Дорога к океану

      — Ну что, за наше путешествие! — радостно воскликнул Стив.       Он открыл бутылку виски и отпил из горлышка. Согласно изначальному плану, предполагалось смешать виски с колой, но в номере мотеля стаканов не оказалось. Поэтому было принято решение просто пить из бутылки, что, впрочем, тоже неплохо.       Стив и Эдди сидели на краю одной из кроватей. Свет в комнате они не включили, но темно не было. Им достался номер, окно которого располагались прямо под неоновой вывеской с названием мотеля. Ее холодный, но яркий свет, окрашивал все вокруг в лилово-синие тона. Было так красиво, атмосферно. Обстановка расслабляла и располагала.       Эдди забрал у Стива бутылку и поднес к губам. Намеренно провел по прохладному стеклу, стараясь незаметно посмотреть на губы Стива. Потом, усмехнувшись собственным действиям, сделал глоток.       Открывая колу, Стив сказал:       — Я вот думал, что надо какой-то план придумать, но так и не придумал ничего конкретного.       Он выпил еще виски и поделился своими мыслями. Строить планы Стив никогда не любил, они загоняли его в рамки. Куда больше ему нравилось делать то, что хочется, в каждый конкретный момент. Наверное, по этой причине он и не смог толком ничего придумать. Зато у Стива были желания. Например, он хотел покататься на аттракционах на пирсе в Санта-Монике, поплавать в океане на закате, выбраться ночью в пустыню и смотреть на звезды. И еще много всего. Он был уверен, что придумает это позже. Жаль только имелась одна проблема — деньги. Их придется где-то брать, но об этом Стив пока не переживал.       Эдди был, если честно, согласен на все. Никаких ожиданий у него не имелось. Он рад был просто уехать из Хоукинса и быть рядом со Стивом. Хотя, они, вроде как, планировали вернуться.       — Я всем сказал, что нас не будет где-то два месяца, — произнес Стив, — но вообще почему два? Почему не три? Или не навсегда? Давай, — он задумался, — давай просто не будем думать об этом?       Эдди был полностью согласен. Хотя, вариант «навсегда» ему особенно нравился.       — Вот почему бы нам не остаться здесь еще на один день? — поинтересовался Стив. — Может завтра та красотка тоже свободна?       — Все-таки ты хочешь с ней встретиться? — вздохнул Эдди.       Прозвучало как-то тоскливо.       Стив выпил еще, с каждой секундой пьянея все больше и больше. Он ответил:       — Не, не конкретно с ней. Проблема в том, что я давно ни с кем не трахался. Правая рука это, конечно, хорошо, но не то. Мне в сексе всегда нравилось, что я ну… не один. Это так классно, трогать другого человека, тепло, приятно, — Стив улыбнулся. — Поэтому я был бы совсем не против с той официанткой, но не потому, что она реально мне нравится. Только секс и все. Найти хорошую девушку для отношений я уже как-то отчаялся.       Наблюдая за тем, как Стив пьет виски, потом сразу запивая его колой, Эдди решил, что сейчас подходящий момент для того, чтобы задать давно волнующий его вопрос:       — Что тебе нравится в девушках?       — Да много чего, — пожал плечами Стив. — Но больше всего сиськи, наверное. Хотя нет, улыбка. Или ноги.       Он нервно усмехнулся, понимая, что не может дать внятный ответ. Стив никогда особо не задумывался о своих предпочтениях, скорее, ему просто нравилась близость и тепло, что она дарила.       За время диалога виски в бутылке стало меньше где-то наполовину.       Эдди, пристально понаблюдав за Стивом несколько минут, пришел к выводу, что тот достаточно пьян для следующего вопроса. Да и сам он явно попрощался с трезвым рассудком. Эдди забрал виски у Стива и, будто бы для смелости, сделав пару глотков, спросил:       — У тебя когда-нибудь было, ну… не с девушками?       Стив вопросительно приподнял бровь. Суть вопроса доходила до него слишком медленно. Надо полагать, что причиной всему чрезмерное количество выпитого алкоголя. Стив глянул на бутылку. Там уже осталось меньше половины.       — А с кем тогда? — не понял он.       Для Эдди это был шанс отступить, перевести все в шутку. Дать какой-нибудь отвратительный ответ, вроде собаки или тех щупалец из Изнанки, обладающих коллективным разумом. Это было бы ужасно, но зато смешно. Однако Эдди отчаянно не хотелось так поступать. Предчувствие подсказывало, что, если он скажет напрямую, то произойдет нечто важное.       Эдди сделал еще несколько глотков и произнес:       — С парнями.       Стив скривил лицо и уверенно покачал головой. Такая реакция у него произошла до того, как он успел о чем-либо подумать и проанализировать услышанное. Это было чем-то вроде рефлекса, заставляющего неосознанно отдергивать руку от горячей кастрюли.       — Не, чувак, я же не педик.       Педик — ужасно мерзкое слово. Намного хуже, чем фрик или задрот. Наверное, чем-то даже хуже, чем убийца. Единственное оскорбление, которое почему-то задевало Эдди. Он совершенно спокойно воспринимал любые гадости, произносимые ему вслед, но именно это слово слышать было неприятно. Конечно, не настолько, чтобы реально переживать, но все же. И вот теперь его произнес Стив. Не в адрес Эдди, разумеется, но все равно произнес.       Эдди внимательно посмотрел на Стива. Тот выглядел расслаблено, но будто бы немного меланхолично. На его лицо падал неоновый свет вывески, и это казалось чем-то по-настоящему красивым.       — Хотя это нормально, — произнес Стив, потянувшись к бутылке.       Эдди нехотя разжал пальцы, позволяя ее забрать.       — Что нормально? — не сразу понял он.       — Спать с парнями, если ты парень. Ну или с девушками, если ты девушка, — бутылка виски в руках Стива сменилась на бутылку колы. — Не думаю, что в этом есть что-то плохое. Если все по обоюдному согласию, то почему нет?       — А как же осуждения общества и моральные терзания? — усмехнулся Эдди, поправив челку.       — Да похуй. Раньше меня реально парило, что обо мне думают, но сейчас… Вообще насрать. Главное, что лично мне будет хорошо, а остальное не важно. И вообще, тебе ли не знать про осуждение обществом.       Эдди пожал плечами. Действительно, он знал про осуждение обществом даже больше, чем положено, но его это не волновало. Он смирился со званием фрика и в какой-то момент даже начал им немного гордиться. Ему, в целом, нравилось быть собой. И ничье мнение Эдди не волновало. До недавнего момента. Сейчас он вдруг понял, что мнение одного человека о нем все же имеет значение. Мнение Стива.       Даже мнение пьяного Стива, который поставил колу на пол, посмотрел на него и, издав смешок, потянулся к волосам Эдди и поправил челку. Прямо как в ту ночь, когда они курили траву в трейлере Эдди. Это было три дня назад, но казалось, что прошла целая вечность.       — Твои в-волосы, — заплетающимся языком произнес Стив, — такие прикольные.       Эдди улыбнулся и перехватил руку Стива за запястье, отводя ее от своего лица. Он совсем не был против пьяных прикосновений, но не хотел ненароком показать, что они ему приятны. Однако себе вольность он позволил. Свободную руку протянул к голове Стива и по-хозяйски запустил пальцы в волосы.       — Твои тоже, — усмехнулся он.       Эдди пошевелил пальцами, пропуская через них густые пряди. Стив блаженно закрыл глаза и, какой бы идиотской не была эта ассоциация, стал чем-то похож на кота. Своих котов у Эдди никогда не было, но, если ему подворачивался шанс, он всегда гладил бездомных. Они делали так же, как Стив сейчас, закрывали глаза и охотно подставлялись под прикосновения.       Воспользовавшись тем, что Стив не смотрит, Эдди скользнул взглядом по его лицу, уже в который раз убеждаясь, что Стив красивый. Очень. Особенно его пухлые губы. Наверняка мягкие и теплые. Вот бы…       Стив открыл глаза, и Эдди резко убрал руку. Когда они вместе рассмеялись, на душе стало легче. Поднятая тема и эти странные прикосновения создали некое незримое напряжение, но сейчас оно исчезло. Однако очень скоро вернулось.       Стив всегда становился сентиментальным, когда выпивал. А еще у него плохо получалось держать язык за зубами, хуже только врать. Полбутылки виски вполне хватило, чтобы заставить его раскрепоститься и быть максимально откровенным. Стиву захотелось признаться:       — А знаешь, — начал он, — вообще у меня было.       — Что было?       Проблема Эдди заключалась в том, что, когда он находился под действием чего-либо, мысли очень скоро ускользали от него, и он забывал большинство вещей, происходящих считанные минуты назад. Потом он их порой вспоминал, но урывками, поэтому увидеть картину целиком все равно не получалось. И вот сейчас Эдди помнил только ощущение мягких волос под пальцами и напряжение между ними, но то, о чем они говорили, совсем вылетело из головы.       — Ну ты спрашивал про то, трахался ли я не с девушками, — пояснил Стив, — так вот, типа да, было дело.       О том случае Стив мало что помнил, потому что был тогда пьян, прямо как сейчас, но в реальности этого случая он не сомневался. Это действительно произошло. Он переспал с парнем, когда ему было лет шестнадцать. Стив запомнил мерзкое чувство отвращения к самому себе, что наступило после, но сам секс не был мерзким. Пусть Стив мало что помнил, в памяти остались обрывки того удовольствия.       Произойди подобное сейчас, Стив бы отнесся иначе. Воспринимал бы это просто, как опыт, но тогда, во времена, когда его еще заботило, что о нем подумают, Стив переживал и злился на себя за совершенный поступок. Однако целенаправленно Стив с парнем спать бы не стал. Не потому, что неприятно, просто даже мысли такой не возникало. Он привык считать, что ему нужно найти девушку, девушку он и искал.       Правда, Стив все чаще и чаще ловил себя на мысли, что поиски его успехом не увенчались, потому что он ищет что-то не то, в каком-то не таком месте. Такое ведь бывает. Порой, когда не можешь найти, к примеру, второй носок, начинаешь искать его под кроватью или на люстре, а он на самом деле, лежит на стуле рядом с первым.       Стив вспомнил слова Робин. Однажды он спросил у нее, почему некоторые люди предпочитают противоположный пол, а некоторые, такие, как она, свой. Робин ответила, что это, надо полагать, дается человеку от рождения, как цвет глаз или волос, и повлиять на это вряд ли возможно. А еще она сказала, что влечение к определенному полу редко бывает стопроцентным. Это, скорее, как шкала, находясь на которой, люди склоняются либо в одну, либо в другую сторону, а некоторые находятся на середине. Вроде, это называется бисексуальность. Робин также сказала, что бывают люди, для которых значение имеет не столько пол человека, сколько его личность. «Ты как бы хочешь встречаться с душой, а не с телом, понимаешь?» — такой была точная формулировка ее слов, Стив запомнил. Правда, не особо понял. Слушал он это все фоном, попутно занимаясь расстановкой кассет по полкам.       Информация ему особо интересной не показалась, хотя он первый задал вопрос. Стив бы мог соотнести все то, что она сказала, с самим собой, но делать этого не стал. Копаться в себе Стив привычки не имел. Это казалось ему чем-то нудным и абсолютно бессмысленным. Жить без этого было куда проще. Стив спокойно себе считал, что ему нравятся исключительно девушки, а главная его проблема — это одиночество. Наверное, поройся он в голове, нашел бы что-то еще. Но Стив этого не делал. Однако сейчас он почему-то задумался, что, быть может, искал свое счастье где-то не там.       Стив посмотрел на Эдди. Свет вывески падал на его лицо, синевато-красными бликами ложился на кудрявые волосы.       — Это произошло четыре года назад, — начал Стив.       Эдди не просил его ни о чем рассказывать, но он все равно счел нужным сделать это. Стиву захотелось довериться что ли, поделиться историей, которую считал постыдной с человеком, который не станет его осуждать. А Эдди не станет, Стив был почти наверняка в этом уверен.       — Мы с родителями отдыхали на мысе Кейп-Код, это в Массачусетсе. Сняли дом на месяц ну и… отдыхали, короче. Мне тогда шестнадцать было. Мы постоянно ругались, не помню, из-за чего, но прямо регулярно. Меня это все заебало, и я нашел себе компанию, начал с ними тусить. Там был один парень, старше меня на два года. Мы с ним вроде как поладили, я несколько раз ночевал у него, когда ссорился с родителями и не хотел оставаться с ними. И вот однажды мы с ним пили, — Стив усмехнулся, — прямо как мы сейчас. А потом что-то произошло, и он поцеловал меня. Не помню, чтобы мне было противно. Вроде, мне даже понравилось, но на следующий день, я проснулся рядом с ним, на мне не было одежды и… В общем, у меня было чувство, что никто не должен узнать об этом, но я не испытывал отвращения к тому, что мы сделали. Странно, да?       Эдди отрицательно покачал головой. Он бы соврал, сказав, что не удивлен. Хотя, где-то в глубине ему всегда казалось, что в жизни Стива вполне себе могло произойти нечто подобное.       Стив несколько нервно сделал глоток колы и глубоко вздохнул. Мысли путались, соображать с каждой секундой становилось все труднее. Он смотрел на Эдди, и ему казалось, словно он падает куда-то.       — А ты? — поинтересовался Стив.       — Что я?       — Ну что тебе… чего ты хочешь?       Изначально Стив планировал спросить, что Эдди нравится, но потом почему-то переформулировал вопрос.       Эдди понял с опозданием. На самом деле, он много чего хотел. Например, забыть обо всем произошедшем в Хоукинсе, жить нормальной жизнью, убежать. Убежать от самого себя, от одиночества, от всего. Но эти желания актуальность имели лишь в долгосрочной перспективе. Точнее, они не имели ее вовсе. Эдди понимал, что с тем же успехом он мог мечтать полететь на Луну. Какой смысл в желаниях, если они никогда не исполнятся?       Благо, в настоящий момент они не оказывали никакого влияния. Сейчас Эдди совсем не думал о том, что хочет, чтобы у него было хорошее будущее или что-то вроде того. Он не думал о нем вовсе. Реальность сузилась до этого дешевого номера в придорожном мотеле, неонового света вывески, проникающего через окно, едкого привкуса виски на языке и Стива. За пределами этой реальности находилась лишь пустота. И это чем-то успокаивало. Казалось, что здесь и сейчас можно делать все, что угодно.       И Эдди сделал.       — Ну так что? — повторил вопрос Стив, не дождавшись ответа.       Его губ коснулась улыбка, во взгляде проскользнул яркий огонек, прядь волос упала на лоб. Все происходило будто в замедленной съемке, и от этого еще больше завораживало. Так красиво и словно нереально. Эдди даже на миг показалось, что все не по-настоящему. Что Стив не сидит рядом, что его нельзя коснуться. Но даже если так, ничего ведь не мешает попробовать.       Эдди потянулся к бутылке виски. Хотелось выпить, чтобы разорвать последнюю нить, связывающую его со здравым смыслом. Хотелось не бояться ничего и ни о чем не думать. Он открутил крышку и поднес бутылку к губам. Сделал несколько крупных глотков, морщась о того, как напиток неприятно обжигает горло. Зато цвета стали ярче.       Желая убедиться в реальности происходящего, Эдди протянул руку к Стиву, дотронулся кончиками пальцев до его щеки, заставляя повернуть голову. Щека Стива была теплой и мягкой, а в его глазах мерцали звезды. Сердце Эдди начало биться чаще.       Он очень этого хотел, и он это сделал.       Эдди наклонился к Стиву и поцеловал его в губы.