Братья Диас – история одиноких волков

Больница в северной Калифорнии. Roza – I will Understand Пикающий звук, стал привычной мелодией места, в котором я нахожусь уже больше двух месяцев. Либо тишина, закрадывающаяся в каждый уголок моего измученного сознания, выпытывая ответы на нерешенные вопросы. После того дня, все изменилось. Я оказался в больнице, без брата, без глаза, без свободы под стражей. Из всех этих «без» даже не знаю какая хуже. Кто-то вызвал копов, и меня повязали, в бессознательном виде, отвозя в местную лечебницу. Видимо, зацепило осколком во время выброса, прокалывая им мой глаз насквозь. Так что теперь я одноглазый пират и это… хреново. Сейчас вообще не до смеха, я в ловушке, смиренно ожидающий своего выздоровления и последующего заключения в тюрьму. Еще хуже этого то, что я понятия не имею, где находится Даниэль. Поражение. Я чувствую его каждой клеточкой своего разума, и мне страшно. В тупике, один, без семьи и… брата. И такие мысли круговоротом носятся в моей голове, каждый день, проведенный в этой белой палате. Меня посещают странные догадки. Вдруг это девять кругов ада, и я, просто постепенно, прохожу каждый из них, до момента полного уничтожения. — А вот и я! Догадайся, зачем я пришел, м? — в комнату заглянул с улыбкой единственный, поддерживающий меня, человек. Джоуи, медслужащий, которого мне назначили для тренировки оставшегося глаза и обработки другого. Несмотря на мою историю, по поводу убийств, парень верит именно мне. Правда, может просто не хочет меня нервировать, потому и играет добренького. В любом случае, я ему всегда рад, потому что если заходит не он, то точно Мария Елена Флорес — специальный агент ФБР, приставленный к моему делу. Постоянно задавая одни и те же вопросы, в надежде, что я проясню ситуацию. А что мне говорить? Все что надо, они узнали, а о брате… не стану. Полиция все равно даже найти его не может. — Джоуи, привет. — тихо поприветствовал его я, слегка улыбнувшись краешком губ. — Ежедневный осмотр, что же еще? Днем мы проходим два задания на развитие ориентации в пространстве. Оба упражнения у меня получаются не лучшим образом, в особенности второе. Из-за этого серьезно страдает мое творчество. Трудно сфокусироваться на объекте одним глазом, а после долгой практики, он вообще начинает болеть от усталости. Присев ко мне на кушетку, парень разложил приборы. Осмотрев меня быстрым взглядом, он, игриво сощурив глаза, протянул полотенце. — Зачем? Разве сейчас не время тренировки? — с подозрением взяв его, я нащупал кое-что продолговато твердое. Развернув ткань, в удивлении уставился на свой потрепанный блокнот. Ох, это радует, мои вещи здесь. Да у полиции, зато не украдены непойми кем. Широко улыбнувшись, на сколько мне позволяет повязка, я благодарно произнес. — Спасибо большое, Джоуи. Но как вам удалось? Неловко отмахнувшись, он заверил, одновременно протягивая мне сложенные в конверты листы: — Пустяки, не переживай. А это тебе письма от Клэр и Стивена Рейнольдсонов. А еще от ребят, с плантаций. — тихо добавил он, оглядываясь на дверь. — Как общение с агентом? Что ни будь узнал о перемещениях брата? Нервно проведя по коротко стриженному затылку, я хмуро уставился на белую стену позади медбрата. С каждым нашим движением вперед, я скатываюсь все ниже. Ничего не прогрессирует, все лишь только становится хуже. Я хочу сделать все лучшее для брата, а в итоге нас разбросало в разные стороны. Два месяца он находится один, неизвестно где. Ему, черт возьми, девять! — Ничего. Они либо действительно не знают где Даниэль, либо что-то скрывают. — раздраженно ответил я. Помолчав с минуту и приведя чувства в порядок, продолжил. — Прости. Я сам не свой последнее время. Просто… эта беспомощность, как никогда остро чувствуется. От сюда я даже сделать ничего не могу. Похлопав меня по плечу в знак поддержки, Джоуи сказал: — Знаю, что вы вдвоем прошли через ад… Но я верю, что с твоим братом все хорошо. Он сильный малый раз столько пережил. — доставая фонарик, он повел им по воздуху, начиная первый тест. Следя за светом, я возразил: — Даниэль и правда стойкий, но один. Мне страшно за него. Медбрат, достав ручку, спокойно сказал: — Хорошо. Так, не забывай, поворот головы увеличивается, не напрягай излишне глаз. Теперь с ручкой — протянув мне колпачок, он стал водить им взад и вперед, меняя дальность. — К сожалению, пока ты здесь, ничего узнать или помочь, не получится. Это факт. — Ха-ха. Умеете вы поддержать. — с издевкой ответил я. Понятно, что так только загоняешь себя угрызениями совести и ничего не решишь. Промахнувшись, я расстроенно цокнул. — Твою мать, из-за травмы я больше никогда не достигну успехов ни в искусстве, ни в спорте. А подождите… Заключение и так все за меня решило. — язвительно пробурчал я. Сложив инструменты обратно в сумку, парень решительно произнес, вглядываясь в мой глаз. Теперь это так произносится, да? — Пытайся, друг мой. Жизнь нелегкая штука, со взлетами и падениями. Просто надо стараться еще усерднее, чтобы отправится после неудач обратно в полет. Если кажется пути нет, вспомни свою цель, брата и живи ради этого. Не падай духом Шон, не время сдаваться. Все еще изменится к лучшему. — серьезно закончил Джоуи, сжимая мою ладонь. Его речь, признаться, меня вдохновила, но в моей душе, наверное, стало через чур много пессимизма. Я понял реальность, она просто хочет меня уничтожить без права на подъем. — Да и стеклянные глаза сейчас делают очень круто… С неловкой улыбкой добавил мужчина. Действительно, это именно то, что волнует меня больше всего сейчас. Моя внешность. Закатив глаза, я устало выдохнул. — Но как? Я наделал такую кучу ошибок. Подвел всех, кого мог… Потерял Даниэля. И теперь попаду в колонию, чтоб ее. — прошептал я, хмуро оглядывая пейзаж за окном. — Попасть в тюрьму — классная перемена, жду не дождусь. Прости, Джоуи. Я виду себя как осел. Просто… очень переживаю. — И я не виню тебя, Шон. — спокойно сказал медбрат, сжимая ручку в руке. Тут отворилась дверь в мою палату, пропуская внезапную гостью. Ну да, что же еще может испортить мне настроение больше, если не визит агента. — Позволите нам побеседовать с глазу на глаз? — с порога произнесла та, проходя в комнату. — Можно я сперва с пациентом закончу, еще повязку сменять… — Он сейчас вроде в норме, оставьте нас пожалуйста. — перебила Флорес, присаживаясь на стул возле кушетки, на которой я сейчас расположился. — Вернетесь, как я закончу. Встав, медбрат сдержанно произнес: — Хорошо, я пойду. Держись, Шон. Приду вечером, обработать рану. Бывай! — махнув рукой, он скрылся за дверью, оставляя меня наедине с тем «кто желает разобраться в этом деле и помочь». Ага, как-же. Опустив взгляд на свои руки, я осмотрел каждый шрам, вспоминая что с нами произошло. Все эти раны, оставленные нашим прошлым, формирую нас настоящих. Время идет неумолимо вперед, я уже не успеваю за ним, спотыкаясь в попытках догнать, и больно падаю. Эти полгода меня сильно изменили и даже не знаю, в худшую или лучшую сторону. Все вокруг поменялось, я стал бездомным, потрепанным жизнью парнем с разумом одинокого старца. Хах, возможно, я преувеличиваю, пожилые люди, по крайней мере, явно мудрее бы поступили. — Итак, как сегодня твое самочувствие, Шон? — учтиво поинтересовалась Мария, раскрывая перед собой мое дело. Как я могу себя чувствовать в этой дыре, под стражей и без брата… Даже не знаю, может быть охренеть как здорово?! — Потрясно-о. — протянул я, натягивая фальшивую улыбку. — Вы нашли Даниэля или пришли опять болтать со мной о погоде? — Я хочу еще раз уточнить факты. — отрезала женщина, в который раз спрашивая о прошлом. Раздражено фыркнув, я выкрикнул, всплеснув руками в воздухе: — Черт, я уже три недели пересказываю вам эти сраные факты. Сколько раз мне еще, мать его, повторять? — моему терпению пришел конец, эти копы даже моего младшего не могут найти… умеют только все разрушать. Нахрена вообще они нужны… — Пока все не станет понятно. — строго оборвала Флорес, откидываясь на спинку кресла. — Расскажи мне всю правду, Шон. Молчание тебе сейчас не поможет… — О, мне ничего уже сейчас не поможет, агент. — язвительно прошипел я. Выдохнув, я сжал переносицу, пытаясь собраться и не кричать. — Извините. — Что-ж, скоро тебя переведут в Джолина-Шор и будут судить за убийство полицейского в Сиэтле. — уверено продолжила та, пододвигая документы к себе. — Выбирай: разговор со мной или жизнь в тюрьме. — Я никого не убивал, агент! — твердо сказал я, сжимая руки в замке. — Я просто… не могу. — К этому причастен Даниэль, да? — предположила та, наклонившись вперед ко мне. — Поэтому ты не хочешь рассказывать? — Нет! Вовсе нет! — горячо воскликнул я. Как она могла подумать так о маленьком ребенке? — И ты точно уверен, что твой отец не нападал на того полицейского? — что? О чем она вообще? — Вы осознаете, что говорите? — в шоке прохрипел я. — Он просто вышел на улицу, и затем его убили. Единственное, что он сделал неверно, это решил выйти к нам на помощь. Во всём виновен лишь я, в том, что… кто знает в чём. — Но ты точно сам не напал на офицера? Так бывает после… того, что произошло. — неуверенно произнесла Флорес, прикрыв на секунду глаза. Да, тяжело ей приходится, назначили на дело о таком придурке, как я. — Нет. Просто, взгляните на меня. Думаю и так ясно станет убивал я или нет. — обреченно уставившись в ее глаза, сказал я. — Ладно… давай двинемся дальше. — произнесла агент, перелистывая дело, не решаясь посмотреть на меня. Странно, я же такой красавчик… тупая шутка, Шон. Видно, в отсутствие брата, мое сознание автоматически старается восполнить дозу юмора в организме. Как же мне тяжело без него… — Расскажи, что именно произошло на плантации, там будто ураган пронесся. Опять этот вопрос, хорошо, что я давно придумал к нему перманентную отмазку: — Сто раз уже сказал, что не знаю, почему там всё было разрушено. Я был в отключке. — Показания отсутствуют, есть только двое пострадавших не включая тебя, и еще пропал ребенок. Мы не знаем за что ухватиться, Шон. — изнемождено выдохнула Мария Флорес, поправляя выбившуюся прядь волос за ухо. Так раздражает ее прилизанность и ухоженность, это классическое поведение копа. — Мы так же допросили Финна МакНамара, тот утверждал, что в происшествии виноват именно он. — Он просто оказался не в то время не в том месте, не надо верить его словам. — нахмурившись произнес я, в душе поражаясь смелости парня. К чему ему покрывать меня? Все просто случилось, как всегда, проблемы нас нашли… но Финн в этом не виноват. Правда же? — Возможно ты, прав. — согласилась Флорес. — А может опять не договариваешь, скидывая нас с верного пути. — Хватит, я в любом случае не смогу рассказать вам то, чего не делал. Просто… черт, найдите моего Даниэля, прошу. — устало уткнулся я в свои ладони, нет сил терпеть этот бессмысленный диалог. — Прошло больше двух месяцев! Он один, ему всего девять. Как вы вообще его ищите так долго? — На поиски твоего брата вышла целая куча народа. Поверь, мы тоже хотим его найти. — Ага. Чтобы посадить его, да? — прервал ее я. — Да к черту вас! Вздохнув, агент, натянув вежливость на лицо, стала собирать документы. Похоже, я окончательно вывел ее из себя. — Ну ладно, спасибо, что согласился поговорить со мной, Шон. — встав со стула, она, сложив все папки в сумку, скрылась в коридоре. Очередной «безумно полезный» диалог подошел к концу, не прояснив ни один из вопросов. Устал от вечных допросов, сколько может продолжаться эта пытка, когда объявится брат? Может, он смог найти убежище… Даже не представляю как, но он же супер-волк. Надеюсь, его сила поможет ему, а не впутает в очередные неприятности. Вспомнив о посланиях, я раскрыл письма, увлеченно вчитываясь в написанное. Хорошо, что у ребят все в порядке и им удалось скрыться, не хотелось доставлять им не нужных проблем с правительством. И у дедушки с бабушкой обошлось, правда они сильно причитают из-за случившегося со мной на ферме. Только получается Финн застрял со мной в больнице, надеюсь, что у него ничего серьезного не повреждено. Не удивительно, что я ни разу не пересекая с ним, все же два месяца я тупо торчал в палате под охраной. Думаю, он тоже. Слепая вера в лучшее для обоих из нас обернулась провалом. Взглянув на природу за окном, я взял в руки принесенный ранее медбратом скечбук. Жизнь его сильно потрепала, прям, как и меня… Пролистывая, я рассматривал каждую зарисовку, прокручивая те моменты в своей голове, как пленочное кино. Вдруг, я заметил кое-что странное, не свойственное мне. Загнутый уголок одной из страниц привлек мое внимание. Открыв на этом месте, я увидел записку у одного из моих рисунков, не моего почерка. «Шон, Я взял плед и еще кое-какие вещи из вашей палатки. Верну их, когда ты придешь за своим комиксом про Братьев-волков… Он ждет тебя. Твой друг, Джейк.» О, черт, это записка Джейкоба. Он был с нами в лагере, славный человек, самый тихий и замкнутый среди всех, но у него доброе сердце. Неужели брат с ним? Он не один, возможно… я смогу его забрать? Оглядев другие листы в поисках, любых подсказок или пометок, я наткнулся на рисунок с изображением Джейкоба, с моей припиской, где он проживал все время, пока не отправился в путешествие по свету. «…раньше жил в Хэвен-Пойнт, в Неваде, там какая-то религиозная община. Тут, в лесу, ему вроде получше. Он типа на свободе?» Что ж, спасибо Джоуи, действительно, появилось желание идти дальше. Теперь появилось новое направление, я уж думал, что это конец и я так и не встречу Даниэля. Правда выбраться получится только ночью, когда все ослабят бдительность. Охрана за дверью притихнет, и тогда я смогу совершить побег. *** CLANN – Kin-Soundtrack Наступил долгожданный вечер, все нервы вымотал в ожидании медбрата. Обрабатывая глазное отверстие, он с подозрением подмечал мою неспокойность, но ничего не сказал по этому поводу. Закончив процедуры, парень на секунду затих, не желая поспешно уходить, будто собираясь с мыслями. Через пару минут, выдохнув, он серьезно произнес: — Завтра лечение у нас закончится, и тебя переведут в участок, для дальнейших разбирательств по твоему делу. Я понимаю… трудно принять… — Все в порядке. Джоуи, не думай обо мне, я справлюсь. — ох, нет. Теперь точно нельзя откладывать с побегом. Как же вовремя я узнал о местоположении брата. Надеюсь, этого работягу не накажут за то, что завтра меня здесь не обнаружат. — Не бери на свою голову. Это моя жизнь, как никак. Спасибо за все, друг. — Я верю, что тебя осудят, по справедливости. — уверенно произнес мужчина. Похоже подбадривать он действительно не умеет. — Ты хороший человек, Шон. Я понял это, пока заботился о тебе на протяжении двух месяцев, что ты провел тут. Грустно кивнув, медбрат обнял меня за плечи и натянуто улыбнувшись вышел из палаты. Что ж, сопли не время развешивать, надо выбираться. Подойдя к двери в коридор, я увидел спящего охранника, это хорошо, пока я тих — незаметен для него. Через вход, понятно, идти не получится. А вот через окно… Осмотрев уступы за ним, я увидел, что, если аккуратно шагать по стеночке, можно добраться до строительных лесов, расположенных не далеко от моего окна. А оттуда, может получится забрать свои вещи из каморки. Вот только защитный механизм на раме, не дает его полностью открыть. Нужно чем-то поддеть. Осмотрев комнату, я зашел в ванну, заметив плохо привинченную ручку у унитаза для инвалидов. Она сгодиться как рычаг. Приложив усилия, перед этим открыв кран в умывальнике, чтобы снизить подозрительность шума, я смог ее оторвать. Проверив охранника и не заметив никаких отличий в его положении, подошел к окну. Ну что, я на свободе. Почти. Главное не разбиться лепешкой об асфальт. — Твою мать, черт. Высоко. — ругнулся я, случайно оступившись и зашатавшись. Выровнявшись и переведя дух, продолжил косплеить Человека-паука. С одним лишь отличием, если не удержусь, паутина меня не спасет. Пройдя несколько метров, я заметил помещение, похожее на склад оставленных вещей. Аккуратно заглянув в приоткрытое окно и не увидев никого, зашел осмотреть все в поиске своих вещей. В больничной робе долго не побегаешь, сразу сочтут за психа и вызовут копов. Сегодня удача на моей стороне, рюкзак и одежда найдена. Вернувшись обратно на строительные леса, я, пройдя по стенке ещё пару помещений, увидел свет в окне. Пригнувшись, аккуратно взглянул за рамку. Как оказалось, это простая палата, и я уж было засобирался продолжить движение вперёд, как заметил самого больного. — Ох, блин, Финн. — тихо ругнулся я, оглядывая палату на наличие камер или посторонних людей. Парень же в свою очередь спокойно читал какую-то книгу, облокотившись спиной о стену. Увлечённый процессом, он даже не замечал меня, напротив в окне. Правая нога была до колена обмотана бинтом, тоже и с левой рукой. Похоже его зацепило осколками так же, как и меня. Просто мне повезло меньше. Я стоял в нерешительности, окликнуть ли парня и высказать ему свои мысли или же просто пройти мимо, оставив все, что было, между нами, в прошлом. Но видимо жизнь теперь решает все за меня сама, и Финн, отвлекшись от книги, потянулся к графину с водой, случайно мазнув взглядом по проёму окна. В удивлении он замер, а губы того произнесли быструю фразу, не слышную мне из-за стекла. Резко встав с кровати, тот поморщившись от резкой боли в мышцах, подошел хромая к окну. Открыв его, он в очередной раз замер, осматривая взглядом все мои шрамы и все медлил посмотреть в лицо, словно избегал зрительного контакта. — Шон, боже... Я.… — стал мямлить Финн, по-видимому, стараясь свои мысли в единое предложение. Я же не перебивал, пусть человек выговориться. — Тебя отбросило волной… Мне так жаль, что Мерил на вас взъелся, что из-за каких-то слухов произошло такое дерьмо… Я знал, чувствовал, что назревает какая-то проблема. Но не мог понять откуда ждать удар, как вам помочь. Финн неуверенно перевел взгляд в мои глаза и дрожащей ладонью потянулся к моему лицу. Горячее прикосновение шершавых пальцев словно пробудило меня к действию, и я аккуратно отвёл руку от себя. — Финн, мне надо идти. — тихо прошептал я, сжимая кисть парня в ладони. — Куда? Почему ты уходишь, и как в таком состоянии, Шон? — не скрывая обеспокоенность, произнес бывший товарищ. — Мой брат не здесь, и я должен его найти. — начал я, решаясь произнести частичную правду. Не думаю, что он может сдать меня копам, сам, вроде, брал всю вину за произошедшее на себя. — Джейкоб отвёл его в Неваду, по записям, что тот мне оставил. Финн, резко сжав наши не расцепленные руки, уверенно заявил: — Я с тобой, Шон. Не могу оставить тебя одного, раненого, я.… должен отдать тебе долг, и потому помогу тебе во всем. — Какое громкое заявление для простого должника. Но я сейчас правда нуждаюсь в помощи, похер на гордость. — устало вздохнул я. — Но, если ты не хочешь, смысл мне тебя принуждать. Справлюсь как-нибудь и один. — Нет, Шон. Мне не похер на тебя. Я хочу пойти с тобой, и я пойду. — твердо заключил парень, собирая по палате немногочисленные пожитки и переодеваясь в повседневную одежду. Я же тихо присел на койку, откинувшись на стену позади и прикрыл глаз. Тот уже стал пульсировать, боюсь я через чур беспомощный сейчас, словно побитая собака. Возможно, взять с собой Финна будет верным решением, если уж он так просится. — Надеюсь, ты осознаешь, что возможно попадешь в еще большие неприятности, чем если бы был рядом с полицией. — прямо произнес я, не меняя положения. — Я не говорю, что все пойдет по плохому сценарию. Правда мне последнее время не везет, от того лучше будь готов разочароваться, это не будет веселым приключением в волшебную страну единорогов уж точно. — Перестань. — резко осадил мою нарастающую агрессию Финн. — Я прекрасно понимаю, что ты сейчас обижен и зол на меня, и я согласен слушать твое ворчание, лишь бы тебе от этого было легче. Но я тебя уверяю, я знаю на что иду. И можешь верить или нет, не брошу при любых обстоятельствах. Даже если к виску будет приставлен пистолет. — Ладно, обсудим основы доверия, когда оружие будет в опасной близости от твоей башки. — тихо рассмеялся я, открыв на секунду глаз и взглянув на согнутого, у дорожной сумки, приятеля. — Меньше разговоров, больше дела. Или хочешь, чтобы все копы за палатой проснулись и отправились на поиски моей задницы? Риторический вопрос утонул в тишине, остались лишь звуки тяжелого дыхания и шорох собираемых вещей. Впереди долгий путь и я действительно рад, что не один. Примерно, я даже не знаю сколько времени нам потребуется что бы добраться до Хэвен – Пойнт, как раздобудем карту, станет понятнее. Сейчас еще машину заводить, взламывать, да так, что б без сигналки. Я закрыл ладонями глаза. Боже, когда все это кончится. Уже кажется проще сдохнуть. Оставить всю боль позади, пойти на встречу к отцу и посидеть с ним на веранде нашего старого дома. Но Даниэль, я не буду оставлять его так же, как сделал это наш папа. Он должен жить в лучшем месте, чем то, что я могу ему дать. — Эй, Шонни, не смей откидываться на моей койке, твою смерть повесят на меня. — рассмеялся Финн, вырывая меня из мыслей. Раскинув руки в стороны, я уставился на парня, что обеспокоенно смотрел на меня, сжимая в руках собранный рюкзак. — Если серьезно, говори, если будет совсем плохо, я не гадалка что бы знать… — Тебе и не нужно знать. Я сам справлюсь с этой проблемой. — резко ощетинился я. — Ладно, хорошо. Пошли, я готов. — буркнул Финн, обида так и сквозит сквозь слова. Но пусть лучше обижается, чем беспокоится лишний раз обо мне. Мое самочувствие вряд ли поползет ввысь от его постоянных допросов. Дальше будет лишь хуже, медикаментов на долго не хватит. Спустя пару минут мы спустились к парковке у здания больницы. В такое позднее время остались лишь машины мед работников. Боже, я действительно собираюсь угнать тачку обычного служащего, который кормит своих детей или помогает больной матери. Это уже реальное преступление, которое я совершаю обдуманно и вот это действительно ужасно. Но без машины нам не добраться до нужного места. Хоть это меня и не оправдывает. Обсматривая очередную тачку, мы заметили, что дверца автомобиля не заперта. Похоже нам повезло и взлом сигнализации можно не организовывать. — Шон, извини, но ты справишься в таком состоянии? — положив мне ладонь на плечо, прошептал парень. — Да ладно, Финн! Как будто есть другой выбор… если уж вызвался помогать, по крайней мере верь в меня. Большего не прошу. — прошипел я, в раздражении отпихивая руку от себя. — Я верю тебе… прости если прозвучало грубо, я просто уточнил, может я смогу чем-то помочь? — не унимался приятель, аккуратно разворачивая мое лицо к себе. — Знаю, что ты тот еще механик, а у меня был опыт угона в молодости. Может… — Хорошо, я понял. Вперед, юный гений. — устало согласился я, уступая место Финну. Тот, умело открыв раскладным ножом панель под рулем, стал изучать провода и, со знанием дела, скреплять контакты между собой. Буквально секунда, и машина затарахтела, включая двигатель на полную. Закинув рюкзаки на заднее сидение, я запрыгнул рядом на пассажирское, произнося: — Давай отъедем за территорию комплекса, припаркуемся на трассе и поищем, вдруг в бардачке будет карта. Место я знаю, а вот как добраться – нет. Кивнув, Финн вырулил на дорогу, ведущую с парковки. Я выдохнул, откинувшись на спинку сидения, закрыв на секунду глаза. Мы сбежали, больница и копы опять позади, впереди же, как всегда, неизвестность, с каждым разом кажущаяся, как ни странно, все привычнее. Глазница под повязкой пульсирует, но пока терпимо, что радует. Парень же рядом явно о чем-то беспокоится, барабаня пальцами по рулю. — Мы подъехали, давай осмотрим машину. — предложил Финн, обращая на себя внимание и паркуя автомобиль у съезда на какую-то проселочную тропинку. — Я посмотрю багажник, а ты изучи салон. — Хорошо, кричи, если будет помощь нужна. — согласился я, начиная поиски полезного с бардачка. Груда бумаг, парочка журналов, упаковка влажных салфеток – это все конечно интересно, но пока… хотя постойте. За очередной стопкой документов в файлах я нашел, запылившуюся и явно видавшую лучшие дни, карту. Я чуть ли не воскликнул в восторге, словно ребенок у новогодней ёлки. — Шон, я нашел пару бутылок воды, батончики мюсли и сигареты. Боже, кто хранит такое в багажнике? — воскликнул удивленный приятель, выглядывающий из спинки задних сидений. — У тебя как? — Нашел карту, уже составляю маршрут. — сказал я шепеляво, зажав между зубами колпачок от шариковой ручки. Определив свое местоположение, я сделал не радостный вывод. — Из хорошего, половину пути мы благополучно проедем, а вот потом придется пересекать пустыню. И плохое заключается в том, что вероятнее всего у нас к тому времени закончится бензин. Открылась боковая дверь, и Финн присел рядом, заглядывая в нарисованный маршрут. Парень нахмурился, изучая карту словно научную энциклопедию. Довольно забавно наблюдать за сосредоточенным хиппи, удивительно, что он может не только дурью мается, но и быть собранным в ответственные моменты. Мне кажется, мы с ним поладим, несмотря на то что не особо часто общались в лагере. — Ну что, поехали. По пути разберемся. — заключил Финн, отдавая карту обратно мне в руки. — Все вещи убрал на заднее сидение, багажник закрыл. — Волнуешься? Давай я поведу? Не скажу, что я в этом профи, все же это будет мой первый раз. — с улыбкой предложил я. — Буду глядеть в оба, обещаю! — Ха-ха. Малыш показал зубки, как смешно. — беззлобно буркнул парень, пристегиваясь и заводя мотор. — Я уж как-нибудь справлюсь сам. Если совсем устану, поменяемся. Выехав на главную, я стал руководить Финном, указывая на нужные повороты. Переговариваясь об обыденных вещах и смеясь от глупых шуток хиппи, мы двигались вперед, навстречу неизвестности. Несмотря на очевидно опасную ситуацию, чертовски весело, плыть по течению и знать, что есть люди, готовые тебя поддержать. Возможно, даже у нас с братом еще появится шанс, на лучшее будущее. *** Спустя пару часов мы выехали в песчаную местность. Уже порядком стемнело, палящее солнце упало, скрываясь за дюнами пустыни, озаряя нашу нагретую машину последними лучами тепла. Финн так и не дал сесть мне за руль, отбиваясь от моих вопросов стандартным «все хорошо». Но я прекрасно видел, что ему трудно на протяжении большого времени неотрывно следить за дорогой. Глаза покраснели от постоянного напряжения, а спина согнулась, не выдерживая стоять прямо. И вот, пришло время расстаться с таким удобным транспортом, ведь бензина почти не осталось в баке. Понимание этого факта вынудило нас остановится у обочины, съехав с прямой трассы. — Мы на мели, Шон. — устало произнес Финн, отпуская руль и заглушая мотор. — Дальше эта ласточка не поедет. — Осталось еще несколько километров, и на сплошь пустынной местности. — вынес печальный вердикт я, сворачивая карту и откидывая ее в раскрытый рюкзак. —Похоже с рассветом придется пойти под палящим солнцем. Сейчас мы не сможем пойти, нужно хоть пару часов поспать под навесом. Ай… — Что такое? Голова, глаз? — обеспокоенно воскликнул парень, разворачивая ладонями мое лицо к себе. — Тебе что врач говорил по поводу ухода? Боли усиливаются, разрывая голову, бросая тело периодически в дрожь. Надеюсь, у меня не назревающая лихорадка, от воспаления будет трудновато избавится простым обеззараживающим раствором. А в ближайшее время под рукой будет только он, по крайней мере пока не осядем. Да еще и Финн, сам выглядит не лучше, ему бы самому бинты на руках поменять, а волнуется лишь обо мне. — Все в порядке, просто небольшая головная боль. Все уляжется после отдыха. — прохрипел я, незаметно подтягивая сползающую от пота повязку. — Так, стоять! Хватит. Мне надоело слушать твои «все в порядке». — рассержено проворчал приятель, убирая мои руки с бинта. — Он весь промок, его срочно нужно менять. О чем ты, блять, думаешь? Хочешь, чтобы рана загноилась, воспаление словить, чувак? — Ты сам не лучше! Сам же постоянно увиливаешь от помощи, заставляя меня чувствовать себя полным дураком. — прикрикнул я, хмуро взглянув на опешившего Финна. Воцарилась минутная тишина, но первым, кто не выдержал напряжения был Финн. Закатив глаза, тот раздраженно выхватил пачку сигарет, смирно покоившуюся на приборной панели, и выбежал из машины, громко хлопнув дверцей. — Боже, он словно Даниэль. Хотя мне кажется даже тот был более собранным, в отличии от этого ребенка-переростка. — буркнул я, устало откинувшись на сидение спиной и закрывая глаза. В салоне стало непривычно тихо, без непрерывного смеха и спокойных разговоров. Даже на душе как-то не спокойно. Открыв глаза, я осторожно повернул голову, взглянув в окно, пытаясь высмотреть в темноте возмущенного придурка. Буквально сразу же я заметил тлеющий огонек, тускло освещающий размытый силуэт хмурого парня. Как бы мне не хотелось обсудить нашу ссору, это в целом удачная возможность сменить повязку. И я не то, чтобы стесняюсь его внимания, просто не хочу никак привлекать к себе внимание, показывая свое уродство Финну. Не думаю, что я сейчас писанный красавец, чтобы светить своей пустой глазницей. Достав все нужное, я опустил надголовное зеркальце, собираясь с силами взглянуть в лицо своим страхам. Боже, если бы только я мог туда не заглядывать… Отогнув кончик повязки, я с дрожью, резким движением руки, оторвал ее до конца, всматриваясь в свое, ничем не прикрытое, ранение. — Да чего же я дошел, папа. — сдавлено прошептал я, стараясь сдержать подступающие к горлу рыдания. Но все бесполезно, нахлынувшие чувства не остановить и всхлипнув, одинокая слеза рассекла бледную кожу щеки. — Я так хочу домой, в месте с братом смотреть телевизор и смеяться над твоими нелепыми шутками. Но это теперь невозможно без тебя, пап. Я даже рад, что мы поругались с Финном и тот вышел. Эти эмоции похожи устали держатся в искусственно созданных рамках, и искали любую возможность выйти. Сейчас же мне стало даже легче, хотя вероятнее всего это иллюзия уставшего сознания. Открыв баночку с раствором, я дрожащими руками намочил кусочек стерильной марлевой ткани, и поднес лекарство к лицу. Начинать всегда страшно, но теперь это должно стать привычным действием. Потому я выдохнул и аккуратно провел по краю глазницы, стараясь не морщится от непривычных ощущений. Обработав и промазав противовоспалительным гелем рану, я наконец заклеил глаз новым отрезком бинта, сооружая импровизированную повязку. Убрав все приборы гигиены обратно, я открыл автомобильную дверь. Осталось лишь поговорить с расстроенным и обиженным на весь мир человеком и вернуть того обратно на базу, высыпаться и обрабатывать уже чужие раны. Не думаю, что этот «большой мальчик» справится с этим делом без моей помощи. Спокойно Шон, мы идем мириться, а не создавать новые проблемы. — Финн, идем в машину, нужно успеть отдохнуть до рассвета, чтобы выдвинуться пораньше в путь. — протянул неохотно я, вставая рядом с сидящим на камне парнем. Тот же лишь бросил в мою сторону хмурый взгляд, в очередной раз затягиваясь догорающей сигаретой. Устав ждать ответа, я шустро схватил лежащую на камне пачку и вытянул желанную добычу. Но поднести фильтр к губам не дали, Финн резко встал и выхватив сигарету из моих рук, притянул мое лицо к своему и выдохнув клуб сизого дыма в сторону, испытывающее взглянул в мои глаза. Мои ноги подкосились от такого внезапного напора, от чего я думал потеряю равновесие и упаду, но парень, воспользовавшись моим шоком, подхватил под бедра и понес к машине, аккуратно прислоняя меня спиной к железной дверце автомобиля. Черт, мне кажется, мое сердце не выдержит таких потрясений, сбивая размеренный ритм. — Финн, ты чего? — тихо выдохнул я, в опасной близости к губам тяжело дышащего парня. — Я только хотел извиниться. Ты и за ссоры так? — Ты этого хотел? — резко спросил Финн, затягиваясь остатком, догорающей на пальцах, сигаретой. Тот, не дожидаясь моего ответа, выдохнул струйку дыма мне в лицо, слизывая с моих губ учащённое дыхание. Сжав в ладони мои волосы, тот приподнял мое лицо выше, хрипло произнося. — Ну как, вкусно? Доволен или хочешь продлить удовольствие? Хотел бы я подумать о том, как он может держать меня на раненых руках, буквально на весу, и вытворять такие вещи. Сказать еще о том, что мы вообще то ссорились и нужно, как бы помириться и готовится ко сну. Но моя голова словно оказалась в вакууме, и все, о чем я думал, это какого вкуса его губы, дыхание? На сколько часто бьется в грудной клетке Финна сердце? Мне впервые захотелось побыть обычным, чрезмерно возбужденным подростком, которого охватили ранее неиспытанные эмоции страсти. — Пожалуйста, Финн, продолжай. — отчаянно простонал я сквозь зубы, боясь потерять это чувство удовлетворенности и свободы. — Мне так хорошо… — Все для тебя, мой солнечный мальчик. — с улыбкой протараторил парень, наконец обхватывая мои губы в осторожном поцелуе. Тот словно поубавил пыл, стараясь видимо сделать все поаккуратнее. Но зачем себя сдерживать? Прикусив его нижнюю губу, я приоткрыл подрагивающие веки, наблюдая за, срывающимся на стоны, Финном. Боже, я действительно целуюсь с парнем или я все же заснул и это мой извращенный сон? Выглядит все довольно реально и полностью не в моем стиле. Хотя я всегда действую на горячую голову, не обдумав все тщательнее. Но не думаю, что поцелуи с малознакомыми парнями должны входить в этот список. Сейчас уж точно не должно быть на это время, цель этой поездки – вернуть брата, а не заводить роман в отсутствие младшего. — Подожди, Финн. — произнес сбивчиво я, стараясь выровнять дыхание и мягко оттолкнуть настойчивого партнера. — Давай поговорим. — Ну вот, привычный Шон вернулся. — закатив глаза к звездному небу, ворчливо пробурчал парень. Аккуратно опустив меня на ноги, тот нехотя отстранился, руками придерживая меня за талию. — А нам было так весело с предыдущей версией тебя. Тот был довольно страстным. — О... Господи, я пытаюсь привести свои чувства в норму, а ты стоишь и паясничаешь! — воскликнул я, смущенно краснея. Никогда раньше не испытывал смущение, стыд - да, кстати, довольно часто последнее время, а вот покраснение на щеках – впервые. — Давай поговорим о будущем, если сейчас ты не можешь говорить о настоящем. — легко рассмеявшись с моей реакции, предложил Финн. — Я пока остывал после нашей небольшой потасовки набрел на знак. До ближайшей заправки пару километров. И я подумал пройтись за канистрой бензина, как думаешь? — В принципе, идея неплохая. Сейчас, только одену рюкзак… — Погоди. Ты остаешься тут, Шон. — строго произнес парень, уверенно отходя к багажнику и забирая запасные канистры. — Но ты и так устал, я бы мог и сам пройтись. — возмущенно начал я, хватая приятеля за руку. — Тебе нужно обработать руки, поменять бинты, как в таком состоянии ты собираешься отправится на заправку к людям? — Ну а если бы пошел ты? Без обид, но ты вызываешь еще больше подозрений, чем я. — спокойно парировал Финн, перехватывая мою ладонь и крепко сжимая. — Я скоро вернусь, не переживай и просто отдохни, а когда заправим машину, дам порулить, окей? Зато не пойдём по пеклу, Шон. Одни плюсы. Я ему слабо верил. Не в то, что он может кинуть меня и уйти, а в то, что он справится один. Но, возможно он прав, и меня запекут в тюрягу, как только увидят мой отличительный знак. У меня же уже словно на лбу написано, «Шон Диас, опасный преступник». —Хорошо, Финн. — тихо согласился я, открывая дверцу автомобиля. — Но пожалуйста, будь осторожен. Кивнув, парень быстрым шагом пошел в одно, только ему известное, направление. Проследив за удаляющейся фигурой еще пару минут, я сел в салон, откидываясь на спинку и закрывая глаза. Надо хорошенько вздремнуть, несмотря на скребущееся в груди волнение за товарища. *** Дремал я не долго, как мне показалось. Разбудил меня стук в окно. Встрепенувшись и оглядевшись по сторонам, я нашел взглядом ночного гостя. Два мужика, приехавшие на пикапе, как я заметил, были явно чем-то недовольны. Финн еще не пришел, а проблемы похоже да. Открыв дверь, я вышел, спрашивая: — Извините? Что-то надо? Рассержено, уставившись на меня, один из них сказал: — Ты какого хрена делаешь на нашей земле? Мы и без копов можем разобраться с мудилами вроде тебя. Что? К чему такой наезд вообще, я просто стоял. Если надо уехать с их территории, то: — Послушайте, мне не нужны проблемы! Давайте я просто уеду? — взволнованно ответил я, барабаня пальцами по автомобильному рулю, придумывая, что делать в отсутствии приятеля. — Что, самый умный? — язвительно начал второй мужик, подходя ближе. Они были здоровыми, с такими если вступить в драку, костей не соберешь. — Так вот, объясни, какого черта ты тут забыл? Хорошо, похоже надо действовать осторожно и не нарываться на конфликт. Спокойно объясню, причину моей остановки. Появилась возможность попрактиковаться в актерском мастерстве, правда на бис меня точно не вызовут: — Я…Я ехал так долго, что решил встать на обочине и поспать… вот — стал заверять я их, с самым печальным выражением лица. Может получится вызвать жалость, и они отстанут. — Честное слово, я не знал, что это ваша земля. — Да там же знак есть, ты не заметил? — недоуменно воскликнул мужчина, в идиотской ковбойской шляпе. — Так сильно устал…— продолжил давить я, грустно всматриваясь им в лица. Хотя в душе уже закипал от нарастающего недовольства. Эти индюки с завышенным самомнением на меня наезжают, а я даже в драку вступить не могу. Только получу по лицу и сделаю себе лишь хуже, лучше играть роль дурочка и выполнять все что они попросят. — Наверное, не заметил. Один из них явно спокойнее и разумнее, оценив мой внешний вид взглядом, обратился к собеседнику: — Да он еще пацан…, и он ранен. Глянь — произнес тот указывая на меня. «Может все же обойдемся без насилия?» — подумалось мне. Тот, отпихнувшись от приятеля, насмешливо поинтересовался у меня: — Ага… А что с твоим глазом? Продолжив играть простофилю, я расстроенно произнес: — Случайно поранился… Ехал на велосипеде и не заметил торчащий сук. Еле как до больницы дошел. С сомнением посмотрев на меня, мужчина подошел, ближе толкая руками меня в плечи. Из-за внезапности, я пошатнулся и уперся спиной о машину, побито взирая на них. Если играть роль, то до конца. — Ага, как же! И это ведро на колесах, «позаимствовал», а не угнал. А ну подвинься. — прикрикнул он, толкая меня в бок и залазя в машину. Черт, ограбления мне еще не хватало. Правда забирать у меня нечего, им не повезло с ночным уловом. Хорошо еще Финн забрал свою сумку, чтобы перенести канистры. Вытащив мой рюкзак, он шарил в нем как у себя дома. Достав мои медикаменты, он недоуменно произнес: — А это? Лекарства? — господи, что за идиоты. Нет блять, соус карри, твою мать. — Да, для моего глаза. — как можно спокойнее ответил я, сгорая от унижения. — Ага, ты их украл. Как и эту тачку. — уверенно заявил он, выливая на песок содержимое емкостей. Просто лучше не бывает, без них мой глаз превратится в огромную опухоль из-за гноя, и я умру, так и не дойдя до брата. Возможно Финн, когда узнает куда пропали лекарства, собственными руками задушит и моя смерть наступит еще раньше. — Отпусти его, у него же ничего нет. — стал сердится его товарищ, пытаясь достучатся до ополоумевшего друга. CLANN – Her & the Sea — Педро, ты испанский знаешь? — ну нет, это уже слишком. Еще один расист, да что мне на них так везет! Всю жизнь жил, ни разу не сталкиваясь с расовым насилием в живую. И вот, как только оказался в дикой местности, без семьи, каждый второй считает тебя безграмотным иммигрантом. Ладно, поиграем по их правилам, monos atrasados (тупоголовые обезьяны). — Чед, хватит, зачем ты так? — удивленно опешил товарищ, пытаясь остановить его. К сожалению, тяжелая рука «Чеда» все расставила на места, откинув его на землю. Подойдя ближе, на расстояние вытянуто руки, он продолжил издевается: — Профессор, как по испанский будет: «Я грязный воришка»? — Estoy sucio ladrón (Я грязный воришка) — от обиды, мои глаза покраснели, но я не сдамся так, мне глубоко фиолетово, что они думают обо мне. Главное выйти невредимым и поехать к Даниэлю. — повторял я про себя. — Прикольно, теперь скажи, э-э… — загоготал придурок, радуясь моему унижению. Тыкая мне пальцем в грудь на каждом слове, он произнес. — «Я одноглазый грязный воришка». Спокойно, только не плачь, не опускай себя еще ниже. Вспомни кто тебя ждет. — Soy un solo ojo sucio ladrón (Я одноглазый грязный воришка). — с дрожью в голосе произнес я. Рассмеявшись, мудак воскликнул, поднимая за шкирку своего приятеля, зардевшего от обиды: — Не злись, друг. Мы просто хотим выучить пару фраз на испанском. Да, амиго? — испуганно кивнув, второй мужчина натянуто улыбнулся, стараясь не разгневать товарища еще один раз. — Может, это однажды будет наш официальный язык! Си синьор? Я слабо качнул головой, стараясь совладать с эмоциями. Он, похлопав меня по плечам, продолжил: — Давай следующую фразу. Как сказать: «Это не моя страна.»? — стукнув пальцем мне по лбу на последнем слове, он мерзко заржал, подначивая товарища, последовать его примеру. Тот тихо стоял, с ужасом осматривая разворачивающуюся перед ним картину. Ничего, все в порядке… В порядке. — Este… este no es mi país (Это… это не моя страна). — смиренно прошептал я, взирая оппоненту в глаза. Наверное, мой оставшийся глаз остекленел от чувства беспомощности, охватившего меня. Ярости не осталось, как ни странно, вместо нее пришло равнодушие и обреченное согласие. Так будет проще… для меня. Тут прозвучал грохот молнии, видно скоро начнется дождь. Облака сгустились, хоть и ночь, но чувство приближающейся грозы присутствует в наэлектризованном воздухе. Засуетившись, бандиты переглянулись. Что боятся намочить штанишки? — Чед, оставь его и пойдем. Давай, а то промокнем. — потянул за руку своего пустоголового товарища, второй мужчина. Взглянув на меня с призрением, тот прошипел, ударяя с размаху увесистым кулаком в живот: — Что, блять, думал мы закончили с тобой, боясь какой-то грозы. — ещё один удар прилетел в ребра, опуская меня на колени. Мужчина жёстко схватил меня за голову, злобно шипя в лицо. — Так вот знай, для таких, как ты, на этой земле никогда не будет дома. Ты просто уродец, грязь под нашими сапогами. Одноглазый пидор... Новый удар, с оглушающим раскатом грома, проехался по моей щеке в опасной близости к забинтованному глазу. Я упал к земле, стараясь прикрыть руками голову от остервенелых, словно от лап диких гончих, пинков. С каждым ударом я молился, чтобы ноги не задели жизненно важные органы и лицо. А ещё в моей голове крутилась лишь одна фраза, пугающая своей правдивостью. "Я слабак". И это так, любой бы дал отпор, любой бы отстаивал свою честь, но не я... Слабость тела сказалась на упадке духа. Я настолько жалок? — Вы блядь какого черта тут творите?! Сука, пидоры ебучие, вы на кого руки свои подняли?! — остановил дебилов, будто молния, надрывный крик моего парн... кхм, приятеля. Удары прекратились, и я выглянул из-под рук, осматривая площадку. Финн, откинув сумку с канистрами подлетел к обидчикам, нанося точные ранения по открытым мышцам рук и ног, сбивая тех с толку. Мужчины толком понять не успели, кого бить, как оказались на земле, оглушенные и покрытые крупными ссадинами. — Уебываете, пока я по-хорошему прошу. Нам не нужны проблемы, иначе убил бы вас здесь и сейчас. Без свидетелей, хмм... — и словно задумавшись, ужасающе спокойно произнёс. — Хотя, почему бы и нет. Вас в этой глуши точно никто не найдет, особенно в закопанном состоянии. Те в ужасе побледнев, вскочили и пролепетав что-то неразборчивое, унеслись на своем пикапе прочь. За секунду их и след простыл, надо же какой убедительный у меня товарищ попался. И аргументы предоставляет надёжные. Финн тем временем, как только машина придурков скрылась, кинулся ко мне, опускаясь с разбегу на колени. — Черт возьми, Шон. — простонал в страхе парень, помогая приподняться и занять сидячее положение. Оперившись о колесо машины, я выдохнул, морщась от давящей, на ребра, боли. Финн, суетясь, стал ощупывать живот и тело, взволнованно спрашивая. — Сильно болит? Отдает в лёгкие, дышать можешь? Шонни, боже... Не молчи, пожалуйста. — Кхм... Ощущения явно на пять звёзд не тянут, но жить вроде должен. — сипло прохрипел я, сгибаясь и утыкаясь лбом в крепкое плечо. — Они не сколько ранили тело, сколько самооценку... Эти придурки... хотя, можешь просто обнять меня на минуту, Финн? Тот вместо слов, осторожно сжал мое искалеченное тело в надёжных руках. Когда я в последний раз обнимался? Не так, как с братишкой... А с кем-то покрупнее... Те настоящие, дорогие сердцу, объятья с отцом, совершенные мной в тот переломный день. Я так давно хотел зарыться под слои одежды и крепко прижаться к широкой груди. Почувствовать заботу, что я нужен хоть кому-то в этом пустом мире. Кто смог бы выдержать мою тяжёлое бремя и помочь в трудную минуту. — Я рядом, Шон. Прости меня, что пришел так поздно… — с явным сожалением в голосе прошептал Финн, медленно отстраняя меня от себя. — Давай сядем в машину, и я обработаю тебе раны? Аккуратно придерживая меня за плечи, тот уложил меня на переднее сидение, облокотив мою спину. От резкой смены положения тела в пространстве, голова закружилась, а легкие пронзило нехорошим спазмом. Сухой кашель, словно наждачкой прошелся по моему горлу, стягивая в невидимых тисках мою грудь. Поднеся руку к губам, я почувствовал металлический привкус. — Шон, у тебя кровь! — прошипел, с дрожью в голосе, парень. Он даже напомнил мне чем-то Даниэля. Тот так же испугался за меня, когда на нас напала рысь в лесу. Это мысленное сравнение заставило меня улыбнутся, несмотря на потрескивание ран на лице. — Ты чего лыбишься? У тебя помимо внутренних повреждений еще и голова задета? Где лекарства, Шон? Почему ты молчишь… Диас, отвечай, где черт возьми, те дорогущие мази? — Питают землю под твоими ногами… — прохрипел я, вжав голову в плечи, ожидая града упреков. Но вместо этого услышал лишь удаляющееся шарканье шагов и завывание усилившегося ветра. — Финн? Давай ты не будешь злиться, м? Приоткрыв глаз, я увидел молчаливую фигуру приятеля, сидящую на массивном валуне. Тот, нервно вытянув из пачки очередную сигарету, поджег ее, прикрыв огонь от ветра ладонью. Я понимаю, денек выдался не из лучших, но, как по мне, закончилось все не так уж и плохо. Бывало и хуже... намного хуже. Мы же живы, это уже плюс. — Я тебя предупреждал, что простой жизни не будет. Хмуро взглянув на меня, тот затянувшись выдохнул, шипя сквозь зубы: —Я раздражен лишь по одной причине, мне мерзко от себя. — встав, тот подошел ко мне, облокачиваясь боком о металлический каркас машины. — Обещал защищать, а сам заправлял канистры, пока тебя здесь унижали… избивали. — Финн, главное сейчас ты рядом. — тихо произнес я, забирая из опущенной руки парня подожжённую никотиновую палочку. Тот лишь удивленно произнес, наблюдая за тем, как сизый дым проходит сквозь мои покрасневшие губы. — Не думал, что ты куришь. — Бывает, по настроению. — выдыхая ответил я, устало наблюдая за сияющими звездами на небе. — Братик все время злиться… я и сам не в восторге. Это уже словно маскировка, психологическая обманка для мозга, но легче никогда не становится. Финн наклонился, аккуратно забирая из подрагивающих пальцев мою «вредную привычку» и выкидывая ту под ноги. Я с легким разочарованием уставился на раздавленный окурок. — Тогда давай не будем больше расстраивать Даниэля и пойдем, наконец, вернем его к нам. — К нам? — в удивлении переспросил я, отстраняясь и пододвигаясь ближе к парню. — Я правильно услышал? Ты хочешь остаться со мной? — Ну… таков мой план. — с хитрой улыбкой произнес Финн. — Правда после того, как найдем твоего братишку, мне придется ненадолго съехать к Кэссиди и другим ребятам с лагеря. Боюсь, когда она узнает, что меня нет в больнице, разозлиться так, что при встрече оторвет мне голову. Так что… Но договорить парню не дали, утягивая того в мягкий поцелуй. — Тогда, чем быстрее мы покончим с Хэвен-Пойнт, тем быстрее мы продолжим путь в Мексику… — И встретим рассвет у моря, попивая коктейли из кокоса. — закончил за меня Финн, ласково прижимая за плечи к себе. — Несмотря на боль по всему телу, я теперь понимаю, почему отец рекомендовал завести отношения. — тихо рассмеялся я, прижимаясь щекой к быстро бьющемуся сердцу. — Правда, не думаю, что он имел ввиду парня хиппи, в роли моего партнера. Хотя с шевелюрой он угадал. — Боже, Шон! — закатил глаза Финн, отстраняясь и уходя к сидению водителя. — Всю романтику момента испортил.