Переломная осень

RinaChe111: Льюис, ты молчишь уже третий день! И если раньше я могла это списать на учебу, то в выходной я тебе этого не прощу! Парень глубоко вздохнул, медленно выпуская из себя воздух и зарываясь пальцами в волосы. Снова не то сообщение, которое он ждал. Но в то же время пора было, наверное, взять себя в руки и наконец-таки ответить друзьям, которые не переставали написывать ему всю неделю. — Лу-Лу, — за дверью послышался тихий голос Чальза, а затем раздался стук, — как ты? Самый популярный вопрос этой недели, а точнее — последних трех дней. И чаще всего он задавал его себе сам. Встреча с мамой, пусть и такая короткая, заметно пошатнула его. И универ пошел лесом на следующий день, как и желание выходить из комнаты, видеться хоть с кем-нибудь, писать. Чарльзу он сказал, что приболел, и в четверг действительно выглядел именно таким. Слишком бледный, слишком напряженный из-за бессонной ночи, которую он посвятил прокручиванию небольшого разговора с Кэтрин и ее новым... парнем? Мужчиной? Льюис тряхнул головой, возвращая себя в реальность. Нужно было ответить хотя бы отцу. — Уже лучше, — он даже сделал слабую попытку улыбнуться, отложил в сторону телефон экраном вниз, — думаю, уже не заразен. Можешь заходить. — Как будто до этого я держался в стороне, — фыркнул отец, открывая дверь и переступая порог комнаты. Внимательно посмотрел на сына, который уже третий день в основном лежал под одеялом и выходил разве что в туалет или выкинуть мусор под предлогом, что ему нужно хотя бы минут пять дышать свежим воздухом. Покачал головой, ругая себя за то, какой он отвратительный отец. — Выглядишь все еще хреново. — Постараюсь это исправить, — хмыкнул Лу. — Ты как? Парень похлопал рядом с собой, приглашая Чарльза, пусть и ненадолго, но поболтать. Мужчине это было только в радость, ведь внутреннее чутье все никак не желало успокаиваться, шептало, что с сыном что-то не так. — Да в порядке. Закончили один проект, завтра начну новую задачу. — Ты вообще отдыхаешь? Чарльз рассмеялся и потрепал сына по волосам. — Успею еще отдохнуть. Да и что еще делать в такую погоду? — И то верно, — парень снова шумно выдохнул и перевел взгляд на окно. Глаза зацепились за голые ветки, которые пытались согреться под вдруг подобревшим солнцем и утихшим ветром. Все ловили последние теплые осенние дни, которые пришли в Дейтон так неожиданно, ведь еще неделю назад обещали приближение снегопада, и внушали надежду на что-то хорошее. Мужчина не мог без грусти смотреть на сына. Льюиса определенно что-то разъедало изнутри. А, может, это просто накопительный эффект от того, что произошло? В любом случае Чарльз подсознательно переживал о том, как Лу справится с отступившим шоком и, наконец, сколько ему потребуется времени, чтобы принять правду, которую мужчине рано или поздно нужно будет рассказать? Знал бы он, что брюнет думал совсем не об этом и вообще надеялся на то, что Кэтрин снова станет частью их жизни. Знал бы Чарльз, что Кэтрин в принципе прямо сейчас находится в нескольких жилых районов от их дома. Если бы он знал об этом, то прямо сейчас усадил бы Льюиса в машину и уехал вместе с ним еще дальше. Дал бы им еще времени, чтобы освоиться, чтобы сделать вид, что не было этого переломного момента в их жизни. Если бы Чарльз знал, он бы увез сына подальше от той правды, которая была способна его уничтожить. Ведь тот всегда любил Кэтрин, считал ее лучшей матерью. Отцу казалось: пусть лучше сын узнает все от него, но спустя время. Пусть Кэтрин и дальше пропадает невесть где. Пусть бракоразводный процесс затягивается. Но так хотя бы вероятность того, что сын будет в порядке, была выше. Но он не знал, что она здесь. А Льюис планировал оттягивать до последнего неожиданный сюрприз, который, ему казалось, будет приятным, как только он подготовит почву. И этот момент точно не случится сегодня. Ему бы с собой разобраться для начала. Хотя бы с кровати встать и ответить друзьям. Но он не мог даже распутать ту вереницу из чувств и эмоций, что скопилась за последние дни. И избавиться от вранья, которого с каждым днем становилось только больше. — А где Джек? — А? — глаза отцепились от ветки и снова встретились с пронизывающим взглядом отца. — Твой друг. Даже не приехал ни разу. — Наверное, занят, — пожал плечами Льюис, запрещая себе говорить о том, что сам сказал Джеку не приезжать. Снова ложь. Он уже начинал привыкать врать направо и налево, и, к великому ужасу парня, с каждым разом это давалось легче. — Ну ладно, — Чарльз поднялся, — что-нибудь приготовить на завтра? Боюсь, мне нужно будет в офис. — Я сам, — Лу слабо улыбнулся, — нужно приводить себя в порядок, а то так еще сильнее расклеюсь. — Можем сходить в больницу. — Это лишнее. Я уже почти здоров. — Зови, если что. — Хорошо. Спасибо, па. — Обращайся, — хмыкнул отец. И ушел, прикрыв за собой дверь, позволяя Льюису остаться наедине со своими мыслями. И наконец-то ответить друзьям, которые не переставали разрывать его телефон своими сообщениями и угрозами, что вот-вот позвонят. Взгляд еще раз прошелся по экрану, отсканировал ту небольшую панику, что развела в основном Рин. На губах против воли появилась слабая улыбка, и Льюис застучал пальцами по электронным буквам, формируя их в слова. LuisStone: Я жив, и со мной все хорошо. RinaChe111: Да неужели?! Dzo111: Рин, прекрати! RinaChe111: А ты не начинай. Он виноват, и он прекрасно это знает. LuisStone: Ага. RinaChe111: Что ага?! Ты пропал, толком не предупредив. Что происходит, Льюис Дикстон? LuisStone: Все в порядке, я же сказал. Парень потер пальцами переносицу, понимая, что спастись от праведного гнева подруги не получится в любом случае. Dzo111: Прости, Лу, но здесь я, пожалуй, присоединюсь к Рин. Херню не неси. Видимо, разгневать ему удалось не только подругу. Льюис громко выдохнул и лег на подушку, стараясь устроиться как можно удобнее. Ведь хоть что-то хорошее должно было произойти за эти несколько дней, и пусть этим «хоть что-то» будет удобное лежание на кровати. LuisStone: Правда, все в порядке. Просто приболел. RinaChe111: И забыл нам написать? Позвонить? LuisStone: Извините, ок? Немного подумав, Льюис все же добавил: LuisStone: Простите, правда, что заставил вас волноваться. Но если бы что-то действительно случилось, вы бы узнали об этом первыми. Жаль, что это снова была неправда. Но как же ложь порой умела успокаивать близких. Чарльза, Рин, Джо. Только Джек не спешил поддаваться чарам обмана, это Льюис заметил еще во время их поездки до его дома после встречи с матерью, когда он несколько раз повторил, что с ним все хорошо. Форман просто-напросто не поверил, но, сжав челюсть чуть ли не до хруста, ничего не сказал, когда Лу вышел из машины. И так же молча уехал. Стоило вспомнить. На экране отобразился входящий вызов с именем повелителя морозов, вьюги, снега и льда. Льюис уже хотел отклонить, но по одной ему понятной причине все же принял звонок. — Алло? — Привет, — тихий голос удивил. — Привет? — так же тихо переспросил Лу. — Как ты? — Льюис еще не успел ответить, как Джек добавил уже более мрачно. — Если ответишь, что в порядке, я приеду и устрою тебе незапланированную тренировку по боксу. Смешок вырвался сам по себе, так и растворившись в невидимых нитях связи, что сейчас соединяла два голоса. Брюнет неосознанно крепче прижал телефон к уху и перевернулся на бок, сворачиваясь в клубок. — Так себе. Почему с ним он мог быть честным чаще, чем с остальными? Льюис не понимал этого. И продолжал доверять этому странному блондину, не понимая. — Она не объявлялась? — Нет, — тихий выдох. Парень прикрыл глаза, вспоминая уже начавший тускнеть образ. Спутавшиеся волосы, мутноватый взгляд, морщины и такое теплое «Солнце», вырывавшееся из ее губ. — Ты сам, надеюсь, туда не ходил? — Нет, Джек, не ходил. Я вроде как болею. — Не неси херню, — фыркнул блондин. — Говоришь, как Джо. — Кто? Льюис напрягся, не заметив, как вырвалось имя друга. Он не планировал рассказывать Джеку о друзьях, но этому парню удавалось против его воли выуживать информацию капля за каплей. А что он знал о нем самом, кроме того, что Джек Форман — звезда универа, футболист с крутой тачкой, умник, тот еще самоуверенный задира и наглый хам, который классно целуется и упорно пробивает себе путь к сердцу Льюиса, пусть сам того и не понимает? Он не знал о нем больше ничего. — Не важно. Ты что-то хотел? — Спросить, как ты. — Спросил. Еще что-то? — Осталось добавить «Ледяной Джек», — на другом конце провода тихо засмеялись, заставляя сжать губы в тонкую полоску от накатившего раздражения. — Что? — По твоему тону понятно, что я опять сказал что-то не то. Или спросил. — Ты закончил? — Нет. — Что еще? На долгих пять секунд воцарилась тишина, прерываемая лишь стуком пальцев по подушке. Вспышка раздражения уже прошла. Но молчание не поднимало настроения. Он даже отодвинул телефон от уха, чтобы посмотреть на экран и удостовериться, что вызов еще продолжается. — Джек? — Хочу увидеть тебя. Пальцы вцепились в мягкую ткань, привлекая уголок подушки к лицу. — Зачем? — Ты задолжал мне парочку поцелуев, Лу-Лу, — так тихо, что по коже мурашки. Впервые его прозвище из уст Джека Формана не вызывало отвращения и желания заткнуть парню рот. Льюис вздохнул, прекрасно осознавая, что этим «Лу-Лу» блондин отключил в нем разум. Сдавшись уже через две секунды, выдохнул: — Приезжай. И отключился, уткнувшись лицом в подушку и ругая себя последними словами. Джек приехал... быстро? Слишком быстро. Как будто находился где-то неподалеку. Льюис действительно допустил бы такую мысль, если бы не знал, что мистеру Ледышке совершенно не нужны чувства. А вот поцелуи, кажется, нужны. Как и ему самому. Иначе зачем он вообще позволил Джеку приехать? Когда машина припарковалась у калитки, Льюис уже стоял на крыльце, скрестив на груди руки, чтобы мерзкий осенний холод не проникал под великоватую для него толстовку, которую ему подарил Джо перед отъездом. Вещь даже хранила аромат друга, но тот вот-вот грозился выветриться. Точнее, грозился выветрить его Чарльз, так и норовя унести подарок в стирку. Джек не выходил. Льюис тоже оставался на месте, ожидая, когда блондин, наконец, повернет к нему голову и поймет, что его приглашают в дом. Это решение далось нелегко. Но Лу вдруг поймал себя на мысли, что хочет видеть Джека не в салоне автомобиля, а в своей комнате. Даже дал волю разыгравшемуся воображению и не прятал картинки своей фантазии в глубокий ящик в своей голове. Он признавал — Джека ему не хватало. Чарльз, узнав о том, что к ним едут гости, был только рад. Ледяная глыба ему почему-то сразу понравилась, что и бесило Лу, и льстило ему. Времени потребовалось немного, чтобы до Формана дошло: Лу не собирается садиться в машину. Голова медленно повернулась в сторону брюнета, что так уютно смотрелся в широкой темной толстовке и свободных джинсах на крыльце своего дома. Губы сами собой дрогнули в улыбке, а во взгляде появился вопрос: — Мне выйти? — голос разрезал тишину салона. Льюис понял вопрос по губам и кивнул, переводя взгляд на дверь и возвращая обратно. А еще постучал двумя пальцами по запястью, торопя. — Я замерз, черт возьми, — стуча зубами и пытаясь обнять себя крепче, проскрежетал он. Форман быстрыми движениями заглушил мотор, отстегнул ремень и вышел из машины. Нажал на кнопку сигнализации, и по улице пронесся тихий писк, который тут же исчез где-то за поворотом. Не теряя времени, блондин открыл калитку, прошел отделявшее его от брюнета расстояние и, не удержавшись, заключил того в свои объятия, вдыхая не совсем привычный запах. — Привет, — прошептал, пряча нос в ворот. — Эм, — Лу нерешительно положил свои руки на крепкую спину футболиста, обтянутую кожаной курткой. Она не сильно грела, но, наверное, это и не нужно тому, кто передвигается на машине. — Привет? Форман медленно отстранился и с подозрением посмотрел в глаза Льюиса. — Приглашаешь, значит? — Ну да? — А отец? — Сказал, что будет рад тебя видеть, — Льюис закатил глаза, не понимая, когда Джек успел так ему понравиться. Возможно, мужчина просто был благодарен Форману уже за то, что тот сумел вытащить его из кровати и преодолеть, пусть и небольшое, расстояние до крыльца. Уже ради этого стоило пригласить молодого человека в дом. — Что ж, — непонятная ухмылка скользнула по его лицу и тут же растворилась, делая знакомые черты через чур серьезными. — Тогда пойдем? — Угу, — буркнул Льюис, сам уже не понимая, чувствует ли он радость, сожаление или одновременно все от того, что согласился на приезд Джека. И от того, что сам решил пустить его в дом. Парни вошли в просторный холл, сняли верхнюю одежду и в нерешительности остановились, смотря куда угодно, только не друг на друга. Чарльз, словно чувствуя неладное и нарастающую неловкость, поспешил исправить ситуацию хоть как-нибудь. Тут же вышел им навстречу и протянул руку Джеку. — Привет, — стоило парню дотронуться своей ладонью до мужской, то он тут же был притянут к крепкому телу, ощущая легкое похлопывание по спине, — рад тебя видеть, Джек! — Хоть кто-то, — тихо усмехнулся тот. — Хей! — возмутился Лу, но тут же отвел взгляд. Но Форман продолжал улыбаться. Ему хотелось как бы между прочим отметить, что Чарльз хотя бы не разговаривал с ним вопросительной интонацией и был абсолютно уверен в своих эмоциях. Однако он промолчал. Мужчина отпустил блондина, позволив тому снять куртку, а затем посмотрел на обоих внимательным взглядом. — Я буду в кабинете. — зеленые глаза, чуть менее пронзительные, чем у Льюиса, когда тот был сосредоточен или задумчив, вперились в Формана, заставив парня напрячься. Но Чарльз широко улыбнулся и, притянув сына к себе, чтобы взъерошить ежик волос, протянул, — Джек, чувствуй себя, как дома. Друзья Льюиса — мои друзья. — Па, — бросил Лу. — Сдаюсь, — усмехнулся тот, и в груди Джека что-то надорвалось от столь милой картины. Он давно не видел ничего подобного, и в какой-то степени это ранило. Но думать об этом парень себе запрещал. Поэтому чуть тряхнул головой, чтобы сфокусироваться на двух фигурах в коридоре, одну из которых планировал зацеловать в ближайшее время. На этой мысли блондин споткнулся, осознавая, что он только что признался себе в чем-то, в чем не был готов признаться. Слава Богу, никто его ступор не заметил. Отец Льюиса скрылся в коридоре, бросив напоследок: — Развлекайтесь, ребят. Джек подумал, что мужчина явно не понимал, какое развлечение они себе придумали. Или понимал? Он же наверняка знал об ориентации сына? Джек припомнил попытку отца Льюиса спросить, кем он ему приходится. И этот добрый взгляд зеленых глаз, которые по какой-то причине доверяли другу его сына. Потому что ему доверял сам сын? — Ты чего застыл? — голос Льюиса добрался до него не сразу. Форману пришлось пару раз проморгаться, чтобы осознать, что они уже стоят в комнате Дикстона. Точнее, Лу уже давно сидит на кровати, вертя в пальцах телефон, а он действительно стоит. И у самого входа. Джек аккуратно прикрыл за собой дверь. До щелчка. Так, на всякий случай. И на всякий случай бросил вопросительный взгляд на брюнета. — Все в порядке, — фыркнул тот, поняв, что кроется за вопросом, — он и не зайдет. — А он..., — начал Джек, все же делая шаг вперед. В сторону кровати. — Знает, — кивнул брюнет. — Так что все правда в порядке, Джек. — Прозвучит глупо, — растеряно сказал футболист, присаживаясь рядом и неосознанно касаясь своей коленкой коленки Льюиса, заставляя того вздрогнуть, но не одернуть ногу, а прижаться чуть ближе, — но иногда мне уже хочется, чтобы я услышал от тебя старое прозвище. — Есть еще одно. — Какое? — Ты так и не посмотрел этот мультик? — Льюис развернулся к нему корпусом, в малахитовых глазах сквозило неподдельное возмущение. — Как-то не до них, — Джек почесал затылок. — А, да. Тренировки, наверное, у вас же матч. Да. Матч. Если бы только эта проблема мешала ему узнать все о своем мультяшном прототипе. Джек бы сразу решил большинство своих проблем, избавился от кучи страхов и тревог. Но не говорить же об этом Льюису прямо сейчас? Он ведь и не говорить вовсе пришел. А лишь воспользоваться шансом еще на время сбежать от того, что происходит за пределами универа. В месте, куда он не так уж сильно хочет возвращаться. Поэтому только кивнул. Несколько минут они посидели в молчании, уставившись в пол. Льюис сжал пальцы в замок. — Ну что, начнем?