Тени несбывшихся судеб

      Запах гари. Дым. Кровь. Лекси едва успевает открыть глаза, когда осознание произошедшего ударило в голову. Ударило сильно. Почти в той же степени, что и разбитое лобовое. Шок, страх, паника, принятие. Не хватало лишь мультяшной лампочки над головой. Первое, что она видит потрескавшийся асфальт под щекой и капли крови, растекающиеся в трещинах. — Неплохо я полетала, – прошептала Брэнсон, медленно подымаясь с земли и чувствуя, как кости в теле собираются обратно, словно пазл, только с легким запахом железа.       После каждой такой ситуации женщина жалела, что вампирская регенерация не распространяется на одежду. Раны затянулись, а запекшаяся кровь и дыры никуда не делись. И, разумеется, ни одна страховая не покрывает "вампир вылетел из лобового и испачкал салон". Отвратительно. Мало того что нормальная укладка в превратилась в нечто под названием «я упала с сеновала, тормозила головой», так еще и любимая кожаная куртка испорчена. Откинув мысли о внешнем виде, Алексия посмотрела на небо. Пыталась понять который час. Дело близилось к вечеру. Что ж, не так и долго она пробыла без сознания. — Плачевная картина, – раздался знакомый голос где-то за спиной.       Лекси сделала глубокий вдох. Мысленно сосчитала до десяти. И обратно. Все складывалось наилучшим образом. К прекрасному прикиду прибавилась прекрасная компания. Поэтому Брэнсон не удержалась от комментария. — Только Майклсона мне тут не хватало. — Действительно, не хватало, – со смешком отозвался Первородный.       Лекси постаралась хоть как-то привести в порядок свои волосы. Но уже пару секунд спустя она повернулась к незванному гостю, бросив тщетные попытки. Как он смог ее найти ? Магия Белл никогда не подводила. — Привет, Кол. — Привет, привет, Алексия. Потрепанный видок, – его привычная ухмылка была на месте. Никаких вычурных нарядов или реплик, но он все равно умудрялся выглядеть, как будто только что вышел из плохой шпионской комедии. — Посмотрю я на тебя, когда через лобовое вылетешь. — Далеко не факт, что успеешь, – с улыбкой ответил Майклсон, сделав пару шагов навстречу, – Не знаю, кто был твоим стилистом на сегодня, но кто-то из знакомых. — Запах ?       Потрошитель услышав вопрос, молча кивнул. Запах знакомый. Вот только Первородный не мог понять кому он принадлежит. В надежде догадаться Первородный подошел к машине. Авто выглядело не лучше владелицы, но смесь исходивших от него ароматов была явно сильнее. Потому мужчина решил все же отступить и сделать еще несколько кругов вокруг места аварии. Не помогло. Кол явно виделся с этим человеком. И виделся не раз. Но мозг почему-то упрямился. Запах есть, лица - нет. Словно страницу из книги вырвали. — Это была женская фигура. Рыжие волосы. Средний рост. — Еще скажи, что у нее есть нос и два уха, –Майклсон хмыкнул и вновь направился к машине, – Ты прям кладезь полезной информации. — Обращайся.       Фыркнув в ответ на сарказм Кола, Алексия постаралась стряхнуть пыль с одежды. Некая слабость в движениях сохранилась до сих пор. Странно. Регенерация должна была пройти успешно. Брэнсон решила, что так сказывалось на ней магическое вмешательство. Еще раз проводила взглядом небо, на котором вскоре начнут появляться краски заката. Потратив немного времени на поиск уцелевших вещей в автомобиле, женщина решила по памяти переписать информацию, которую ей передал Герат. Попытки нарисовать карту сирены, пусть и даже схематично, выглядели еще более жалко, чем попытки Майклсона распознать напавшего. — Что это ?       Черт! Будь проклята вампирская скорость. Алексия чуть не выронила ручку от неожиданности. То ли Майклсон был слишком осторожен, то ли Брэнсон была слишком увлечена. А возможно Кол просто продолжал свою игру в шпиона. — Мои попытки возродить украденные записи, – вполголоса произнесла вампир. Бросив взгляд на свои каракули, поджала губы. Она в дерьме по самые ноздри.       Кол нахмурился. Он проскочил из Мистик Фолза в Ричмонд сразу же как только смог почувствовать магию вампиризма Алексии. До этого он убил несколько дней на сбор нужных ингредиентов и подходящей ведьмы для специального заклинания. Он явно заслуживает больше подробностей. Хотя бы за старания и потраченное время. — Что за записи ? — Их мне дал сирена, который бросил Аркадия и переметнулся на сторону Тайриз. Эти записи необходимо для получения ангельской благодати. —Ангельс... Что !?, – эмоций в потрошителе было намного больше, чем в их последнюю встречу. Непривычно было и Алексии, и Колу. — Для того, чтобы уничтожить небесные войска и армию Дьявола нужно провести обряд. Для обряда нужны кровь нефилима, кость Аркадия и ангельская благодать, – как можно спокойнее начала вампир, отбросив свою несчастную тетрадь в сторону. – Кровь нефилима у нас есть. Операция по получению кости Аркадия тоже началась. А для того, чтобы получить ангельскую благодать, нужно пройти испытание. — Отлично.       Звучало сухо и крайне сдержано. Если бы не всплеск эмоций несколько минут назад, то Лекси могла бы счесть подобную реакцию за норму. Да и что стоит ожидать от Первородного потрошителя, который уже и так прожил тысячу лет ? Кому, кому, а ему уж точно не стоит переживать, если его жизнь вдруг оборвется. — Где и как должно пройти это испытание ? И кто должен его проходить ? — Перекресток. Тут грани между сном и реальностью, телом и духом почти стерты, – Алексия передала слова Люциана и бросила внимательный взгляд на Кола. Она надеялась, что он как бывший ведьмах и достаточно древнее существо должен знать об этом перекрестке. Секунда. Вторая. Надежды не оправдались. Первородный покачал головой. Тоже не слышал о таком. — Смахивает на состояние Бардо, Другую сторону или что-то в этом роде.       «Если б только записи были на руках», – тут же пронеслось в голове. Мысль резанула прям по сердцу и отозвалась тяжким вздохом. Потрошитель между тем поднял с земли записи Брэнсон, бросив той на последок беглый взгляд и ободряющую полуулыбку. Пролистав тетрадь, прошедшую через огонь, воду и медные трубы, Кол тоже тяжело вздохнул. Почти на грани безысходности. Трактовать написанное по памяти будет похоже на игру в угадайку, а тыкать пальцем в небо - последнее, что стоит делать когда мир на грани войны. Майклсон закрыл тетрадь, положил обратно каракули Лекси. Выпрямился. Глянул на женщину взглядом, где поселилась вечная усталость. — Значит, записи украли ? , – уж слишком спокойным тоном уточнил Первородный. — Украли, – кивнула Брэнсон. –Кто-то знал мой маршрут. Подозреваю нашего новоиспеченного союзника-сирену.       Кол сжал челюсть. Затем коротко фыркнул, развернулся и сел на капот покореженной машины. На несколько секунд повисла тишина. — Навестим его ?       Естественно идея была сомнительной с самого начала. Даже по стандартам вампирской паранойи и сложившейся ситуации. Тем не менее через минут десять они уже стояли у дома Гранта. Вернее у того, что осталось. Ни дома, ни сирены. Брэнсон привела Майклсона к руинам. Жилище явно старались сравнять с землей. — Либо его нашли раньше нас , – бросил Кол. — Либо он сам замел следы.       Лекси от злости пнула лежащий рядом то ли булыжник, то какую-то плитку от бывшей веранды. Камень не был виноват. Но на тот момент оказался вполне себе годной мишенью. Прежде чем кто-то подал голос прошли долгие пять минут. — В Мистик Фолзе жопа. Полная , – тихо начал Первородный. — Давненько я не видел, чтобы все рушилось так быстро и одновременно. Фрея - едва не в коме. Убито девять детей. Мэр мертва. Теперь рулит Клаус. Короче, не ты одна облажалась по-королевски.       Известие о смерти Тайриз было чем-то само собой разумеющимся. Брэнсон на подсознательном уровне чувствовала, что связь с Локвуд не просто так пропала. Кол резко начал, и столь резко же и замолчал. Будто хотел дать своему рассказу осесть в воздухе, в голове. Будто подбирал следующие слова. Но Лекси его опередила. — Впервые захотел спасти всех и все, но не вышло ? — Впервые за долгое время боюсь, что ничего не исправить.       Беззаботная улыбка на секунду мелькнувшая на устах женщины вновь испарилась. Наступила тишина. На этот раз какая-то неловкая. Сугубо личная. Можно сказать почти человеческая. Кол уже и забыл какого это быть человеком. Кажется будто тысяча лет на вампирских настройках пролетели за секунды. Хотя бывали дни, когда время тянулось чертовски медленно. Минуты были похожи на века. Майклсон бы многое отдал, чтобы у них появилось чуть больше минут в запасе. — Завтра уедем отсюда, – прекращая поток собственных мыслей, начал потрошитель, – Начнем прочесывать города, что были на твоей карте.       Лекси кивнула. Она все еще продолжала пялиться на тот камень, который пнула недавно. Бедняга. Попал под раздачу. Подняв взгляд на Первородного, женщина наконец произнесла: — Тогда сегодня надо где-то остановиться. И привести себя в порядок. — Намекаешь на душ ? , – с легкой улыбкой спросил Кол, напомнив Лекси про ее стильный образ.       Комментарий Майклсона не застал ее врасплох. Зато ответ Брэнсон имел намного большее влияние. Потрошитель чуть ли не поперхнулся своим остроумием. — Намекаю на бурбон.

***

Ночь. Отель. Комната - дешево обставленная, но вполне пригодная. Стандартная кровать, занавески кофейного цвета и полуживая мебель. На заднем плане с глухим шумом работает старенький кондиционер, а за окном - яркая вывеска круглосуточной закусочной. Кол с бокалом в руке стоял опираясь о подоконник. Лекси сидела на кровати и расчесывала слегка влажные волосы. На столике стояла почти опустевшая бутылка. Картина маслом, которая достойна кисти художника в стиле вампирского реализма. — В жизни не думала, что буду пить бурбон в компании Майклсона , – произнесла Алексия с улыбкой, стараясь распутать очередную прядку. — Пьешь не в одиночестве. Так что не жалуйся. — А ты все еще такой же колючка. Даже с алкоголем в крови. — Зато честный , – парировал мужчина, а после добавил, –И кто бы вообще говорил?       Брэнсон лишь пожала плечами, соскочив с кровати словно ей вновь двенадцать, тихо хихикнула. Руки потянулись к следующей бутылке бурбона. Однако уже мигом позже ладонь Лекси зависла в воздухе. Не из-за внутренних сомнений, из-за слов, что сорвались столь неожиданно. — Знаешь, – вдруг начал Кол, – иногда я думаю, что мы, Майклсоны, - самые натуральные катастрофы. Где бы ни объявились - всюду смерть, разрушения и проблемы.       Откровение Майклсона словно сковырнуло старый шрам. Алкоголь, который впервые за много лет не вызывал у Брэнсон отвращения, начал раздражать. Вновь и с новой силой. Словно старое воспоминание, которое принято хоронить без крестов. — Необязательно быть Майклсоном, чтобы думать о семье как о проклятие, – тихо отозвалась вампир.       Кол смотрел на нее. Не глазами Первородного и не глазами потрошителя. Смотрел как обычный человек, который тоже много видел. Который тоже многого не сказал. Лекси редко говорила о прошлом. И очень старательно избегала разговоров про семью. Брэнсон не рассказывала ни про ту семью, в которой родилась, где любовь звучала громко, но, к сожалению, не громче боли. Ни про ту семью, которую они начали строить вместе с Ли. И там, и там кончилось плохо. Поэтому лучшим выходом считалось молчание. Кол окинул Лекси внимательным взглядом. Голос - ровный, лицо - бесстрастное. Но пальцы, сжимающие пустой стакан дрожат. Потрошитель не задавал вопросов. Просто слушал. Редкость. Особенно среди бессмертных. — У каждого хватает скелетов в шкафу , – наконец произнес мужчина и сделал очередной глоток. — А мы просто лохи.       Слова слетели неожиданно просто и беззаботно. Брови потрошителя поползли наверх. Эта светловолосая бестия может быть серьезной хотя бы пару минут? Скорее всего нет. Ну и отлично. Хоть кто-то из них должен был расцепить на себя маску клоуна, чтобы этот разговор не перерос в что-то действительно сокровенное. Первородный лишь покачал головой из стороны в сторону, а свою полуулыбку он спрятал за бокалом. — И все же у меня был шанс, – прошептал он, – Мизерный... но был.       Лекси вторила Колу - не стала задавать вопросов. Она, конечно, слышала истории про возлюбленную Майклсона. Знала о трагичном финале. Честно говоря, об этом знали все. Быть известным равняется приговору быть тем, чья жизнь всегда на показ. Таков закон, что в людском мире, что в мире сверхъестественном. В этом плане Алексии повезло больше. Брэнсон была самым обычным вампиром, как и миллионы других. Так что каким-то исключительным вниманием никогда не обладала. И, откровенно говоря, этому факту она была безумно рада. Ведь Лекси всегда ценила приватность и терпеть не могла когда что-то личное становилось достоянием общественности. Но даже это не уберегло ее парня. Ли был мертв. Мертв как и Амелия. Кол и Алексия оба потеряли свое «навсегда». И теперь вместо него у каждого из них остались лишь руины и воспоминания. Отличие лишь в том, что Брэнсон тонула в тишине, пока Майклсон задыхался под вниманием мира. А сейчас сверху еще прибавилась война, что дышала в спину. Шедевр в предапокалипсис, одним словом. — Знаешь, меня, кажется, никогда не отпустит , – тихо произнес мужчина, но его голос все равно дрогнул. — И не должно.       Краткий и незамысловатый ответ. Пожатие плечами и едва заметная улыбка. Ни один из жестов не покидала грусть. Но вместе с той в них читалась и простота, и некая заземленность. Лекси была права. Такое не проходит бесследно. Не отпускает раз и навсегда. Тогда каков смысл мучить себя ? Кол не знал. И вообще сомневался, что хоть что-то знает. Казалось, прожитая тысяча лет так и не наделила его простой житейской мудростью, которую он встречал порой у простого человека, на чью долю выпало едва больше полувека. Майклсон никогда не мог раскусить загадку такого распределения «ресурсов». Но почему-то именно сейчас Первородный хотел откинуть любые мысли на этот счет. Желательно, на Марс. Или хотя бы на Луну.       Не судьба. Раздался стук в дверь. Глухой и уверенный. Кол сразу понял, незванному гостю разрешение войти и не требовалось. Данный жест лишь формальность. Он оказался прав. Через несколько секунд дверь со скрипом открылась. На пороге стояла знакомая фигура. Рыжие волосы, легкий налет сумасшествия в глазах и безумная улыбка. — Ты ? , – произнес потрошитель, отлепившись от полюбившегося ему подоконника. Майклсон прищурился, но не доверяя собственному зрению.       Театрально поправив темно-зеленый плащ, Аврора Де Мартель тихо рассмеялась. Бросив беглый взгляд на незнакомую блондинку, женщина сделала референс. Оскалилась: — Я. — Отлично. Знакомы , – подвела итог Алексия и вновь присела на кровать, предчувствуя что-то «грандиозное».       Секундой позже в Брэнсон прилетел украденный ранее блокнот с записями. Рыжеволосая даже не смотрела в ее сторону, просто швырнула предмет и продолжила свои гляделки с Майклсоном. Отлично. Пока эти двое мерились воспоминаниями, злобой или желанием - не суть важно - Лекси вновь углубилась в страницы. Что-то изменилось. То ли неординарная атмосфера сыграла, то ли выпитый бурбон помог. Но читая записи повторно, женщина смогла заметить детали, что ускользнули от нее раньше.       Первая запись. «Перекресток - место, где грани между сном и реальностью, телом и духом тоньше всего. В перекресток ведет то, от чего ты всегда бежишь. Этот путь способен разделить твою жизнь на «до» и «после». Однако не стоит задерживаться здесь, иначе есть шанс стать частью перекрестка. Ведь попадая сюда, ты отрекаешься от линейного времени. Отныне ты – одна из нитей в тканях судьбы.»       Следующая заметка. «Ангельская благодать на деле отличается от наших предположений. Это не имеет никакого отношения к небесному войску и демонической армии. Это не порошок силы, эликсир бессмертия или артефакт могущества. Это нечто среднее между великим откровением и отчаянным безумием. Можно сказать, истина, сводящая с ума. Хотя во многом толкование зависит от того, что человек принести готов с собой в перекресток.»        Перед глазами все чаще всплывали фразы «реальность и сон», «тело и дух», «ангельское и демоническое». Антитеза на антитезе.       Новый листок. «Испытание. Нельзя назвать чем-то необычным. Оно проходит в одежде обыденности. Тебя не ждет адское пламя и райское вознесение. Перед тобой не будет стоять выбор между жизнью и смертью. Тебе придется столкнуться с истиной, скрытой в повседневности. Не всем дано ее увидеть, а принять и подавно могут лишь единицы.»       Вновь противоположность подгоняемая противоположностью. «Жизнь и смерть», «Адское пламя и райское вознесение», «Необычное и повседневное»       Последней записью является пророчество про сестер Зальцман, которое Брэнсон и так знает на изучать.

«В порошок сотрутся все холмы

пока вы будете ждать моего ответа.

В этой истории было две сестры

Одна являлась порождением света, другая - тьмы.

Но вот как ведь интересно получилось.

Той, что всем казалась исчадием ада,

Голубоглазой блондинкой быть случилось и обладательницей ангельского взгляда.

А за посланника небес держали ту,

Чьи волосы были темны как смоль.

И в ее внеземную красоту

светлых оттенков входило ровно ноль.

Они обе были прекрасны и умны.

И история о них сохранится на века,

Но одна из них стала находкой для Сатаны,

А вторая даром для его врага.

Хоть и они вовсе внешне не похожи,

Но все равно долго не знал никто,

Кто из них - ангел Божий,

и Дьяволов ребенок - кто.

А когда истину узнает мир

Будет положено новое начало.

Тогда волк , ведьма и вампир

Соберутся у одного причала.

Тогда сестры не будут разделены

У них появится единая дорога.

Хоть одна и попадет в руки Сатаны,

А другая — в руки Бога.

Тогда три основных ветви иного мира

Возглавить придется тем,

В ком есть черты волка, ведьмы и вампира.

Больше это не будет сделано никем.»

      Опять противопоставления: «Свет и тьма», «Исчадье Ада и посланник Небес», «Бог и Сатана». Голова шла кругом от такого количества антитез. Лекси даже не сразу обратила внимание на то, что пророчество было написано на листке, которому примерно столько же, сколько ее любимым джинсам. Лет десять не меньше. Хотя откровение посетили оракула из Нового Орлеана лишь на прошлой неделе. Какого черта ? — Это ты написала ? , – все-таки решилась спросить Брэнсон, кивнув на листок с предсказанием. — Нет, милая. Это было написано задолго до меня. Я лишь передала вам те фрагменты, которых не хватало. — Как пророк или посмешище ?, – подал голос Кол. – Что тебе нужно ? — Говорю же, передала вам те фрагменты, которых не хватало.       Аврора вернула свой взгляд на потрошителя и вновь рассмеялась. Пока Майклсон и Мартель вновь убивали друг друга глазами, Лекси взглянула на листки в своих руках. Стала искать те самые строчки, которых раньше не было. При первом прочтении вампир не заметила чего-то нового. Брэнсон уже собиралась возразить, что ничего та им не передала. Казалось, что все записи остались без изменений. Но тут ее взгляд зацепился за несколько слов на последней странице. Беглый почерк, не аккуратная запись. — Нашла ?       Утвердительный кивок. Но взгляд от блокнота Брэнсон отрывать не стала. Даже зачем-то провела пальцами по написанному. Паста слегка стерлась и осталась на коже. Действительно, написано совсем недавно. — Поняла ?       Лекси вновь кивнула. Затем переместила свой взгляд с листка на Кола. Майклсон играл желваками на лице и сжимал кулаки до побеления костяшек. Нервничал. Довольно сильно. — Что там написано ?       Тишина. Алексия молчала. Не знала, что сказать. А Первородный и без того терял терпение. — Что ты написала !?, – спросил он на повышенных тонах, обращаясь к Авроре.       Рыжеволосая улыбалась. Смотрела безумными глазами в ответ. Но тоже молчала. Тишина. Незнание. Майклсон терпеть не мог эти две вещи. Не выдержав затянувшейся паузы, мужчина сорвался с места. В доли секунды оказался рядом с Брэнсон. Выхватив листки из ее рук, принялся листать страницы, пока не застыл. Нашел. — Конец - это только начало.       Шепот была едва слышен. Пальцы дрогнули. Блокнот упал.