Дорога к океану

      Эдди пожалел сразу же. Стоило ему коснуться губ Стива собственными, как ему показалось, что мир вокруг рухнул. Это была самая огромная в его жизни ошибка. Еще никогда ранее он не совершал ничего, столь же ужасного. Эдди казалось, что он собственными руками разрушил все, что создавалось с таким трепетом. Это конец — вот о чем он подумал, сразу, как только поцеловал Стива.       А потом стало тепло. Успокоение пришло неожиданно резко, последовав сразу за осознанием случившегося кошмара. Эдди мог бы отстраниться, начать извиняться, или надеяться на то, что Стив достаточно пьян, чтобы наутро не вспомнить про поцелуй, но в последний момент будто бы передумал. Он уже это сделал, и назад дороги не было, а раз так, то почему не насладиться последними мгновениями той жизни, которая искренне нравилась ему.       Эдди понимал, что их путешествие заканчивается прямо сейчас, в этом самом номере, но пока Стив ничего не сделал и не сказал, он мог продолжать касаться его губ своими. Эдди запустил руку в чужие волосы, поцеловал сперва верхнюю губу Стива, затем нижнюю. Они были мягкими и от одного прикосновения к ним по телу разливалось тепло.       Ощутить, как рука Стива ложится на щеку, было странно. Его пальцы, немного влажные и горячие, касались осторожно и нежно, наверное. Это совсем не то, чего Эдди ожидал. По крайней мере, это не удар кулаком в лицо, даже не пощечина. Это прикосновение, полное заботы и будто бы говорящее — продолжай.       Стив не до конца понимал, что происходит, но, как только Эдди поцеловал его, почувствовал себя комфортно. Кожа покрылась мурашками, сердце в груди сжалось. Стив был пьян достаточно, чтобы не терзаться вопросами морали и не думать о том, что целоваться с Эдди, мягко говоря, неправильно. Признаться честно, ему было все равно. Единственное, чего хотел Стив — чтобы ему, нет, им было хорошо.       А еще он не целовался ни с кем слишком давно. Последний раз это произошло еще до нападения Векны. Он поцеловал девушку, с которой ходил на свидание, но удовлетворения это совсем не принесло. Ответила она неохотно, а после на языке остался химический привкус помады с едким запахом вишни. Сейчас было совсем по-другому. Губы Эдди казались до ужаса приятными. И на них не было никакой липкой помады, только привкус виски, столь идеально смешивающийся с колой, что еще осталась на губах Стива. От Эдди пахло чем-то сладким, но ненавязчивым. Кончики его волос щекотали шею Стива.       Эдди был совсем не похож на тех девушек, которых Стив водил на свидания, но от этого он почему-то становился еще более притягательным. Словно он и был тем самым человеком, которого Стив столь отчаянно пытался найти, но все никак не находил.       Разумеется, Стив ответил на поцелуй. Он разжал зубы и скользнул по губам Эдди, заставляя его расслабиться и позволить углубить поцелуй. Соприкосновение языков ощущалось так, будто они никогда не делали ничего подобного раньше. Будто это первый поцелуй — самый настоящий и искренний.       Глаза Эдди были закрыты, но ему казалось, что он видит вспышки фейерверков. Такие, как были в Хоукинсе на День независимости прошлым летом: яркие и красочные. Он с уверенностью мог заявить, что никогда не испытывал столь сильных чувств. Мог бы списать все на слишком большое количество выпитого алкоголя, но, даже несмотря на этот факт, прекрасно понимал, что дело в Стиве. Эдди нравился Стив, и он хотел его целовать. Всегда.       Но отстраниться все же пришлось. Они оба забыли о том, что имеют возможность дышать носом. Стив медленно отстранился первым. На миг между их губами протянулась ниточка слюны, блестящая в неоновом свете вывески. Лишь когда она оборвалась, Эдди позволил себе сделать глубокий вздох. Стук сердца отдавался в ушах, голова шла кругом от виски и переизбытка эмоций.       Они ничего не употребляли, но зрачки Стива казались расширенными. Он смотрел завороженно.       Эдди все еще не верил. Губы хранили тепло поцелуя, как бы намекая, что все произошло в реальности, но Эдди все равно не верил. И, в какой-то мере, верить не хотел. Ведь, если все было по-настоящему, то очень скоро Стив придет в себя и обязательно пожалеет о содеянном, и скажет, что на этом их с Эдди пути расходятся.       Однако Стив не жалел. Совсем. Он наконец получил то, чего хотел столь сильно. Сейчас он не думал о том, что поцеловался с Эдди. Точнее, такая мысль была где-то на задворках сознания, но он был совсем не против. Эдди давно казался ему симпатичным, пусть и только как друг. В настоящий момент, будь у Стива возможность, он бы наверняка пустился в размышления о том, что парни ему не нравятся, но, с другой стороны, Эдди соответствовал представлению Стива о человеке, которого он хочет видеть рядом с собой. По крайней мере, он был тем, с кем можно поговорить на любые темы, открыть свою душу. Правда, Стив ни о чем таком не думал, для этого он был слишком пьян. Может оно и к лучшему. Единственное, чего Стив сейчас хотел — это продолжение.       Переведя дыхание, Стив поцеловал Эдди первым. Это было страстно с первых секунд. Стив ничего не мог с собой поделать, ему просто хотелось. Хотелось ощутить близость и тепло. Заполнить пустоту внутри и выкинуть все мысли из головы, позволив себе провести хотя бы одну ночь, наслаждаясь другим человеком. Даже если этот человек Эдди Мансон, даже если они выпили бутылку виски на двоих, даже если они потом пожалеют.       У Эдди перехватило дыхание. Он ожидал чего угодно, только не повторения поцелуя. Но как же хорошо было. Стив сжимал пальцами его волосы, целовал глубоко и влажно, но при этом все еще трепетно, словно боясь навредить. По-настоящему невероятное противоречие. Эдди ответил на поцелуй, чувствуя, как внутри разгорается огонь. До этого было тепло, но сейчас стало жарко. На висках выступили капельки пота, сердце билось настолько часто, будто пыталось сломать ребра. А мир вокруг по-прежнему не существовал. Был лишь этот номер, неоновый свет вывески и они. Кайф.       — Бля, как же охуенно, — прошептал Стив, оторвавшись от губ Эдди.       Прошептал он это прямо ему на ухо, дотрагиваясь до щеки мокрыми губами. Прикосновение очень скоро переросло в поцелуй, потом во второй, и в третий. Стив спустился ниже, неразборчиво целуя Эдди куда-то в шею. По телу последнего прошелся разряд. Было как-то слишком. Эдди и не подозревал, что прикосновение губ к шее может быть таким невероятным. Или же все дело в том, кому принадлежат эти губы?       Желая найти опору, Эдди впился пальцами в простынь. Взгляд зацепился за пустую бутылку виски, лежащую рядом. Эдди понимал, что они сильно пьяны. Он, несмотря на то, что выпил больше, кажется, лучше Стива отдавал себе отчет в происходящем. Эдди следовало остановиться. Он подозревал, что потом, когда действие алкоголя пройдет, будет мучительно больно. Но Стив настойчиво целовал его в шею, оставляя на коже влажные следы, и Эдди уже не мог остановиться. Узел где-то внизу живота затягивался все туже.       Эдди тоже не трахался ни с кем слишком давно. Он оттолкнул Стива от себя и, желая проделать с ним то же самое, прильнул к его шее. Кожа была бархатистой, солоноватой на вкус и такой манящей. Эдди легонько, так, чтобы не осталось следов, прикусил ее зубами. Со стороны Стива послышалось шипение. Эдди поспешил нежно провел по месту укуса языком, на этот раз заставляя Стива сдавленно простонать.       Стив больше не мог медлить. Происходящее было… просто было. Этих поцелуев ему хватило, чтобы возбудиться. Он не помнил, когда в последний раз, столь сильно хотел кого-то. Он не думал ни о чем, лишь мечтал о том, чтобы они зашли дальше. Прямо сейчас.       Он положил руки на талию Эдди и потянул его на себя, достаточно требовательно попросив:       — Иди сюда.       Эдди пропустил момент, когда оказался у Стива на коленях. Было жарко, очень жарко, мыслей в голове не осталось. Хотя, напоследок он все же еще раз зацепился взглядом за пустую бутылку и тихо спросил:       — Ты понимаешь, что мы делаем?       Стив явно не понимал. Он тяжело дышал и смотрел расфокусировано. В этом взгляде не были ничего, кроме желания. Эдди, вроде как, все еще понимал, что им, должно быть, не стоит, но смотрел на Стива точно также.       В каком-то смысле они поменялись местами. Эдди раньше никогда не замечал за собой переживаний о будущем, предпочитая делать то, что ему хочется прямо сейчас. Однако, в случае со Стивом, так не получалось. Эдди будто бы на каком-то подсознательном уровне хотел, чтобы у них со Стивом было это самое будущее, о котором он привык не переживать. Но Стив вновь поцеловал его в губы, и Эдди окончательно понял, что ни за что не остановится. Он просто не был на это способен, когда Стив целовал его столь страстно, а его руки пробрались под ткань футболки и гладили обнаженную кожу.       Находясь в трезвом состоянии, Стив предпочитал нежность и долгие прелюдии, но сейчас ему хотелось получить все и сразу.       — Какая разница? — усмехнулся он, отвечая на вопрос, заданный Эдди ранее.       Да, действительно. Уже, наверное, никакой.       Стив, опять целуя Эдди в губы, потянулся к пряжке его ремня. Эдди поступил точно так же. Это был их последний шанс отступить, но они его упустили.       Эдди расстегнул чужие джинсы и уже был готов зайти дальше, но отстранился в последний момент и внимательно посмотрел Стиву в глаза. Наверное, он ожидал увидеть в них сомнение, но его не было. Только яркий блеск, а на губах — пьяная улыбка.       — Т-ты, — попытался что-то сказать Стив, — ты такой… охуенный.       Эдди этого хватило. Он плюнул на собственную ладонь и уверенно запустил ее в трусы Стива, обхватывая член. Попутно он вновь поцеловал в шею. Стив простонал, совершенно не заботясь о тонких стенах и других постояльцах мотеля. Эдди чувствовал, как его трясет от возбуждения. Он провел несколько раз по члену Стива рукой, понимая, что больше не может терпеть.       Когда Стив запустил пальцы в штаны Эдди, у поцелуя появился вкус крови. Эдди толком так и не понял, прокусил ли он собственную губу или же губу Стива, но счел нужным отстраниться и прошептать:       — Извини.       Стиву не нужны были извинения, он нуждался лишь в одном. Посмотрев на Эдди с явной мольбой, он сдавленно произнес:       — Не останавливайся.       Эдди не мог отказать. Он продолжил двигать рукой. Стив делал то же самое. Они касались друг друга, целовались, теряясь в ощущениях. Было слишком хорошо. Им обоим хотелось, чтобы эта эйфория никогда не заканчивалась. Вот бы действие алкоголя никогда не проходило, вот бы навсегда остаться в этом моменте, где нет ничего, кроме близости и невероятного наслаждения.       Они не знали, сколько времени прошло. Наверное, немного, но по ощущениям — целая вечность. Когда рука Эдди сильнее сжала член Стива, он ощутил, что это финал. Было прекрасно, до разноцветных вспышек перед глазами. В реальность Стива вернуло чувство липкой влаги под пальцами и стон Эдди где-то над ухом, который тот не смог сдержать.       Сразу после, Эдди, предварительно вытерев руку о простынь, крепко прижал Стива к себе. Уткнулся носом в его макушку и намертво вцепился пальцами в ткань футболки, не желая отпускать. Приятное тепло начало превращаться в нездоровый жар. Туман в голове стал развеиваться и это принесло Эдди страх. Страх того, что теперь точно все кончено. Однако, пока ладони Стива продолжали гладить его спину, страх не имел шансов овладеть им полностью.       Стив отходил медленно. Первые несколько минут он по-прежнему ничего не осознавал. Блаженно прижимался к Эдди, медленно успокаиваясь. Было бы лучше, если бы Стив сейчас просто уснул. Однако он заметил пустую бутылку из-под виски, и это заставило его неожиданно резко начать приходить в себя.       Он отстранился от Эдди и хриплым голосом спросил:       — Мы-мы все это выпили?       Со Стивом произошло то, что довольно часто случается с людьми, после слишком большого количества выпитого алкоголя. Ему стало откровенно плохо. Стив не хотел, чтобы это происходило, он бы предпочел задержаться в объятиях Эдди и продлить этот блаженный момент забвения. Но не мог чисто физически.       Он скинул Эдди со своих колен и поспешил в направлении туалета. Эдди слышал, как его тошнит.       Сам он тоже неожиданно резко ощутил себя плохо. Отправиться блевать Эдди не хотелось, но лучше бы захотелось, потому что то, что с ним произошло, казалось еще более ужасным. Эдди подумал о том, что откровенно проебал все свои шансы на нормальную жизнь, и стало горько. Эдди свернулся в клубок, наивно надеясь, что это поможет ему спрятаться от реальности произошедшего. К горлу подкатил ком. Эдди даже показалось, что еще немного и он заплачет, но слез не было. Вместо них к нему пришло желанное забвение. Хотя облегчение так и не наступило. Переизбыток эмоций, совсем не давал расслабиться. И все же Эдди насильно заставил себя выбросить все из головы и постараться поспать. Он знал, что ужасно будет так или иначе, но предпочел отстрочить этот момент до утра.       Последним, что Эдди запомнил перед тем, как провалиться в неспокойный сон, было то, как Стив накрывает его одеялом.