствую, что благотворительный спектакль сплотил весь наш коллектив, правда, до сих пор не по себе от внимания, которое ко мне проявляют, когда узнают, что благотворительным он стал благодаря мне. Я, конечно, знаю, что я особенная, но когда другие намекают на это, то становится не по себе.       Что касается Алекса, то в последнее время мы достаточно сблизились, то есть проводим много времени вместе. Учитывая, что Алекс всё же проявил стойкость и сказал Лиле, что не хочет с ней встречаться, её отношение ко мне сменилось на неприязнь. Теперь Лиля здоровалась со мной неохотно и глядела на меня всегда немного по-злобному. Вдобавок стали ползти слухи про меня и Алекса. Маша и Ангелина как-то признались, что нечаянно подслушали девочек, шушукающихся на тему того, что я отбила у Лили парня. Девочки воспринимали это всерьёз, но я с высоты опыта смотрела на это почти как на суровые разборки детей в песочнице из-за, барабанная дробь, Её Величества Лопатки.       Напишу и про сегодня тоже. К нам в гости, как обычно, пришла Мария с Соней. Так как была пятница, то я смогла уделить внимание ребёнку. Я достала из старых запасов цветные карандаши и бумагу, и мы начали рисовать. Я долго думала, о чём заговорить с Соней. Про здоровье спрашивать не хотелось, но других тем я не нашла.       — Как ты? У тебя ничего не болит? — участливо спросила я.       — Не-а, — как ни в чём не бывало ответила Соня. — Спать только хотю.       — А что ты рисуешь? Солнышко?       — Мой животик. Мама говолит, что мне надо видеть мой животик как солныско, и тогда уйдёт злая тутя.       — Скажи, Сонюш, а ты часто думаешь про свой животик?       — Да. Я бы думала о длугом, я бы отень хотела думать о длугом, но тутя хотет, стобы я думала о ней.       — А зачем ты думаешь о туче, если надо думать о солнышке?       — Потому сто солныско просто светит, а тутя пликазывает.       После разговора с Соней в моей голове витали мысли о ней и о её горе. Хотя, честно говоря, непонятно, для кого это было большим горем — для неё самой или для её мамы. Тяжело это всё. За свою жизнь я видела много страдающих и умирающих в муках людей, но мне самой всегда везло на то, чтобы быть живой и здоровой, и я знала, что так будет продолжаться и дальше. Сначала всё делилось на чёрное и белое, а затем мы смешали цвета. И то же самое свершилось с даром и проклятием. Мне, кажется, уже давно всё надоело, но разве нельзя сказать то же самое про Соню и Марию? Что ж, как всегда, пора ложиться спать, пока не пришла мама.

***

      01.12.2016       Сегодня было уже первое декабря, но первый снег так и не выпал. Очевидно, бесснежная зима снова входит в норму. Дурной знак. Но, в целом, день прошёл так же, как и все последние. Недавно Мария расстроилась из-за того, что деньги стали собираться гораздо медленнее. Она уже стала надеяться, что удастся набрать нужную сумму до спектакля. Я же тем временем получала удовольствие от активной жизни в старшей школе. Раньше жизнь в плане общения у меня была беднее, и теперь я радовалась тому, что полностью влилась в коллектив. Хотя порой очередное сообщение в групповом чате утомляло.       Наша команда планировала провести очередную репетицию перед руководителем, хотя мы и знали текст уже «на отлично». С Алексом я по-прежнему проводила много времени вместе, и слухи продолжали своё шествие. Сегодня, после того, как закончились уроки, я решила немного поискать его, пока он не отвечал на моё сообщение. Я нашла его в коридоре вместе с Лилей, но не придала этому особого значения. Со стороны Алекса, да и с моей тоже, это была просто дружеская беседа, однако трудно было не заметить недовольство Лили, когда я к ним подошла. Через некоторое время, после того, как я подошла, физрук попросил Алекса что-то передвинуть. Тогда мой партнёр сказал, что скоро вернётся, и оставил нас с Лилей наедине.       — Думаешь, ты хорошая актриса? — сразу же с вызовом спросила у меня Лиля.       — Худрук не жалуется, — невозмутимо ответила я.       — Скажи, зачем ты это делаешь?       — О чём ты?       — Я не буду ходить вокруг да около, и не делай вид, что меня не понимаешь. Зачем ты лезешь к Алексу, просишь его так часто с тобой репетировать, настраиваешь его против меня? Послушай, я жалею, что не заметила этого сразу, но пойми, на нём мир клином не сошёлся, — Лиля говорила недовольно, но сдержанно.       — То же самое могу и я сказать тебе.       — Мы с ним давно общаемся, и я ему нравлюсь. Я не заметила, чтобы к тебе он проявлял больше внимания. Он продолжает с тобой репетировать только чтобы хорошо выступить.       — Говори что хочешь, мы всё равно будем вместе, — к своему стыду, я сказала явно не то, что нужно.       — Послушай, даже если он не будет со мной, это не значит, что он будет с тобой.       — Я уже всё сказала.       — Хорошо, а, допустим, он всё-таки поймёт, что любит именно меня. Что тогда? Конец света случится?       — Именно так, — мои слова были чистой правдой.       — Да ты просто помешана на нём!       — Да, и я этого не скрываю! Пожалуйста, заканчивай эти разборки в стиле мыльной оперы. Мне некогда играть в школьную любовную драму.       После нашего короткого, но яркого диалога я направилась в актовый зал, где меня ждала вся команда. Надо было собраться и отыграть весь спектакль, но диалог с Лилей меня сильно отвлёк. Пока репетировали начало без Офелии, я за кулисами собиралась с мыслями. Я анализировала все слова Лили и, к своей печали, понимала, что там есть не только слова обидевшейся девушки, но и правда. Ведь Алекс действительно общался со мной не теснее, чем раньше с Лилей, и вполне возможно, что его интерес ко мне я себе придумала сама. Но сейчас начинает казаться, что мне надоело его любить. Моя жизнь была такой длинной, но я так и не испробовала её на вкус, потому что всегда была помешана на любимом. Именно поэтому я никогда не читала любовные романы. Всего этого мне хватало и в жизни. В этот момент в моей голове промелькнула мысль, что, возможно, это даже было бы неплохо, если слова моего знакомого оказались бы, допустим, шуткой. Что если бы я, наконец, зажила своей жизнью?       Настал мой момент выходить, и я еле-еле сжала свои нервы усилиями несуществующего бицепса. Благо, не приходилось сильно стараться, потому что в самой судьбе Офелии достаточно драматизма и трагизма. Диалог с братом я отыграла, по моему мнению, хорошо, но сильнее всего раскрылась в диалогах с Гамлетом. Я чувствовала, что Алекс точно так же неосознанно выворачивает всю душу именно в работе со мной. Уже неоднократно я проводила параллели между нами самими и нашими образами на сцене. Трагедия Гамлета и Офелии в том, что им не дано быть вместе. Они могут бесконечно двигаться друг к другу, но какая-то невидимая стена всё равно будет отделять их друг от друга. И эта стена состоит из ненависти, мести и обиды. У нас с Алексом же всё иначе. Мы навсегда связаны, и мне всё время казалось, что ничто не способно разрушить наш союз. Но не зря мы ввязались во всю эту историю со спектаклем. Потихоньку, шаг за шагом между нами воздвигалась почти такая же стена, как и между Гамлетом и Офелией. Какие же у этого тогда причины?       Во время сцены про постановку, глядя на Алекса, я понимала, что всё равно не смогу от него отказаться и что мне даже преступно думать об этом. Он вёл себя со мной пренебрежительно, как нужно было по сценарию, но даже в этой колкости он продолжал мне нравиться. Его герой, несмотря на поведение, продолжал любить мою героиню. И я, независимо от своих мыслей, продолжала любить своего героя. Пожалуй, если уж мы по-настоящему вросли друг в друга, то нетрудно понять, что мысли о расставании — это не более чем глупости. Не удаляем же мы какую-то часть тела, потому что надоело с ней жить. И, к тому же, если говоришь любви «нет», то на что тогда соглашаешься?       Далее были последние совместные сцены с Алексом, и вскоре после этого я изображала безумие. Единственное, не побоюсь слова «чистое», безумие во всей пьесе было именно у Офелии. Здесь было тяжело не переигрывать, но если поверить героине, то получается сделать как надо. В конце спектакля я появилась уже в чём-то наподобие гроба для того, чтобы Гамлет сказал прощальное признание в любви моей уже мёртвой героине. Так сладко было это слышать!       Закончив репетицию, мы все подошли к руководителю, чтобы узнать, что он о нас думает. Он говорил нам примерно следующее:       — Ну что я могу сказать? В целом, конечно, хорошо, ребята. Денис и Наташа, ну вы и так поняли, ничего, ещё подучите текст. Отец Гамлета у нас, конечно, прекрасный! Когда Вася выйдет, все точно оцепенеют! Ну и Гамлет с Офелией мои, вы великолепны вместе! Химия получилась. Что ж, ребята, хорошо, не буду вас больше задерживать. Увидимся на следующей неделе.       После комментариев руководителя мы все потихоньку стали собирать вещи и выходить из актового зала. Напоследок руководитель улыбнулся нам с Алексом, и мы это заметили.       — Хорошо, что ему всё нравится, — сказал мне Алекс. — Значит, мы не зря сидели столько времени.       — Так точно, Гамлет! — решила я в шутку по-армейски ответить Алексу.       — Служу Отечеству, Офелия! — так же ответил мне Алекс. Он так уверенно это сказал, что всколыхнул мои жуткие воспоминания о прошлом веке.       Пожалуй, больше ничего интересного за день не произошло. Уже дома я погрузилась в домашку и хлопоты по дому. Просто чудом я выделила время на дневник. Надеюсь, что вскоре выделю ещё время на записи.

***

      12.12.2016.       Вчерашний день прошёл классно. Было воскресенье, и мы с Ангелиной и Машей решили передохнуть в перерыве между семестровыми контрольными и подготовкой к спектаклю. Маша предложила сначала погулять, а потом зайти к ней в гости. Это был идеальный вариант, потому что на улице можно было полюбоваться снежным пейзажем, а после, окончательно замёрзнув, уже отправиться в тепло. Тем более, зная Машу, она наверняка окружит нас заботой.       Мы просто гуляли по улице, но мне почему-то было так хорошо. В компании подруг можно было расслабиться и не думать о чьих-то проблемах. Да и погода тоже давала повод для улыбки, потому что, куда бы мы ни пошли, нас всюду встречал солнечный свет. Прямо как в стихотворении Александра Сергеевича Пушкина: «Мороз и солнце, день чудесный!». Мы начали обсуждать последние события и дела и поняли, что это только всё портит, поэтому перешли на темы, которые более способствовали расслаблению. Девочки говорили о грядущих киноновинках и сказали, что ждут не дождуться премьеру «Ла-Ла Ленда» в России, а также, что хотят скорее увидеть четвёртый сезон «Шерлока». Я бы, честно говоря, тоже бы посмотрела и то, и то. Трейлер «Ла-Ла Ленда» напоминал мне, как я следила и восхищалась расцветом Голливуда. Надеюсь, сейчас найдётся что-то, что вызовет те эмоции, которые смогут соперничать с тем, что я чувствовала, когда смотрела первые цветные фильмы. «Шерлок», в свою очередь, напоминал мне о детстве и юности на стыке прошлого и позапрошлого века. Помня, как чудил сэр Артур, надо сказать, что этот сериал бы ему точно понравился. Он бы точно оценил фантазию сценаристов, но был бы в шоке от того, что его развлечения в свободное от работы время до сих пор не дают покоя людям.       После фильмов мы снова перешли к теме спектакля, потому что до Нового года ничего интереснее нас точно не ждало. А от темы спектакля мы тут же перешли к обсуждению наших с Алексом отношений. Клянусь, это не я начала. Вот как это было:       — Да мы сами уже почти Голливуд, да, Офелия? — улыбнувшись, обратилась ко мне Ангелина.       — Да.       — А тебе нравится второе платье, которое я тебе достала? — как всегда заботливо спросила Маша. Мне стало неловко от того, что я забраковала первое платье. Но что поделать, оно напоминало не Англию 17 века, не конец Ренессанса, а какое-то рококо. Это уже было слишком вычурно.       — Да, вот это подходит.       — Ты, конечно, историк 80-го уровня, но я не думала, что ты настолько в курсе обо всём, — сказала Ангелина.       — Да, Алексу повезло с партнёршей, — довольно отметила Маша.       — Не то слово, — взгляд Ангелины будто выворачивал мои чувства насквозь. Они преглянулись с Машей так, будто мы с Алексом собираемся пожениться. Снова.       — Да хватит уже! — немного выразила своё недовольство я.       — Да, ладно, Евгеш, уже все девочки поделились на два лагеря. Одни за тебя, другие за Лилю. На твоей стороне, правда, меньшинство, но мы с Машей всегда будем твоей группой поддержки, правда? — смутила меня Ангелина.       — Да, мы за твоё счастье! — подтвердила Маша.       — Ой, девочки такие девочки, — больше мне нечего было на это ответить. Как бы ни выглядело по-дурацки это противостояние, поддержка от подруг всегда прекрасна.       Остаток воскресенья был уютным. У Маши мы смотрели сериал, ели сладости, смеялись и просто радовались жизни. Вчера я даже поймала себя на мысли, что мне нравится этот век. Столько удобства и свободы я не встречала ещё никогда.       Про сегодняшний день рассказывать, пожалуй, нечего. Всё дела-дела. Еле выкроила время на дневник. Но уже совсем скоро должен состояться наш спектакль, и тогда, я уверена, мне будет что рассказать. До скорых встреч!