Назови меня грешником

23. Т/И: Дин реально спятил. Его план безумен! Спуститься в Ад вот так просто? Да, Винчестер… Я так много о тебе не знаю. Но даже того, что есть мне достаточно, что понять, что Дин лучший из всех людей, которых я встречала. От вскрытия я наотрез отказалась, несмотря на то, что доктор Купер был настойчив. Этот противный докторишка имел наглость подкатывать ко мне! Я давно заметила его похотливые взгляды, ещё когда он приходил к Стиву. Не знаю, что Стив обо мне рассказывал Куперу, но тот с чего — то решил, что мы со Стивом трахаемся в его кабинете! Извращенец чёртов! Пришлось ему пригрозить, да и Дин подоспел вовремя. А вот с сжигание тела все было сложнее. За все время существования церкви не было ни одного подобного прецедента. Монахини явно не одобрят такой исход для святого отца. Но раз Дин заговорил об этом, значит это действительно нужно и я верю ему. Придётся выкручиваться. Церемония прощания должна была состояться на третий день после смерти Стива. Все эти три дня в молельном зале шли молитвы. Монахини прихода молились дни и ночи, делая небольшие перерывы. Мне не хотелось присутствовать при всем этом, но сестра Магда пристыдила меня, сказав, что таким поведением я проявляю неуважение к отцу Грэму и что это огромный грех. — Отец Грэм был для вас больше, чем просто пастор в церкви и вы не желаете помолиться за упокоение его души? Я была о вас лучшего мнения, сестра Т/И или может уже вас не называть так? Противная монашка! Вечно была мной недовольна. Пришлось мне смириться и принять этот божественный бред. Дину тоже не удалось отвертеться от молитв. Я видела, как ему тяжело все это дается. Я старалась как могла поддерживать его, но от этого было мало толку. Дин все сильнее замыкался в себе и было видно, что находится здесь ему все тяжелее. День похорон выдался дождливым. Да, я плакала, но эти слезы были вовсе не из-за Стива. Мне безумно не хватало отца, но Дин. Он стал будто чужим, хотя по его глазам я видела, что он хочет быть рядом, но что-то не пускает его ко мне. Народу было не протолкнуться. Со Стивом пришли проститься все жители городка. Пока все рассаживались по местам, я отвела Дина в сторонку. — Дин, не нужно быть тем, кем ты не хочешь быть. Я вижу как ты мучаешь себя и от этого мне очень больно. Когда все закончится, мы уедем отсюда. Уедем далеко и больше никакого Бога, проповедей и прочей чуши. Только позволь мне проститься с отцом. Ты согласен? Дин долго молчал. Он смотрел по сторонам, избегая моего взгляда. — Посмотри на меня, Дин, пожалуйста. Винчестер перевёл на меня взгляд и я ахнула. Любимые до дрожи зелёные огоньки были пустыми. Дин смотрел на меня холодными равнодушными глазами. В плече снова больно запульсировало и я машинально прижал руку. Боль становилась сильнее и я не выдержала. Я прислонилась к стене, царапая её ногтями, а из глаз потекли слезы. Мне казалось, что от меня отрываются куски плоти. Убрав руку от раны, я взглянула на ладонь — бордовое пятно отпечаталось на коже. — Твою мать! — Т/И… Дин схватил меня за руку и потащил в сторону комнаты. Когда мы оказались одни, Дин одним рывком разорвал ткань мантии. — Как такое возможно? Я взглянула в зеркало. Шрам был таким же, как и раньше и никаких кровавых следов. Я снова дотронулась до плеча и на пальцах остались следы крови. — Я ничерта не понимаю! Такого раньше никогда не было. Боль да, но не кровь. Дин провел по шраму кончиками пальцев и мне сразу стало легче. Тепло от его касаний растекалось по всему телу. Постепенно боль ушла вовсе. Убрав руку, Дин посмотрел на свои пальцы: следов крови не было. Да что вообще происходит? — Больно? — Уже все прошло. Дин… Винчестер прервал меня поцелуем. Я растворялась в его нежности и страсти. Все проблемы ушли на второй план. Были только я, Дин и наш поцелуй. Нехотя оторвавшись друг от друга, мы ещё какое-то время просто стоял молча, глядя друг другу в глаза. Я снова увидела блеск в зелёных угольках. — Т/И, я не могу объяснить происходящего, но если рядом со мной ты не чувствуешь боли, то я больше никогда не выпущу тебя из своих объятий. — И не надо. Дин заправил прядь моих волос мне за ушко и ещё крепче прижал меня к себе. — Если ты действительно готова уехать, то давай закончим все здесь? — Да, я готова. Только сначала мне нужно переодеться. Дин виновато посмотрел на разорванную мантию. — Да, ты права. Тогда я жду тебя у алтаря. Недвусмысленно улыбнувшись, Дин вышел из комнаты, оставив меня в растерянности. Дин: Смерть Стива стала ударом для всех, но по мне ударило вдвое. Монахини как с цепи сорвались! Трое суток молитв и взывания к небесному уроду. Я как мог уворачивался от этого, но сестра Магда, чтоб её, стояла на своём. — Вам, как приемнику отца Грэма, должно быть огромной честью сопроводить его душу на Небеса. Побойтесь Бога, отец Винчестер. Я чуть не рассмеялся ей в лицо. Да я его убить хочу, а не страх перед ним испытывать. Наивная идиотка. И все же мне пришлось уступить. Время в молитвах тянулось катастрофически медленно. Я предпочёл бы снова оказаться в Аду, лишь бы не бестолковые бормотания во славу Всевышнего. Я чувствовал, что морально я слабею и боль от потери завладевает мной все сильнее. Единственное, что спасло меня от падения в пропасть — это была Т/И. Она не давала мне забыть кто я, она была рядом. Хотя я и от неё стал закрываться. Мне хотелось быть одному, хотелось быть далеко отсюда, как можно дальше. Хотелось напиться до беспамятства, но виски в кабинете Стива давно закончился, а идти в бар не было никакого желания. И все же Т/И была рядом. Она терпела меня и старалась поддерживать во мне тягу к жизни и у неё это получалось, хоть я и не показывал ей этого. Когда перед церемонией она отвела меня в сторону и я услышал, что она готова уехать со мной, а потом эта её боль в плече. Всё это будто встряхнуло меня. Я словно проснулся ото сна и увидел мир, свой мир, где была Т/И. Я смотрел на неё и моё сердце неистово трепетало от любви и нежности. Всё моё существование было ради неё. Я должен быть сильным, я должен найти способ и я его найду.