Дорога к океану

      Эдди ответил на поцелуй. Он закрыл глаза, проваливаясь куда-то в темноту, крепче сжал пальцами футболку Стива и разомкнул губы, начиная расслабляться. Стив двигал губами осторожно, мягко и нежно, будто бы боясь спугнуть. И от этой нежности сердце болезненно сжималось. Эдди не знал, что чувствует. После пережитой истерики, наверное, ничего. Но, даже несмотря на то, что эмоции покинули его, он был счастлив. К сожалению, ощутить это в полной мере не удавалось, но он все равно заметил отголоски самой искренне и неподдельной радости где-то глубоко внутри.       Чтобы все осознать требовалось время. Порой принять что-то хорошее, бывает так же сложно, как принять плохое. Разум точно также отказывался воспринимать, что что-то действительно случилось. Но, тем не менее, это случилось. Поцелуй был реален. И это был не пьяный поцелуй, как в прошлую ночь. Он являлся осознанным. Как и слова о том, что они хотят быть друг с другом. Да, стресс, быть может, и сыграл свою роль, но она была незначительной. Они правда сказали друг другу то, что думали, и здесь не могло быть никакой ошибки. От произошедшего уже не удастся откреститься на следующее утро, списав все на алкоголь. Был только один вариант — идти дальше. Впрочем, Стив и Эдди были совсем не против, пусть и не знали, что вообще нужно делать и как себя вести. Возможно, в будущем это приведет к определенным проблемам и недоразумениям, но пока будущее не наступило.       У поцелуя был соленый привкус слез, но поцелуй успокаивал. Если по завершению истерики внутри наступила пустота, то сейчас пришло настоящее облегчение. Некое осознание того, что все самое страшное осталось позади. Надежда на лучшее будущее, которую они уже отчаялись испытать. Но она была. В этом самом поцелуе.       Он не был ни горячим, ни страстным. В поцелуе не было ничего, кроме нежности и молчаливого сочувствия. Но это был самый прекрасный поцелуй в их жизни. Стив и Эдди больше всего не хотели, чтобы он заканчивался. Они и не заканчивали, целовались до тех пор, пока губы не начало неприятно пощипывать. Тогда все же пришлось отстраниться, но из объятий они друг друга не выпустили.       Эдди вновь уронил голову на плечо Стива, наконец ощущая себя в относительном порядке. Чужие ладони медленно гладили по спине, даря ощущение безопасности и покоя. На миг Эдди подумал о том, что когда-нибудь ему станет стыдно за свое поведение, но потом заставил дать обещание самому себе, что не станет. Стив своими словами и действиями четко дал понять, что он тот человек, которому можно безоговорочно доверять. Доверять абсолютно все, что угодно: радость, счастье, переживания, страх, боль. Он все примет и поймет.       — Как ты? — тихо спросил Стив.       Эдди не знал, что ответить. Ему было сложно понять, как он. Это было странное состояние — одновременно и хорошо, и плохо. И все же больше хорошо. Однако чего-то словно не хватало. Какого-то подтверждения, что теперь они со Стивом будут рядом. Чего-то большего, чем слова.       Вместо того, чтобы ответить, Эдди вновь поцеловал Стива. На этот раз он действовал увереннее, но все еще сохранял осторожность, будто Стив — это нечто ужасно хрупкое и невероятно ценное. Хотя почему будто? Для Эдди теперь так и было.       Он скользнул языком по ложбинке между чужими губами, заставляя Стива приоткрыть рот, углубил поцелуй. Многострадальная футболка Стива оказалась выпущена из его пальцев. Эдди запустил ладони под нее, касаясь горячей бархатистой кожи. Прошелся подушечками пальцев по рельефным шрамам, оставленным зубами монстров — вечном напоминании о пережитом ими кошмаре. Эдди предпочел бы, чтобы у Стива их не было, но раз они есть, то он будет любить их, потому что они его часть. С боков Эдди переместил руки на спину, наслаждаясь невероятным теплом и близостью.       Они вновь целовались долго. На этот раз до тех пор, пока не стало слишком жарко. Эдди бы сейчас не отказался вновь искупаться в бассейне, да и Стив тоже охотно к нему бы присоединился. Правда, открыть форточку было более безопасным вариантом. А еще можно было просто разжать объятия, но этот вариант не рассматривался. Они не хотели отпускать друг друга. Только не сейчас после того, как они наконец признались.       Но, на самом деле, отпускать не хотелось никогда. Конечно, это был вывод, основанный на сиюминутной потребности больше не быть в одиночестве. Да и давать обещания со словом «никогда» довольно опрометчиво, но одно они знали наверняка. Вместе хотелось быть если не навсегда, то хотя бы до тех пор, пока не станет легче.       Теперь шанс на то, что легче станет хотя бы появился. Чтобы вылечить какую-либо болезнь нужно, в первую очередь пойти к врачу, выяснить диагноз и назначить лечение. Возможно, с душевными ранами это работает также. Если да, то они, кажется, нашли лекарство — просто быть друг у друга.       Эдди вновь повел руками вниз, на этот раз не задерживаясь на шрамах. Он потянулся к пряжке ремня Стива. Ему это было нужно сейчас. Он искренне хотел близости. Не потому, что испытывал возбуждение. Это было нечто совсем иное, нечто большее.       Раньше Эдди всегда с усмешкой относился к тому, что некоторые люди превозносили секс, считая его чем-то особенным и убеждали себя, что заниматься им можно только с каким-то конкретным человеком. Однако сейчас Эдди их понял. Мысль о том, чтобы переспать со Стивом прямо сейчас, не казалась горячей и возбуждающей. Он думал лишь о том, что сейчас секс с ним будет не столько физической близостью, сколько эмоциональной. Он — способ еще больше довериться друг другу.       Эдди начал расстегивать пряжку ремня, но его запястья были перехвачены.       Стив нехотя разорвал поцелуй и несколько удивленно спросил:       — Что ты делаешь?       Эдди посмотрел на него, но в темноте все равно не смог понять, что выражает лицо Стива. Наверное, оно было растерянным, но вряд ли он был разозлен или расстроен. Однако Эдди не мог не спросить:       — Ты не хочешь?       Стив отрицательно покачал головой прежде, чем подумал. Нет, он хотел, пусть и не сильно. Правильнее сказать, он не был против. Но, находясь в более сознательном состоянии, чем Эдди, он понимал, что это, наверное, не самый подходящий момент. На самом деле, раньше он никогда особо не представлял их с Эдди секс. Все его чувства были чем-то светлым и непорочным. Стиву хотелось не столько физической близости, сколько моральной. Хотя, первый вариант его также вполне устраивал. К тому же он же зачем-то купил смазку и презервативы.       И все же делать это сейчас было бы не совсем правильно. Стиву нравилась романтика. Он бы предпочел снять номер в каком-нибудь месте, приличнее придорожного мотеля, зажег бы свечи, пусть Эдди такое наверняка пришлось бы не по нраву. Стив хотел бы, чтобы это было чувственно и страстно, а не отчаянно. Однако…       — Ты точно уверен? — переспросил Стив. — У тебя был нервный срыв. А еще те таблетки.       Эдди был уверен. Его взгляд, различимый даже в темноте, будто бы кричал: «Пожалуйста, мне это нужно». Стив не находил в себе морального права отказать. Если это требовалось Эдди, чтобы почувствовать себя лучше, он был готов сделать это. Да и, признаться честно, он хотел. Иначе не могло быть.       Да, в первую очередь, Стив видел в Эдди человека, которому можно открыть душу, с которым можно поговорить обо всем и разделить общие переживания, но он также находил его привлекательным. Особенно улыбку. От нее хотелось растаять.       — Я уверен, — ответил Эдди.       Его пальцы вновь вцепились в футболку Стива. Это давало уверенность в том, что Стив никуда не исчезнет, пусть головой Эдди и понимал, что необязательно физически держать его, чтобы он оставался рядом. Стив никуда не исчезнет. Теперь уже точно, но Эдди будто бы требовалось подтверждение. Финальная точка, поставив которую, можно будет наконец начать новую жизнь.       Он предпочел считать, что эта точка — отъезд из Хоукинса. Но, как оказалось, ей стал этот вечер, когда они со Стивом стали по-настоящему близки. Не хватало только…       — Но не надо ничего делать, если ты не хочешь, — поспешил сказать Эдди.       Стив на мгновение задумался. Этого мгновения хватило, чтобы окончательно понять, что он хочет.       Он на долю секунды оставил Эдди, но только для того, чтобы зажечь лампу, стоящую на прикроватной тумбочке. Ее свет был очень тусклым и едва ли был способен осветить всю комнату, но он также был теплым и придавал атмосфере уют. Еще Стив достал из пакета с покупками презервативы и тюбик смазки. Эдди усмехнулся.       — Серьезно? — поинтересовался он.       С губ Стива также сорвалась усмешка. Какого-либо оправдания он, правда, так и не придумал, поэтому решил оставить ситуацию без комментариев. Внимание Эдди он отвлек поцелуем. Попутно Стив подцепил край его футболки и потянул ее вверх. На секунду пришлось разорвать поцелуй, но, как только футболка оказалась где-то на полу, их губы вновь встретились.       Эдди вздрогнул, когда горячие ладони Стива коснулись его кожи. Это было так приятно и необычно. Совсем не так, как раньше. Стив просто дотронулся до него, но сделал это с такой нежностью, от которой голова кружилась, а сердце замирало.       Джинсы последовали за футболкой. А вот подцепив резинку трусов, он вдруг остановился.       — Можно? — тихо спросил Стив.       Эдди это показалось чем-то очень странным. Рик никогда не спрашивал.       — Конечно, — с нотками подозрения в голосе ответил он.       Стив считал нужным спрашивать. Обоюдное согласие всегда было для него превыше всего. Со всеми партнерами, не только с Эдди.       Избавив Эдди от одежды, Стив быстро разделся сам, после чего вернулся к нему, опять целуя. Попутно он уложил Эдди на кровать, заботливо поправил подушку под его головой. Сам навис сверху, пальцами погладил по щеке.       Стива вдруг охватило волнение. Он знал, что делать, но опыта у него все равно было немного. Но больше смущало не это, а то, что ему так или иначе придется причинить Эдди боль, даже если он будет предельно осторожен. А именно таким он и собирался быть.       — Слушай, — начал Стив, — это ведь не очень приятно, и если ты ну… не уверен, то мы можем ничего не делать, или поступить как в тот раз, или…       — Стив! — перебил Эдди. — Все нормально, давай просто сделаем это.       Эдди ни капли не сомневался. Он знал, что первое время будет больно, но был к этому готов. Эдди хотелось полноценного секса со Стивом. Ему хотелось стать с ним одним целым, оказаться в его руках, доверить все, что у него есть. И душу, и тело.       Он положил ладонь на щеку Стива и притянул его к себе, целуя в губы. Стива эта уверенность успокоила. А поцелуй, глубокий и влажный, разжег внутри огонь возбуждения.       От губ Стив перешел к шее. Прямо, как в прошлую ночь, но теперь все прикосновения были куда более трепетными. Теперь, в отличии от того раза, они были чем-то по настоящему ценным. От шеи Стив перешел к ключицам, стремясь оставить влажное прикосновение на каждом участке кожи, до которого он только мог дотянуться. Эдди едва заметно трясло, но теперь явно от удовольствия. Пальцами он сжимал простынь.       Он и не думал, что простые прикосновения губ к коже могут ощущаться столь хорошо. Или же все дело не в них, а в Стиве?       От груди Стив спустился ниже. Дорожкой поцелуев прошелся по животу, спускаясь еще ниже. Эдди почувствовал жар в паху. Переизбыток чувств заставил пальцы сжать простынь еще сильнее.       Дойдя до члена, Стив коснулся его кончиками пальцев, после оставил на головке быстрый поцелуй. Эдди сдавленно простонал.       Отчасти это было очень непривычно — делать подобное с парнем. Сперва Стив переживал, что растеряется и не будет знать, как вести себя, но ничего такого не произошло. Инстинкты подсказали, как следует поступать.       К огромному сожалению Эдди, Стив оставил его член без внимания. Вместо этого он развел его ноги в стороны и припал губами к внутренней стороне бедра. Стив искренне хотел сделать Эдди приятно. И он это сделал. От его поцелуев уносило куда-то вдаль лучше, чем от любых наркотиков.       Эдди чисто инстинктивно хотелось протянуть руку к голове Стива, взять его за волосы и заставить перейти к следующему этапу, предусмотренному после этой прелюдии. Он не привык к такому. Хотя, это было очень приятно и заводило чертовски сильно.       Стив мог бы продолжать и дальше, но видя, как часто Эдди дышит и как покраснели его щеки от возбуждения, он решил не мучать его. Оторвался от мягкой светлой кожи на внутренней стороне бедра и потянулся к смазке, лежащей на тумбочке. Он хотел поцеловать Эдди в губы, но так и не сделал этого, засмотревшись на его лицо. Он был красивым: румяные щеки, блестящие глаза, приоткрытые губы, разбросанные по подушке длинные волосы.       — Что? — спросил Эдди, когда взгляд Стива задержался на нем подозрительно долго.       — Ничего, — опомнившись, ответил он. — Просто… Никогда не смей думать о себе ничего плохого, потому что ты невероятный.       Эдди хотел возразить, но поцелуй не дал ему этого сделать.       Позже Стив наклонился к его уху, и, опаляя кожу горячим дыханием, прошептал:       — Не бойся, я буду осторожен и постараюсь не сделать тебе больно.       Эдди хотел было скептически закатить глаза, но, на самом деле, ему нужны были эти слова. Нет, он не боялся, но ему важно было знать, что Стив заботится о нем. Эта сентиментальная нежность, незнакомая Эдди ранее, ужасно прельщала.       Стив отстранился и выдавил побольше смазки на пальцы. Руки немного дрожали от волнения, но он смог собраться. Вся ситуация заставила его возбудиться и желать как можно быстрее перейти к основной части, но он ни за что бы не пренебрег подготовкой.       Удобно устроившись между ног Эдди, внимательно посмотрел на него и спросил:       — Готов?       Эдди утвердительно кивнул.       Это не было больно, не ощущалось даже легкого дискомфорта. Стив сдержал свое слово, он был предельно осторожен, к тому же он пытался отвлечь хаотичными поцелуями в шею и ключицы. Эдди цепляло само осознание ситуации. То, что Стив касался его там, то, как осторожно он это делал. Да, было немного неловко, но от этого ничуть не хуже. Это был прекрасный, очень интимный момент.       Эдди дернул бедрами, давая понять, что готов зайти дальше. На втором пальце дискомфорт ощущался, но это было терпимо. Рядом со Стивом все было терпимо, даже вещи, которые приносили настоящую боль. Например, ужасные воспоминания или ночные кошмары.       Стив внимательно смотрел на Эдди, пытаясь по его выражению лица понять, все ли в порядке. Все было в полном порядке, но он все равно боялся сделать что-то не так. Особенно когда, спустя затянувшуюся подготовку, Эдди нетерпеливо произнес:       — Давай уже.       Стиву этого хотелось до безумия, но он не мог не уточнить:       — Ты точно уверен?       — Твою мать, Стив! — возмутился Эдди. — Хватит спрашивать! Давай, я хочу этого. Правда.       Позже он решил добавить:       — Не переживай, ты не сделаешь мне больно.       Стив в этом очень сильно сомневался хотя бы потому, что избежать боли не получится чисто физиологически, но он пообещал себе сделать все возможное, чтобы свести ее к минимуму. Дрожащими руками он открыл презерватив, раскатал его по члену и занял наиболее удобную позу.       — Можно? — тихо спросил он.       С одной стороны, Эдди хотелось заставить прекратить его просить разрешение сделать каждый следующий шаг, но, с другой, от этих вопросов становилось так спокойно и комфортно. Эдди чувствовал, что Стиву совсем не плевать на него.       — Можно, — совершенно серьезно ответил он.       Эдди завел руки ему за спину, обнимая и заставляя начать действовать. Стив входил медленно, очень осторожно, попутно целуя в губы. Конечно, ощущения были не особо приятными, но Эдди был готов терпеть боль. Она будто была платой за счастье, что, в итоге, он обретет рядом со Стивом.       Этот момент был самым желанным. Даже больше, чем оргазм, который должен был стать логическим завершением всего происходящего. Момент единения и близости.       Эдди нравилось, несмотря на боль. Наверное, еще никогда прежде он не чувствовал себя в безопасности настолько сильно. Теперь он был у Стива, а Стив у него, и никакие чудовища из Изнанки больше не были им страшны. Чувств оказалось слишком много, но среди них не нашлось ни одного, имеющего негативный окрас.       Стив дал Эдди время привыкнуть. Много времени. Сам он более-менее успокоился и позволил себе расслабиться, отдаваясь удовольствию. Эдди дал ему понять, что можно двигаться. Он посмотрел Стиву в глаза и, едва заметно улыбнувшись, кивнул.       Они плохо запомнили, что конкретно было дальше, но определенно было хорошо. Очень хорошо. Так, как никогда в жизни. Они оба терялись в ощущениях, терялись друг в друге. Эдди царапал спину Стива ногтями, а тот не обращал на это никакого внимания.       Было слишком. Слишком, в хорошем плане. Слишком много чувств, удовольствия.       Хотелось растянуть этот момент настолько, насколько это вообще возможно. Стив намеренно двигался медленно, пытаясь запомнить каждую секунду, каждый тихий стон, срывающийся с губ Эдди, каждый поцелуй.       Эдди запомнить не пытался, ему просто было хорошо. И еще лучше становилось от осознания, что это только начало. Что теперь у него, кажется, есть будущее, а в этом будущем — Стив. Эдди еще сильнее вонзил ногти в его кожу, будто желая сказать, что никогда не отпустит.       Их первый секс получился чувственным, немного отчаянным и совсем не таким плохим, как можно было ожидать. Да, Стив хотел чего-то иного, но этот вариант его тоже устраивал, в отличии от собственной нетерпеливости. Он не смог сохранить размеренный темп, как бы не пытался. Толчки стали быстрее и немного жестче, его рука оказалась между их телами и накрыла член Эдди, заставляя того стонать еще громче.       У Эдди был красивый голос, красивое лицо и вообще, как Стив и сказал, он был невероятным. А ведь всего месяц назад они были незнакомыми людьми, слышавшими друг о друге только не самые лестные вещи. И вот как оно оказалось. Да, в жизни довольно часто случается определенное дерьмо, но порой она может быть удивительна.       Это то, ради чего стоило выжить.       Финал был ярким. Они оба соврали бы, сказав, что испытывали что-то подобное раньше. Нет, не испытывали. Казалось бы, просто секс, но эти минуты казались по-настоящему прекрасными. И приятно было не только телу, но и душе. Именно в этом крылась настоящая близость.       Даже после оргазма Эдди какое-то время продолжал держать руки на спине Стива, не желая его отпускать. Но отпустить все же пришлось. Стив обреченно вздохнул и выпутался из его объятий.       Салфетки, видимо, предусмотрительно оставленные кем-то на тумбочке, очень пригодились. Стив убрал последствия их страсти и бросил грязную салфетку на пол. Вообще стоило привести в порядок комнату и самих себя, но сил на это совсем не осталось. Стив устало упал на соседнюю половину кровати, накрыл их одеялом и погасил лампу.       Эдди только сейчас понял, насколько сильно устал. Часы показывали, что еще только половина десятого вечера, но, по ощущениям, время давно перевалило за полночь. Позади остался ужасно долгий день. Все произошедшее: дорога, переживания, истерика и даже приятный вечер, дали о себе знать. Он понимал, что уснет, как только сомкнет веки, но делать этого не хотел, будто ощущая некую недосказанность.       — Ты в порядке? — тихо спросил Стив.       — Да, — вздохнул Эдди.       Теперь он точно был в порядке. И все же чего-то не хватало, но он быстро понял чего. Эдди пододвинулся к Стиву и положил голову ему на грудь, обнимая. Соприкосновения теплой, влажной от пота кожи, ощущались слишком хорошо.       — Это было охуенно. Спасибо, — прошептал Эдди, уткнувшись носом куда-то в шею Стива.       Стив крепче его обнял, так и не поняв, к чему это слово благодарности. Но с тем, что было охуенно он не мог не согласиться.