Devil cinquefoil

      Направляясь назад, за спинами героев послышались шипение, звериный рёв и монструозный грохот. Фантом вернулся на третий раунд и Данте с Руби захотели повторить тот трюк с побегом через «Трюкача» и Проявление девушки, только из-за свечения артефакта их способности сработали лишь на пол метра.       Приземлившись на четвереньки, они переглянулись и резко рванули на своих двоих в сторону дверей, уклоняясь от выпущенного из лавовой пасти демона шара огня.        — Угх… — у Руби, держащей светящийся ключ, закружилась голова и ноги перестали чётко её слушаться, отчего она в них запуталась и упала.        — Нашла время отдыхать… — проворчал беловолосый мечник, увидев приступ слабости подруги и, рывком оказавшись рядом, поднял трёхсоткилограммовую девушку на руки, пытаясь не порезать лицо об висящую на её спине косу, затем прыжком увернулся от каменных жвал и отпрыгнул от пролетающих лапок, стремящихся насадить на себя его тело.       Оказавшись за дверью, Данте прислонился к стене и прислушался. Кажется, Фантом провернул тот же трюк, что и в соборе, и скрылся под землёй, уползая куда-то, но, к счастью, не к ним. Он хоть и сильный, но с Руби на руках особо повоевать не сможет.        — Ты как? — спросил он у жнеца, бывшей бледнее обычного. Та попыталась встать, но её не отпускали.        — Всё хорошо. — попытавшись лучезарно улыбнуться, ответила Руби, но с получившейся улыбкой она напоминала полуживого солдата, который понимает, что ему осталось недолго. — Просто немного устала. Дальше я сама.        — Уверена?        — Да нормально всё! — сумев вырваться из рук парня, Руби, спотыкаясь и постоянно держась за стену одной рукой, пока второй держала ключ, медленно высасывающий её жизненную силу, принялась ковылять в сторону выхода из царства нечистот. Данте покачал головой и обогнал её, идя первым.       Зловещий смех старухи предупредил о нападении нескольких призраков с косами. Руби, достав свободной рукой Изгиб, пыталась показать боевой настрой, но её действие больше напоминало самоубийственную атаку, а потому Данте взял всех противников на себя, даже того, который полетел на Руби, он привлёк к себе выстрелом по затылку, взбесив демона. Поняв, что у неё забрали противников, Руби облокотилась о стену и медленно сползла вниз, пока не села на удобное выпирающее место.        «Тебя опять оставили на скамейке запасных.» — басистый голос в голове, принадлежавший рукотворному демону, что триста лет назад был человеком, зазвучал и снова начал ковыряться в её ранах. — «Хотя он правильно сделал. А то вдруг по детской глупости что-то запорешь?»        — Я не ребёнок. — ответила ему Руби, не заметив, что она сказала вслух. — Мне уже двадцать три.        «Да хоть тридцать. В его глазах, ты навсегда останешься тем самым ребёнком, который по собственной глупости чуть не сгинул в пропасти. Что застрял в водах межмирья. Что не мог выбрать между двумя видами печенья!»        «Последнее вообще давно было.»       «Для тебя, два месяца назад это «Давно»?» — будь бы она во сне и глядя на Ревенанта перед собою, то увидела бы, как на его иссохшей серой коже, обтянувшей деформированный череп, часть, где должна быть одна из бровей, но которая со всей остальной растительностью выпала ещё в XIX веке, поднялась. Ядовитый смех раздался в её черепушке, как звон старого колокола. — «Забудь, ты навсегда будешь ребёнком в глазах, не только его, а всех!»        «Свали!» — Руби провернула трюк с подготовкой к своей вспышке, превращающей демонов в статуи, но для того, чтобы Ревенант заткнулся, хватило лишь «разогрева» и обладательница серебряных глаз отменила вспышку, не желая потратить один из четырёх раз (В принципе, она в день может бахнуть и больше, но платить придётся зрением и вернуть его можно при помощи золотой сферы и пистолета у виска) на то, чтобы временно избавиться от голоса демона-маньяка.       Из дебрей мыслей её выкинуло ощущение того что в неё что-то летит и Руби выставила вперёд ладонь, поймав зелёную желеобразную кричащую голову, что ей кинул Данте.        — Взбодрись, мелкая.        — Мелкая? Мелкая?! — раздражённо рыкнула Руби, раздавив сгусток жизненной силы и впитав её. От света из глаз обозленной девушки Данте прикрылся рукою, ибо, до этого мягкий и приятный свет начал жечь его. — То есть я для тебя ребёнок, что не может и шага ступ-?!        — Я зову тебя «мелкая» не потому, что считаю ребёнком. — Данте заткнул ей рот ладонью и начал объяснять. Как же сложно подшучивать над женщинами, он ещё помнит тот ссору, когда в шутку назвал беременную Янг жирной, а она на эмоциях от бушующих гормонов приняла его слова всерьёз. Пришлось получить по лицу разок (Силищи у Янг как у пяти раков-богомолов), сбегать в магазин за всем видом вкусов и чуть ли не на могиле матери клясться, что нет, она не жирная, а в положении, и всё это ради того, чтобы предотвратить внеплановое появление Асуры-берсерка. Или с Блейк, когда Данте в шутку уложил волосы назад и прошёлся так перед бывшим фавном. Когда полудемон заявил, что начнёт так ходить постоянно, началась погоня по всему городу с криками, что кое-кому «скальп оторвут», а когда послышались ответы с британским акцентом, то в список на отрывание добавилась и глотка. Вайсс подколоть сложно. Она сама иронизирует на тему того, что, кроме зрения и слуха, всё её чувства сильно так затупились, некоторые внутренние органы отказали, а тело имеет минусовую температуру. И вот тут обделённая ростом Руби тоже приняла насмешку слишком близко к сердцу. — Я зову тебя мелкой потому, что тебе приходится задирать голову, чтобы посмотреть мне в лицо. Ребёнком я тебя перестал считать, когда тебе стукнуло восемнадцать. Всё понятно? — Руби глубоко вздохнула и кивнула, а Данте убрал руку с её рта. — Больше не обижаешься?        — Нет.       Ответив так, у двери Руби сделала вялыми жестами серию печатей из буддизма, означающие «Покойся с миром». Из земли по кускам появился тотем, собравшись воедино.       Геометрически неправильный объемный двенадцатигранный ромб, по радиусу которого с трех сторон расположены черепа с красными глазами. Между ними золотые вставки, имеющие продолжение до самого наконечника. Двугранные стороны, в которых вставлены искусственные части скелета человека, имеют кроваво-алый цвет. Сверху они имеют симметричные узоры из того же золота, рядом с ними одногранные стороны из темного материала и асимметричные орнаменты. Снизу стороны те же самые, но без рисунков. Левитируя, он испускал чёрную дымку и оранжевые молнии по всей своей длине.        — Я прощу тебя, только если… — Руби взяла небольшой разбег и боком прыгнула на Данте, которому пришлось снова взять её на руки. Только теперь она оплела его шею руками. — ты понесёшь меня так до того, что осталось от той спальни. А то ноги меня совсем не слушают, да и ключ тяжёлый.        — Сама-то не пушинка.        — Мне послышалось, или ты захотел второй истерики? — приоткрытые фары освещали лицо парня, отвернувшегося от света. — То-то же.       В итоге он нёс Руби как принцессу по лестнице, ведь в панель платформы довольно красноречиво воткнули катану полностью угольно-черного цвета. Хотя бы марионеток и владельца катаны не наблюдалось, в том числе и в разрушенный комнате, лишившейся одной стены.        «Пройдут лишь те, кто сможет осилить ношу света обучающего, да не сгинут по дороге» — гласила надпись на фреске с изображением лыбящегося солнца, вокруг которого выставлены лучи, напоминающие лезвия крисов.       Руби, спрыгнув с полудемона, вставила ключ в замочную скважину на блестящей пластине, тот въехал внутрь и часть стены въехала в потолок, открыв узкий проход.       Девушка в красном, лишившись артефакта, избавилась от светящихся глаз, а вместе с ними и от затуманивающей пелены с сознания, когда недостаток жизненных сил опьянил её. И она вспомнила свою просьбу, а также то, как это примерно выглядело со стороны. Но начало мозгового цунами остановило чувство, напоминающее возвращение её частички души, а это значит одно.        — Тотем уничтожен.

Несколькими этажами ниже.

       — Впервые вижу подобную херь. — Арбитра, демон с шестью руками и четырьмя ножами для катан, одни из которых пустые, растаптывала деревянными сандалиями фальшивый череп, оставшийся после пинка неизвестной ей вещи, которая точно здесь не должна находиться. — И мне не хочется знать на что оно способно.       Хотя на последнем женщина-демон немного слукавила. Ей было интересно на что способна эта любопытная игрушка, которая имела ту же энергию, что и исходила от девчонки с серебряными глазами. Все же, за свою очень долгую, даже по меркам демонов, жизнь она повидала многое, а такое впервые. Поэтому чуток азарта вновь вернулось в скучнейшее бытиё бессмертного существа. В прошлый раз Арбитра не успела вдоволь насладиться играми с сереброглазиками, так как время поджимало, а тут живой представитель. Пусть и немного покореженный, судя по налету оранжевого и сидящему «паразиту» в душе.        — Маленькие мышки решили обмануть кошку? Что же, я с радостью приму этот вызов.~

Редгрейв-сити. Агентство «Devil may cry»

      Вайсс Шни наконец вернулась после командировки во Францию, куда она, как и всегда, ездила по трём важным причинам.       Первая — поиск демонов, затесавшихся в человеческом обществе и их потомков-полудемонов и их набор в агентство. В этот раз вышло негусто — всего пятеро и лишь пара из них имели боевой потенциал. И как способности жестокой и кровожадной расы всего за пару поколений превратились в чисто бытовые, а-ля улучшение урожая без применения ГМО или умение управлять огнём из конфорок на кухне?       Второе — на Земле всё-таки есть Прах, но в не столь больших количествах, как на Ремнанте, а в средние века добытые кристаллы Праха повторяли судьбу платины, но, в отличие от вышеназванного металла, даже спустя века они так и остались «ложными самоцветами». И раскрылся секрет возникновения Праха — останки магов. В зависимости от магической предрасположенности к тому или иному элементу и её силе, варьируется и вид с чистотой Праха. Так, от посредственного пироманта спустя пару тысячелетий образуются ничтожные мутноватые кристаллы огненного Праха, а в могиле одного алхимика, что умер всего пять веков назад, Вайсс нашла массивный кристалл земного и водного праха высшего качества. Извините, мистер Лоуэлл, но мёртвым Прах не нужен, а статуя уже продаёт ей Прах по не очень выгодным ценам. Даже дороже «вторых жизней» Данте. А потому, «Императрица льда» ходит по руинам минувших цивилизаций, в особенности храмам синтоистов, поклоняющихся природе, по бывшим землям древних африканских племён, где могли быть останки их шаманов, Майя, Инков и так далее.       И хотя в городе Вигрид есть настоящие залежи праха всех видов качеств, да только элемент у них либо тьма, либо свет. Связано это с тем, что жили там две структуры, называющие себя «Мудрецами Люмьена» и «Ведьмами Умбры», но закончилось всё гражданской войной, оборвавшей историю обоих.       И Фортуна, загадочное поселение фанатиков, закрывшихся от всего мира. Глаз высшей нежити видел буквально фонтанирующую магическую энергию, напоминающую взрыв на фабрике красок, только главы местной религии, Ордена Меча, наотрез отказывают Шни в визите на их территорию, хотя Вайсс нужны лишь их кладбища, да подревнее.       И третье, самое важное — магазины одежды Франции. Нет, она уже сделала себе удобный костюм на заказ, в отличии от некоторых. Руби делает всё сама, хотя и довольно качественно; Данте закупается в обычных магазинах, кроме плащей — их он тоже берёт на заказ; Янг тоже закупается в обычных магазинах, прося сестру вплести чары на износостойкость; Блейк достаточно раз увидеть какую-нибудь одежду, или даже выдумать её в голове, и она может на себе создать точную копию, и лишь голубой плащ с золотым орнаментом змеи на воротнике является настоящей высококачественной тканью и находит место в 99% её костюмов. Больше всего платьев и другой одежды у неё куплены для той, топот чьих маленьких ножек она слышит даже стоя у входа в это старое здание, находящееся в жопе города. Судя по звуку, замки на двери, в которую Вайсс постучала, дались открывающей не с первого раза, но всё-таки поддались и на пороге женщину встретила малютка Бьянка, её маленькая воспитанница.        — Тётушка Вайсс!        — Привет, Бьянка, скучала? — вместо ответа, четырёхлетняя девочка обняла её ноги, облачённые в высокие сапоги, что скрыты под штанинами снежно-белых брюк.       «Ох, ну и милашка же ты. И как у баклана без тормозов и неотёсанной варварши получилась такая как ты?!»       Вайсс погладила шелковистые волосы платинового цвета, тепло улыбнувшись, уже представляя её в том платьице с рюшками на разрезе спины и короткими рукавами. Или в её специальном заказе — точной копией того, что Вайсс носила при поступлении в Бикон и того, в чём она попала на Землю. Дело в том, что Бьянка унаследовала цвет волос и глаз Данте, которого часто из-за этой схожести принимали за брата Вайсс. Потому, пару раз, в голове Шни пробегала мысль, а руки уже сами по себе делали Бьянке хвост сбоку головы и… К Данте никаких романтических чувств она не испытывает, а к Вергилию — тем более. Того может полюбить только такая, как её подруга, Блейк, причём довольно-таки сильно, всего за месяц знакомства. И что они там делали в библиотеке?        — С возвращением, Бланк . — из двери слева вышла Янг в домашнем — жёлтая майка и шорты. Потягиваясь, она шла к Вайсс, пока Бьянка помогает ей с пакетами.        — Как мило, что на этот раз ты хоть открыла французский словарь. — с фальшивой любезностью сказала Вайсс. Что не отнять у Земли, так это количества языков.       Даже оказалось, что их имена, а также имена некоторых знакомых, что имели лишь определённый смысл, здесь имеют прямой перевод, как, например, её имя, «Weiss», с немецкого переводится как белый, «Yang» с китайского значит «солнечный», что очень подходит для светящийся жизнерадостностью женщины, которая может зажечь в прямом и переносном смыслах. Только случился небольшой конфуз, при рождении Бьянки — Янг не знала немецкий и получилось так, что у Вайсс и Бьянки имена несут один и тот же смысл. Но Шни не против, только заявила, что хочет заняться воспитанием девочки, обещая вырастить из неё прекрасную леди. В ответ получила согласие, если из неё не получится ещё одна Шни.        — А где красные? — спросила Вайсс, заметив пустое место за столом, где должен быть Данте, и тишину со стороны мастерской, хотя время уже полдень.        — Так они на миссию поплыли пару дней назад. — Янг заглянула в один из пакетов и пыталась понять, для кого тут столько ткани.        — Угх… — раздражённо вздохнула Вайсс и достала телефон, чтобы перечитать сообщение. — «Снежная, я с Руби на работку пойду. Не скучайте без нас. P.S. Позаботься о бардаке, вызванным нанимательницей.» Что за бардак?        — Кстати об этом. — Янг направилась к двери в подвал и, открыв её, прокричала: — Блейки, можешь убирать маскировку!       Как по сигналу, за спиной Вайсс дверь развалилась, вместе со столом перед нею, а также на стене появились дыры от воткнувшихся в них кусков взорванного мотоцикла.        — Ух, если бы это была моя новенькая «Оса»!.. — злостно сказала Янг споткнувшись об появившийся руль, пока Вайсс с открытым ртом глядел на появившуюся разруху.        — Да я за это с той заказчицы семь шкур сниму! — нервы не выдержали, когда она увидела трещины на панорамном окне, и, мало этого, из-за крика с потолка сорвался вентилятор, сломав доску паркета под ним. — …        — Ну же, успокойся Вайсс. Отнестись к этому более прохладно. Ты ведь у нас обычно имеешь спокойствие, как у мертвеца? — каламбуры Янг оценивались испепеляющим взглядом.

Мир демонов. Зал с сосудом Мундуса.

      Тело демона, внешне сделанного по образу и подобию Евы Редгрейв, покрылось мурашками от ощущения очень далёкой опасности, пока она стояла рядом со статуей своего Владыки и создателя, закончив докладывать ему.        — «У отродья есть своё отродье…» — транслировалась ей напрямую мысль.        — Всё верно, Владыка. У Данте есть ребёнок от женщины-асуры. — дополнила Триш, продолжая стоять на одном колене.        — «НЕПРИЕМЛЕМО!» — от этого крика у неё чуть не взорвался мозг. — «После убийства сына предателя, вернись на большую землю и избавься от очередного отродья! Тенебрис тебе в помощь.»        — Угх… — Триш не очень хочется быть под управлением, не то что одной из Сестёр третьего ока, а именно нынешней Тенебрис. Тенебрис — это титул среди Сестёр, который носит сильнейшая из них. До провального восстания нового Владыки, этот титул несла самая первая Сестра, Хронома, созданная Владыкой-Созидателем, Макиавелли Полендиной, бессчетное количество десятков тысячелетий назад. Она была одной из старейших существ в мире и имела при себе четкое самосознание, не поддаваясь приказам последующих, после ее создателя, владык. Хуже всего на ней это сказалось во время правления Мундуса, ибо пала не без чувства достоинства. Даже тогда проявив своеволие, выбрав место смерти. Но Хронома была не древнее, чем голова Светлого дракона, питающая весь замок Владыки и окрестных земель энергией, и Тёмного дракона, от души которого отделяется кусок для создания новой Сестры по технологиям Полендины, который неизвестно как смог снять с себя обязанности Владыки, оторвавшись от первородной Тьмы.       Обычно, Тьма медленно разрушает Владыку изнутри, не оставив даже души для перерождения, но Макиавелли смог избежать этой участи, хоть и навсегда оставшись демоном-калекой и легендарным оружейником, живущем на отшибе мира.       А нынешняя Тенебрис — вторая Сестра, созданная Владыкой-Воителем, Марсом. Буквально, воин до мозга костей, мечтавшая быть на вершине, но достигнув этой вершины — превратилась в вечно ноющую пьяницу, не расстающуюся со своей тыквой-бутылкой, бесконечным источником лишь ей известной алкогольной смеси.