Прости, что я люблю тебя.

Они должны расстаться. Эти слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Может у него слуховые галлюцинации и на самом деле он ничего не слышал? Ведь этого не может быть. У них же все хорошо. А, может ему снится страшный сон? Он даже ущипнул себя, чтобы в этом удостовериться. Но нет, он не спит, и его любимый человек, действительно сейчас сидит перед ним и говорит, что он его больше не любит, а значит пришла пора расставания. Он не хочет в это верить. Ведь ещё вчера у них все было хорошо. Ещё вчера они ходили на свидание в парк аттракционов где катались на американских горках, которые он смертельно боится, и где он выиграл для своего любимого белую ласку так похожую на него. Ещё вчера… Или это было не вчера, а год или два назад? А, может и все три? Когда их любовь затянули рутина и быт? Когда их дни и ночи стали совершенно однообразными, не отличающимися друг от друга ни чем? Почему это произошло с ними? Ведь он был уверен, что они не превратятся в серую массу. Что их любовь, такая светлая, яркая, осязаемая, тягучая, вечно пахнущая весной, никогда не окрасится в белый цвет и не погаснет. И вот теперь, они сидят друг напротив друга, в дорогом ресторане, где должны были отметить пятую годовщину своих отношений, в его кармане лежит коробочка с кольцом, а его любимый говорит, что любви больше нет и им двоим уже не по пути. Ему казалось, он задыхается. В одну секунду его лёгкие сжались, а дыхание перехватило. Он пытался сделать хоть один маленький вдох, но у него ничего не получилось. Из его глаз тихо текли слезы. Он медленно, но очень болезненно умерал. Губы синели, а сердце прекращало свой ход. Он услышал голос зовущий его. Даже не голос, а шепот, таким тихим он был. Он попытался открыть глаза, но веки его не слушались. Казалось, прошло несколько часов, прежде чем он смог пошевелиться и все-таки открыть их. В тусклом свете ночника на него смотрели заплаканные, испуганные, шоколадные омуты. Он медленно осмотрелся. Это была их комната, в их квартире, они были не в ресторане. За окном была глубокая ночь, а не ранний вечер. Значит это был все же страшный сон. Реалистичный, но сон. Он медленно набрал воздух в грудь, глубоко вдохнул и так же медленно выдохнул. Затем протянул руки к любимому и крепко-крепко обнял. — Обмани, — шептал он покрывая любимое лицо поцелуями. — Но останься.