По ту сторону жизни

Теперь Канада сидел на крыльце и рыдал от безысходности и горя. — Не верю! Я не верю, что он мёртв! — Это горькая, но правда. Прекращай ныть. Подожди… ЯИ… Алло? — Канара… — Тоже? — Да. Я поверить не могу, что всё так быстро происходит! — Я только сказал Канаде про Украину, теперь и это? — Прости, Рейх… — Ладно. Я позже перезвоню, — Третий повесил трубку. — У меня ещё одна плохая новость. Канара тоже мёртв. — Почему?! За что?! — Прими мои соболезнования. Я пойду… Мне ещё кое-что узнать надо. *** — Жалко Канаду… — Да… Ну, такова жизнь. — А ведь его сыну было лишь 11 лет… Бедный пацан. — Да, сына тоже жалко… Германия и Россия дома? — Да. — Как говорится у вас в одном советском фильме: «Всех впускать, никого не выпускать». — Не давать им выходить из дома? Брось ты, у них ещё не скоро день рождения. — И всё же. Держи их ближе к дому. Возможно, до них скоро тоже доберутся… — Беларусь! Точно! — Что Беларусь? — Она тоже может быть в опасности! — Езжай туда, я со следователем созвонюсь. — Хорошо! — Союз выбежал из дома, завёл машину и пулей помчался к Беларуси. Благо Советам недолго ехать до Белки. Он быстро забежал в дом. Беларусь была там. — Папа? Привет! — Ага… Слава богу, ты жива… — В смысле? — Сегодня… Убили Украину и Канару. — Что?! Как?! Почему?! — Это мы и пытаемся выяснить. Стоп, секундочку… — Союз взял трубку. — У аппарата Союз, внимательно слушаю. — Совок, это я. Короче, мне Канада позвонил, сказал, что не будет жить без сына и «жены». Я уже еду на роликах к нему. Не уверен, что успею. — Да что сегодня за день такой?! Ладно, позвони, когда будешь у него. — Ага. Ладно, давай, — Третий сбросил. — Плохие новости. Канада походу уйти решил. — Что?! Я туда! Немедленно! — Я тебя подвезу. Возможно, по дороге увидим Третьего. — Канада! Не делай глупостей! — Рейх зашёл в дом. — Слышишь меня? Ты живой? Ответа нет. — Клянусь, если ты уже дохлый, я, как только вернусь в мой мир, тебе подзатыльник вставлю! И опять тишина… — Чёрт… Кажись, я опоздал. Так, где его комната? — Рейх прошёл по коридору, ища глазами комнату Канады. Вскоре комната была найдена. Из неё доносился несильно приятный запах. — Как там Украина говорил? С вертушки в дверушку! — Третий выбил дверь. Перед ним развернулась такая картина: Канада лежит на полу с простреленной головой, в самой комнате всё перевёрнуто с ног на голову, как будто что-то искали. — Oh mein Gott… Das ist verfickt… — Рейх начал набирать номер Советов. Гудки… Гудки… Взяли трубку. — У аппарата Союз, внимательно слушаю. — Советы, тут Канада… Уже… — Точно? — У него бошка прострелена! Как думаешь, точно он мёртв или нет?! — Ладно, не кричи. Мы уже подъезжаем. — Быстрее. Я думаю, что я тут не один… — В смысле? — В прямом! Жми на газ, идиот! — Жму! — Молодец… Чёрт, даже пистолет не взял… — Я почти здесь! Жди! — Стараюсь… — внезапно сзади кто-то накинул верёвку немцу на горло, отчего тот стал кашлять, пытаясь сделать вдох. — Рейх? Рейх! Ты чего?! — Быстрее! Кха-кха! Отпусти, придурок! Кха!.. — говорил фюрер, задыхаясь. — Рейх, держись!!! Я уже здесь!!! Не умирай! Советы быстро забежал в дом и сразу начал искать Рейха. — Рейх! Рейх! Ты где?! — Пап! Он здесь… — Где?! Ох, Боже… Третий!!! Союз подбежал к телу Рейха. — Прошу, открой глаза!!! Прошу, живи!!! Рейх, открой глаза! — Кха-кха… Союз… — Рейх! Слава богу! Ты жив! — Не уверен… — Что такое? Почему? — Он сказал… Кха-кха!.. Если я выживу, то он меня найдёт и дома… Кха-кха!.. Убьёт. — Я не позволю. Не позволю! Беларусь, скорую, быстро! — Есть! *** — Как думаешь, меня найдут? — Нет. Я теперь тебя с собой везде буду брать, не хочу, чтобы это повторилось… — Спасибо за такую заботу, но я уже не думаю, что это поможет… — Не говори так! — А как мне ещё говорить? «Всё будет хорошо, я не умру!». Так, что ли? — А даже если и так? Мне спокойнее будет… — Боже, Совок… Не веди себя как малое дитё. Тем более, дома всегда будут Россия и Германия. — А если им приспичит уехать на неопределённое время? Ты останешься один! — А ЯИ? — Что может сделать девушка против сильного мужчины, который тебя чуть не убил за какие-то 15 секунд?! — И то правда… Тем более, она носит под сердцем моего ребёнка. — Вот! И если она полезет в драку, то скорее умрёт быстрее, чем убьёт того, кто за тобой придёт. — Да… Я не хочу умирать, я боюсь! — А я боюсь за тебя… Ты думаешь, чего я так быстро примчался к тебе? — Да… *** — Что там? — Меня хотят видеть в следственном комитете. — И что такого? — Одного. Без тебя… Я боюсь, как бы Россия и Германия не ушли куда… — Не бойся! У меня, если что, есть пистолет. Получит пулю в лоб. — И всё же. Будь осторожен в моё отсутствие. — Обязательно). Ладно, всё, шкандыбай давай. — Вас понял, — Советы, улыбаясь, вышел из дома. Рейх зашёл к себе в комнату и увидел собирающуюся куда-то ЯИ. — Куда ты? — На УЗИ. Меня Россия и Германия подвезут, а сами в магазин по-быстрому. — Понял. Хорошо, идите, — Третий присел на кровать. — Всё хорошо? — Да. Ладно, иди). — Хорошо. Пока, скоро буду, — японка поцеловала Рейха в щёку и вышла из комнаты. — Ну, видимо, это должно случиться. Ладно. Даже пистолет брать не буду. Если мне суждено умереть во второй раз, я не буду убегать от судьбы. *** Прошёл час. Фюрер сидит на кухне и пьёт кофе. Он не боится идущей к нему смерти. Сзади слышатся тяжёлые шаги, Рейх не оборачивается. Знает, что это за ним. — Сделайте это по-быстрому. Чтобы я долго не мучался, — немец встал со стула и поставил кружку с оставшимся кофе на стол. Убийца сразу накинул верёвку на шею Рейха и начал душить. Немец не сопротивлялся. Просто кашлял и просил закончить это быстрее. Его послушали. Третий умер через 20 секунд после того, как его начали душить. Уже мёртвое тело фюрера валялось на полу с застывшей навсегда улыбкой… *** — Рейх? Ты живой? — спросил с порога Советы. Ответа не последовало. — Нет… А если его нашли?.. — коммунист прибежал на кухню и, увидев мёртвое тело, упал на колени. — Нет… Рейх! Твою мать, я ведь так и думал, что не будешь обороняться! Союз прижал уже мёртвого Рейха к себе. Слёзы стекали по щекам коммуниста и падали на волосы фюрера. Внезапно сзади на шею Союза набросили верёвку. Тот сопротивлялся. Не хотел умирать. Но смерть была неизбежна. И после минуты сопротивления Советы упал на пол замертво. *** — Пап, мы дома! — крикнул Германия из прихожей. — Как по мне, что-то не так. — Что? Да что может пойти не так?), — немец младший прошёл на кухню, желая поставить полные продовольствия пакеты. — Россия, помоги. — Хорошо! Через секунду из кухни послышался крик. — Что такое, Германия?! — русский пулей забежал на кухню и увидел Германию, обнимающего своего мёртвого отца. — Не может быть… Оба мертвы… Опять… — DAS HÄTTE NICHT PASSIEREN DÜRFEN!!! — в отчаянии кричал немец. — Извините, что прерываю ваш траур, но вас мне тоже нужно устранить, — сказал голос, после чего один за другим послышались два выстрела. *** — Где я?.. Стоп! Я… Жив? — К вашему сожалению, нет. — А ты ещё кто?! — Ох, простите. Видимо, я представился, когда Вы были ещё в бессознательном состоянии. Имени у меня нет, но все, кто были здесь до вас, меня называли проводником. Вы находитесь в антипустоте*. К вашему же сожалению, Вы не сможете вернуться в мир живых. — В смысле, я не смогу вернуться?! — В прямом. Примите мои соболезнования. — Не может быть… А как же Германия?! — Ваш сын? Он тоже мёртв. Но находится по ту сторону. — Нет… Германия!!! Сынок!!! — Кричать бесполезно. Он вас не услышит. Как я уже говорил, Вы не сможете покинуть это место. — Рейх? — голос Союза немец узнает из миллионов других. Третий повернулся. Сзади правда стоял Советы. — Боже мой! — коммунист накинулся на Рейха с объятиями, и оба свалились на «пол». — Поверить не могу, ты здесь!.. — Союз… Я не один… — Да. Вы не один, господин Третий Рейх. Только при одном суровом условии, вы оба сможете вернуться в мир живых и покинуть мир мёртвых, который у нас здесь называется «По ту сторону жизни». — Диктуйте своё условие! — Вы должны будете исправить все ошибки прошлого. — Все?.. — Именно, господин СССР. — Но их бесчисленное множество! — Это нас не волнует. Или вы хотите остаться здесь навсегда? — Нет! — Тогда… Принимайте наше условие. — Мы… Согласны.