Переломная осень

Тренировка давно закончилась, но Льюис не спешил уходить, надеясь, что Лео придет, пусть его и не было все это время. Занятие проводил вернувшийся с затяжной командировки тренер, высокий и широкоплечий мистер Оунер, слегка суровый, но при этом разбирающийся в том, что нужно каждому подопечному. — Льюис, — окликнул тренер, привлекая внимание парня, — ты почему не идешь переодеваться? Брюнет виновато пожал плечами и, сдавшись, приблизился к мужчине, чтобы поинтересоваться, куда сегодня пропал Лео. Он хотел лично поблагодарить его за подработку, должность в которой ему одобрили еще в понедельник, когда он не только написал, но и позвонил. И хотел извиниться за свое поведение, попросить, чтобы тот разговор был забыт. Но Лео не удалось найти в универе. А потом выяснилось, что и на тренировке парня нет. — Семейные дела, отпросился на неделю. Повезло, что я успел вернуться, — мистер Оунер похлопал парня по плечу, — не переживай. На следующей неделе тренировки переносятся, а в пятницу буду ждать. Готов выступить на соревнованиях? — Да. А почему переносятся? — У футболистов последний за сезон товарищеский матч. Погода обещала быть теплой, так что, возможно, сыграют даже на улице. У футболистов. А это значит, что у Джека на следующей неделе матч, а Льюис об этом не знал. Но должен ли был тот говорить ему об этом? Конечно, нет. Как не должен был делать комплимент его новой прическе четвертый день подряд. Не должен был снова забирать его из дома и подвозить туда же по окончании занятий. Не должен был ждать, как сейчас, после тренировки. Но он ждал. И об этом Льюис узнал уже только после того, как в конце концов переоделся, укутался в верхнюю одежду, намотав шарф и натянув шапку до кончиков ушей, и вышел из спортивного корпуса. Форман мягко улыбнулся, прекращая наматывать отрезки по территории. — Привет, — слегка наклонил голову, оценивая наряд Льюиса. — Эм, — Дикстон все еще не мог привыкнуть к тому, что Джека снова стало слишком много. — Привет. Он ведь хотел отстраниться. Кажется, они оба этого хотели — каждый по своим причинам. Но вот они сейчас стоят у ворот и не решаются двинуться с места, наблюдая друг за другом. Кто двинется первым? И, главное, с какой целью? Правда, нельзя не упомянуть, что Джек при этом продолжал следовать расписанию и не позволял себе лишнего. Хотя пару раз Лу замечал побелевшие костяшки, сжимающие руль, когда они прощались. Улавливал изменения в интонации, когда их небольшую беседу прерывали. Но, возможно, он просто себя накручивал. Додумывал, как это любят делать влюбленные. Как делал он сам в той, прошлой жизни, где все было куда проще. И делает это сейчас. — Домой? — Угу, — буркнул Льюис, стараясь не думать, как тепло это звучит из уст Ледяного Джека. И первым двинулся в сторону парковки. Первым сел, когда Джек разблокировал двери и осмотрелся, продумывая, как лучше выехать. Первым пристегнул ремень и уставился в лобовое стекло, уделяя все внимание неровному, покрытому трещинами асфальту. — Как дела? — беспечно поинтересовались сбоку, выруливая с парковки. — Пойдет. — Почему? — Тебе действительно интересно? — с подозрением спросил Лу. Джек уже не первый день интересовался, как у него дела. Стоило им сесть в машину, как звучал один и тот же вопрос. Третьего раза хватило, чтобы Льюис словил шизу и паранойю. — Думаю, да, — Форман пожал плечами и потянулся пальцем к сенсорному экрану на приборной панели, чтобы включить музыку. Ненавязчивые мелодии тоже вызывали подозрение, ведь они все походили на ту, которая успокоила Льюиса в их неожиданную встречу в выходной. Все было ужасно подозрительным. И это опять напрягало. С этим парнем вообще можно было находиться рядом без напряжения? Хотя Льюис знал, что возможно. Ведь сам испытал это, когда чувствовал легкие и теплые поглаживания по спине. Знал, что блондин действительно умеет слушать и слышать. Так почему бы не ответить ему сейчас, как у него дела? И, быть может, впервые спросить о том же самом в ответ? Рот уже открылся, чтобы выдать стандартные слова о том, что все в порядке, но Льюиса прервала вибрация в кармане. Это была мама. Просила о встрече. Даже адрес написала. — Эм, Джек, — Льюис сжал телефон в руках, вглядываясь в текст, — помнишь, я просил тебя отвезти кое-куда? Форман понял сразу же и припарковался сбоку, чтобы не мешать другим машинам. — Она отправила адрес? — Угу. — Покажи. Лу помотал головой, не желая показывать предыдущие сообщения, и озвучил только адрес, который получил от матери. Джеку хватило пары секунд, чтобы понять, что местечко, которое назвал Льюис, находится в не самом благоприятном районе города. Вообще на окраине. Она не могла остановиться чуть ближе? — Скажу прямо, — Форман решил сразу озвучить все риски, — твоя мама сейчас практически в одном из самых бедных районов Дейтона. С не самыми привлекательными видами и пейзажами. Вокруг — бомжи, наркоманы, проститутки и беспризорные дети, родители которых либо пьют и ширяются, либо сидят в тюрьме или психушке. Льюис поежился. Такого он услышать точно не ожидал. В голове сразу возник вопрос: почему Кэтрин решила остановиться именно там? Может, у нее нет денег, чтобы выбрать отель в месте получше? А, может, есть что-то еще, чего Льюис еще не знал и о чем, он надеялся, мама хотела ему рассказать? — Едем? — низкий голос вырвал из раздумий. И заставил решительно кивнуть. — Да. — Окей. Форман снова вырулил на дорогу, попутно думая о том, чем бы отвлечь новенького, который был готов опять провалиться в свои размышления. Ситуация с миссис Дикстон была странной, и копаться в этом блондин не планировал. Но сейчас, когда женщина вдруг решила дать адрес дешевого мотеля... Это наводило на определенные подозрения, пусть и беспочвенные. Форман просто уже не мог оставить происходящее в стороне, не был способен абстрагироваться, как делал это раньше. Парень вновь пообещал самому себе приглядывать за брюнетом. Так, на всякий случай. — Долго ехать? — спросил тот самый брюнет, наблюдая за сменявшимися картинками за стеклом. — Еще минут двадцать, если срезать по дворам. — Хорошо. Льюис хотел вздремнуть, но передумал. Еще раз взглянул на сообщение матери, а затем вышел из переписки, чтобы открыть диалог с Лео. Пальцы быстро находили нужные буквы, но это было далеко не все, что он хотел сказать. Льюис: Привет, спасибо за подработку. Стоило только отправить сообщение, как оно уже было прочитано. И внизу экрана появились три точки. Лео: Не за что. Пальцы застыли над электронной клавиатурой, думая, какую букву нажать следующей. В итоге Лу ничего лучше не придумал, кроме как написать короткое: Льюис: Прости. В ответ — улыбающийся смайлик. И больше ничего. Что ж, он все равно планировал поговорить лично. А раз легче от пары сообщений не стало, то план все еще стоило привести в действие. Лу заблокировал экран и убрал телефон в куртку, снова посмотрев в окно. Голова медленно повернулась в сторону водителя. В памяти всплыл еще один разговор. — У тебя соревнования? Джек сначала не понял и чуть не пропустил поворот, засмотревшись на Дикстона. Но успел выкрутить руль, пусть получилось чуть резче, чем планировалось. Пришлось внимательнее смотреть на дорогу, так как впереди должен был быть еще один поворот. — Что? — Товарищеский матч по футболу на следующей неделе. — А, ты об этом. Ну да. — Почему не сказал? — А должен был? — Как же ты любишь отвечать вопросом на вопрос, — устало выдохнул Льюис и уткнулся затылком в мягкую обивку сиденья. И буркнул, признавая очевидное: — Нет, не должен был. — Поэтому и не сказал. Видишь, ты просто задаешь не те вопросы. — Но ведь мог сказать. — Мог, — согласился Джек, не понимая, почему Льюиса вообще заботит эта информация. И не понимая, почему его заботит то, что это заботит Льюиса. — Можно прийти? — А почему нельзя? — Ледяной Джек, не начинай, — хмуро отозвался Льюис, чем развеселил блондина. — Хорошо, — на губах расплылась глупая широкая улыбка, и Джек даже не пытался скрыть ее. Все равно в салоне его автомобиля скрываться было в принципе не от кого. Разве что от самого себя. Но это он сделает дома, когда Льюиса не будет рядом, и он снова осознает, почему против настоящих отношений. Но сейчас: — Приходи, Лу-Лу. — Уже жалею, что начал этот разговор. — А я нет. — Ну и ладно. — Вот и поговорили. — Мы скоро приедем? — Форман краем глаза уловил наклон темноволосой головы в его сторону. — Еще пару минут. — Окей. Хотя уже сейчас, если осмотреться, было понятно, что они на окраине, правда еще не на самой. Высотки и аккуратные домики сменились однотипными панельными и каркасными зданиями с потрепанными фасадами, а то и отсутствующими стеклами, дверьми. Днем на улице было тихо, и Джек очень надеялся, что если миссис Дикстон вдруг решит позвать сына вечером или ночью, то тот додумается позвонить или написать ему. Правда, хотелось верить, что в темное время суток Льюис здесь в принципе не окажется. Машина сделала последний поворот в сторону четырехэтажного мотеля в грязно-желтом цвете. Здесь уже давно ничего не обновлялось, и Форман готов был поспорить, что часть номеров служила притоном для любителей галлюциногенов, а часть — для любителей грязного, во всех смыслах, секса. — Приехали, — подытожил помрачневший Джек. Припарковался и отстегнул ремень, намереваясь не отпускать Льюиса в это кошмарное место одного. Даже собирался первым выйти из машины, как ощутил мягкое и теплое прикосновение смуглых пальцев. Он все еще не мог привыкнуть к столь солнечному парню в столь холодном и довольно мрачном, сером городе. Форман поднял голову, чтобы встретиться с широкой и никак не сочетавшейся с этим местом улыбкой. — Я сам, хорошо? Но блондин отрицательно покачал головой и смахнул руку Льюиса. — Ты сдурел? — Не нужно со мной нянчиться, Ледяной Джек, — в голосе засквозили стальные нотки. Пальцы спрятались за спину, что не осталось без внимания. — Я. Иду. С. Тобой, — отчеканил Джек. — Тогда мы едем обратно. И Льюис, кажется, был настроен решительно. Потому что поудобнее устроился на сиденье и скрестил на груди руки, ожидая, какое решение примет мистер Ледяная Глыба. Форман сверлил новенького взглядом, но это было безрезультатно. — Упертый баран, — выдавил он, наконец, убирая пальцы с ручки двери, из которой планировал выбраться, и откидываясь на спинку, — будь на связи. И не сторчись. — Постараюсь, — не менее язвительно выдал оппонент. И добавил уже чуть мягче: — Спасибо. Не дав Форману опомниться и оставить за собой последнее слово, Льюис выскочил из машины и легким шагом двинулся в сторону мотеля. Сердце все еще быстро билось, и Лу уже даже не надеялся на то, что это из-за волнения от предстоящей встречи с мамой, а не от искренней заботы блондина. Который действительно привез его. И который планировал пойти вместе с ним. Льюис был бы рад такой компании, по-настоящему рад. Но не сейчас. Возможно, он их еще познакомит. Но чуть позже. Когда все его отношения, наконец, станут более понятными. И стабильными? Чуть не запнувшись о выступ у входной двери, он аккуратно приподнял ногу, замечая осколки битого стекла, и прошел внутрь. В холле было темно и прохладно. Кажется, где-то не хватало окна, и осенне-зимний ветер уже давно разгуливал по помещениям. И никого. Стойка администратора пустовала, как и ключи, которые должны были, судя по всему, висеть на крючках. Льюис остановился, еще раз осмотрелся по сторонам и вытащил телефон, чтобы набрать номер Кэтрин. Она быстро взяла трубку. — Малыш? — Я приехал, стою в холле. — Не уходи! — воскликнула женщина, — Сейчас спущусь. В отдалении послышались шаги, а затем вызов прекратился. Льюис убрал телефон, посмотрел в одно из окон, где виднелась машина Джека. Парень был уверен, что тот не сводит с мотеля глаз, а еще — держит руку на ручке двери, чтобы, если потребуется, сразу выбежать. Улыбка против воли сама налезла на лицо. — Лу-Лу! — голос, который последние несколько недель брюнет слышал только через динамик, заставил его резко развернуться. И застыть. Он так давно не видел маму. А теперь она стремительно приближалась к нему, распахнув руки, которые тут же обвили парня буквально со всех сторон, прижали к хрупкому телу и не собирались отпускать, пока вдоволь не насладятся его присутствием. — Мама, — облегченно выдохнул Льюис в заметно отросшие и спутавшиеся волосы. И обнял Кэтрин в ответ, притягивая ее как можно ближе и тоже не собираясь отпускать. Он боялся, что сейчас произойдет все, что угодно: землетрясение, цунами, ураган, набег или обвал здания и прочее. Лишь бы им не быть вместе. Боялся, что все это лишь сон, сладко-кошмарный. Но прикосновения были настоящими, всхлипы — реальными, а слова, кажется, обнимали ничуть не хуже рук. — Я так соскучилась, солнышко, — прошептала мама. — Так рада тебя видеть. Женщина отстранилась, чтобы обхватить лицо Льюиса своими маленькими ладошками и повертеть из стороны в сторону, внимательно разглядывая парня. Тот тихо рассмеялся, позволяя женщине делать с ним все, что ей захочется: — Что? — Так вырос! — Ты тоже, — он неожиданно запнулся, когда, наконец, вгляделся в лицо матери. В ее поседевшие корни, проявившиеся в уголках губ морщинки, чуть подрагивающую улыбку и потускневшие глаза. В его фантазиях она должна была сиять, но сейчас представляла собой лишь легкий отблеск еще не разбившейся, но находящейся под напряжением мечты, — изменилась. Кэтрин сделала шаг назад, в темноту. Совершенно неосознанно, в попытках спрятаться от такого внимательного взгляда. Она даже не предполагала, что Льюис заметит. Но он заметил и теперь всматривался в женщину еще внимательнее. Улыбка стерлась, густые отцовские брови опустились к переносице. — Ты в порядке? — парень закусил губу сразу, как только вырвался вопрос. — Да, — голос на мгновение дрогнул, но женщина быстро пришла в себя и улыбнулась сыну, — да, солнышко. Просто устала немного. С дороги. — А... ну да. — Кэтрин! — послышалось со стороны лестницы, и парень с женщиной повернулись к источнику. Льюис не заметил, как в глазах матери мелькнул страх. — Милая-милая Кэтрин, где же ты? Так быстро убежала. Через несколько секунд в холле стало на одного человека больше. Высокий, одетый во все черное, мужчина, не обращая никакого внимания на Льюиса, сразу же устремился к своей цели. Женщина нервно рассмеялась и позволила огромной ручище себя обнять. Только после этого незнакомец вдруг заметил брюнета, что неотрывно следил за ним. — А это кто? — в тоне никакого намека на дружелюбие. Женщина чуть подняла голову, чтобы посмотреть на своего... спутника? — Майкл, — тон Кэтрин был мягким. Она, кажется, пыталась сгладить возникшее напряжение, — знакомься, это Льюис. Мой сын. Мужчина еще раз цепким взглядом окинул паренька, смотря сверху-вниз своими темно-серыми глазами и крепче сжимая маленькое плечико своими большими пальцами, под ногтями которых застряла какая-то грязь. Она притягивала все внимание Лу, не позволяя ему оторваться и посмотреть в лицо Майклу. — А, — протянул он, и Льюис, наконец, посмотрел в глаза мужчины. Слегка мутные, как будто он только-только проснулся. В принципе это объясняло, почему он потерял Кэтрин. Но... кто он ей? Мужчина тоже внимательно оглядывал его. — тот самый малец? Женщина кивнула, отчего волосы съехали на правое плечо и запутались еще сильнее. Майкл протянул свободную руку Льюису. — Привет, Льюис, — парень осторожно ответил на рукопожатие, ощутив, насколько сильным был новый знакомый. Интуиция подсказывала, что связываться с ним не стоит. Как не стоит доверять появившейся улыбке, которая никак не сочеталась с ледяным наконец-таки сфокусировавшимся взглядом. Даже Джеку до такого далеко. В голове появлялись новые вопросы, но Майкл дал ответ только на один. — Я друг твоей мамы. — Мы приехали вместе, — прервала она его, чуть сильнее прижавшись к спутнику. — Он помог добраться до тебя, малыш. Мужчина фыркнул, отвернувшись и посмотрев в окно. Льюис рассеянно что-то ответил матери, продолжая наблюдать за взглядом Майкла, который вдруг помрачнел, заметив машину Джека. — С кем ты приехал?! — Майкл, — шикнула Кэтрин, привлекая внимание, — можно повежливее? Ты испугаешь его! И ткнула мужчину локтем в бок, отчего тот едва заметно поморщился. — Это такси, — вырвалось у Льюиса. Почему-то говорить про Джека расхотелось от слова совсем. Хотя бы не при Майкле. Он ему не доверял. Лу посмотрел на маму, и та тепло улыбнулась ему, перебирая своими пальцами пальцы Майкла на своем плече. — Я приехал убедиться, что с тобой все в порядке. — Все хорошо, солнышко. Я бы пригласила тебя к нам, но, кажется, ты не планировал задерживаться надолго? — Да, у меня тренировка, — привет, ложь. В этом городе Лу потихоньку пропитывался враньем. — Но не приехать не мог. Надеюсь, еще увидимся? — Конечно, Лу-Лу, — парень поморщился, но все же улыбнулся. С одной стороны, ему не хотелось, чтобы это прозвище слышал Майкл. А с другой — он не мог не улыбаться женщине, которую не видел несколько месяцев. — Я напишу, хорошо? — Да. — До встречи, милый. — Пока, малец, — губы Майкла растянулись в слабом подобии улыбки. — Я пригляжу за твоей мамой. Льюиса хватило только на кивок и легкий поцелуй в висок, который он сделал, спешно приблизившись к матери. После парень развернулся, уже пройденным путем вышел из мотеля, добрался до машины, сел и пристегнул ремень, даже не глядя на Джека, который тем временем старался припечатать своим взглядом новенького к сиденью — Поехали, — Льюис ответил резче, чем следовало. Но Джек не планировал заводить мотор и трогаться с места просто так. — Как прошло? Лу удержал тяжелый вздох. Даже глаза не закатил. Проигнорировал ту тревогу, что слышал в голосе блондина, заставил тупое сердце заткнуться и медленно повернул лицо к парню. В зеленых глазах — злость и раздражение, готовое вот-вот вылиться наружу. Голос, наполненный разъедающей кислотой вранья и отчаянья, заполнил салон: — Все хорошо. Не сторчался. А теперь поехали.