Take two

— Абрам, пригнись. — прошептала Мэри своему шестилетнему сыну. Мальчик пригнулся и вопросительно посмотрел на женщину, чьи глаза бешено бегали по помещению, стараясь найти любой признак опасности. Её руки опирались на бетонную колонну, что немного скосилась на бок от времени, а может и из-за повреждений. — Мам? Что происходит? — обеспокоенно спросил Натаниэль, посматривая в испуганные глаза матери. Не найдя ничего, что можно было счесть за опасность, женщина сняла с себя спортивную сумку и накинула ее на плечи мальчику. — Все хорошо, малыш, все хорошо, Абрам, — успокаивающе нашептывала Мэри, поглаживая волосы мальчишки дрожащими руками. — Но нам пора уходить отсюда, хорошо? Натаниэль кивнул. Подхватив сына на руки, Мэри вышла из импровизированного укрытия. Мальчик обхватил руками шею матери, слегка прижавшись к ней. Почувствовав влагу, что за пару секунд успела пропитать его одежду, Натаниэль опустил свой взгляд немного ниже ключицы матери. С правой стороны рубашка Мэри была слегка порвана и окрашена в кроваво-красный цвет. — Все хорошо, малыш, — заметив, куда смотрит мальчик, повторила она. Женщина огляделась и, крепче сжав сына в объятиях, рванула. — Мам, у тебя кровь, остановись, — прошептал Натаниэль, пытаясь зажать рану своими маленькими ручонками. — Все в порядке, Абрам. Пытаясь найти новое укрытие, девушка по пути успокаивала мальчика, глазами в это время сканируя местность, надеясь наконец увидеть хоть какое-то безопасное место, моля всех Богов, чтобы это скорее произошло. Забежав в заброшенный торговый центр, что попался на пути, Мэри опустила сына на землю. Ноги подкосились, женщина рухнула на пол, тяжело дыша. — Мам, что случилось? — Натаниэль опустился на колени перед Мэри. — Ты как? — Я в порядке, — сказала она, а после зашлась в сильном приступе кашля, прикрывая рот рукой, чтобы мальчик не увидел кровь. Натаниэль не поверил матери. Он прекрасно понимал, что с Мэри не все в порядке. Со стороны входа раздался шорох. Натаниэль дернулся, резко обернувшись на звук. — Абрам, малыш, пожалуйста, посиди вон там, — прохрипела Мэри, указывая на стеллаж, за которым было некоторое пространство, куда с лёгкостью мог пролезть ребенок, но не взрослый человек. — За этим шкафчиком, хорошо? — А ты? — Абрам, живо, — прошипела она, посматривая в сторону, откуда вот-вот появятся те, кто представляли смертельную опасность. Мальчик, пристально сверля мать своими лазурными глазами, кивнул ей. Напоследок сжав Мэри в объятьях, он рванул к стеллажу. Благодаря мелкой щели между полками, Натаниэль мог разглядеть происходящее: к Мэри подошла Лола — одна из людей отца, что обучала его драться, и Ромеро — брат Лолы. Натаниэль зажал рот ладонями, сумка неудобно упиралась в бок. Ненароком задев стену правым плечом, где около четырех дней назад отец оставил отпечаток утюга, он недовольно поморщился от острой боли, что пронзила место ранения. Плечо заботливо обработала и перевязала Мэри. Без повязки ожог выглядел жутко: обугленная кожа, покрытая пузырями с геморрагическим содержимым по всей площади повреждения. Каждое прикосновение к ожогу все еще было довольно болезненно. Однако, боль отдавалась лишь вокруг самого повреждения, ведь все слои кожи и некоторое количество мышц попросту отмерло. — Хей, Мэри. Мэ-эри, Мэ-эри. Какая же ты идиотка, — пропела Лола, пиная мать Натаниэля. Подручная отца огляделась, выискивая что-то, жадно исследуя помещение горящими смертью глазами — А куда подевалось второе разочарование? Лола вновь пнула женщину, что неподвижно лежала на бетоне. — Я спрашиваю, где младший?! — прорычала она, вонзая нож в левое бедро Мэри. Малкольм ухмыльнулась и присела рядом с уже дрожащим телом матери Натаниэля. Лола взяла рукоятку ножа, резко дернув его в сторону колена, она распорола ей бедро. Из Мэри вырвался пронзительный крик, что эхом отдавался в сознании мальчика. Далее, через белый шум, он не мог услышать ничего, кроме «пожалуйста», что регулярно выкрикивала Мэри. Нат видел то, как ей постепенно вырезали сухожилия ног, прижигая каждую рану, что нанесли. Через некоторое время Мэри скончалась, и люди отца ушли, прихватив за собой труп женщины. Дрожащими руками Натаниэль запустил ладони в волосы. Он пропустил пальцы через локоны, слегка оттягивая, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце. Теперь он один. Что шестилетний мальчик сможет сделать один без матери под боком? Стараясь не издавать лишнего шума, Натаниэль с опаской выглянул из укрытия, разминая затекшие ноги. Он медленно зашагал в сторону того места, где только что скончалась Мэри. Натаниэль встал рядом, не решаясь наступить на кровь еще когда-то живой женщины. Одинокая слеза выступила из глаза мальчика, она капнула на холодный бетон. Вздохнув, он выбежал из здания, как можно скорее унося свои ноги из того ужасного места. Натаниэль бежал, не глядя. Ноги словно сами выбрали маршрут куда нестись. Через некоторое время он добрался до парка. Бегло оглядев местность, Натаниэль заметил детскую площадку. Около минуты он колебался. Однако, все же пошагал к ней. Точного времени Натаниэль не знал, но прекрасно понимал, что уже довольно поздно и вряд ли кто-либо решится прогуляться по парку и заглянуть на детскую площадку. Он подошел к горке и забрался под ее крышу. Натаниэль облокотился на перила, поджав ноги к себе. Мальчик был сильно измотан и, к тому же, голоден. Подтянув черную спортивную сумку к себе, Натаниэль раскрыл ее в поисках еды. Немного порыскав в ней, пищи он не нашел. Сумка была полностью заполнена одеждой, среди которой лежали две довольно объемные папки. Слегка нахмурившись, Натаниэль открыл одну из них, пытаясь разглядеть во тьме хоть слово. — Нил Джос-тен, — по слогам медленно прочитал он с явным британским акцентом. — Теперь я — Нил Джостен, — кивнул мальчик своим мыслям. Небрежно запихав все обратно, Нил застегнул свою сумку. Он лег, аккуратно устроив сумку под головой.

***

Нил проснулся под щебетание птиц. Мальчик невольно поморщился из-за слишком яркого света, что падал ему в глаза. Нил слегка потянулся, зевнув. Ноги болели, однако он все же постарался встать, но тут же рухнул обратно. Вновь поднявшись, рыжеволосый постарался унять дрожь в ногах. Взгромоздив спортивную сумку на левое плечо, он скатился с горки. Слегка помотав головой, паренёк ступил на тропинку, не обращая внимание на людей, что странно смотрели на него, иногда перешептываясь. Людей на улице было мало, точного времени Нил предположить не мог, но мог сказать, что было раннее утро. Погрузившись в свои мысли, он не заметил, как врезался в кого-то. — Простите, — прошептал Нил закинув подбородок наверх, чтобы посмотреть на человека, которому преградил путь. — Ничего, — улыбнулась милая пожилая женщина. — Фредди, ну глянь на этого ангелочка, — обратилась она к пожилому мужчине стоящему рядом. Он достал очки из футляра, надел их и с легким прищуром посмотрел на Нила. — Малыш, ты заблудился? — спросил Фредди, присев на корточки. Нил промолчал. — Милый, мы можем помочь ему чем-нибудь? — спросила женщина. — Малыш, как тебя зовут? — улыбнулся мужчина. — Меня зовут Нил, — произнес он с ярко выраженным британским акцентом. Мужчина удивленно глянул на женщину. — Я Фред, а это моя жена Лейла, — он указал на женщину, в которую мальчик врезался. — Ты не голоден, Нил? В ответ Фред получил кивок. — Ох, бедняга, — прошептала Лейла положив руку на сердце. — Я пойду куплю ему что-нибудь. Подождите меня возле той лавочки, — она указала на скамейку выкрашенную в желтый цвет. Фред кивнул. Мужчина хотел взять Нила за руку, но тот одернул ее. После вчерашнего потрясения он не жаждал физического контакта с людьми. Бросив короткое «пойдем со мной, Нил», он ступил к лавочке, и мальчик последовал за ним. — Когда ты в последний раз видел своих родителей? — спросил Фред. — Вчера, — ответил Нил, пожав плечами. — Ты британец? — получив в ответ вопросительный взгляд, он продолжил, — у тебя британский акцент. — Не знаю. Я вообще не знаю, где они, — продолжил лгать Нил. Он понимал, что лучше не рассказывать никому о том, что вчера лицезрел жестокую гибель своей матери. — Ох, малыш, мы поможем тебе найти их. Дождавшись Лейлу, они вместе перекусили какими-то пирожками, которые очень понравились Нилу. Он не знал, куда его ведут, но не сопротивлялся. Ведь плохие люди никогда ведь не станут покупать еду и называть свои имена. Это ведь так? Да.?

***

— Мальчик, не трать мое время. Спрошу еще раз, — вздохнул мужчина в форме, — где твои родители?       Нил молчал. Около часа незнакомые ему люди допрашивают его, стараясь получить немного больше, чем имя и краткое: «не знаю». Нил мог назвать Фреда и Лейлу предателями, ведь они отвели его в участок и пообещали, что в этом месте ему должны помочь. Рыжеволосый начинал ненавидеть эту серую комнату и мужчину в форме, что так долго кричал на него. — Тебе сложно ответить?! — рыкнул полицейский. Мальчик вздрогнул из-за резкого тона, но всё ещё старался смирно сидеть на стуле. — Нил, — раздался мягкий голос у него над головой, — ты меня слышишь? Слегка нахмурившись, мальчик вскинул голову, чтобы разглядеть женщину. Та, в свою очередь, присела перед ним на корточки. — Меня зовут Бетси Добсон, но ты можешь называть меня Би или же так, как удобно тебе. Ты хочешь пойти со мной? — с легкой улыбкой спросила она. — Нет. — грубо произнёс Нил. После того, как Лейла и Фред отвели его в участок, он не хотел доверять людям так просто, без гарантии. — Неужели он умеет разговаривать? — фыркнул один из полицейских, что стояли за Бетси. — Как я могу к тебе обращаться? — спросила женщина, все тем же мягким голосом. — Нил. — Хорошо, Нил. Если не хочешь говорить — просто кивни. Хорошо? Кивок. — Нил, тебя нашли в парке около площадки? Вновь кивок. — Ты знаешь, где твои родители? — осторожно спросила Бетси. Но Нил молчал. Он не хотел отвечать на этот вопрос. — Может уже заберёте его? У нас и без него дел навалом. — раздраженно произнёс полицейский, что-то печатая в компьютере. — Но мы не можем забрать его в приют. Его могут искать родители. — Мы не нашли никаких документов на него, кроме свидетельства о рождении. Нил прикусил нижнюю губу. — Малыш, привет, — улыбнулась светловолосая девушка. — Меня зовут Кэтрин. Я хочу тебе помочь. — Я в порядке, мне не нужна помощь. — нахмурился Нил. — Это хорошо. Нам нужно осмотреть содержимое твоей сумки, ты можешь дать ее нам? — с улыбкой спросила Кэтрин. Мальчик крепче стиснул черную ткань в руках, не желая отдавать ее посторонним. Он не имел ни малейшего понятия, какие документы имеет при себе, однако знал, что если обнаружат, что-нибудь о том, что это фальшь — расспросы не прекратятся. — Ладно, — сдалась Кэтрин. — Он слишком упёртый для своих лет. — Хорошо, заберу мальчика, но как только узнаете хоть что-то о родителях, немедленно сообщите мне. — серьезно сказала Би. Повернувшись к Нилу, Бетси улыбнулась, предлагая взять себя за руку. Мальчик на этот жест лишь отмахнулся от руки и фыркнул, спрыгивая со стула, чтобы идти позади женщины. Он понимал, что не сможет сбежать, слишком много лишних глаз.

***

Как только они вышли с участка, Нил глубоко вздохнул. От одной проблемы он избавился. Однако, мальчишка не знал как избавиться от Бетси, что пристально наблюдала за ним. — Нил, ты ведь понимаешь, что если ничего не скажешь насчёт родителей, то тебе придётся остаться со мной? — снова попыталась женщина. — Мг… — промычал мальчик, сжимая сумку в руках сильнее. — Хорошо, — вздохнула она. — Если захочешь поговорить, я всегда рядом.

***

Би провела мини-экскурсию по приюту, рассказала во сколько прием пищи, познакомила с некоторыми детьми, имена которых Нил уже не помнил. — Надеюсь, ты не имеешь ничего против соседей, — произнесла Бетси, открывая дверь в комнату, рассчитанную на двух человек. — Миссис Хоулс сказала поселить тебя здесь, потому что мы не знаем, когда тебя заберут или заберут ли вообще. Так что, надеюсь, что всё будет в порядке. Не забывай про мои слова, я всегда буду рядом, если захочешь поговорить. — После чего девушка попрощалась и, снова окинув мальчика взглядом, вышла из комнаты. Нил закатил глаза. Подойдя к двухъярусной кровати, он положил вещи на нижнюю койку, ведь, судя по всему, его сосед занял верхнюю. Об этом говорило постельное белье, довольно бережно заправленное под матрас, а также несколько личных вещей, свисающих с переднего бортика. Нил пластом плюхнулся на кровать. Он прикрыл глаза, сворачиваясь калачиком вокруг сумки. Нил не заметил того, как его начало затягивать в сон. Через некоторое время он погрузился в мир грёз, все еще прекрасно слыша происходящее в комнате. У мальчика всегда был чуткий сон, этому его учили.