Право на любовь

- Итак, сегодня у нас в расписании собрание для обсуждения предстоящей пресс-конференции, далее встреча с инвестором, обед с партнёрами, съёмка для новой линейки продукции и вечером останется немного времени на подпись документов, - скучающим тоном зачитывал распорядок Артур, который почему-то с утра был не в духе. Мэттью слушал в полслуха, сосредоточенно размышляя над событиями прошедшего вечера и раннего утра. Итон вёл себя очень странно. Он не давил, но при этом откровенно подкатывал: словно морской прибой делал заход, прощупывал границы и отступал. Он не хамил и не пошлил, но что-то привлекательное было в его поведении. "Те, кто посчитал, что гей не может быть героем-любовником, потеряли миллионы, потому что этот ублюдок рождён для того, чтобы соблазнять", - думал он с усмешкой, представляя, как кусают локти режиссёры из-за потерянной прибыли и славы. Но самое поразительное, что Джеймесон с лёгкостью уснул в чужом доме, не понял, как его перенесли в комнату и спал мёртвым сном всю ночь под боком у незнакомца. Даже дома, в собственных стенах и на привычной подушке удавалось засыпать только после дозы снотворного. Бесконечные мысли о работе просто нельзя было выключить, а в доме Квина в голове ни разу не мелькнули дела компании. Там было тепло, уютно и комфортно. "Может, он что-то подмешал в еду и переспал со мной? " - возмущённо думал мужчина, до белых костяшек сжимая кулаки. - "Он же не может быть настолько беспринципным? " Беспринципным Итон совсем не выглядел, но вот шкодливым - очень даже да. И мысль о том, чтобы настучать тапком по крепкому заду казалась очень привлекательной. А если поставить его но колени и заставить молить о прощении... - Гендиректор? - многозначительно откашлялся Ли, с интересом глядя на метаморфозы на лице босса. - Что скажете? - А что надо сказать? - невпопад ответил тот, понимая, что всё прослушал. Спасибо Артуру, сотрудником он был не только лояльным, но и крайне терпеливым, поэтому не стал бить начальника папкой по голове, а выдохнул и повторил: - Звонил репортёр из Дэйли и просил о личной встрече перед предстоящей пресс-конференцией. Сказал, что у него имеются некоторые вопросы. Хотел того Джеймесон или нет, но репортёрам ближайшие пару дней придётся лизать задницу, чтобы не получить в заголовках искаженную "правду". Да и заренее обсудить сценарий было делом благородным, чтобы в процессе не получить тележку форс-мажоров. - Согласуй. - Я тоже так подумал, но из-за истории с Кристой его невозможно впихнуть даже на шесть утра ближайшие пару недель. Я уведомил его об этом, а он предложил встретиться сегодня вечером в баре отеля "Холли", в неформальной обстановке, так сказать, - Ли сделал обреченное лицо, поскольку наиболее приемлимого варианта не представлялось. - Хорошо, пусть так, - Мэтт потерял интерес к делу после слов "я тоже так подумал". Обычно далее секретарь разбирался сам и только вводил в курс дела гендиректора. Гораздо важнее было то, что пресс-конференция должна была состояться уже завтра, а возвышенных чувств к новому партнёру Джеймесон совершенно не испытывал. В лучшем случае удастся не шарахаться от него ежеминутно, в худшем - восьмизначный гонорар был потрачен впустую. И это было проблемой. Даже не потому, что единственный актёрский талант Мэтта назывался "морда кирпичом", а потому, что он боялся взаимодействия с Квином. Да, не испытывал отвращение, а именно боялся. Этот человек был слишком притягателен, слишком мил и слишком опасен. Стоило ему оказаться в зоне комфорта Джеймесона, как инстинкты включались все и разом, а в подобной ситуации сложно мыслить здраво. Может, стоит обратиться за советом к Питту?.. Если всё пройдёт гладко с репортёром, то можно выкроить минутку на то, чтобы посетить психолога. Приободренный этой мыслью Мэттью с головой погрузился в дела. Но вечер в момент, когда гендиректор появился на пороге бара отеля, нельзя было охарактеризовать ни как "гладко", ни как "быстро". Репортёра он приметил в ту же секунду, поскольку заведение было совершено пусто, будто кто-то намеренно забронировал его на вечер. В приглушенном сиянии нижнего света отчётливо вырисовывалась барная стойка. Спиной к гостю сидели двое: мужчина в сером офисном костюме и женщина в ярко-красном облегающем длинном платье с открытой спиной. И эту девушку не узнать было невозможно. Эту спину он не один год целовал так, будто это ценнейшее из сокровищ, а эту шею украшал самыми дорогими бриллиантами известнейших ювелирных мастерских. Он зарывался лицом в волнистые каштановые волосы, сейчас небрежно собранные в пучок на макушке, и обнимал руками тонкую талию. Мэттью знал каждый сантиметр этого прекрасного тела, поэтому просто не хватило сил развернуться и уйти. Ватные ноги с усилием несли его к барной стойке, а сердце колотилось так, что заглушало классическую фоновую музыку. Он точно знал, что это Бах, которого они слушали в порывах страсти десятки сотен тысяч раз, знал, что красное платье было куплено в прошлом году ради помолвки у молодого, но талантливого кутюрье в Париже. Знал, что в бокале, который она небрежно держала тонкой рукой, его любимое розовое вино. Это осознание разрывало сердце на части. К горлу подступал удушающий комок. Она обернётся и улыбнётся усталой улыбкой, словно ждала очень долго. - Здравствуй, Криста. Девушка повернула голову на зов хриплого голоса и действительно едва заметно приподняла уголки рта. Бриллианты в ушах сегодня ослепительно перекликались с блеском карих глаз. Она была прекрасна. С головой погрузившись в проблемы компании, Мэтт напрочь забыл, почему они были вместе так долго. Забыл, что разорвал помолвку в порыве отчаяния. Забыл, как нуждался в этой хрупкой женщине. - Какая неожиданная встреча! - её сладкий голос теперь совсем не ложился мёдом на душу, скорее, скрипел пенопластом по стеклу. Джеймесон хотел заткнуть уши, зажмурить глаза и сбежать. Прямо сейчас. Она врёт. Эта встреча была спланирована до мелочей. Почему Артур этого не понял? Не проверил репортёра? Забыл? Плохо сделал свою работу? Нет, только не Артур. - Дорогой, я так скучала, что не находила себе места, - Крис грациозным движением соскользнула с высокого барного стула и тут же повисла на шее у бывшего жениха. - Давай забудем о наших разногласиях и просто будем любить друг друга. В нос ударил шлейф из пионов и вина. До боли знакомый запах, который становился только желаннее, когда её тело покрывалось испариной в его руках. Нет. Нельзя. Нужно оттолкнуть её и осадить. Навсегда провести черту там, где поставлена точка. Джеймесон пытался призвать на помощь всех известных ему богов, но пока собирался с духом, девушка вновь упорхнула за стойку. - В последние дни я совершенно не испытываю удовлетворения, - со слезами на глазах простонала она. - Даже сегодня Джек Ривердейл не смог меня удовлетворить. Я, кстати, больше не участвую в групповом сексе, но снимать напряжение жизненно необходимо, ты же понимаешь? Тот самый пресный и потрёпанный Джек с недельной щетиной на лице приветственно отсалютовал бокалом. Мэтта бросило в холодный пот. - Но я обещаю, как только мы объявим о том, что помолвка в силе, я постараюсь обращаться за помощью исключительно к тебе. Ты же готов найти для меня время?.. - Криста играла. Так самозабвенно и невинно, что могла бы посоперничать с Итоном. Однако от её жестоких слов сердце в груди холодело. Квин не позволял себе быть бесчестным. Вся его показная любовь была только для Мэттью. А эта женщина пыталась выдать своё распутство за искренние чувства. В голове помутилось от острого приступа тошноты. - Я... Пришёл, чтобы поговорить о конференции, - только и смог выдавить Джеймесон, потому что ощутил на языке горечь. Ещё слово и его непременно стошнит. - Ах, конференция! - глаза Крис засияли ещё ярче. Она хлопнула в ладоши и демонстративно повернулась к репортёру. - Нет, ну ты представляешь?! Он так отчаялся после нашего расставания, что решил попробовать с мужчинами. Я прям чувствую эту всепоглощающую боль. Так и запиши! И Джек действительно послушно что-то записал в блокнот. На его губах блуждала улыбка, будто всё происходящее было не более, чем дешёвым спектаклем в третьесортном театре. От этого гендиректор ощутил себя ещё более жалким. - Но это ничего, дорогой! - продолжала она исполнять монолог как главную роль своей жизни. - Я всё понимаю. Думаю, ты и сам теперь знаешь, что секс с мужчинами - это не твоё. Я уважаю стремление сравнить меня с кем-то, чтобы лишний раз убедиться в правильности нашего союза. Даже если ты был снизу, я не стану возражать. Нужно было заставить её заткнуться. Накричать. Хотя бы осадить. Но всё, что Мэтт мог - это слушать нежно щебечущий голос, который погружал его в самые чёрные пучины ада. Она была слишком жестока. Смешала с грязью чужих тел его светлые чувства, обвинила в том, что недостаточно получала внимания. Посмеялась над его выбором, приписав как личную заслугу. Оскорбила ни в чем не повинного Итона, поставив на ступень ниже местной столичной бляди. Ком в горле сдерживать не осталось сил, и первые крошечные жемчужинки собрались в уголках глаз. Стоило открыть рот и он бы разрыдался прямо здесь, в голос, жалобно, будто щенок, и неистово, словно раненый зверь. А Криста всё не унималась. - Я пригласила Джона, чтобы написать статью-опровержение, в которой мы громко заявим о том, что произошедшее было простым недопониманием. Теперь фото с левым мужиком в баре больше не всплывут, отец об этом позаботится. Что касается твоего любовника... Давай просто дадим ему немного денег. Могу помочь с ролью в новом фильме, думаю, этого будет достаточно. В конце концов, он просто очередной несостоявшийся актеришка. - Заткнись! - что было сил крикнул Мэтт. Его кулаки сжались так сильно, что побледнели костяшки пальцев. Он опустил голову, понимая, что предательские слезы уже катятся по лицу. И как только его раскроют, всё будет кончено. - Ты можешь сколько угодно унижать меня, но не смей трогать Итона! Плевать, что он мужчина! Плевать, что не имеет мировой славы! Он готов становиться лучше и помогать стать лучше мне! Он не судит меня по количеству нулей на банковском счёте и наличию акций крупных компаний! Этот человек заботливо укрывает меня одеялом, готовит ужин и с нетерпением ждёт реакции на свои фильмы! Он видит во мне не причину для хвастовства или выгодную партию, он видит меня! Меня! Бар в мгновение ока погрузился во мрак, когда широкая тёплая ладонь накрыла мокрые глаза. В нос ударил запах хвойного леса, а ухо опалил едва различимый шёпот: - Всё в порядке, я здесь.