Пепел звёзд

      

— И когда ты вдруг поняла, что тебе плевать на него? — В первой половине дня у меня промелькнула мысль, что я больше никогда его не увижу. Во второй, что меня это не волнует. @Хи и Эстер

      

***

      Приятный аромат разливался по всей территории кухни, где сейчас сидели двое. Они сверлили друг друга на протяжении долгого времени. Никто не хотел нарушать царившую тишину. Она не давила, скорее наоборот создавалось впечатление правильности момента, будто ты находишься там, где надо и с тем, кем надо. Не считая одного маленького недочета – этим кем-то был Ран Хайтани, самый известный гопник в Роппонги. Человек, спасший жизнь Лин и тут же отправил в саму преисподнюю.       — Ну и нахуя ты скрывала факт, что мы соседи? — гопник сделал глоток зеленого чая, любезно налитого его знакомой. Он бил пальцами по столу, наблюдая за поведением девушки, что находилась напротив. Она была одета в короткие пижамные шортики и футболку, поэтому ничего не мешало скользить глазами по длинным и стройным ногам. Их украшала россыпь синяков и пара-тройка шрамов. Округлые бедра выглядывали из-под атласной ткани пижамы.       — Да мне больше всего в жизни надо, чтобы вы двое ломились в мою квартиру, когда вам скучно, — Эстер недовольно цокнула, слегка смущаясь от столь пристального взгляда парня. Хоть она и привыкла к сотням зрителей на соревнованиях, которые пришли поглазеть именно на нее, то взор Хайтани ставил ее в неловкое положение.       — Кто тебе сказал, что мы будем страдать такой фигней? — Ран притворно надулся и теперь заглядывал в глаза, казавшиеся голубыми при дневном освещении.       — А вы не будете? — Лин пришла в искренне недоумение. Она была уверена, что они даже не будут придумывать причину, чтобы вторгнуться на ее территорию.       — Конечно, — ничего другого девушка и не ожидала услышать. Хоть они с Хайтани не были супер близкими друзьями, но ей было достаточно того, что она уже увидела, чтобы прийти к определенным выводам.       — Слишком ожидаемо.       — Я не понимаю, тебе жалко? Подумаешь полное отсутствие личной жизни, границ и, хотя бы какого-то спокойствия. Зато с нами никогда не соскучишься, — сарказм буквально лился рекой из уст Рана, — Я утрирую, дорогуша. Нам, по-твоему, совсем нечего делать в этой жизни? Мы держим Роппонги. Ты понимаешь, какая это ответственность? Мне и Риндо совершенно не до тусовок дома у малознакомой девки.       После фразы парня, собственные доводы приведенные с таким уверенным выражением лица показались Лин сущей глупостью. Она ведь действительно не имеет понятия, как проходят обычные дни у братьев. Учатся они или целыми днями пропадают на разборках собственного квартала. А может ездят по серьезным делам, которые девушка часто могла лицезреть в детстве, но теперь свежим взглядом с изнаночной стороны преступного мира Токио. Не самыми безопасными знакомствами успела обзавестись Эстер будучи тут всего полгода. Однако при правильном подходе, это может очень сильно пригодится в будущем.       В голове спортсменки внезапно всплыл образ отца. Один из самых известных детективов международного уровня и его дочь, что связалась с криминалом из-за собственного синдрома героя. Но поступи она иначе - никогда на свете не простила бы себе подобную трусость. Девушка посмотрела в окно, на улице шел снег, плавно покрывающий поверхность земли. Вспоминалась зима дома, в объятиях мамы и нескончаемым ворчанием главы семьи.       Лин поняла, что уже давно не слышала голоса своих родителей. В связи с яркими событиями в ее жизни, она совершенно забывала связываться с ними. Да и разница во времени давала о себе знать. Когда девушка приходила домой, мама с папой видели уже десятый сон, а когда бодрствовали взрослые, Эстер же наоборот еще спала после сложного учебного дня. Хотя скоро начинались каникулы и можно было немного сбить собственный режим и нечто подсказывало, что Хайтани с их разборками в принципе не дадут девушке пожить.       — Ты что зависла? — Ран пощелкал пальцами перед лицом девушки, возвращая ее обратно в реальность, — Пять минут полет нормальный, давай очухивайся.       — М? Ты что-то говорил? — Лин взглянула на парня мутным взглядом. Видимо она слишком сильно углубилась в собственные мысли.       — К твоему счастью нет, но постарайся так не делать, особенно во время наших заданий, — Хайтани наглым образом открыл холодильник. Обнаружив внутри абсолютную пустоту, протянул громкое «пиздец» и закрыв, напечатал что-то в телефоне.       — Каких еще заданий и почему я не в курсе? Ты снова не спрашивал моего согласился, меня начинает бесить твое наглое поведение и полное неуважение ко мне, — Эстер устало выдохнула, заглядывая в глаза юноши, что поднял ее подбородок, вынуждая смотреть прямо на него. Странная у него привычка, чуть что хватает ее за лицо.       — Ну-ну, я столько раз предупреждал, что со мной не стоит говорить подобным неуважительным образом. Почему ты такая непонятливая? — Ран промурчал последние слова прямо в шею. Лин отреагировала равнодушно, в отличии от собственного тела, что потянулось на встречу близости, ставшей в последнее время частой, после двух лет отсутствия какой-либо тактильности со стороны мужского пола.       — Ты решил угрожать мне в моей квартире? Это гениально Хайтани, я просто... — договорить не дал парень, впившийся властным поцелуем в потрескавшиеся от холода губы. Одной грубой силой парень вдавливал женское тело в каменный стол.       Послышался звонкий хлопок, эхом разбившийся об стены.       — Пошел вон, — раздался тихий шепот, тут же донёсшийся до гопника. Тот лишь снисходительно усмехнулся, неловко почесав подбородок.       — Я напишу позже, — коротко бросил Ран уходя из квартиры, захлопывая за собой дверь.       Оставшись наедине с собой, Эстер осела на пол и запрокинула голову. Это не был ее первый украденный мальчиком-хулиганом поцелуй, поэтому она не стала сокрушаться из-за этого и жалеть, что этим кем-то был главарь Роппонги. Лучше он, нежели призрак прошлого, преследующий долгие месяцы. Не была ли она юна для подобных обстоятельств?       На душе противно скребли кошки. Одними подушечками пальцев девушка коснулась места, где только что были вездесущие губы Хайтани. Ни о каких приятных ощущениях речи и быть не могло. Лин поцеловал юноша, который был не самой приятной личностью в ее жизни.       Драматизировать особо не хотелось. Только помыть лицом и проучить гопника. Спортсменка прекрасно понимала, неисправимые манеры человека, что ведет себя подобным образом на протяжении всей жизни. Двойственность собственных эмоций было невозможно объяснить, это было нечто далекое, противно окутывающее каждую струну души, талантливо играя невообразимые мелодии сердца. А потом умываться в кислоте, чтобы не оставить и малейшего следа от мелькавших мыслей.       Винить себя за слабость и тут же понимать, что людям такое всегда было свойственно. Не давать себе свободу чувств, подавляя их в момент зарождения. Это нечто написанное на небе, в ином мире или совершенно другой вселенной. Признаваться в подобном самой себе девушка никогда бы не стала, не захотела. Она не верит в подобное и не признает. Было глупым цепляться к человеку, что просто оказал немного внимания исходя из личных побуждений.       Гудок смартфона нарушил ход мыслей, летевших со скоростью света. Это была Сенко, с которой они договорились должны были давно встретиться, но каждый раз все переносилось по разным причинам. Не успев понять происходящее, Лин подняла трубку.       — Слушаю, — одинокий голос раздался в пустой квартире, громко разбиваясь об стены. Подруга быстро что-то протараторила о своем скором приходе и сбросила трубку. Взгляд неосознанно зацепился за предыдущий входящий звонок.       Ран.       Рана на руке внезапно заныла привлекая к себе внимание. События вчерашнего дня сами стали проноситься отрывками. Воспоминание о покалеченном от ее руки парнем остудили пыл девушки, что хотела написать Хайтани праведную тираду о том, что она не заслуживала таких событий в жизни просто из-за того, что другой человек оказался в то время и в том месте. Надо будет узнать у Риндо как сложилась судьба двух бедолаг, которые столкнулись с Эстер на своем пути.       На белоснежном бинте выступили капли крови. В каком-то смысле это символизировало ее жизнь до появления этого большого ребенка, выйдет ли из этого что-либо? Девушка не знала, что именно, но явно ничего хорошего. Связать собственную жизнь с криминалом, не отъехав головой стоит огромных сил, которых у спортсменки больше не имелось. Некий внутренний двигатель, помогающий идти вперед, не преклонять голову перед жизнью, а с достоинством принимать пощечины, стойко держась на ногах.       Кто бы мог знать, что свой стержень Лин потеряет вместе с человеком, однажды став неотъемлемой частью ее хрупкого душевного равновесия. Это было нечто неизмеримое, настолько огромное, что заполняло собой космос, но помещающееся в крохотном человеческом сердце. Однако стоило сделать один неверный шаг, как это место превращалось в черную дыру, засасывая туда твои чувства, эмоции, тепло. Остается лишь пустота, сплошной холод и собственная беспомощность, до жути раздражающая, доводившая до каждодневных истерик и медленно сводящая с ума от непонимания себя.       От непонимания этого мира. От непонимания его мотивов.       Тяжелый вздох.       Мысли по-прежнему не покидали Лин ни на день, хотя пролетело целых два года с того момента. Хотелось отдохнуть от собственной головы. Грустная улыбка озарившая лицо на мгновение и исчезнувшая где-то глубоко внутри. И не надоело же страдать раз за разом, прокручивая те самые последние слова перед затянувшимся прощанием. Немые слезы потекли по щекам. С небывалом остервенением девушка принялась вытирать все рукавом домашней кофты.       К черту человека, заставившего ее потерять себя.       Шумный выдох.       И вот Эстер сидит на кухне, судорожно обрабатывая руку, выслушивая лекцию подруги о том, что упасть на железку на ровном месте может только Лин. Девушка всегда отличалась неуклюжестью, но смогла переплюнуть в таком деле саму себя.       — Я вот не понимаю, — возмущалась Сенко, рассматривая каждый миллиметр раны, — Ты положила эту штуку перед собой на асфальте и несколько раз специально упала? Чтоб наверняка разрезать ладонь.       — Конечно, мне нравится идти и напарываться на острые вещи, может однажды повезет и вовсе глаз выколю себе, — Лин пожала плечами. Хи усмехнулась на такой явный сарказм подруги и слегка ударила ту по лбу.       — Зная твою аккуратность, подобное будет совершенно неудивительным, поэтому лучше повнимательнее смотри под ноги где бы ты не находилась.       — Постараюсь, — сдержанно ответила Эстер. Ей была приятна забота подруги, но не в тех случаях, когда она сама осознавала, что ей делать не стоило. Очевидные вещи утомляют, иногда вовся выводя из себя, — Лучше расскажи достает ли тебя сейчас эта мегера? — попытка увенчалась успехом, подруга в мгновение переключилась на своего заклятого ваза в виде главной стервы университета, зависящей от образа парня, что близко не совпадал с реальностью. Но разве такие мелочи помешают кому-то любить само чувство любви, скрываясь от мира за розовыми очками.       — Честно признаться, я не понимаю, как сильно ты избила или запугала ее братца, но Шицу после такого максимум может скалить зубы и фыркать, если я окажусь в ее поле зрения. А так по-прежнему страдает по своему принцу на красной тачке.       Перед глазами будто назло начали всплывать картинки из машины Хайтани, где они со старшим так нежно прижимались друг к другу, бросая томные взгляды, подобно влюбленной парочке. Такие кадры скорее хотелось судорожно выковырять из памяти, дабы не возвращаться к ним более никогда, как собственно и самому Рану, в теплые шершавые руки. Закатив глаза, Лин скрестила руки и взглянула на подругу, смотрящую на нее загадочным образом.       — И о каком же противном человеке подумала? Аж губу искусала, — Сенко выделила слово "противный", намекая этим самым на совершенно обратный фактор. Эстер здоровой рукой бросила в свою собеседницу подушку, что мгновенно достигла своей цели.       — Я хочу перевестись на заочку, это можно оформить? — девушка не знала, когда наступит то-самое-время, чтобы рассказать Хи всю правду о ее жизни в последние недели и наступит ли такой период вообще, однако хотелось верить, что сокрытие подобных личностей поможет избежать очень много проблем. Особенно постоянное напоминание об этой самоуверенной рапунцель. К тому же подруга и без этого сокрушается в последствиях помощи Лин. Не хотелось, чтобы она винила себя во внешних обстоятельствах этой жизни.       — Первым делом мне хотелось бы поинтересоваться, по какой причине, но твой вид буквально кричит о том, что это ужасная идея. Так что захочешь - расскажешь, я всегда тебя выслушаю, — теплая ладонь накрыла холодные пальцы Эстер, — Зная тебя отца ты включать не станешь, поэтому только в следующем году.

***

      — Так и будем играть в молчанку? — Хайтани время от времени оглядывал на сидящую рядом пассажирку, не проронившую ни слова с момента встречи. Его красный спорткар на большой скорости рассекал пустые дороги ночного города. Плавные движения опытного водителя создавали ощущения, будто пара летит по воздуху, а не мчится из-за срочного вызова Изаны, — Ты мне, конечно, больше нравишься, когда из твоего рта не сыпятся помои, но с таким же успехом я могу пообщаться со стенкой. У нее нет такого надутого на весь мир выражения лица.       — Не сомневаюсь, — ответила Лин, даже не смотря на собеседника, — Вы примерно на одном интеллектуальном уровне, — это было сказано так тихо, на сколько вообще возможно, но юноша умудрился услышать. В ту же секунды сиреневые глаза вспыхнули адским пламенем. Больно сжав бедро собеседницы Ран усмехнулся, ожидая криков и писков, но реакции не последовало. Ни через несколько секунд, ни через минуту.       — Как же ты меня бесишь, твоему упрямому характеру любой ишак позавидует, — не дождавшись даже звука, парень отцепил тонкие пальцы, после которых наверняка останутся следы на белоснежной коже.       — Ты даже представить себе не можешь, на сколько подобные чувства взаимны, - Лин шумно выдохнула, борясь с приступом агрессии. Это естественная реакция на какой-либо признак насилия в ее сторону, вот только раньше это удавалось быстро перебороть. Она знала, что стоит захотеть и обидчик будет валяться в ее ногах, но это не тот случай.. Здесь никто не будет плеваться соплями, в перемешку с кровью, если только она сама, стоит Хайтани захотеть и это пугало. Чувство собственной бесполезности, от которого девушка так тщательно убегала почти всю сознательную жизнь, особенно в начале спортивной карьеры. Подобные ощущения вытекали в агрессию, хотелось бить, крушить, ломать, только бы уйти от этого назойливого чувства беспомощности перед более сильным соперником.       Громкое дыхание привлекло внимание притихшего гопника, теперь же спокойно ведущего машину и не обращая внимания на раздражающую знакомую.       — Тебе норм? — вопросительно подняв бровь, уточнил Хайтани. Эстер держалась за сердце больной рукой, прикусывая губы. Глаз не было из-за челки, — Эй, мелочь.       Попытка коснуться девушки обвенчалась провалом. Его руку грубо отпихнули, давая намек, что человека надо оставить в покое, но для гопника подобное поведения напомнило его самого. Несколько лет назад у него было подобное явление перед самым важным боем в жизни, после которого он загремел в тюрягу. Тогда он в первый и в последний раз ощутил на собственной шкуре страх быть побежденным. Тринадцать лет выдались самыми запоминающимися в его жизни.       Автомобиль резко затормозил на обочине, едва не врезаясь в бетонный столб. Послышались звуки глушения мотора, прежде чем открылась водительская дверь. Юноша спешно обошел машину и остановился после знакомой. Лин тряслась, но было непонятно от страха, злости или невозможности выразить накопившиеся эмоции, что под воздействием триггера начали вырываться наружу.       — Посмотри на меня, — шепотом произнес Хайтани, присаживаясь на одно колено перед девушкой, — Если ты продолжишь, то собственные приглушенные обиды однажды сведут тебя с ума, — ответом послужили бирюзовые глаза, смотрящие на него с полным непониманием. Будто он спасательный круг в океане мрака и бесконечной боли, хранившейся глубоко внутри и не признававшейся ее обладательницей.       Теплые губы юноши едва касались подушечек пальцев юной дамы. Подобный трюк полностью переключил внимание с истерики, теперь Лин с недоверием и полной растерянностью наблюдала за действиями своего знакомого-диктатора, которому не нравилось буквально все в этом мире. Особенно она сама.       Так зачем сейчас устраивать некое шоу, чтобы помочь той, кого ты не переносишь? Эстер мотнула головой, выбрасывая навязчивые мысли. Она не понимала в какой момент начала так негативно воспринимать Хайтани, если в начале ей, откровенного говоря, было плевать на его существование. Он не становился для нее принцем на белом коне. Она благодарна за спасение жизни. Но не более. Не был центром ее Вселенной, только противной занозой, от которой невозможно избавиться, потому что она засела глубоко под кожей и теперь болит, достаточно ее просто задеть.       — Отойди, — безжизненный голос резал гнетущую атмосферу. Лин выдернула руку, по которой бегали мурашки, отвечающие на прикосновения Рана.       — Знаешь, — парень сел обратно на место и серьёзным взглядом посмотрел на спортсменку, заодно оценивая ее внешнее состояние, — Тебе не нужно строить из себя сильного человека, когда все твое нутро кричит о помощи. В первую очередь, ты - девушка. Может и дерешься круче большинства парней, но твоей внутренней хрупкости это не убирает. Ты не перестанешь являться той, кто может набить мне ебало за секунду, если просто поплачешь. Есть вещи важнее слепой гордости. Например ты сама.       Эстер будто не слышала сказанные ей слова, смотря сквозь гопника. Нечто внутри вновь рухнуло, оставляя после себя тысячи окровавленных осколков. Хотелось протянуть руку и вытащить содержимое, только бы это больше не кололо её душу, оставляя после себя глубокие шрамы. Слёзы пробивались сквозь барьер здравого рассудка. Перед этим человеком она уж точно не заплачет, иначе не простит себя. Придет домой и переживет всю боль самостоятельно. Ведь так было всегда. Она привыкла. И ей не нужен был свидетель собственной неудачи. После стольких попыток, девушке так и не удалось взять собственные переживания под контроль, поэтому они и вырывались в самый неподходящий момент.       — Я в курсе. Но получить помощь от тебя - значит подписать контракт, добровольно отдавая себя в рабство, — Лин фыркнула и устало прикрыла глаза, она явно перенервничала и теперь хотелось крепко уснуть, свернувшись клубочком, — Сдвинься уже, не хочу получить от Изаны из-за тебя.       — Технически из-за тебя, — тут же нашелся парень и вдавил на газ. Автомобиль с рычанием тронулся с места, оставляя после себя следы от колес.       — Нихуя. Я не просила останавливаться и тем более подходить, так что не спихивай попытки побыть благодетелем на меня, — Эстер даже не пыталась взглянуть на парня, чтобы увидеть его реакцию. Было кристаллически поебать на всех и каждого в данную минуту жизни.       — Справедливо, — девушка не видела, но слышала его мимолетную усмешку, перед нависшей тишиной. Однако она не тяготила, а наоборот умиротворяла. Люди, с которыми было комфортно молчать занимали особое место в сердце Лин. Не будь у них такое знакомство, она бы попробовала с ним пообщаться адекватно.       Но судьба капризна.       Ран явно не просто так появился в ее жизни, но вот только непонятно - сделать ее легче или уничтожить то незримое счастье, что наконец поселилось в ее душе по приезде в Японию. Неожиданно захотелось запечатлеть мгновение стоящего перед Эстер парня, успокающего одним лишь присутствием и этим же сводить с ума от злости и бессилия. Такие противоречивые эмоции от такого же непонятного юноши. Это словно дождь в летний знойный вечер после долгой болезни - ты станцуешь под капли, медленно стекающие по телу и разбивающиеся об холодный асфальт, чтобы вновь заболеть на следующий день намного хуже.       — Выползай, — раздался мужской бас над ухом и теплая рука потянула девушку на себя, прижимая к себе. Лин выпрямилась во весь рост, но все равно была на полголовы ниже Хайтани, чье лицо оказалось на непозволительно близком расстоянии. Взгляд сам зацепился за потресканные губы. В тоже мгновение парень облизнулся. Девушка смутилась про себя, сталкиваясь с фиолетовыми глазами, так хитро глядящими на нее.       — Я сама могу выйти из машины, — огрызнувшись, спортсменка вырвалась из подобия объятий, чтобы скрыть смущение за столь невинное действие с ее стороны.       — Ну-ну, — хохотнул юноша, закрывая машину и направляясь в сторону небоскреба, где сейчас находился их Король, — Судя по твоей заторможенной реакции, ты опять витаешь в ином пространстве, поэтому я превращусь в старого дряхлого старика и откинусь, прежде чем дождусь какого-либо действия.       — Бедняжка, — девушка ускорилась у входа, дабы оставить Хайтани старшего позади, чтобы попасть к Изане ей не требовался ходячий указатель. Исключительно водитель, который элементарно не смог доставить ее вовремя.       Босс нашелся в зале, специально оборудованным под тренировки верхушек Поднебесья. Курокава безудержно размахивал ногами, под которыми валялись поверженные манекены. Его грации и легкости в движениях позавидует любая девушка. Однако несмотря на подобные "плюсы", глава создавала впечатление крайне безумного и жесткого человека, готового подмять под себя целый мир, чтобы достичь цели и ему неважно, сколько человек сляжет ради призрачного успеха. По этой сложившейся картине, создание преступной империи - жалкий предлог, за которым скрываются настоящие мотивы, которые можно узнать только оказавшись в голове юноши.       — Ты долго, — констатировал факт парень и улыбнулся, жестом приглашая к тебе, — Я уже заждался тебя, — Изана не выглядел злым, только слегка измотанным. Это успокоило Лин.       Закинув на диван верхнюю одежду и оставшись в лосинах и спортивном топе, девушка прошла к Королю, параллельно завязывая волосы в конский хвост. Эстер догадывалась для чего ее позвали в такое время. Ведь только ночью у Курокавы не было важных или срочных дел, либо лишних глаз, которые могли отвлекать от попыток сосредоточиться на своих действиях.       Рука неприятно заныла, стоило девушке представить как они сейчас буду тренироваться. Неужели Изана будет учить её размахивать ногами? Ведь Риндо упоминал схожей тактике боя между Лин и боссом банды. Удары руками никогда не являлись сильной стороной спортсменки, ведь с самого начала она поставила на природную растяжку.       — В связи с тем, что твоя конечность находится в плачевном состоянии, мы ее пока не будем. Однако рано или поздно придется ставить блоки, какой бы сверх реакцией ты не обладала, иногда рукой будет быстрее, да и проще защититься. Большинство в группировках учились драться на улице, поэтому вся их сила заключается в кулаках, если не сможешь ударить как следует, хоть попробуешь защититься, — Король словно прочитал мысли девушки и продолжил, — Наверняка спорт - это ахуенно, но в реальной драке, как ты уже поняла, тебе пригодится больше всего - твоя реакция. На тренировках и соревнованиях ты осведомлена о начале боя, но тут так не принято. Удар может последовать от любого человека... — Курокава сощурил глаза. Эстер вытянулась по струнке смирно, ожидая подвоха, не заставившего себя долго ждать.       Кулак прилетел в стенку, где только что стояла девушка. Удар был настолько быстрым, что она успела только уклониться, уйдя под руку атакующего. Босс нахмурился, явно ожидая другой реакции.       — ...И в любое время, - завершил пламенную речь парень, — От тебя я ожидаю только лучших результатов, надеюсь ты это осознаешь, — в голове Лин всплыли слова тренера, они были идентичны этим. И она действительно прыгала выше головы на тренировках и чемпионатах. Быть лучшей во всем. Да, пожалуй этой фразой можно описать всю жизнь девушки, словно некий отступ к ее автобиографии, — Я ожидаю опережающего удара, попытки защититься, но грамотно уйти тоже надо уметь. Молодец.       — Благодарю Вас, — усмехнулась Эстер разминаясь, — Уход помогает запутать противника на несколько секунд, прежде, чем он ударит вновь, поэтому, если у меня не выходит ударить... — Лин замахнулась правой ногой, останавливаясь в миллиметрах от головы босса. Держать баланс она умела чуть ли не идеально, — ...Я постараюсь сбить противника с толку, — спортсменка надменно посмотрела на Изану, о чем пожалела в ту же секунду.       Лицо парня побагровело в мгновение ока и он подобно урагану оказался вплотную к девушке, хватая ту за шею, буквально вдавливая в стену. Второй рукой он удерживал кисти Эстер, злобно дыша ей в лицо. Ноздри главы раздувались от ярости. Несмотря на подобную реакцию Лин точно знала, что Курокава не поднимет руку, такие бойцы, как минимум невероятно полезны и стоят намного выше рядовых солдат по приносимой пользе, поэтому она не отрываясь смотрела в его глаза, которые по цвету так напоминали Хайтани старшего.       — Сука, — прозвучало над самым ухом, прежде чем Изана плотоядно улыбнулся и вцепился в пухлые губы девушки, чуть ли не рыча от удовольствия...       — Теперь я понимаю, по какой причине ты как ошпаренная летела сюда, — послышалось мужское фырканье. Никогда в жизни Эстер не была так счастлива появлению Рана. У него будто была способность появляться в нужное время, правда в этот раз его взору открылась сомнительная картина, на что девушка хмыкнула про себя. Ну и пусть смотрит. Словно услышав ехидные мысли девушки, глава мгновенно отстранился, вытирая ладонью рот, — Я взял воду, — в подтверждение своих слов юноша кинул бутылку в Лин, та поймала здоровой рукой и отпила на ходу половину. В горле пересохло после неожиданного поворота событий.       — Ого, забота от Хайтани. Спасибо,— вроде незначительный поступок, но где-то в глубине от него стало тепло. Даже она сама не позаботилась о себе.       — Не паясничай.       Хайтани обменялся с Курокавой парочкой фраз, прежде чем названный король покинул помещение. Ран прикрыл дверь закатил глаза и подошел к девушке, хватая за кисть. У Эстер пронеслась мысль, что у здешних верхушек странная мания к женским рукам.       — Ты же понимаешь, что эта хуйня не делает тебя особенной в его глазах? — как бы случайно вкидывает мысль гопник, пока они рассматривают окровавленные бинты Лин, — Идем, — парень повел подчиненную за собой, удерживая за кончики пальцев.       — Мне все равно, Хайтани, — девушка с равнодушным видом плелась по коридорам за своим боссом. Он буквально летел куда-то, — Не моя инициатива была.       — Зато тебе, похоже, понравилось, как родная обжималась. А это только вторая ваша встреча, — Ран резко остановился и сжал до хруста костей кулак, — На третьей дашь ему не задумываясь.       Эстер молча поднялась на носочки, не расцепляя руки и с вселенским безразличием ударила парня по лицу, на котором теперь красовался след от ладони. Рука вновь заныла, рана вновь открылась.       — Дам, если захочу. Мне кажется, моя постель - не твое дело, — с гордо поднятой головой прошептала спортсменка в ожидании реакции.       — Мне поебать, даже если в твоей койке окажется сброд со всего Токио, — прохрипел юноша, объятый гневом, — Главное, чтобы никто не свел Изану с тропы власти, потому что его планы поистине впечатляющие, как и сила, которой он поменяет мнение любого, что встанет у него на пути, — Хайтани внутри себя был готов задушить ее в любую секунду, хоть внешне и выглядел абсолютно равнодушным.       — Угомонись, — голос, подобно острому лезвию резал напряжение воцарившееся меж двух бушующих огней. Лин хладнокровно взглянула в лицо Рана и сжала руку, не отпустившую ее не на мгновение. Она будто боялась потерять то, благодаря чему она остается в сознании, — По-видимому мне удалось его взбесить взглядом.       — Каким еще взглядом? — сжимая в ответ сильнее, с издевкой в голосе, поинтересовался гопник.       — Могу лишь предположить, что он принял его за насмешливый и последующим действием доказал собственную значимость, доминантность, свое положение в конце концов. Что между нами пропасть, которую мне не перелететь, чтобы оказаться на том уровне, где меня станут считать равной. Иное объяснение отсутствует, — послышался облегченный выдох.       — Ну и дура.       Дорога до кухни с аптечкой прошла в тишине. Каждый пребывал в своем мире, не желая нарушать покой другого. Эстер лишь изредка поглядывала на профиль парня. Большие фиолетовые глаза, глядящие на мир со скукой, прямой нос, с небольшой горбинкой и ярко выраженные скулы. Хайтани был привлекательным, чего скрывать, но история их знакомства, как и его поведение перечеркивали любые сомнения касательно обычного человеческого общения. Поэтому остается молча наблюдать за тем, как судьба совершает задуманное, не спрашивая желаний людей. Видимо где-то кому-то уже уготована собственная дорожка, ведущая тебя либо на пьедестал, либо на самое дно людской жизни.       И как интересно порой происходит, еще месяц назад она была студенткой, чьи весомые беспокойства были лишь из-за экзаменов и прошлого, изредка тянувшего ее вниз. Теперь она сидит на кухне самого престижного здания во всем Токио, а ее рану обрабатывает какой-то гопарь, за которым следует сотни человек, ведь он управляет Роппонги. Отсюда вытекает единственный вопрос, как косичкоголовый вообще дошел до этого? Неужели получили по наследству от отца?       Лин внезапно дернулась. Рука неприятно защипала. Ран вскинул бровь, от непонимания такого нетерпения.       — Как ножи хватать, так мы первые, а как лечить, так сразу «ой», — юноша не стал дожидаться очередного ворчания и аккуратно подул на рану, от чего боль немного отступила. А следующее действие вовсе ввело Эстер в культурный шок. Хайтани покрывал кожу вокруг разреза легкими поцелуями. Касания были настолько невесомые, что откликались глубоко внутри, заставляя краснеть до мочек ушей.       Моментально вспыхнув, подобно алому цветку, девушка отвернулась, попытавшись утихомирить частое сердцебиение, не замечая удовлетворенного взгляда и ухмылки, украшавшей лицо парня. Лин никогда не страдала от недостатка внимания со стороны мужчин, скорее от их переизбытка, но никто и пальцем не мог к ней притронуться. Ран стал первым, кто так нагло, но в тоже время невероятно нежно прикасается к ней. С непривычки, девушка не знала как реагировать на такие действия, поэтому просто смущалась и отворачивалась, подобно маленькой глупой девочке, что впервые влюбилась.       — С удовольствием напомню из-за чьего участия у меня рука превратилась в кровавое месиво, — с выраженным упреком напомнила девушка, придя в себя немного погодя, — Мне не трудно.       Хайтани сверкнул глазами и накрыл губы сидящей перед ним знакомой ладонью, тем самым мешая ей говорить. Эстер на такое действие начала брыкаться и попыталась укусить юношу, но тот не реагировал, сокращая расстояние между ними до жалких сантиметров. Лин словно перестала дышать, наблюдая за юношей, чье поведение сильно отличалось от повседневного.       За окном шел сильный дождь. Казалось крупные капли вот вот разобьют стеклянные окна и впустят весь хаос во внутрь, где царилась по истине гробовая тишина, которую нарушало биение двух сердец. Хайтани медленно коснулся губами фалангов пальцев, закрывающих лицо знакомой. Подняв серьезный взгляд, он стал всматриваться в каждую промелькнувшую эмоцию в широко распахнутых глазах, напоминающих морскую волну.       Переместив руку, невесомо касаясь женского бедра, Ран прошептал:       — Мне жаль, я не доглядел за твоими действиями и не смог вовремя остановить. Но я близко не мог представить такой поворот событий, поэтому приношу свои извинения, — парень тут же отстранился. Он прекрасно понимал, что его действия вводят девушку в ступор, но не мог удержаться от соблазна увидеть растерянные глаза Лин. Такая вечно собранная, строгая и мало чем довольная личность, в чьем взгляде никогда не читался ярко выраженный интерес к персоне парня. Человек получивший внимание от каждой и удовлетворивший свое эго - не получает ничего кроме бесконечного презрения. Его должница явно выбилась из серой массы общества теми же навыками драки и умением постоять за себя. Может Хайтани и был беспринципным подонком, но некоторые вещи вызывали в нем неподдельное восхищение и где-то внутри его поросшей мхом душонки, возможно, уважение.       Вот и сейчас она безмолвно возвела между ними зеркальную стену, в которой Хайтани видел собственную жалкую ухмылку и никчемные попытки вывести девушку на совершенно иные, несвойственные их общению, эмоции. Он хотел видеть жизнь в этих больших глазах, а не мертвое черное море, во время бури, прогнившее от тяжелых жизненных обстоятельств, посещающих каждого человека достаточное количество раз, чтобы сломать и прогнуть, под так называемую, "судьбу".       — Мне тоже, — довольно отстраненно прозвучало куда-то в сторону от парня. Эстер шустро подорвалась с места надевая взятую с собой теплую кофту. Не смотря на отопление по всему зданию, она сильно мерзла. Это выглядело неутешительным образом, дрожь Лин была вызвана вовсе не зимней прохладой за окном, а чем-то невероятно согревающим, подобно извержением вулкана по ее хрупкому недавно построенному миру. Только это "нечто" не сжигало, а дарило приятное тепло. Такое в жизни Эстер было впервые, поэтому ей хотелось убежать от самой себя, только бы эта неизвестность не преследовала ее больше.       Ран нацепил дежурную колючую ухмылку и направился за девушкой, попутно захватывая бинт. В мгновение ему показалось, что он переборщил в экспериментах в общении со знакомой. Стремление получать все и сразу говорило само за себя, ведь получив желаемое он просто отвалит от нее с этими каруселями. Так было и так будет всегда. Сколько бы отношений у него не было, сколько прелестных ножек не побывало в спальне, он так и не проникся желанием разделить с кем-то свою душу и свой опасный образ жизни, исход которого никогда не будет предрешен.       Он не смог научиться любить. Не хотел. Не желал.       Хайтани отмахнулся от навязчивых мыслей об умчавшейся девчонке. Она плотно засела под коркой мозга. Однако сейчас и в ближайшем расписанном будущем у гопника были грандиозные планы, затмевавшие в его жизни любые другие события. С появлением Кисаки стало понятно, что драка с Токийской Свастикой не будет похожа на предыдущие разборки, в которых они с братом участвовали. Сейчас главным было защитить Риндо и в случае крушения плана короля случайно не распрощаться с собственной жизнью. Не идеальной, опасной, но той, которой он повелевает сам.       Лин была найдена в коридоре перед залом тренировок, спешно надевающая куртку. Порывистые движения намекали на нервное напряжение, буквально сдавливающее горло в тиски. Ей хотелось передохнуть от эмоциональных потрясений беспощадно следующих по пятам. Драки, насилие, кровь - всего этого она насмотрелась вдоволь за свое короткое существование, и вот после полугода свободы прошлое вернулось к ней самым изощренным способом, продолжая отравлять жизнь. Разбирательства с человеческими взаимоотношения всегда были чем-то потаенным и вскрывать эту тьму не хотелось как можно дольше. Но по видимому кто-то где-то распорядился иначе, раз ей приходится раз за разом натыкаться на то, от чего Эстер так спешно убегает.       Обернувшись на тихие шаги девушка замерла и неосознанно выпрямилась. Фиолетовые омуты сосредоточенно следили за каждым действием не нарушая тишины. Никто не решался отвести соприкоснувшиеся взгляды, этакая немая битва без поощрения. Им нечего было сказать друг другу, два раненных сердца, две измученные души с поломанными судьбами, не нашедших спокойствия в этом мире. Такие разные, но такие похожие, по неудачным обстоятельствам утопающие в жестокости. Люди, чьи локти в крови, а память заполнена воспоминания о чужих пролитых слезах, просивших пощады.       — Мы не закончили, — Ран протянул бинт в подтверждение своих слов.       — Да, точно, — не разрывая зрительного контакта, спортсменка забрала протягиваемую ей вещь.       — Убери руки! — крикнула опьяневшая девушка и попыталась выскочить из цепкого захвата Хайтани. Сейчас она позволила себе то, чего не позволяла никогда, а именно - нажраться до беспамятства не отдавая отчета своим словам и действиям. Они так удачно заехали в круглосуточный магазин, где Эстер без раздумия купила бутылку ликера и напилась, пока они добирались до дома. Ран устало выдохнул и помолившись в пустоту, подхватил алкоголичку под колени, на ходу захлопывая спорткар.       — Я уберу, но в таком случае домой ты поползешь.       — Поебать, не прикасайся ко мне! — извернувшись, Лин прокусила кожу на шее своего недо-босса, коим она окрестила его в своей голове. Скорее от неожиданности, чем от боли парень отпустил одну руку и девушка смачно приземлилась бы на мокрый асфальт, если бы Хайтани не среагировал и не прижал к себе.       — По-прежнему нельзя? — юноша придерживал бушующую подчиненную за шиворот, наблюдая за увлекательно развернувшимся поединком с дождем.       — Нельзя! Ничего тебе нельзя!! — Эстер продолжала размахивать руками и кидаться различными рода проклятия, пока спутник незаметно подпихивал ее в сторону подъезда.       — Еще долго будешь вопить? — хоть Ран отличался стальной выдержкой, то в случае с женским полом это все исчезало в мгновения. Он буквально втолкнул знакомую в подъезд грубейшим образом, а затем и в лифт, не обращая внимания на активные попытки сопротивления, — Ты упрямее любого козла.       — Самое упрямое животное - осел, а вот козел - это ты, причем по жизни! — не упустив возможности поехидничать и с гордым выражением лица, словно девушка сказала самую умную фразу, она распахнула дверь в квартиру и зашла внутрь. Хайтани прошел следом, вызывая бурю негодования со стороны мелкого алкоголика, поэтому забив на любой писк он прошел на кухню, заглядывая в холодильник. Продуктов там так и не появилось. Крикнув негромкое "сейчас вернусь", юноша прошел мимо Лин, которая пыталась удержать равновесие, снимая стоя обувь, но алкоголь в крови дал о себе знать. Потеряв координацию, она встретилась со стеной и медленно осела.       Слезы градом полились по белоснежной коже. Все накопившиеся тревоги и обиды подобно цунами сносили крупицы адекватности, которая только была возможна при таком состоянии. Девушка заскулила, когда все эмоции подобной снежной лавине накрыли ее с головой. Чертова боль ломала изнутри, словно кто-то голыми руками дробил ей кости. Отросшие ногти рвали плоть на руках, окропляя все вокруг кровью.       — Гребанный Хайтани! — разнесся на всю квартиру крик, переходящий в истошный вопль раненого животного, — Ненавижу! Ненавижу тебя, сволочь!       Отбивая костяшки в мясо в попытках притупить душевный ад, Эстер села на колени. Собственной кровью она стала вырисовывать имя Рана на полу, судорожно превращая надпись обратно в одно большое месиво. В памяти резко всплыл образ человека, что впервые довел ее до подобного состояния. Больная любовь, ебаная зависимость и бестолковая привычка, переросшая в сумасшествие и мрак. И она наивная дура, понадеявшаяся, что ее действительно можно полюбить за просто так в этом большом и чудовищно мерзком обществе, полным озлобленных и обиженных людей, мстивших этому свету с помощью уничтожения психики себе подобных. Ну так блять, скуки ради бросавшим к твоим ногам целый мир, дабы расхуярить все, не оставляя возможности восстановить себя.       — Хоуп, ты ебаная гнида, — не по-человечески улыбнулась Лин, обращаясь куда-то в пустоту, — Была бы возможность, я бы сделала все, чтобы ты почувствовал на своей шкуре это дерьмо, — девушка засмеялась словно сумасшедшая обнимая себя за ноги и впиваясь сломанными под мясо ногтями в одежду. Ей было совершенно плевать, что она сидит на холодном мокром полу и истекает кровью. Вторая волна истерики была на подходе и Лин не решилась лишать себя удовольствия сорвать глотку из-за очередного напоминания о собственной ущербности. Она жалкая и всегда такой будет.       На улице послышался грохот, словно город ушел под поверхность. Однако это был всего лишь гром, сопровождаемый вспышками молнии. Ком встал поперек горла, девушка всегда боялась грозы, находя в такие моменты безопасность в его руках. Он нежно целовал ее в макушку шепча по имени, так тихо-тихо, при этом заглушая любые причуды погоды. Он знал, чего она страшилась. Понимал, куда бить. И делал это раз за разом, пока в один пасмурный день вовсе не исчез. Тогда Эстер понятия не имела, что больше никто не увидит его голубые, как чистое небо, глаза. Горячо любимую улыбку, вызывающую теперь сплошное отвращение.       Это так грустно, наблюдать за тем, как твоя любовь не позволяет касаться себя, небрежно отдергивая руку и пряча ту в карман. А ты сидишь днями напролет и думаешь, в какой момент становишься изгоем, чьих прикосновений избегает даже самый близкий человек. Жалкое ничтожество не заслуживающее и горстки внимания, постепенно превращающееся в преданного пса, которым можно вертеть как только вздумается. Это ли не идеальное достижение для прогнившего внутри человека, но такого прекрасного снаружи. Способный возвести тебя на облака и тут же напомнить, как громко можно с них упасть.       Но разве Лин этого хотела? Вовсе нет. Никакой горький опыт не стоит рядом с обыкновенным человеческим счастьем, дарованным не только через сотни бессонных ночей, когда все что ты можешь - это биться в агонии, но и по праву существования. Прикусив щеку изнутри, в попытках не заистерить вновь, девушка облокотилась о стенку.       В таком состоянии ее и нашел зашедший Хайтани, державший в руке, кажется, пакет с продуктами.       — Меня не было каких-то десять минут, ты что умудрилась с собой сделать? — голос прозвучал спокойно, несмотря на открывшееся зрелище. Положив пакет на тумбу, парень сел на карточки и стал рассматривать изувеченные конечности Эстер, — Почему ты постоянно калечишь руки, ты мазохистка? — вопрос прозвучал с легкой ноткой стеба. Девушка хмыкнула про себя не обращая никакого внимания на собеседника. Сейчас ей было откровенно говоря посрать на происходящее. Не дождавшись реакции на себя, Ран подхватил калеку с холодного и грязного пола и унес в ванную комнату, усаживая на бортик. В стеклянных глазах отражалась сплошная пустота, а запах алкоголя перемешался с металлическим, — Можешь снять кофту?       Ответом было истерическое хихиканье, более похожее на смех умалишенного человека, нежели нажравшегося в хлам.       — Понял.       Аккуратно раскатав рукава, стараясь не задеть свежие порезы, Хайтани стянул ненужный предмет гардероба с несопротивляющейся девушки и выкинул в корзину для грязной одежды. Отыскав коробку со всевозможными лекарствами, он принялся обрабатывать грубые полосы, кожу будто вспороли когти дикого зверя. Капля за каплей перекись лилась из баночки, при попадании вызывая шипение. Ран было хотел подуть, дабы немного облегчить страдания, ведь по себе знал, как может эта штука щипать, но на его удивление Лин даже не вздрогнула, продолжая глядеть равнодушным взглядом куда-то в пол. Парень не сразу заметил кровоточащие пальцы. Не задавая лишних вопросов он все обеззаразил и осмотрев как следует другие открытые участки кожи на наличие повреждений, осторожно забинтовал.       — У тебя ледяные руки.       Эстер будто не замечала действий Хайтани, смотря сквозь него. В данную секунду существовала она, дикая боль в районе груди и литр алкоголя застилавшего разум. Этакий набор, помогающий окончательно добить и без этого разъебанную в хлам психику. Хотелось орать во всю глотку всевозможные проклятие и оскорбления в сторону бывшего возлюбленного, чьими стараниями она превратилась в безучастного овоща-психопата, но увы, не получалось прошептать и имени. Это ведь так здорово, знать о всецелом доверии человека к тебе и пользоваться его любовью, как последняя мразь. Ну правда, такой шанс доказать каждому, какими гнилыми могут быть люди.       — Я прекрасно понимаю, что у нас сегодня, по-видимому, день самобичевания, но может мы перейдем в комнату или хотя бы на более теплое и мягкое место, а то ты себе скоро все детородные органы заморозишь, — Ран встал и теперь наблюдал за девушкой с высоты, небрежно вытирая испарину на лбу, — Да и переодеться тебе стоит.       — Отвали, — послышался безучастный ответ. Лин послала парня не поднимая головы, по-прежнему рассматривая дизайн плитки. Пиздатый, наверное, намного красивее, чем стоящий перед ней гопарь.       — Да я с радостью, но у меня имеется некая ответственность за тебя. Ты моя подчиненная как никак, — подняв шизоидную, как мысленно окрестил босс, девушку, Хайтани направился на кухню волоча за собой полудохлую тушку, — Может ответишь уже?       — Отъебись, будь добр.       Старший мгновенно вспыхнул и развернувшись на пятках, ухватил девичий подбородок нещадно сжимая щеки. Это вынуждало Эстер обратить внимание на рассвирепевшие, почти черные зрачки.       — Слушай, я понимаю, что у вас в моде пиздострадать на ровном месте или из-за очередного долбоеба не отличающегося от камня на тротуаре по развитию, но давай не будем забывать про субординацию. Я не твоя верная псина, чтобы вытирать тебе слезы и зализывать твои раны, — Ран наклонился максимально близко, продолжая говорить вкрадчивым голосом, — Поэтому давай прекратим страдать подобной хуйней, я наведу нам чай, мы сядем и поговорим как два взрослых человека. Если нет, то я умываю руки и в следующий раз кто-то другой будет носиться вокруг тебя. Например Какучо, он у нас парень широкой души.       — Это с которым мы поздоровались на кухне? — единственное на чем Лин сумела сфокусировать внимание из всего потока ругани, уж слишком быстро болтал Хайтани. Ну либо девушка просто навсего не соображала.       — Все давай пиздуй-ка... — она дернула парня за рукав футболки, тем самым прерывая вторую волну гневной тирады. Но теперь даже такие невинные движения отдавались тупой болью, которая затупилась благодарю алкоголю в крови, — Чего?       — Помоги пожалуйста, — шепчет Эстер. Она сделала огромное усилие, чтобы немного прийти в себя и понять суть происходящего, пока рядом стоит большое черное пятно и громко возмущается, — Мне надо снять лосины, — от несерьезности причины, девушка смутилась, отворачиваясь, — Не уверена, что у меня получится...       Лин несмело приподняла футболку, давая Хайтани возможность подцепить края испачкавшейся в крови одежды. Парень спустился вниз не прерывая зрительного контакта с девушкой. Ткань поскользила по коже, оголяя стройные женские ноги, усыпанные синяками. Ран не спешил подниматься, отложив в сторону ненужную деталь гардероба, его внимание привлекло красное темно-красное пятно на внутренней стороне бедра. Медленно, касаясь ушибленной зоны одними подушечками пальцев, юноша поднимает взор, наблюдая за реакций подчиненной. Она немного дергается, скорее от неожиданности, нежели от страха и замирает, затаив дыхание.       — Не стоит истерзать свое тело, если ранено сердце, — Эстер не успевает возразить, как теплые губы касаются уязвленного места, куда она ударила себя минутами ранее, как минимум несколько раз.       Дыхание каждого казалось таким громким, что заглушало грозу.       Слезы подступили к горлу и девушка рухнула на колени, судорожно хватая юношу за лицо и заглядывая прямо в его суть. Тело пробила мелкая дрожь, когда Хайтани прижал ее к себе. Казалось бы чужой человек оказался намного ближе того, кого Лин знала много лет, но так и не узнала до конца.       — Спасибо, — сказала спортсменка, утыкаясь в мужское плечо. От Рана пахло парфюмом и табаком, который она не могла терпеть. Юноша крепче прижал подрагивающую время от времени знакомую.       — Пообещай мне кое-что, мелочь, — как-то загадочно начал один из небесных королей Иокогамы, когда его подопечная более менее успокоилась и окончательно протрезвела.       — М, я попробую, но озвучь пожалуйста, что конкретно, — они уже полчаса сидели на кухне допивая остывший чай. Каждый думал о своем, поэтому девушка удивилась собеседнику, так резко нарушившему тишину.       — Обещай, что никогда не поднимешь руку на себя, пока я являюсь частью твоей жизни, — на секунду в девичьей голове пробежала мысль, ей хотелось, чтобы этот наглый типок оставался в мире Эстер как можно дольше.       — Обещаю, — неосознанно срывается с языка, сопровождаясь натянутой улыбкой. Кому вообще было дела до ее физического состояния, если даже она сама плевала на свое тело, добровольно отдавая его на истязание адским тренировкам. Вот только осознание последующего факта вызывало не самые приятные эмоции, — Ты печешься о моей оболочке, по той причине, что я рядовая сила, не так ли? — Хайтани громко рассмеялся, вынуждая девушку чувствовать себя несколько глупо.       — Только ты могла сказать подобное, — юноша по-отцовски потрепал ее по голове, — Могу я задать личный вопрос? Только без сюрпризов, — Эстер вопросительно подняла бровь, кивком давая согласие. Что такого Ран решил узнать? — Расскажешь о случившемся? Я же правильно чувствую, это связано с парнем? — девушка захихикала, подобное странно звучало из уст этого человека.       — Знаешь, — подбирая слова начала спортсменка, — Многие боятся услышать тот самый стук из прошлого и вопрос, от которого сердце и разум начнут дикий бой на выживание. «А ты меня еще любишь?» - всего несколько слов, а ты уже готов сойти с ума, потому что сам не знаешь ответа. Однако мне повезло в этом плане, наверное. Человек, который мог спросить подобное, уже давно исчез из моей жизни.       — Захочет - вернется ведь. И ты вновь и вновь будешь мучать себя, — Хайтани выглядел, несвойственно его натуре, крайне недовольно.       — В иной ситуации ты бы был прав, но сейчас дело немного в другом… Он умер, — Лин сглотнула, все же воспоминания о бывшем молодом человеке всегда давались ей крайне тяжело. Это как разбирать давно забытые скелеты в шкафу, на которые ты натыкаешься совершенно случайно, но каждый раз при их виде ужасаешься как в первый.       — Я правильно понимаю, — брови юноши были сведены к переносице, его хмурый вид буквально кричал о нарастающем раздражении, — Ты самоуничтожаешься из-за того, кто давно не является частью твоей жизни? Тебе настолько делать нечего?       — Хайтани, тебе не кажется, что это уже не твое дело? — буркнула девушка, злобно скалясь. Кому понравится, что малознакомый человек пытается разобраться в потемках души, совершенно не зная твоего персонального пережитого ада и последствий, преследующих столько месяцев.       — Я прекрасно осведомлен, но все же. Почему ты так зависишь от мертвого человека? Не понимаю, — парень смотрел сквозь Эстер, словно искал ответы на то, что не решался спросить.       — Ты сам ответил, в том то и дело, я от него завишу. Эмоционально разумеется, — было тяжело открывать кому-то свою гнильцу помимо Сенко, подруга знала ее вдоль и поперек им оставалась рядом несмотря ни на что. Спортсменка была невероятно благодарна самой судьбе за это.       — Интересный случай. Неужели тебя это устраивает? — девушка решила больше ничего не говорить, уж слишком много лишних подробностей сегодня узнала рапунцель в женском обличии. Может позже, если она проникнется доверием к этой персоне, то расскажет чуть поболее о собственном прошлом, но явно не этой поздней ночью.       — Лучше скажи как поживают ребята, состоявшие в банде того отмороженного, пытавшегося меня зарезать, — больше не было выдержки вариться в дерьме из предыдущих лет и событий. Когда-нибудь они обязательно вернутся к этой теме, если Хайтани все еще будет частичкой ее жизни, а может и вовсе откроет завесу его тайн, ведь у каждого человека их навалом. Не так ли?       — Сделаю вид, что не заметил твою попытку соскочить с темы, ты итак достаточно ужаса вспомнила. Хочется отметить, подобный жест доверия очень ценный, поэтому благодарю, — Хайтани добродушно ухмыльнулся. Девушка ему открылась и это невероятно согревало.       — Считай свезло, трезвой я бы рта не открыла, — Эстер засмотрелась на парня, напоминавшего ей в данную секунду обожравшегося кота. Такая довольная мина у него была только в момент избиения школьников, - Но все же ты не ответил на вопрос. Что со всеми этими ребятами стало?       — Странные вещи тебя волнуют, но твое любопытство удовлетворю, раз у нас некая ночь откровений, — сделав непонятное движение в воздухе, Ран подпер подбородок рукой и уставился на ничего непонимающую собеседницу, — Касательно типа с ножом, — девушка немного напряглась, воспоминания с лезвием у горла сами наводили не малый ужас, ведь если бы не братья, она бы не сидела здесь и мило не беседовала, — Можешь не волноваться, он теперь обходит наш квартал стороной, его ты здесь больше никогда не увидишь. А его прихвостни теперь в нашей группировке, в случае чего дай знать, лично яйца обидчику растопчешь. Если желание будет, конечно, — отметил юноша, задорно подмигивая.       Эстер неосознанно зацепилась за татуировку на левой руке Хайтани. Было сложно не заметить, ведь она начиналась у кисти и уходила вглубь рукава. Видимо она только начала приходить в себя, иначе не объяснишь, как раньше она не увидела все эти непонятные для нее символы.       Уловив куда смотрит подчиненная, небесный король заметно повеселев от такого внимания к своей персоне.       — Можешь потрогать, если хочешь, — предложил парень, перекидывая конечность через стол, дабы девушка смогла получше рассмотреть.       — Хочу, — Лин невесомо заскользила перебинтованными пальцами по черным линиям, — Это больно? — спортсменка никогда не набивала тату, хоть и хотела это сделать уйдя из под контроля родителей, которые были против подобного, но с переездом дело отложилось в дальний ящик. Пора было вытаскивать и осуществлять.       — Неприятно, но только в некоторых местах, тоже хочешь?       — Подумывала когда-то, но возможность появилась буквально полгода назад, к этому времени я благополучно забыла обо всем. Университет все дела, - девушка неоднозначно пожала плечами, может через пару лет или месяцев она набьет какую-нибудь кроху, но это будет потом, — А что это значит?       — Парные татуировки с моим любимым братом, — при упоминании Риндо у старшего в семействе заблестели глаза, — Они имеют продолжение на теле, но тебе пока рано смотреть на такие вещи, — женское фырканье сказало все без слов, — Но у него она на другой стороне, считай как две половинки одного целого.       — Символично.       — При желании я отведу тебя к лучшему мастеру Токио, он отличается качеством работ и ответственным подходом, думаю это будет лучше, нежели ты без опыта найдешь себе кого-то левого, — Хайтани достал мобильный и начал судорожно искать в нем какую-то информацию, — У него как раз будут места через пару месяцев, а у тебя возможность подумать.       — Благодарю, — несколько саркастично ответила собеседница, закатывая свои прекрасные глаза, в коих юноша видел бушующий бескрайний океан, так манящий к себе, — Будто у тебя много опыта, ходит с одной татуировкой и выкабенивается… — пробурчала под нос Эстер, уповая на ужасный слух босса. Ей явно свезло, тот ничего не ответил.       — Мне пора, — встав с места произнес длинноволосый, — Хорошая выдалась ночка, бесспорно, но хочется поспать.       — Провожу.       Закрыв дверь за Раном, Лин сладко зевнула. Стрелки часов показывали три утра. Хорошо, что сессия закрыта и теперь можно выдохнуть на ближайшие пару недель. Совмещать учебу и разбойный образ жизни оказалось максимально отстойным занятием, бессонные ночи тому подтверждение.       Неожиданно взгляд упал на пакет принесенный ее боссом, там оказались продукты. Эстер и забыла о запустевшем холодильнике, во время экзаменов совсем не было времени готовить или заниматься бытовыми вещами. Грустная усмешка расцвела на лице.       Она и в правду глупая.

***

      — И долго мне тут прикажешь торчать? — девушка сложила руки на груди, выражая недовольство, — Любезно напомню, я была на учебе.       За последние недели с момента последнего приступа истерики жизнь приобрела некую стабильность, если так можно было назвать происходящее. Во-первых началась учеба, на которую Лин старалась ходить не пропуская, ведь в первую очередь об упавшей успеваемости донесут отцу, а это было бы ой как некстати. Порезы начали постепенно заживать, становилось проще выполнять бытовые дела, не умирая от тупой боли несколько часов после. Иногда приходили братья, приносили продукты, а Риндо вовсе прописался на кухне экспериментируя с новыми рецептами. Видите ли Ран не позволял ему такой роскоши, как перевод продуктов, поэтому младший отрывался на холодильнике знакомой.       К слову о Хайтани старшем, их взаимоотношения вернулись на первоначальный этап, во всяком случае так казалось Эстер, словно та ночь была лишь в ее снах , либо парень решил сделать вид, что ничего не произошло. Ведь так им боим было проще, никому не хотелось лишний раз выяснять отношения, все готовились к предстоящей драке и старший, как один из верхушек пропадал на собраниях. Темы их обсуждений оставались недоступными, босс ничем не делился, а девушка не особо расспрашивала, все равно рано или поздно он сам выдаст нужную информацию, хотя бы по той простой причине, что они состоят в одном отряде и сотрудничать им тоже предстоит всем вместе.       По вечерам проходили тренировки с Риндо и Курокавой. Последний, как бы странно не звучало, редко посещал так называемый зал заседаний, пропадая с ребятами в зале, оставляя заглавным Кисаки. Тот бесстрашно руководил верхушками, зная что за его спиной находится тот еще монстр по имени Ханма, Лин удалось пару раз лицезреть его в небольших побоищах. Ее брали с собой Хайтани, правда она просто наблюдала за всем со стороны не пытаясь участвовать. В такие моменты студентка ужасалась силой каждого из вышестоящих. Шуджи был по истине крепким парнем, выдерживающим чудовищные удары и бьющим в несколько раз сильнее, отправляя соперника за соперников в нокаут. Пугающая персона.       В связи с "травмой" передних конечностей, упор сделали на скорость и выносливость, заставляя бедняжку заниматься беспрерывно на беговой дорожке. В деньки потеплее Риндо составлял девушке компанию и они нарезали круги в ближайшем парке. В отличии от своего брата, младший был намного проще в общении, без вечных попыток поддеть ее за живое. Они неплохо сдружились и в дни, когда Ран задерживался, оба шли на кухню штаба и беседовали на различные темы. Оказалось Хайтани младший пошел учиться на год раньше, поэтому сейчас получал высшее образование на заочке. Спасибо связям, коими братья обладали уже несколько лет. Направление он так и не раскрыл, ссылаясь на непонятное название, которое так и не запомнил. Эстер была приятно удивлена такой тягой к знаниям, потому что никогда не хотела идти на управление. Ну какой из нее политик? Из-за этого учеба давалась ей тяжело, не умереть от скуки на очередной паре стоило колоссальных усилий.       Сегодняшний день начался сумбурно. Будильник не зазвенел, яичница подгорела, а любимая белая рубашка была атакована кофе и спешно закинута в стиральную машину. Излюбленные косички вышли весьма небрежными, но времени исправлять сие великолепие не было, пришлось вылетать из квартиры прям так. Спасибо маме, убедившей отца купить машину на совершеннолетие, в ином случае девушка непременно опоздала бы на пару, получив смачных пиздюлей от самого злого препода в университете. Родной спорткар желтого цвета с бешеной скоростью рассекал дороги, оставляя утренние пробки где-то позади.       Посередине третьей пары разнесся телефонный звонок от босса, который оповестил об очередном сборе, но в этот раз ему понадобилось участие знакомой, поэтому Лин была вынуждена через полчаса уже быть в квартире. В худшем случае Хайтани бы молча приехал и закинув ее на плечо, утащил в неизвестном, для других, направлении. И вот сейчас она стояла перед Хайтани, который отразил ее позу. Они выпытывающе глядели друг на друга, не говоря ни слова.       — Вы будто отражение друг друга, — нарушил напряжение Риндо, наблюдая за парочкой со стороны. Ребята грозно зыркнули в сторону несчастного, но они и в правду были невероятно схожи - total black look вплоть до массивной обуви и заплетенные в две косички волосы, — Гляньте на них, смотрят как голодные коршуны на добычу.       — Ну Рин! — возмутилась девушка, — Твой братец наглым образом вырвал меня с занятий и молчит, а ты прекрасно осведомлен чем чреваты мне прогулы.       — Да он с самого утра такой, не обращай внимание. Не с той ноги встал, вот и вредит окружающим, — парень мужественно игнорировал испепеляющий взгляд Рана, искренне не понимающего почему его родственник оправдывается перед их общей знакомой. Назвать эту психованную дамочку подружаней не поворачивался язык.       — Ой, прекрасно понимаю, у меня сегодня тоже... — полностью переключаясь на друга затараторила Эстер, но была перебита огнедышащим Хайтани старшим.       — Да вы охуели, — Ран не выдержал и начал тыкать в заговорщиков пальцем, наплевав на приличия, — Изана распорядился узнать твои мерки для будущей формы, но зная твой характер ты без боя их не дашь, поэтому иди... — юноша указал на лифт, — ...и договаривайся, чтоб все было по-твоему. Чем чем, а женской одеждой я себе голову забивать не собираюсь.       Риндо и Лин синхронно ахуели.       — Какая еще форма?       — Узнаешь, — мужественная рапунцель кивнула в направлении выхода, — Шагай давай, — девушке ничего не оставалось, как послушаться и пойти к Курокаве. Она знала, что некоторые группировки носят отличительную одежду, но ей самой, если честно, не хотелось особо наряжаться. Она хоть и была членом Поднебесья, однако все равно не рассчитывала на жест доброй воли со стороны Короля. Хотя, если красненькую...       К неожиданности спортсменки, главы не оказалось в тренировочном зале, где она понадеялась тихо мирно обговорить интересующие детали. Это значило, что он мог быть на крыше. Изана довольно часто пропадал там, несмотря на сильный ветер или холод, а Какучо ходил за ним по пятам что-то ворча под нос. Пару раз в его руках мелькал плед, но Лин не была в этом уверена.       — Надеюсь мы не долго, не хочется спускаться за курткой, — бормотала студентка поднимаясь на последний этаж, однако приоткрытая дверь, ведущая на крышу вынудила затихнуть. Послышались мужские голоса. Эстер хотела постучаться, чтобы ненароком ее не обвинили в подслушивании, но оказалось поздно.       — ...таким образом, ты станешь единственным, кому Майки будет доверять. Заполнишь его темное израненное сердце, окутанное тьмой и бесконечной скорбью об ушедшей сестре. Идеальный план, не так ли? — слова были плохо различимы, девушке пришлось знатно напрячься, поэтому стоило найти место поближе, при чем довольно беспалевное, потом про форму еще спрашивать, иначе Хайтани по голове не погладит за долгое и крайне бесполезное отсутствие. Спереди заманчиво сверкнул ящик, за которым вполне могла спрятаться маленькая и хрупкая девочка, оставаясь незамеченной. Благодаря небольшой хитрости, она рассмотрела каждого присутствующего, всего их было четверо, в том числе и Изана. Он сидел задом и увидеть его реакцию на такие слова было невозможным, но ощущение кровожадной улыбки на его лице не покидало.       — Я согласен, — Лин на секунду показалось, что голос главы дрогнул. Какучо стоявшей в стороне ото всех резко направился к месту, где восседал Курокава. Его лицо выражал крайнюю степень ярости. Видимо становится убийцей было ему не по душе.       — Из всего уважения, я не согласен. Это же и твоя сестра тоже, — от услышанного у спортсменки глаза вывалились из орбит.       — Сестренка?! — от удивления она чуть не выдала себя, но по видимому гопник со шрамом умудрился заметить. Он единственный был повернут к ней, — Получалось, если эта девочка сестра и Майки и Изаны, то... — Эстер начала складывать по кусочкам всю информацию. План этой шайки выходил за пределы всего, невероятно пугая, люди готовы были пойти по головам своих родных, — ...Братья?       Девушку с толку сбивал факт, что у этих двоих были разные фамилии. Отсюда следовало следующее - либо один из них приемный, либо они дальние родственники. Однако, возвращаясь к первой версии... Были Сано младший и старший, похоже именно глава был не родным членом в этом семействе и если Курокава восхищался этим легендарным Шином, вроде, то мог ли Король держать обиду на двоих сразу или она распространялась только на одного? Чем больше ответов, тем более вопросов.       Тем временем Какучо не спускал с нее глаз. "Хана" - пролетело в юной женской голове. Стоило ему сказать другим, как Лин в сию секунду распрощается с жизнью, все же она умудрилась услышать нечто секретное и даже запретное.       К удивлению, он молча отвел взгляд, когда заговорил Изана.       — Не лезь не в свое дело, — донеслось до ушей девушки. Король ответил очень тихо, почти шепотом.       — Это мое дело, я состою в этой группировке под вашим началом. Кровь невинной девочки испачкает мои руки точно также как и ваши, — подобное высказывание было крайне неожиданным, поэтому Эстер посмотрела на Ханму, пребывающего в своем мире, и Кисаки, молча наблюдающим на словесной перепалкой двух главных людей, ведь Какучо являлся правой рукой Короля, — Я никогда не признаю убийства! Почему ты вообще доверяешь этому гению, которого так позорно выпнули из свастонов?       И ведь точно, Тетта всегда крутился под боком Курокавы. Похоже ботаник вынашивал свой план мести по отношению к Токийской свастике, раз они его выгнали. Так это именно он хочет смерти так называемой сестренки Майки, но чего ради?       — Я сказал тебя это ебать не должно, — вспыхнул Изана, подскакивая со своего места, — Не забывай с кем ты разговариваешь.       — Как раз по этой причине я и пекусь. Неужели месть Манджиро так жизненно необходима, чтобы губить твою родственную душу? — Какучо сделал заметный акцент на слове "твою", — Это твоя родная сестренка, у тебя такой шанс обрести семью, а ты слушаешь этого несчастного крысеныша, — парень переходил на крик, — Раскрой глаза в конце концов!       — Попрошу без перехода на личности, — вставил свои пять копеек Кисаки, подходя к гопнику со шрамом, — Тебе прекрасно известно, у нас с Королем совпали взгляды, не стоит в них лезть незнающей душенке.       — Ебало завали, знаешь куда я твои планы засунуть хочу? — Какучо подобно снежной лаве приблизился вплотную, когда между ними возник Шуджи, прикрывая собой Тетту.       — Айда полегче.       — Айда попроще, — после этой фразы Эстер поняла что без драки не обойдется. Поэтому решила задать супер важный вопрос про форму. Оказавшись за приоткрытой дверью, которую даже не пришлось раскрывать пошире, дабы выйти на улицу, где она ощутила все прелести зимы, девушка несколько раз помолилась и тихонечко постучала. Все голоса стихли. Приняв это за зеленый сигнал светофора, она скромно вышла на крышу, тут же сталкиваясь со взглядом Какучо.       Они непременно вернутся к этой ситуации позже.       — Эстер, ты что-то хотела? — от гнева Изаны не осталось и следа. Это немного напрягло спортсменку, но в ответ она просто нацепила дружелюбную улыбку. Зачинщики отошли друг от друга.       — Вопросик один обкашлять, — судя по вытянутому лицу Шуджи она только что сказанула полную бредятину, — Поговорить я имела ввиду! Про форму...       — Она мне нравится! — радостно воскликнул Ханма, — Можно ее к нам к отряд? — стало непонятно к кому именно он обращается, но судя по убийственному взгляду Кисаки, реакция ожидалась от него.       — Нет, крашенный, — девушка сама ответила, не дожидаясь ворчания ботаника, крайне не хотелось слышать комментарии этого человека в свою сторону.       — Грубиянка, что за дискриминация по цвету волос? — гопник задал вопрос своим собеседникам, которые молча наблюдали за этим диалогом, — Хайтани твой тоже крашеный, вообще-то, — парень тут же очутился возле Лин, рассматривая ее с высоты собственного роста. А ведь он был выше Рана на полголовы точно, поэтому на фоне этой ходячей скалы девушка почувствовала себя карликом.       — Ты безнадежен, — Тетта ударил себя по лбу.       — Не мой он! — возмутилась студентка, отходя к Изане и хватая того за руку, — Можем мы немного отойти?       — Конечно, — глава позволил увести себя на другую сторону крыши, с интересом наблюдая за подчиненной, — Так что такое?       — Мне обязательно носить форму? — девушка немного побаивалась реакции Курокавы, кривой вопрос - тебе пиздос, как говорится, — Если я правильно думаю она состоит из плаща, такое не особо удобно во время прыжков.       — В твоих словах есть смысл, но пока ты являешься частью Поднебесья, на такие масштабные драки будь любезна носить тоже, что и остальные. Я передам одному человеку, который в этом разбирается, твои капризы, что еще?       — А какого цвета одежда? — Лин безумно старалась косить под дурочку, дабы ни у кого даже не возникло мыслей, что она могла услышать такой личный разговор. А что может лучше, чем спросить нечто "женское", кого еще будут волновать подобные вещи?       — Вообще красная, но у Хайтани индивидуальная - черная. Тоже хочешь? — девушка была готова поклясться, в эту секунду у нее задергался глаз. Миллион процентов, что это задумка старшего. Только он так зациклен на своем внешнем виде.       — Да, — отрешенно ответила студентка, — Тоже.       Обсудив оставшиеся мелочи, Эстер попрощалась с Изаной и остальными, Ханма вовсе ей помахал. Видимо она только что обзавелась подружкой. Блуждая по неосвещенным коридорам, девушка размышляла о своих дальнейших действиях. Она была обязана спасти бедолагу. Пускай об этом узнает глава и самолично задушит ее на глазах у всех, но она хотя бы умрет с чувством исполненного долга. Не просто так именно ей выпала возможность услышать такие новости. А вдруг другие уже были в курсе, но не смели перечить воли своего Короля? Хотя здесь больше причастен хитроумный Кисаки, сорвать его гениальный план было приятным бонусом.       И все же, все упиралось в семью Сано, а именного в старшего из них.       Лин резко остановилась.       — А где сам Шиничиро?       Студентка целенаправленно направилась к Хайтани, чтобы он рассказал ей то, что умолчал до этого, либо не захотел рассказывать по своим причинам, которые в такой ситуации не имели смысла. Клубок распутается, как только она узнает об этом предводители Черных Драконов побольше.       Из мыслей девушку выдернуло столкновение с кем-то очень большим и тяжелым, потому что она смачно отлетела, ударяясь головой об стенку.       — Больно же! — проскулила Лин, потирая больное место.       — Мелочь, по сторонам тоже стоит иногда смотреть, иначе будешь часто попадать в такие ситуации, — сильные руки подняли ее с пола и отряхнули одежду. Спортсменка подняла взор на обладателя знакомого до ужаса голоса. Ран Хайтани собственной персоной, куда же без него, — Ты где пропала?       — Долго не могла найти Изану, он оказался на крыше, — Эстер удивилась. Неужели он ее искал?       — Понял. Тебя просто Риндо потерял, он на кухне, — старший из братьев стал уходить. Стало как-то одиноко. Конечно он не стал бы искать ее.       — А ты куда?       — Глава написал, все собираются для обсуждения плана. Завтра он вступит в силу, — не дожидаясь реакции, гопник скрылся из виду, оставляя девушку в растрепанных чувствах.       Успеет ли она защитить ту девочку, не зная даже ее имени?