Осколок льда в моём сердце

      Кадзуха после вчерашнего дня был в приподнятом настроении. Несмотря на эти проклятые статьи, проблемы с лучшим другом, юноша всё равно удивлял тренера своей улыбкой с самого утра. Стоило фигуристу появиться на ледовой арене, как Бэй Доу застыла с выражением вопросительно-шокированного лица. В её глазах виднелись сотни вопросов, которые она хотела задать, но что-то её останавливало. Скорее всего, женщина понимала, что это относится к личному, к тому человеку, который так оживил мальчишку.       Светловолосый без лишних напоминаний ушëл на начальную разминку, предварительно переодевшись. Видел бы его сейчас Куникудзуши — завис бы ещё больше, чем вчера. Тренировочные брюки, что облегали ноги, коньки чëрные и термо футболка с высоким горлом и коротким рукавом. Весь этот образ дополняли перчатки на руках, которые защищали ладони во время падений. Меньше шансов повредить кожу. — Так, давайте на лëд, на разминку, — тренер раздаëт указания, задания для фигуристов и даëт некоторым немного свободы в плане прыжков и элементов. — И следите за окружением! Особенно за траекториями друг друга!       И это было идеально. Можно было свободно «раскататься» после целого дня лени. Фигуристы свободно вышли на лёд, переговариваясь друг с другом и уже под фоновую музыку начали разминаться. Совершенно разные элементы выполнялись на катке. Прыжки, вращения, дорожки шагов. Разнообразие исполнения порой отвлекало, но не на столько сильно, чтобы проследить свою траекторию прыжка, при этом избежав столкновения.

По закону подлости.

      Каэдэхара заходит на каскад из тройного и двойного тулупов, собираясь вновь чисто исполнить прыжок. Оттолкнуться зубцом левого конька. Толчок выполняется двумя ногами, от льда сначала отрывается опорная нога, потом толчковая. Приземление на правую ногу, назад на наружное ребро. Простой прыжок, который исполнял каждый. И стоит только Кадзухе зайти на каскад, оторвать от льда опорную ногу, а вслед и вторую, как слух улавливает крик «осторожно». Кричали не ему, а кому-то другому и взгляд улавливает другого фигуриста, который не рассчитал свою траекторию. Столкновение неизбежно и всё происходит буквально за доли секунды. Кадзуха даже не успевает понять, что толком произошло. Сильный удар в бок, а после его правое колено таранит собой лëд. Возможно его не слабо так швырнуло в сторону, ведь спину пронзает адской болью, а после глухим ударом, бортик вышибает весь воздух из лëгких.       Весь мир плыл перед глазами, словно размазня красок на одном большом холсте. В ушах шумело, словно целая звонница играла полуденный звон колоколов. Каэдэхара поднимается со льда, хватаясь рукой за бортик и пытается прийти в себя. Вокруг кто-то суетился, встревоженные голоса соединились в одну какофонию звуков, которые лишь усиливали недомогание.       Первым, что почувствовал фигурист — боль. Словно тысячи игл вонзили в его тело. Колено сводило, оно отказывалось нормально двигаться, но и то это была не самая главная проблема. Спина, которой парень влетел в бортик, тоже болела и это напрягало больше всего. Скрепя зубами, светловолосый продолжает удерживаться за бортик, отмахиваясь от чужой помощи. Рядом слышится голос тренера и женщина буквально вылетает на лёд в обычной обуви, в начале подбегая ко второму пострадавшему. Кажется, что у того был разбит подбородок и он не мог самостоятельно встать. Дежурные медики быстро оказались на месте. Двое подошли к лежащему, а третий, более крупный медик, помогает Кадзухе нормально встать на ноги. — Спасибо, — юноша коротко кивает на помощь и нехотя присаживается. — Всё хорошо, честно.       Врач всё же делает базовый осмотр фигуриста и коротко кивнув женщине, собирает свой чемоданчик и уходит помогать с осмотром другого. Бэй Доу обеспокоенно разговаривает с кем-то по телефону, постоянно поглядывая в сторону своих подопечных. Ей стоило отвлечься всего на жалкие минуты, а тут творится чёрти что. Бросив трубку, тренер бережно укладывает свои ладони на плечи светловолосого, осторожно поглаживая их. Словно любящая матушка, женщина тихо шепчет успокаивающие слова. — Что-то болит? — Бэй Доу смотрит серьёзно, но с некой нежностью. — Ты сильно всё же упал.       Каэдэхара отрицательно качает головой, отводя взгляд рубиновых глаз в сторону. Он точно не сможет продолжить тренировку сейчас — боль распространялась всё больше, захватывая все мысли. Кадзуха лишь смотрит на тренера и та без слов понимает, что сегодня двое её подопечных не смогут продолжить здесь находиться. — Иди, — Доу убирает руки с чужих плеч, поправляя одежду. — Обязательно сходи к своему врачу.       Мальчишка благодарно кивает и, морщась, начинает снимать коньки. Главное дойти до раздевалки без происшествий, нормально зафиксировать колено и позвонить врачу, у которого наблюдался и консультировался.

◇◇◇

      Хорошая больница с самым современным оборудованием. Чистота ощущалась в каждом уголке этого здания, а отношение персонала лишь оставляло приятный отпечаток на душе. Кадзухе даже не пришлось сидеть в очереди в кабинет, его сразу же пригласила медсестра. Доктор приветливо улыбается и в начале расспрашивает об общем самочувствии, и только после этого спрашивает о причине прихода. — Падение значит, — мужчина хмурится, слушая сухой рассказ о случившемся. Являясь лечащим врачом этого мальчишки уже пять лет, доктор прекрасно знал о проблемах с коленом у юноши. — Давай на кушетку. Осмотрю тебя.       Каэдэхара послушно садится на кушетку, но как только его спина касается поверхности, на глазах появляются мелкие слезинки. За что ему это? Почему прямо перед соревнованиями? Доктор видит эту реакцию, качает головой, тяжело вздыхая и самостоятельно закатывает штанину фигуриста. Эластичный бинт, под которым скрывается тейп. Мужчина хмурится, разматывая всю эту конструкцию. Его жилистые, слегка мозолистые пальцы прощупывают каждый миллиметр бледноватой кожи, надавливают в некоторых местах, следя за реакцией спортсмена. Отойдя к столу, врач что-то пишет на листке и отдаёт его медсестре. — Как давно появилась гематома на колене?       Кадзуха вопросительно выгибает бровь и приподнимается на локтях, смотря на своë больное колено. И правда, на коже виднелся большой синяк, который только-только начинал набирать всё больше цвета и расползался в разные стороны. Утром его ещё не было, а это значит… — Кажется. Сегодня после падения, — юноша вновь морщится, но принимает сидячее положение. — Я назначаю тебе сейчас МРТ позвоночника и коленного сустава. И УЗИ, — доктор выписывает ещё три бумажки. — Сделаешь их прямо сейчас тут и обратно ко мне.        МРТ позвоночника? Значит всё же заметил, что фигуристу и от спины неспокойно. Отблагодарив мужчину, Каэдэхара выходит из кабинета и смотри на аккуратные записи. Ему надо посетить сейчас двух специалистов и вновь вернуться сюда. Что же… Этот день будет «весëлым». Быстро глянув сообщения в телефоне, мальчишка нехотя выключает его, игнорируя сообщения старшего.

Куникудзуши-сан:

Мелкий, тебе взять что-нибудь сладкого?

Куникудзуши-сан:

Ты же помнишь, что мы с тобой на обед договорились?

◇◇◇

      Разрыв мениска второй степени и риск травмы позвоночника в поясничном отделе.       Такой вердикт услышал юный фигурист. Слова врача звучали убедительно, его тон был серьёзным, внушающим доверие. Мужчина утверждал, что юноше надо взять перерыв в спорте для восстановления своего здоровья, иначе могут случиться вещи гораздо хуже, чем есть сейчас. Каэдэхара не горел желанием так внезапно брать перерыв перед самыми соревнованиями. Он только перешёл во взрослое фигурное катание, он только сумел выйти на тот уровень, о котором мечтал с самого детства. Глупые действия, глупый отказ и вот, он уже стоит в аптеке на первом этаже и по рецепту получает сильный анальгетик.

«Твоë упорство до добра не доведёт» — сказал ему на прощание врач, выписывая все необходимые рецепты и массажи с физиотерапией.

       Фигурист понимал всё это, но всё равно не мог отступить от своей мечты, которая становилась для него целью всей никчёмной жизни. Звонок телефона мальчишка слышит на улице. Время далеко за полдень, обед даже прошёл. Номер телефона ему известен, аватарка и подпись сделаны им лично. «ККуникудзуши-сан и фотография старшего, что клевал носом за обеденным столом. — Скар? — Ну хоть как-то ответил, — Кадзуха не совсем понимает, почему звонок сбросили как только он поднял трубку, а голос слышался с другой стороны от телефона. — Дурень, голову поверни.        Скарамучча, укутанный в куртку шарф и шапку недовольно глядел на него, хмуря свои аккуратные брови. Ох. Точно, они же вчера договорились вновь пообедать вместе. Кадзуха неловко чешет затылок, поправляя сумку на своём плече. По рекомендациям врача он вообще не должен был носить какие либо тяжести, но вещи, что были при нём, как раз относились к этому запрету. — Порой мне кажется, что ты следишь за мной, — говорит мальчишка вместо приветствия, подходя ближе к старшему. — Как ты узнал, где я? — Тренер твой сказала, — Куникудзуши отвечает сразу. — Я пришёл к договорённому времени, забрать тебя на обед, а ты словно сквозь землю провалился. На сообщения не отвечаешь, на катке тебя нет. Поговорил с Бэй Доу, она и рассказала.       Кадзухе на душе стало чуть легче. Ни из статей, ни из фотографий, а от одного из людей, которым юноша доверяет. Младший подходит ближе к молодому человеку и без всяких лишних слов утыкается лбом в его плечо. Фигурист не хочет, чтобы Куникудзуши беспокоился о нём и всё же решил не говорить о вердикте доктора. Да, возможно эгоистично, но именно для него так было лучше. — Всё хорошо, честное слово, — Каэдэхара поднимает голову и смотрит в эти аметистовые глаза напротив. — Просто неудачно упал. Врач сказал, что всё хорошо.       Скарамучча слабо улыбается, склоняя голову в бок. В его взгляде читалась доброта и забота, и ни капли жалости. Старший подаётся вперёд, мягко касаясь своими губами, покрасневшей от холода, щеки спортсмена. Каэдэхара смущается, прячет глаза и, скрывая боль и взора тëмноволосого, начинает уходить вперёд на веселе. У него в жизни наконец-то появился тот, кому он может открыться, рассказать о себе чуть больше, чем остальным. Да, возможно они знакомы и не так много, но всё рядом с Куникудзуши было спокойно. Кадзухе видел спасение в этом человеке, видел в нём свежий глоток воздуха.

"Моя отдушина" — крутилось в голове блондина.

◇◇◇

      За весь этот день Кадзуха словно забыл про боль. Мальчишка даже застал шокированный взгляд старшего, который впервые услышал искренний смех светловолосого над какой-то глупой шуткой. Но сейчас, когда он один в своей небольшой квартире, когда рядом нет его, Каэдэхара готов вновь закрыться от всего мира, сжавшись в маленький комочек, как котëнок.       Боль нарастала с каждой минутой, становясь только сильнее. Он не может это терпеть. Спина ныла, её буквально ломило от каждого неосторожного движения, а правое колено и того хуже. Было бы логично уйти на перерыв, отказаться от этих соревнований, но он не мог. Не мог бросить всё то, ради чего жил, то, из-за чего у него не было детства. Потерпеть чуть больше месяца. Может помогут эти процедуры и лекарства, облегчат его ношу, помогая это всё пережить. — Твою мать, — тихо ругается себе под нос Кадзуха, утыкаться лбом в колени и зарываясь в волосы всеми пальцами, чуть сжимая их у корней.       Анальгетик начинал действовать постепенно, но боль отходила не сразу. Он один, в своей пустой и серой квартире, незнающий, что ему сейчас делать. Помощь — вот что ему сейчас надо.