Право на любовь

Итак, это произошло. Заготовки первых полос газет, репортажи новостей, жёлтая пресса, первые строчки поисковых запросов - всего за одну ночь идеальный гендиректор одной из самых известных косметических компаний в стране стал изгоем общества. Мэттью не был к этому готов, но даже если бы был, всё равно не смог бы решить проблему в одночасье. Потерять репутацию, заработанную тяжким трудом и десятью годами, оказалось на удивление просто. Наверное, всё потому, что падать с горы куда легче, чем на неё взбираться. По этой причине он, уставший, разбитый и совершенно опустошённый сидел в кабинете психолога в четыре часа утра со стаканом виски в руке. К сожалению, кабинет врача не был предназначен для траурных посиделок, поэтому в холодильнике не оказалось льда и пить алкоголь пришлось тёплым. Мерзкое послевкусие. Мэтт знал, что выглядит отвратительно: свалявшиеся набок волосы вряд ли можно было быстро привести в порядок, а мятая белая рубашка в красных от вина пятнах не соответствовала имиджу. Но мужчине было уже всё равно. С наступлением рабочего дня и открытием биржи, акции его компании упадут до самого плинтуса, а совет акционеров немедля снимет с должности того, кто привёл эту когда-то крошечную контору к процветанию. - Я всё потерял, - выдохнул Джеймесон и поморщился от очередной порции крепкого напитка. Отставить его в сторону, однако, он не решался, потому что просто боялся взглянуть на ситуацию трезвыми глазами. - Всё насмарку: моя репутация, положение в обществе, друзья, карьера, партнёры, даже отношения с семьёй - всему конец. Питт Хауэй - психолог средних лет, раздобревший и такой же помятый, как и его пациент, зевнул безучастно, поправил очки на широкой переносице и бросил усталый взгляд на Мэттью. Джеймесон был человеком достаточно своенравным, мог решать проблемы и рано утром и глубокой ночью. Наверное, это было особенностью творческой натуры - получить вдохновение и немедленно его реализовать. Или же загореться желанием таковое найти и постучаться в частную практику в удобный для себя час. Психолог за первоклассный сервис получал более чем приличные гонорары, поэтому возмущаться не торопился, но ведь и организму, требующему сна, этого не объяснить. - Господин Джеймесон, - в его голосе не было ни раздражения, ни сочувствия, только спокойствие и профессионализм, что лишний раз оправдывало звание самого дорогого специалиста в столице. - А у вас есть друзья? Мэтт слегка опешил, потому что даже не сразу понял суть вопроса. Это было неожиданно, неуместно и достаточно грубо, но Питт никогда не открывал рот без причины, посему следовало ответить. Людей, не связанных с работой, мужчина почти не видел, ведь буквально жил в офисе. Именно по этой причине вопрос требовал тщательного обдумывания. Да и добрым нравом Мэттью не блистал, так что от общества обычно получал только взаимность. - Ну... Да. Думаю, да. - И какое положение в обществе занимают ваши друзья? - очередной деликатный вопрос, ответить на который Джеймесон мог лишь в общих чертах, ведь никогда не интересовался такими подробностями. Обычно "дружеские" посиделки проходили в режиме многозадачности. Джеймесон вновь задумался, почесал выступившую за ночь на подбородке щетину и прикрыл глаза. - Олдин Фрост - мой университетский приятель и владелец небольшого бара в центре города. Он не слишком богат, но независим и слегка беспечен. Артур Ли, несмотря на иерархию между нами, тоже вполне может считаться другом, ведь мы с ним вместе основали компанию. Стефани Уолкер - подруга детства и партнёр по бизнесу... Думаю, это всё. Если углубиться в тему, то несложно понять, что даже уровень дружбы с таким человеком измерялся количеством приложенных денег. Все: Олдин, Артур и Стефа - получали от гендиректора ежемесячно определённую сумму наличных. - То есть, если я правильно понимаю, ваши друзья в обществе не имеют особого веса? - Питт улыбнулся, даже подался вперед, явно додумав суть происходящего. Наиболее влиятельным человеком среди них была Стефани, но рожденная в богатой семье третьим ребенком, не утруждала себя нравственностью или стереотипами. Олдин и Артур же в элиту не входили совсем. - Да... - А значит, общество тоже на этих людей особого влияния не имеет, - психолог слегка развёл руки в стороны. Сессия наконец-то стала приобретать окраску. - Не совсем понимаю, - Мэтт раздраженно сделал очередной глоток отвратительной жижи в стакане. - Говори прямо, у меня мало времени. Хауэй не без труда поднялся из кресла, подошёл к окну и распахнул шторы, плотно задернутые по случаю окончания рабочего дня. В помещение, освещённое лишь скудным сиянием бра на стене, ворвались яркие огни большого ночного города. Солнце ещё не взошло, поэтому пёстрые вывески баров и клубов, как и придорожные фонари, до сих пор не погасли. - Господин Джеймесон, - наконец, нарушил тишину психолог. - Теперь у вас полно времени, поскольку больше ничего и нет. Вы сказали, что потеряете друзей и положение в обществе, но настолько ли оно вам необходимо? Ваших друзей это общество не волнует, они живут простой жизнью и получают от этого удовольствие. Общество... Почему вас заботит мнение тех, кого вы даже не знаете? Мэтт взболтал виски, поднял затуманенные глаза на собеседника и помолчал, осмысливая услышанное. И правда... Его друзья никогда не парились из-за таких мелочей как социальное неравенство. Они просто жили невзирая на мнение других. Наверное, переживать из-за этого действительно глупо. Стефа всегда говорит, что того, кого нельзя купить, никто не запрещает просто игнорировать. Куда страшнее, когда этот игнор обратит свой клинок на тебя... - Соглашусь, - неуверенно кивнул Мэттью, всё же отставил чёртов стакан в сторону и впервые за предыдущие полтора часа сосредоточился на беседе. - Но моя репутация стоит огромных денег! От этого зависит мнение потребителя о нашем товаре, ценность акций компании, уважение поставщиков и партнёров. Даже настроение в коллективе офиса напрямую зависит от того, как я оделся с утра. Это и есть репутация. Питт одарил пациента победным взглядом, ведь они, наконец, поймали одну волну. - Господин Джеймесон, человек, которого я знаю из новостей, рекламы и интернета, человек, который каждый четверг приходит ко мне на сеанс - манипулятор и стратег. Он извлекает выгоду из всего, даже из простого похода в магазин за хлебом. Манипулирует общественным мнением без зазрения совести. Он очаровывает своими сладкими речами и сильными выступлениями. Он зрит в корень и просчитывает всё на несколько шагов вперёд. Человек, которого я знаю - гений торговли и миллиардер Мэттью Джеймесон - не впадает в панику из-за глупого недоразумения. Так что же с ним случилось? Мэтт опешил. Ему льстила похвала, но Питт не из тех, кто хвалит. И совсем не из тех, кто льстит. Этот человек озвучивал исключительно факты, за что и является личным психологом уже долгих восемь лет. Джеймесон в жизни мало чего боялся. Наверное, только наказаний от отца, не брезгующего физической силой. В школе и универе он был поглощён учёбой и амбициями, поэтому боялся лишь не реализоваться. Человек, ничего не имеющий, и потерять ничего не может. Но сейчас дела обстояли иначе: огромное состояние и все его прелести потерять разом достаточно больно. Алкоголь в затуманенном мозгу по-немногу рассеивался, а услышанное пробуждало шестерёнки крутиться, пусть и со скрипом. - Манипулировать мнением... - пробормотал он, устремив взгляд в пустоту. - Манипулировать мнением... - Давайте сделаем так! - Хауэй громко хлопнул в ладоши и стал энергично расхаживать по комнате. - Представим, что этим утром акции компании упадут до нуля, а акционеры единогласно проголосуют за ваше отстранение. Какой самый страшный сценарий мы можем представить? Что случится? Мэтт тут же вернулся в реальность, вздохнул и ответил: - Я потеряю компанию, деньги и окажусь на самом дне. Родители разочаруются... Что теперь уже скандально известный сын остался ни с чем. - И что? Барабанные перепонки едва не лопнули от услышанного, Мэтт уже ничего не понимал. - И что с того? - Питт ласково улыбнулся ошеломленному собеседнику и замер посреди комнаты. - Вы потеряете некую сумму денег и бизнес, но ваши акции по-прежнему будут приносить доход. У руля компании встанет другой человек, и она выживет. Возможно, даже станет лучше, чем была. Ваши родители удивятся произошедшему, но всё поймут, потому что вы объясните. Их любовь не зависит от вашей ориентации или баланса личного счета. Несмотря на все неприятности и потери, у вас по-прежнему будет две руки и две ноги, голова на плечах и огромный опыт. Потеряете компанию? Да и Бог с ней, новую построите. Вы же умеете! Главное, у вас есть вы. А про скандал завтра все уже забудут. При всём моём уважении к вашим обширным заслугам, но вы не такая уж и звезда, чтобы мусолить эту тему вечно. Мэтт хмыкнул, когда в очередной раз в комнате повисла тишина. Затем хихикнул и рассмеялся во весь голос, от души. Словно маленький ребёнок, услышав весёлую шутку. Так сильно, что на глазах выступили слезы. Вот и всё. Все его заслуги обнулились после пары фраз. Если он когда-нибудь пожелает пережить это унизительное падение вновь, то обратится не в прессу, а к своему психологу. - Док, вы просто нечто! - сквозь смех выдавил из себя Джеймесон, поднялся с места и дружески похлопал собеседника по плечу. - Который час? - Уже пять, - Питт улыбнулся в ответ, заложил руки за спину и выдохнул про себя, чтобы не потерять лицо. Слава богу, ещё удастся поспать перед работой. - Что ж, тогда я поехал домой. У меня всего три часа, чтобы воскресить компанию и своё положение. Мэтт протрезвел окончательно, накинул небрежно брошенный в кресло пиджак и вышел, громко хлопнув дверью.