Моя первая и последняя любовь

                                    Любовь — это шлюха.                                        Огромная шлюха.                  Потому что когда ты влюбляешься,                                  Ты неизбежно страдаешь.                Потому что никто не прекрасен так,                           Каким кажется в первый день.                                                          Никто.                    На дворе стоял мокрый, мерзкий и до жути холодный ноябрь. Самый отвратительный месяц. Он холоднее, чем середина января, когда на улице -31, метель и носа на улицу высовывать не охота. В ноябре происходят самые омерзительные события, «Стокгольмская кровавая баня», Октябрьская революция, люди все больше совершают необдуманные поступки, убийства… Видимо так на них действует этот месяц. Брр…       После прочтения «Морфий» Булгакова Даша всерьёз задумалась поступать в мединститут. Хоть там рассказывается совсем далеко не о профессии врача и заканчивается он довольно плачевно, девушка решила, что вот так будет помогать людям, будет делать их здоровыми и счастливыми. От части будет Поляковым в хорошем смысле. И если будут какие-либо взятки, то это всего лишь конфеты ну или пятизвёздочный коньяк. От такого грех отказаться. Тем более с химией она на ты, поэтому убеждена, что врач — это её призвание.       Так как в этом году она уже опоздала с поступлением. Даша решила хорошенько подготовиться и набрала в библиотеке книжек от анатомии до самых неизвестных химических формул. Ее бывшая учительница химии вызвалась помочь ей в ее предмете, денег с Даши не брала, помогала по старой дружбе так сказать. У девушки хорошо получалось. Днём и ночью она штудировала каждую страничку, зубрила формулы и все меньше и меньше занималась стрельбой. На кой она сейчас ей нужна? Она наоборот собирается спасать людей от пуль.       С Витей девушка редко созванивалась. Слишком дорого обходилось дозвониться до Урала, но услышать родной, любимый голос всё-таки хотелось. Она не снимала кольцо ни на минуту, носила постоянно, целовала его в надежде, что поцелуй ощутит сам Пчёлкин. Спала в его футболке, чтобы чувствовать его запах, представляла его перед сном, как он целует её, прикасается.

***

      Стемнело рано, за окном горели фонари, что освещали улицы, покрывающиеся тонким слоем снега. Тёти дома не было, она ушла на работу, которую наконец нашла, а Юрий смотрел телевизор в соседней комнате, поэтому после прочтения очередного параграфа Даша решила лечь спать, так как поняла, что вот он, один из тех дней, когда она сможет выспаться, а не слушать бредни пьяных.       Ей снился 10 сон, когда она почувствовала чью-то руку у себя на груди. В царстве Морфея Даша видела, как Витя выходит из поезда, несёт огромный букет розовых пионов, обнимает и почему-то сразу кладёт руку ей на сосок, поглаживает его, скользит вниз. Очень странно, и правдоподобно. Что за странный звук? Она резко распахнула глаза. Это не сон. Девушка почувствовала огрубевшие пальцы, что уже касаются её трусов, повернула голову и увидела. Сожитель тети водит одной рукой по члену вверх-вниз, а другой касается девушки. О Боже… Мужчина дрочит на неё. Он домогался до девушки. Изнасиловал. Кто бы, что не говорил, по типу: «Изнасилование — это когда в тебя уже проникли» Но нет. Блять! Это не так. Даже когда ты просто идёшь по улице и видишь взгляды парней направленные на тебя, что в прямом смысле раздевают тебя, оценивают какая ты в постели — это уже часть насилия. И так может быть не только с девушками, но и с парнями.       Даша резко отдернула его руку и отодвинулась к стенке, прижала к себе одеяло. Сердце бешено колотилось. Из глаз потекли слёзы. Агония. Страх. Что он сделает дальше? Изнасилует? Убьёт? А он просто натянул треники обратно и вышел из комнаты. Не испуга в глазах, не элементарного извинения, сожаление. Ничего этого не было. Офигеть. Так легко взял полапал, подрочил, встал и ушёл. И что он вообще думал когда делал это, что я не проснусь?       Даша ещё долго не могла уснуть. В ней собрались все чувства, которые носились по кругу, пытались выбиться наружу. Девушка ещё не до конца понимала, что произошло. Ей было мерзко. Хотелось смыть все с себя, но выходить из комнаты она не хотела, точнее боялась.       — Я сама виновата. — так думает каждая жертва насилия, Даша не исключение.

***

      Утром она встала, накинула на себя свитер, что был в два раза больше неё, потертые джинсы, кашемировое бежевое пальто и сделала низкий хвост. Ей не хотелось выглядеть как раньше. Не хотелось привлекать внимание мужского пола. Вот же сука! Раньше она и подумать не могла об этом. Мини юбки, легкие платьишки, топы это были главные атрибуты её гардероба.       Даша не позавтракав, сразу же побежала к Светлане Николаевне. Слава Богу ни этого существа, никак по-другому Юрия не назовёшь, ни тётки не было дома. Но тетю она все-таки хотела увидеть, чтобы поговорить о произошедшем в надежде, что та поймёт и поддержит, а лучше выставит за дверь этого урода.       Она ехала в метро, слушала музыку в своём плеере, что были так популярны среди молодежи. Маленькая круглая коробочка, куда вставлялись диски, приносила радость и облегчение.       Музыка вообще может спасти от чего угодно. Влюбился? Послушал музыку и стал ещё счастливее. Депрессия? Включи, подумай, погрусти и станет легче, гораздо легче…       Девушка смотрела в одну точку и думала, как жить дальше, как выйти из этого состояния, что заставляет чувствовать себя виноватой. Хотя это он должен нести ответственность за содеянное. Как вообще люди идут на такие грязные поступки? Ей казалось, что убийство проще оправдать чем это. А что если отомстить? Причинить ту же боль, а может и сильнее? Нет Даша, ты не опустишься на его уровень!       Она вышла из сырого метро и зашагала по дороге в сторону нужного адреса. Ее окружали панельные дома, в каждом окне которого пишется своя история…       Даша смотрела вниз, на снежинки, что падают на нос её ботинок, такие холодные, красивые, но стоит им сесть на что-то теплее них, они умирают, оставляя после себя лишь небольшое пятнышко воды. А что девушка оставит после себя? На этот вопрос у неё пока не было ответа.       — Привет, Даш, — Мельникова подняла глаза и увидела перед собой Лену, что выглядела слишком вызывающе. Чёрные колготки в сеточку, мини юбка, шелковая рубашка, кричащий макияж, норковая шуба, что добавляла ей сразу десять лет.       — Привет и пока. Дай пройти, времени нет, — Даша обошла Елисееву прибавила шаг, не хотелось с ней общаться, но остановилась после ее слов.       — Что, значит правду говорят? Пчёлкин твой поматросил и бросил?       — Что за чушь, Елисеева? — обернулась Даша и помотала головой.       — А что не правда что-ли? Мне Наташа-пловчиха рассказывала, ну та которая на даче с вами была. Чёрненькая такая в розовом платье.       — Ну и?       — Ну, рассказала, как они с Пчелой трахались, после тебя.       Даша слушала, нахмурив свои брови. Она не понимала что подруга вообще несёт, но потом она начала восстанавливать фрагменты того вечера. Игра — Поцелуй — спальня — и слишком долгое ожидание Вити. А ведь он сказал, что сейчас придёт, так и не вернулся. Шок. Первое что стучится в дверь твоей души. Оно подготавливает почву для других чувств. Так сказать накрывает на стол.       — Разговаривали после этого с ним по телефону. А он сказал, что нашёл другую, там на Урале, лучше. Я так понимаю, что это явно не ты! —ухмыльнулась Лена.       А вот и другие чувства подоспели. Её сердце разбилось окончательно на миллион осколков, что уже навряд ли соберёшь. Боль начала пожирать ее. Она забыла как дышать. Девушка медленно подняла глаза на бывшую подругу, пыталась что-то сказать, у неё это мягко говоря не получалось, перевела взгляд в сторону, руки дрожали, ноги подкашивались. Даша развернулась и побежала в сторону своего дома. Занятия отменяются…       Лил ледяной дождь на пару с снегом, по ее щекам скатывались горькие слёзы предательства, в груди давило, она просто сгорала изнутри.       Так неудачно влюбиться надо уметь…       Ей хотелось побыть одной, наедине со своими чувствами. Но не тут то было. Зайдя домой, Даша увидела знакомую сумку с вещами. Кто-то уезжает?       И тут же из кухни вылетела разъярённая тетя Нина с скалкой в руках.       — Ах ты мразь! — полетел первый удар, что пришёлся по правому плечу. Девушка согнулась от боли. — Сука! Ненавижу! — удары продолжились. Женщина била ее по ногам, рукам, что пытались закрыть голову от ударов. Напрасно. Пальто покрывалось кровавыми пятнами, а тело ссадинами и синяками.— Будешь знать как к чужим мужикам подкатывать! — она схватила Дашу за волосы и оттащила от входа, продолжила свои удары, била по лицу, животу. Девушка пыталась свернуться калачиком, но увы, ее переворачивали. Она чувствовала вкус крови, что лилась небольшим ручейком из-за рта, такой металлический и не очень приятный когда понимаешь откуда она. Когда Даша уже была практически без сознания, а сама была практически вся в крови, избиение окончились.       — Даю тебе два дня, что бы ты собрала все и съебала отсюда! Поняла?       Даша не могла пошевелиться, кое-как она доползла до своей комнаты, отхаркивалась кровью и оставив после себя кровавую дорожку, легла прямо на полу и отключилась.

***

      Проснулась она ближе к полудню. Голова сильно гудела, она не помнила как заснула, хорошо ей все-таки прилетело. Даша попыталась встать, у неё это мягко говоря не очень получалось. Пару раз падала, но всё же подошла к зеркалу. В нем Даша увидела не себя, а ужас. Окровавленное лицо, все в ссадинах, синяках. Даже дотронуться было больно. И тут она вспомнила про измену.       Крик. Кажется, и вот все стёкла выбьет от такой мощи. Как он мог? Режущая боль, что отдавала в районе солнечного сплетения. Даша нашла коньяк в одном из шкафчиков кухни, сделала небольшой глоток прямо из горла. Крепкий напиток обжигал стенки ее желудка, в котором ничего не было. Опьянение пришло моментально. Музыка орала на всю квартиру. Адская смесь. Она хваталась за волосы, крушила и сносила все на своём пути. Гнев брал вверх над ней. Фоторамки, книги, вещи — все летело на пол. Бессилие. Агрессия. Она хотела вспороть себя, выстрелить в голову, добить окончательно.       Только через несколько часов это прошло. Она уже сидела с практически пустой бутылкой, бултыхала её и смотрела на остатки коньяка, что плескались в сосуде. Ты должен быть сильным. Иначе зачем тебе быть?       Даша встала и подошла к разбитому зеркалу. Алекситимия — это состояние человека, когда он не понимает своих чувств и эмоций. А ей и не хотелось их чувствовать. Она закрыла глаза, сделала глубокий вдох и выдохнув отключила все свои эмоции и чувства, открыла глаза. Перед ней теперь не тот Рыжик, что носился по дворам с друзьями, смеялся и до ужаса любил ириски. Перед ней бесчувственное существо, в голову которой пришла заманчивая мысль. Даша хотела причинить боль Пчёлкину, но единственные кому она могла отомстить это ее так называемые родственники.       Боль — вот что движет людьми во время убийства. Демон, что сидел внутри неё и которого она пыталась так сдержать, одержал вверх. Даша улыбнулась улыбкой психбольного и начала танцевать. Улыбка — это самый страшный вид боли. Недаром веселые и озорные люди самые несчастные и разбитые внутри. Помни, что нет тюрьмы страшнее, чем в голове…       Теперь осталось разработать план. Даша не хотела оставлять следов. Естественно за решетку она не собиралась. Убийством тети и ее сожителя она хотела заглушить свою боль. Возможно вы подумаете, что это неправильно и это не спасёт, но девушка точно уверена — это единственное правильное решение проблемы.

***

      На следующее утро Даша вывела формулу, что остановит сердце и не оставит следов в организме. Отлично. Осталось его осуществить.       Девушка замазала все синяки, оделась во все чёрное — цвет не только траура, но и победы. Он отлично контрастирует с ее волосами. Придаёт ей вид сильной и непобедимой женщины.       Чтобы добыть последний ингредиент ей нужно было сходить к Светлане Николаевне.       Даша натянула улыбку, внутри неё действительно было пусто, никаких эмоций, и позвонила в звонок.       На протяжении часа они занимались, но потом девушка решила не затягивать и действовать.       — Светлана Николаевна, а у вас наверное же есть карбамазепин?       — Есть конечно, а тебе зачем?       — Да я хотела опыт один поставить. Можете одолжить? — очень интересный опыт. В красной книжке под названием «Смертельные дозы» Даша узнала, что если смешать этот препарат с другими, то можно вызвать сердечный приступ.       Женщина прошла в каморку, что была закрыта шторкой. За ней проследовала и Мельникова. Учительница рылась на полках. Как много колбочек, все стеклянные подписанные идеально каллиграфическим почерком, такие Даша видела только на старых фотографиях, царских времён.       — А вот и он! Держи! — она протянула ей бутылочку в которой был кристально чистая жидкость. Даша улыбнулась и посмотрела на учительницу. В глазах у Мельниковой можно было увидеть улыбающегося демона, единственного оставшегося с эмоциями.       — Большое спасибо, — даже голос Даши изменился. Стал чёрствым и с ноткой сарказма.       По пути домой она зашла в кондитерскую, купила торт алого цвета, символично.

***

      В квартире пока никого не было, поэтому Даша принялась смешивать все ингредиенты. Один за другим порошки и жидкости падали и смешивались в мензурке. Приготовив яд Даша побултыхала колбой и отправилась на кухню.       По пути она подошла к фото родителей и усмехнувшись сказала:       — Прости.       Девушка заварила чай, разлила по фарфоровым кружкам и добавила сюрприз. Это их последний ужин.       — Ты что тут делаешь? — проходя на кухню спросила тетя Нина.       — Тетушка, прости меня! Я правда не хотела! Давайте попьём чай на последок. Я торт купила. Ты же любишь сладости! — Даша играла на высоте, ей мог бы позавидовать даже самый хороший артист. Боковым зрением она смотрела на мужчину. Вот же сука! Даже виду не подаёт.       — Ну давай.       Все молчали. Никто не осмеливался что-то сказать. В воздухе чувствовалось напряжение. Никогда они так не сидели и не посидят. И вот первые глотки.       — Вкусно?       — Очень, — улыбнулся своими золотыми зубами Юрий.       — А тебе как чай?       Тетя лишь подняла брови и пожала плечами, делая вид, что ей все равно.       — Чувствуете как по стенкам разливается этот чудесный напиток, мм? С ароматом чёрной смородины… Согревает изнутри. Как по вашем венам течёт яд, — Даша встала, подошла к пока живым мертвецам и обняла их. Тетя поперхнулась. Ее глаза стали в два, если не в три раза больше. Даша наклонилась и с улыбкой на лице начала шептать — Я вас сейчас убью и никто…ничего… не узнает… — она смотрела на них истерически смеясь, а они бегают носятся, пытаются что-то найти. Страх в их глазах действовал как бальзам на душу Мельниковой.        Раз, два, три!       Сначала упал мужчина, а за ним и женщина. Вот и всё! Вот девушка и стала той, которых раньше хотела упечь за решетку. Ей стало легче. Даша пошла к ним наклонилась и ухмыльнулась, прикрыла глаза покойникам и пошла к телефону.       — Слушаю Вас! — послышалось на другом конце провода.       — Тут… тут… кажется сердечный приступ… они умерли… — говорила Даша с дрожащим голосом.       — Говорите адрес, мы выезжаем!       С врачами она тоже отыграла на ура. Ей поверили. Надо же какие доверчивые. Списали на приступ от алкогольной зависимости. Поминки она не проводила, сосчитала это не нужным. Так быстренько закопали и все.       Теперь она точно одна. Хоть это ей и принесло облегчение и радость, быть убийцей и киллером Даша точно не собиралась. Наоборот хочется приносить людям счастье.

***

      За гаражами Даша сожгла все свои вещи. Решила поменяться кардинально. Теперь ее гардероб состоял из темных, алых и белых оттенков.       Закупившись вещами, Даша шла домой, когда ей встретился молодой человек в темной кепке, что закрывало его лицо.       — Не хочешь стать чуть счастливее? — он остановил ее и помахал маленьким пакетиком.       Наркотики. Крокодил, гречка, кекс. Даша все больше слышала о них. И конечно же знала побочный эффект. Эйфория, зависимость, смерть.       — Нет, спасибо. А хотя подожди! — в ее голову снова пришла соблазнительная мысль. — А сколько стоит одна?       — 15 зеленью.       — Ага, спасибо. Подумаю. — ни о чем, кроме зародившейся идеи Даша и думать не могла.       А что если производить наркотики самой и продавать их? Наркоторговля. Пока буду делать дома, а потом и помещение сниму. Я ведь действительно хочу приносить «счастье», хотя бы мимолётное. А на этом ещё можно и хорошие деньги заработать! Все решено! Её ошибки стоили ей своего сердца…