Крылья и когти

      Арестович стоял в спортзале возле офиса, в который он всегда приходил, чтобы снять стресс и контролировать свою агрессию. Его обнажённое по пояс тело блестело от пота, а мышцы напрягались с каждым ударом по груше. Он бил методично, с силой, вложив всю свою накопленную энергию в каждый удар. Этот ритуал помогал ему справляться с внутренними демонами, которые не давали покоя последние полгода.       Он бросил полотенце на скамью и сосредоточился на груше, которая покачивалась перед ним. Сжав кулаки, он начал бить её с такой силой, что казалось, груша вот-вот оторвётся от цепи. Вокруг него царила тишина, нарушаемая только звуком его тяжелого дыхания и глухих ударов, когда его кулаки встречались с грушей. С каждым ударом перед его глазами всплывали образы. Леша видел лицо Михаила, его улыбку, его смех. В этот момент гнев накатывал новой волной. Он ударил грушу так сильно, что она закачалась на цепи, как маятник.       Вдруг перед его мысленным взором появился Святослав — новый ухажер Михаила. Алексей представлял, как Святослав прикасается к Мише, как они смеются вместе, как он занял его место. Эта мысль вызвала в нем ярость, и удары стали ещё более яростными и беспорядочными.       — Святослав, — прорычал он, ударяя грушу с такой силой, что казалось, она вот-вот порвётся.       Леша видел перед собой их сцены вместе, и каждая такая картина лишь разжигала его гнев сильнее. Но через мгновение он понял, что больше всего он ненавидит не Святослава, а себя. Он видел в груше своё отражение — слабого, нерешительного человека, который не смог остаться. Его ненависть к себе за это решение была сильнее любой другой эмоции. Каждый удар, который он наносил груше, был направлен на него самого.       — Ненавижу тебя!— кричал Леша на себя, ударяя снова и снова. — Ты всё разрушил!       Он бил грушу, вкладывая в удары всю свою ненависть к себе. Он представлял, как уничтожает ту часть себя, которая сделала его жизнь такой невыносимой.       — Какое же ты ничтожество, Арестович ! — кричал он, его кулаки были уже в крови, но он не останавливался. Алексей хотел выбить из себя всю эту боль, хотел избавиться от того, кем он стал.       Наконец, силы начали покидать его. Его удары становились слабее, дыхание сбилось. Он сделал последний мощный удар, вложив в него всю оставшуюся ярость и ненависть к себе. Груша качнулась и замерла. Арестович опустился на колени, чувствуя, как усталость накатывает на него волной. Он тяжело дышал, его кулаки болели, кровь текла по пальцам. Он закрыл глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Мужчина знал, что этот бой с грушей не решит его проблем, но хотя бы на мгновение он почувствовал себя немного легче, избавившись от части той боли, которая его разъедала. В этот момент он понял, что борьба с самим собой только началась.       Леша не слышал, как открылась дверь, полностью утонув в своих мыслях и физическом напряжении. Но резкий голос вернул его к реальности.       — Я, конечно, понимаю, сосредоточенность на процессе и так далее, но Вы в курсе, что у Вас уже кровь на кулаках? — раздалось от двери. В проходе стояла София Подоляк с лёгкой усмешкой, указывая на его руки.       Арестович резко обернулся и увидел Соню, дочь Михаила. Её голос был полон иронии, но в глазах читалось беспокойство. Он не ожидал увидеть её здесь, в индивидуальном зале, который он выбрал, чтобы побыть одному и выплеснуть свои эмоции. Алексей опустил взгляд на свои руки и резко вытер их о полотенце.       — Соня? — удивленно произнёс мужчина, пытаясь перевести дыхание и осознать её присутствие. — Что ты здесь делаешь? Как ты меня нашла?       Девушка подошла ближе.       — Я увидела Вас на улице и решила проследить, — сказала она, пожав плечами. — Полгода прошло, как Алексей Арестович пропал с поля моего зрения. Не могла же я упустить возможность ещё раз поболтать.       Соня внимательно посмотрела на него, её взгляд скользнул по его окровавленным кулакам.       — Реально думаете, что сможете выбить все свои проблемы из этой груши?— девушка посмотрела на него с лёгким любопытством и сочувствием. — Ладно, — сказала она. — Не будем об этом. Могу я потренироваться с Вами? — Она посмотрела на грушу и добавила: — Я тоже иногда чувствую, что нужно что-то разбить.       Алексей удивлённо поднял брови, но затем кивнул, чувствуя, как внутри него растёт уважение к этой решительной девушке.       — Конечно, — ответил он, отойдя от груши и протянув ей свои перчатки, которые так сегодня и не надел— Но сначала давай обработаем мои руки. Потім покажу тобі декілька прийомчіків.       Она достала из рюкзака вату и антисептик.       — Давайте, садитесь, — сказала младшая Подоляк, указав на скамью. — Я помогу обработать.       Леша, немного удивленный её настойчивостью, сел и положил руки на её колени, как она попросила. София смочила вату антисептиком и аккуратно приложила к его разбитым костяшкам. Арестович зашипел от резкой боли.       — Шипите, как кошка, которой прищемили лапку, — с лёгкой усмешкой сказала Соня. — Уж потерпите.       Он усмехнулся, несмотря на боль, и терпеливо ждал, пока девушка завершит обработку. Она работала быстро и аккуратно, заворачивая его руки в бинты.       — До свадьбы заживет, — сказала она с улыбкой, завершив манипуляции.       — Спасибо, Соня, — искренне поблагодарил Алексей. — Как твоя учёба? Помню, перед моим отъездом ты поступила в художественный.       Соня вздохнула и закатила глаза.       — Нас перевели на дистанционное обучение, и это полный отстой, — ответила она. — Вместо нормальных занятий приходится слушать нотации отца дома. И время от времени ещё и Святика.       Алексей заметил раздражение в её голосе,       — И чем же тебе не угодил новый папин друг? — спросил он, стараясь скрыть и свою неприязнь, но не полностью справился с интонацией.       Соня, уловив его тон, нахмурилась.       — А я вижу, вы тоже не тепло относитесь к данному человеку, — сказала она. — Просто он... он слишком идеальный. Таких не бывает в природе.       Когда раны были обработаны, Алексей и Соня уже стояли в центре спортзала. Алексей показал ей, как правильно наносить удары и уворачиваться от них.       — Хорошо, Соня, — сказал он, демонстрируя удары. — Сначала основа. Наноси удар вот так, вкладывай силу плеча и следи за равновесием.       Подоляк с энтузиазмом повторяла его движения, стараясь точно следовать указаниям. Она наносила удары по воздуху, её движения становились всё увереннее. Леша наблюдал за ней, поправляя её стойку и движения.       — Отлично, — похвалил он, — теперь попробуй немного быстрее. И не забывай про защиту. Когда бьёшь, другая рука должна защищать лицо.       Они продолжали тренировку, и Арестович показал, как уворачиваться от ударов. Он двигался быстро и грациозно, демонстрируя идеальную технику. Соня пыталась повторять за ним, и хотя её движения были менее точными, она не теряла энтузиазма.       — Алексей, — сказала она во время короткой передышки, вытирая пот со лба, — и что же за тайное исчезновение произошло? Почему вы уехали без предупреждения?       Мужчина на мгновение замер, но затем быстро собрался.       — Это была всего лишь рабочая командировка, — ответил он, стараясь звучать убедительно. — Я не планировал задерживаться так надолго.       Соня подозрительно прищурилась, её интуиция подсказывала, что что-то не так.       — Чего-то вы недоговариваете, — сказала она, глядя прямо в глаза Алексею. — Иначе бы Ваше имя не было бы под запретом все эти полгода в нашем доме.       Алексей почувствовал, как внутри поднимается напряжение. Он знал, что Соня проницательна и не так легко обмануть. Решив не комментировать последние слова девушки, Арестович предложил провести небольшую дуэль, дабы закрепить обучение.       Они стояли друг напротив друга. Алексей мягко сжал кулаки, понимая, что его удары будут лёгкими, больше сосредоточенными на технике, чем на силе. Соня была полна решимости, её глаза горели энтузиазмом.       — Готова? — спросил Леша, улыбаясь.       — Готова, — уверенно ответила Соня, принимая боевую стойку.       Они начали двигаться, осторожно изучая друг друга. Мужчина осторожно наносил удары, которые Соня ловко блокировала. Он демонстрировал различные приёмы и движения, которые она старательно повторяла. Каждый раз, когда она делала ошибку, он мягко корректировал её, объясняя, как правильно выполнять тот или иной приём. В какой-то момент Алексей заметил, что Соня отвлеклась, потеряв зрительный контакт. Он быстро воспользовался этим моментом, сделал резкий манёвр и уложил её на лопатки.       — Не теряй никогда зрительный контакт, иначе потерпишь неудачу, — сказал он, улыбаясь и глядя на неё сверху вниз.       Но младшая Подоляк не растерялась. Лежа на полу, она хитро улыбнулась и внезапно наступила ему на ногу, используя это как рычаг, чтобы подняться на ноги. Алексей, не ожидавший такого хода, потерял равновесие и отступил назад.       — А вы никогда не недооценивайте Софию Подоляк, — сказала она с довольной улыбкой, поднимаясь и принимая стойку.       Алексей засмеялся, почувствовав гордость за её сообразительность и решимость.       — Отличный ход, — признал он, потирая ногу. — Ты молодец, Соня. У тебя отличный потенциал.       Они снова начали тренировку, на этот раз с ещё большим энтузиазмом. София продолжала внимательно следить за его движениями, стараясь не упускать ни одной детали. Алексей гордился её прогрессом и радовался, что смог помочь ей развить навыки.       Закончив свою тренировку, Леша направился в офис, надеясь на минуту покоя перед началом рабочего дня. Но как всегда, его встретили коллеги. Один из них, Давид Арахамия, весело подошёл к нему. — Льоха, ти ще й в зал оце встигаєш ходить? — спросил Давид с улыбкой. — Утром встать на работу так сложно, правда?       Леша улыбнулся в ответ, понимая, что Давид поддерживает разговор в лёгкой и дружелюбной манере.       — Да, ты прав, Давид, — ответил Арестович. — Каждое утро моя кровать и подушка убеждают меня остаться: "Останься, мы нужны тебе больше!"       Оба засмеялись, и Давид похлопал Лешу по плечу.       — Но, честно говоря, я восхищаюсь твоей самодисциплиной, — сказал Давид. — У меня было бы слишком трудно каждое утро вырываться из постели для занятий.       — Это правда не легко, но зато после тренировки я чувствую себя гораздо лучше, — признался Леша. — Это как утренний кофе, только для тела и разума.       Давид кивнул, соглашаясь.       — В цьому шось є, может и мне «мʼязами похизуватись»? Но сначала нужно убедить мою кровать и подушку, что это не означает, что я их больше не люблю, — добавил он с улыбкой.       Леша снова улыбнулся, радуясь непринуждённому разговору и поддержке со стороны коллеги.       — Перед ким ти м’язами зібрався хизуватись? Ти одружений чоловік, Арахамія.       Вдруг они заметили на другой стороне коридора Подоляка.       Он разговаривал по телефону, его лицо было сосредоточенным. Давид поднял ладонь в знак приветствия, и Михаил на мгновение встретился взглядом с Лешей. В их взгляде читалась смесь эмоций, которые никто из коллег не мог понять. Миша коротко кивнул им обоим и, закончив разговор, свернул за угол, исчезнув из поля зрения.       — Я так понимаю, за эти полгода многое изменилось? — начал Давид, его голос звучал лёгким оттенком любопытства. — Раньше с Мишей не разлей вода были, а сейчас даже не разговариваете друг с другом. Будете так же друг от друга бегать на вечеринке?       Леша посмотрел на Давида с удивлением, не ожидая такого вопроса. В его глазах мелькнула лёгкая паника — он даже не знал о предстоящем мероприятии.       — Вечеринка? Я не знал, что такое планируется, — признался он, пытаясь быстро собраться с мыслями.       Давид усмехнулся и покачал головой. — Арестович, ты начинаешь меня пугать. Разве в твоём ежедневнике не нашлось места для записи о дне рождении начальника? Андрей, конечно, как всегда хмурится и говорит, что во время войны не хочет никакого празднования, но я настоял, — пояснил он, улыбаясь.       Леша прикрыл глаза на мгновение, осознав, что оставил без внимания этот важный момент.       — Я извиняюсь. Это моя ошибка. Я обязательно постараюсь быть на вечеринке, — сказал он, стараясь компенсировать свою невнимательность.       Давид кивнул, понимающе улыбаясь.       Леша решил осторожно поднять тему о Святославе, желая узнать больше, но при этом не выдавать свои реальные чувства или знания о нём.       — Кстати, у Подоляка кажется появился новый приятель, Святослав, кажется? — спросил он, стараясь звучать не очень заинтересованным.       Давид кивнул, улыбаясь.       — Да, Святослав. Он руководитель Логистической компании, с которой мы недавно начали сотрудничать. Интеллигент, добрый, честный, аж приторный в своём совершенстве, — ответил Давид с лёгким подчёркиванием.       Леша слушал внимательно, задумываясь о том, что и Соня говорила ему о Святославе.       — Да, я слышал о его превосходстве, — сказал Леша, стремясь сохранить нейтральность в своём голосе.       Давид улыбнулся.       — Ну, вот такие люди бывают. Думаю, Мише повезло с таким знакомством, — добавил он.       Леша кивнул в ответ, ощущая странное чувство внутри. Ему было интересно, почему Святослав так сильно привлекает внимание окружающих, в том числе и Давида.

***

      Михаил стоял в своём кабинете, задумчиво смотря на коробку с вещами Леши. Вещи, которые он так и не осмелился выбросить, когда Арестович внезапно уехал. В коробке была рамка с фотографией матери Леши, которая стояла на его рабочем столе. Несколько футболок из шкафа, которые даже спустя полгода казалось, хранили его запах. Сломанные карандаши и зубочистки, которые мужчина ломал, когда был погружён в размышления. Его старый, потасканный айкос и прочие мелочи, каждая из которых напоминала о времени, проведённом вместе.       Михаил аккуратно перебирал вещи, погружаясь в воспоминания. Он думал о том, чтобы вернуть эту коробку законному владельцу, когда в кабинет ворвалась его дочь Соня. Её вид был слегка растрёпанным, как будто она бежала сюда несколько кварталов.       — Доця, что случилось? Почему ты так выглядишь? — спросил Подоляк глядя на неё с удивлением.       Соня широко улыбнулась, её глаза блестели от возбуждения.       — Ты даже не представляешь, кому я сегодня дала по морде, — сказала она, едва сдерживая смех.       Михаил смотрел на неё в недоумении.       — Кому? — переспросил он.       — Самому Алексею Арестовичу, — ответила Соня, наслаждаясь моментом. — Он чуть не разорвал в клочья грушу, пока я не пришла и предложила взамен нормального противника.       Михаил замер, услышав это имя. Его сердце забилось быстрее. Леша встретился с Соней?       — Леша... — тихо сказал он, не зная, что ещё добавить.       Соня, не подозревая о глубине чувств своего отца, продолжила с энтузиазмом:       — Да, он был таким злым, что я решила вмешаться. Мы немного поборолись, и знаешь что? Он в отличной форме.        Миша попытался сменить тему.        — Соня, почему ты не была сегодня на парах? — спросил он, стараясь придать своему голосу строгий тон.       Соня закатила глаза и пожала плечами.       — Сегодня была только одна пара, и она не столь важна, — ответила она с ноткой безразличия.       Подоляк нахмурился, укоряя её взглядом.       — Ты начала часто прогуливать, хотя сама очень хотела поступить на дизайнера, — укоризненно сказал он. — Не понимаю, почему ты так несерьезно относишься к учебе.       Соня усмехнулась, её глаза блестели от скрытого сарказма.        — Папа, ну не начинай. Иногда надо жить настоящим, а не только строить планы на будущее. К тому же, Алексей Арестович – это куда более интересное занятие, чем скучная лекция, — сказала она с насмешкой.       Михаил вздохнул, пытаясь сохранить спокойствие. Он знал, что спорить с Соней бесполезно, особенно когда она настроена саркастически.       — Соня, я просто хочу, чтобы ты понимала, насколько важно образование. Ты сама выбрала этот путь, и я не хочу, чтобы ты его забрасывала, — сказал он мягче.       София покачала головой, но её лицо смягчилось.       — Ладно, папа, я поняла. Постараюсь больше не прогуливать, — сказала она, слегка улыбнувшись. — Но сегодня был особый случай, правда.

***

      Леша вошел в свой кабинет и сел за компьютер, решив наконец узнать больше о загадочном Святославе Круглом. Он открыл браузер и начал искать информацию в интернете. Страница за страницей открывались факты о Святославе: основатель логистической компании "Фортуна Плюс" с 2015 года, холост, бездетный, известный своей филантропией и спонсорством лицеев и детских домов.       Арестович просматривал новости и статьи, но все материалы казались идеализированными, лишенными каких-либо отрицательных аспектов. Сложив руки на груди, Леша раздражённо закрыл крышку ноутбука. Он чувствовал смешанные эмоции — удивление и разочарование. Неужели нельзя найти ни одной скандальной новости или хотя бы зацепки, что Святослав не безупречен?       "Не бывают люди такими идеальными", — подумал Леша, ощущая, как раздражение и подозрение к Святославу начинают нарастать в его душе.       Он взял телефон и задумчиво набрал номер Дмитрия, своего надёжного сотрудника.       — Дмитрику, потрібна допомога. Нарой мне информацию про некоего Святослава Круглого, основателя "Фортуна Плюс", — произнес он, чувствуя, что начинает раскрываться загадка, которая всё больше привлекала его внимание.

***

      Михаил сидел в столовой офиса, медленно пережёвывая свой завтрак. Еда была пресной, а мысли — тяжёлыми. Он прокручивал в голове события последних месяцев, пытаясь найти хоть какую-то стабильность в своей жизни. К нему подсел Давид Арахамия с улыбкой на лице, держа поднос с завтраком.        — Доброго ранку, Міш, — начал Давид, усаживаясь напротив. — Як початок дня?       —Доброго, Давид, — ответил Михаил.       — Всё нормально. Как у тебя?       — Тоже нормально, — ответил Давид, начав расправляться с омлетом. — Кстати, ты помнишь, что сегодня вечером вечеринка в честь дня рождения Андрея?              Михаил кивнул.       — Да, помню. Буду там.       — Хорошо, — продолжил Давид. — Я просто хотел убедиться. Знаешь, Арестович как-то забыл об этом событии, так что я решил перестраховаться и напомнить ещё раз.       Миша постарался не акцентировать внимание на упоминании Леши.       — Ясно, — коротко ответил он.       Давид, заметив его реакцию, осторожно продолжил:       — Слушай, Миша, что между вами с Лешей произошло? Вы были неразлей вода, а зараз як євро і гривня, даже не разговариваете.       Михаил замолчал, давая понять, что не намерен это обсуждать. Он надеялся, что Давид поймёт намёк и прекратит. Но Давид не собирался отступать.       — Знаешь, Миша, — начал он, подбирая слова. — Мне кажется, что тебе пора забыть все свои обиды. В конце концов, ты же наш «Божий одуванчик», как тебя все называют. Ты всегда такой правильный и добрый.       Михаил почувствовал, как внутри него растёт раздражение. Ему казалось, что от него все требуют быть идеальным, но никто не видел, какой внутренний бунт бушует в его душе. Он тщательно сдерживал свои пороки и старался поступать правильно, но это становилось всё труднее.       Давид продолжал давить:        — Миша, что бы между вами ни случилось, вы были друзьями. Ты должен простить Лешу. Он ведь не специально...       Михаил сжал кулаки под столом, стараясь удержаться от вспышки гнева.       — Давид, — прервал он, наконец, голосом, в котором слышалась напряжённость, — я ценю твою заботу, но это личное. И я сам решу, как с этим справляться.       Давид кивнул, понимая, что зашёл слишком далеко.       — Ладно, Миша, — тихо ответил он. — Просто не забывай, что друзья нужны в самые трудные моменты.       Михаил вздохнул, чувствуя, как напряжение в груди немного ослабло.       — Спасибо, Давид. Я это помню, — ответил он, стараясь улыбнуться. Давид кивнул и переключился на другую тему, понимая, что не стоит дальше давить. Михаил же вновь погрузился в свои мысли, осознавая, что внутренний бунтарь, которого он так старательно скрывал, рвался наружу.       Михаил пришёл на вечеринку уже немного выпившим. Атмосфера в баре была оживлённой, коллеги смеялись и разговаривали, наслаждаясь вечерним мероприятием. В дальнем углу он заметил Давида, Андрея и Лешу, которые о чём-то беседовали. Миша, с конвертом в руках, решительно направился к ним, стараясь не смотреть в сторону Арестовича.        — Привет, ребята! — произнёс он, улыбаясь, но взгляд его оставался холодным. — Андрей, поздравляю тебя с днём рождения. Подоляк протянул конверт Ермаку. — Знаю, что дарить деньги банально, но раз уж ты копишь на новую машину, решил, что это будет лучшим подарком.       Андрей взял конверт, благодарно кивнув.       — Спасибо, Миша. Очень ценю.       Давид посмотрел на Михаила и засмеялся, заметив его состояние.       — Миша, да ты уже начал отмечать без нас! Так не годится. — Он вручил ему бокал виски. — Давайте выпьем за именинника.       Михаил, держа бокал в руке, секунду смотрел холодным взглядом на Лешу, прежде чем резко опустошить стакан.       — За Андрея, — сухо сказал он.       Лёша, стараясь не выдавать своих эмоций, тихо поднял свой бокал вместе с остальными. Напряжение между ними было ощутимым, но никто не хотел портить праздник. Давид и Андрей обменялись взглядами, понимая, что ситуация требует осторожности.       История развивалась на вечеринке быстрее, чем Леша мог себе представить. Все его опасения о Мише подтвердились, когда он увидел, как его друг выходит за грани приличий. Миша, казалось, специально пытался вызвать реакцию, подпитываясь спиртным и бросая острые фразы.       Леша старался поддерживать разговор с коллегами, однако его взгляд постоянно возвращался к Мише, который, казалось, утопал в бокалах и разговорах у барной стойки. Он видел, как Миша, будто испытывая себя, наливал себе еще один напиток.       Неподалеку от Миши собралась компания: Алиса и Назар Мельник, пара, с которой Леша был знаком, и их подруга Мишель. Алиса, с нескрываемым любопытством и легким намеком на осуждение, подняла разговор о Наташе Влащенко и её интервью. Она выразила своё мнение, что интервью Наташи ей показались посредственными на её вкус.       Миша, не стесняясь, ответил Алисе:       — Ну, Алиса, возможно, потому что в вашем вкусе спать с собственным водителем и глотать таблетки для похудения.       Эта неожиданная фраза вызвала шок и молчаливое недоумение в компании. Назар, муж Алисы, смотрел на неё серьезно, словно проникаясь к новым мыслям о своей жене. Мишель, пытаясь смягчить напряженную обстановку, предположила, что Миша, возможно, уже выпил слишком много.       Миша, находясь на грани смешного и безумного, ответил Мишель:       — Лишним было, что ты, Мишель, являешься создателем одного из сайтов для взрослых.       Леша, наблюдая за всем этим с растущим гневом, быстро подскочил к Мише, не выдержав больше этой пьяной беспорядочности. Он схватил его за рукав и, не обращая внимания на удивленные взгляды окружающих, решительно направился к туалету.       — Кстати, мне лично нравится твой сайт. — напоследок бросил Арестович Мишель и продолжил свой путь к уборной.       — Ты закончил? — зло спросил Леша, прижимая Михаила к стене.       — Нет, — ответил Подоляк, его голос был полон сарказма.       — Что ты делаешь? Пытаешься уничтожить прежнего себя? Сжечь все мосты? Это не поможет. Поверь, я пытался, — Леша говорил с горечью, понимая, что Миша ведет себя саморазрушительно.       Мужчина усмехнулся, его глаза блестели от алкоголя и боли.       — Может, нам никому ничего не сказать сейчас, сбежать с вечеринки и уехать в Штаты? Так будет драматичней? — сказал он, намекая на уезд Леши.       — Ты не такой, — произнес Арестович, пытаясь удержать себя от гнева.       Михаил попытался пройти к двери, но Леша перекрыл ему дорогу.       — Откуда ты знаешь? — спросил Подоляк, его голос был полон отчаяния.       — Потому что я знаю тебя лучше, чем ты сам, — ответил Леша твёрдо.       Михаил пьяно улыбнулся, его глаза были полны вызова.       — Ну да, — сказал он, подходя ближе к бывшему любовнику. — Ты меня насквозь видишь, правда, Леш?       Михаил начал наступать на Лешу, пока тот не упёрся в стенку. Миша продолжал, он был так близко, что Арестович чувствовал запах алкоголя в его дыхании.       — Даже моё сердце, — продолжил Михаил полушёпотом. — Ты помнишь, как в первый раз увидел настоящего меня, тогда в офисе. Когда я подчинял, а не подчинялся. Этот Миша здесь.       Подоляк начал водить пальцами по шее Леши, слегка прижимая его горло к стене. Он соблазнительно выдыхал рядом с его ухом, его горячее дыхание обжигало. Леша почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он знал, что должен отстраниться, уйти, но его тело словно парализовало. Михаил наклонился ещё ближе, его губы почти касались Лешиных. Внезапно, Подоляк наклонился и поцеловал мужчину, его губы были горячими и настойчивыми. Леша ощутил прилив знакомых чувств, соблазн был невыносимо сильным. Леша почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Он хотел поддаться, ответить на поцелуй, забыть обо всем на мгновение. Руками Миша ведёт вдоль тела по бокам, чуть сильнее сжимая, когда добирается до талии. И Арестовичу этого не особо-то и пошлого касания хватает, чтобы начать задыхаться от волной накрывающего желания, а потом он ощущает по всему телу приятную дрожь. Леша почувствовал, как все его внутренние преграды рушатся под натиском этого поцелуя. Арестович знал, что должен оторваться, остановить это, но не мог устоять перед соблазном. Его руки невольно обвили Михаила, притягивая его ближе.       — Возьми меня, — прошептал он, голосом, полным отчаяния и вызова Подоляк.       — Зачем? — жалостно выдавил из себя Леша. Кровь пульсировала, Михаил был так близко, так рядом, но это был не его Миша.       — Чтобы доказать, что всё по-прежнему, — ответил Подоляк, глаза его блестели от боли и алкоголя.       Он обнимает Арестовича за шею, целует напористее, перенимая инициативу, без разрешения проникая языком меж тёплых губ, что моментально становятся податливыми, ласкает его язык своим.       С трудом отстранив мужчину от себя, Леша отодвинул его, стараясь держаться на расстоянии.       — Нет, — решительно сказал Алексей, сдерживая дрожь. — Это не ты. Не тот Миша, которого я желаю.       — Верно, — Михаил отступил и засмеялся, горько и надломлено. — Я никогда таким не буду.       С этими словами Михаил повернулся и ушёл, оставив Лешу в туалете, уставшего и опустошённого.