Выбирая себя

Юнги больше не задерживается после работы. Это не брак сделал из него верного мужа, а сын крупного партнёра отца, который при каждом удобном случае жалуется свёкру на супруга, а тот, в свою очередь, как и всегда, угрожает сына лишить его поста генерального директора. Мин уже ничего не хочет: ни этой должности, ни миллионов, которыми так гордился, НИ-ЧЕ-ГО! Лишь бы только оставили в покое. — Явился? — встречает его омега. — Что-то рано сегодня, — и уходит, не выслушав ответ. Юнги и не собирался ничего говорить. Он привык, что им пользуются и игнорируют. Не таких отношений он хотел. А таких… таких как с Чимином, когда он чувствовал заботу, тепло и любовь. Но уже ничего не вернуть. Тот исчез год назад. Юнги искал его всё это время, не останавливаясь, но так и не смог узнать, где Чимин находится. Исчез без следа, а Мин внутри опустел. Отдал сердце безвозвратно человеку, которого сам же и предал. У него не было выбора. Вернее, был, но ограниченный. Директор тогда считал, что поступает лучше для них обоих, но в первую очередь — для себя. Деньги и статус — всё в наше время, альфа искренне в это верил, пока сам не столкнулся с подобным. Он оказался разменной монетой в игре своего отца за влияние. Тому было жизненно необходимо стать партнёром крупного модного журнала в корейском издании. Вот и решили отцы скрепить партнёрство браком детей. — Я хочу есть, — крикнул из кухни Юнги. Омега сразу же пришёл. — В ресторан иди. В чём проблема? Ему нравилось доводить альфу. Поэтому шанса поязвить не упускал никогда. — Я хочу, чтобы ты приготовил. — Ты опять? — распаляется омега. — Сколько раз тебе повторять? Я — не тот деревенщина, и готовить тебе не с… — не успевает договорить, потому что горло передавливает жилистая ладонь альфы. — Не смей говорить о нём своим поганым ртом! — рычит альфа, шею вдавливая в стену. И только когда тот начал краснеть и кашлять, он ослабляет хватку и слышит смех. Омега хватает альфу за талию и притягивает к себе, похотливо ухмыляясь. — Вот ты и попался, гендиректор Мин, — хриплым голосом шепчет парень, вытаскивая его рубашку и расстёгивая брюки. — Чонгук… — рычит утробно, почти воет Юнги, но попытки себя раздеть не прекращает. — Ну, что ты стоишь, как неприступная крепость? О-оу, как хорошо стоишь. И смотришь… но не туда. Вот сюда, — вторую руку альфы опускает на свой пах и слегка подаётся им вперёд. Хватка на шее ослабевает и омега впивается в губы Юнги, мажет языком по стиснутым зубам, пытаясь проникнуть внутрь, но альфа не поддаётся. Чонгук ощущает ладонью, что тот хочет, но никаких действий не предпринимает. — У меня уже третий день течка, ты разве не чувствуешь? — задыхаясь шепчет омега, двигая рукой по плоти Юнги. — Чувствую, — спокойно, даже слишком, отвечает Мин, и это заставляет Чонгука поумерить свой пыл. — Да что с тобой? — отталкивает грубо, после по щеке бьёт не сильно. — Сколько ты будешь ещё меня мучить? Сколько ещё мне умолять тебя? Юнги ухмыляется и подбирает приспущенные брюки. — Что со мной? Сколько буду мучить? Ха! Вы с моим отцом меня уже год мучаете. И можешь умолять сколько угодно, я к тебе не прикоснусь даже. А если не прекратишь отчаянные попытки получить семя Мин, я… — Да сдалось мне твоё семя, — кричит омега. — Мне ты нужен. Ты, весь, полностью. — Я тебя предупреждал, что ты счастлив не будешь. Но ты хотел любой ценой… Повторяю в последний раз — если не прекратишь, я тебя помечу и разведусь. — Тогда ты всё потеряешь, — цедит испуганный омега. — Это ты всё потеряешь, — ухмыляется Юнги. — А я — всего лишь деньги. «Всё остальное я уже потерял», — просилось на язык, но Мин так и не позволил словам сорваться.

***

Чимина с Тэхёном встретили в аэропорту и отвезли в отель, заранее зарезервировав номера. Год назад эти двое уезжали ни с чем и никому не известными, а теперь их узнают все, кто хоть как-то касался мира моды. Стараются угодить и всячески пытаются подобраться ближе, чем дозволено. Но Чимин так и не научился никому верить, а вокруг себя выстроил очень высокий забор, ключ от которого есть только у Тэхёна. Отношения их стали гораздо теснее. Ким по прежнему молчал о своих чувствах, а Чимин делал вид, что ничего не замечает, сглатывая комок в горле каждый раз, когда их взгляды друг на друге задерживаются дольше, чем необходимо. Они никогда это не обсуждали. Чимин — потому что боялся потерять верного друга, а Тэхён — и друга, и любовь. На следующий день они едут в главный офис издания на обсуждение деталей показа и подпись необходимых бумаг. Чимин внимательно скользит по тексту и взглядом цепляется за знакомое имя. — Простите, а как с Вами связан Мин Юнги? — интересуется Тэхён, как менеджер Чимина, замечая беспокойство друга. — О, господин Мин — наш партнёр. Коллекцию его модного дома Вы, Black Swan, и будете представлять на показе. Какие-то проблемы? — Никаких проблем, — с улыбкой отвечает Чимин. — Могу я Вас попросить? — Конечно, всё, что угодно! — восторженно сияет мужчина. Все альфы без ума от модели. Его улыбка сбивает с ног, а взгляд пробирает до мурашек. Вот и сейчас очередной солидный бизнесмен пускает слюни на парня, забывая, что он гендиректор корейского филиала известнейшего во всём мире журнала мод. От одной фразы растёкся и готов ковриком стать только ради того, чтобы этот чертовски соблазнительный омега прошёлся по нему. — Можете сделать так, чтобы с господином Мин Юнги ни я, ни мой менеджер не встретились, хотя бы до самого показа? Понимаю, что просьба странная, но больше я ни о чём не прошу. — Ну, что вы?! Всё, что угодно, я ведь сказал. Это не сложно устроить, тем более, что он — мой зять. Последнее слово по мозгам так шандарахнуло, что пропал дар речи и зрения. Перед глазами размылся силуэт альфы и привставший Чимин снова рухнул в кресло. Бизнесмен засуетился, стал взглядом искать администратора и просить вызвать скорую помощь. — Не стоит беспокоиться, нас ждёт машина. Это пройдёт. Благодарю за встречу, увидимся на показе, — быстро проговорил Тэхён и, сопровожая Чимина, они покинули здание.

***

— Тэ, я не справлюсь, — говорит Чимин другу, лёжа на его плече в огромной кровати отеля. — Вдруг я так же сбегу, как тогда, в студии?! — Ты сможешь, Чимин-а, я верю в тебя, — с улыбкой гладит по чёлке друга, а внутри захлёбывается отчаяньем. Если Юнги вновь появится перед Чимином, да попросит вернуть всё былое, Ким боится, что омега согласится и навсегда исчезнет из его жизни. Тэхён желает ему счастья, но не с Юнги. С кем угодно, но только не с ним. Потому что сам он не в силах дать Чимину полноценную семью и то счастье, о котором Пак давно мечтает. — Тэ, поспи со мной сегодня, пожалуйста, — просит омега, окольцовывая талию друга и прижимаясь щекой к груди. — Спасибо, — не дожидается ответа и вскоре засыпает.

***

В день показа всё внимание обращено на ведущую модель. Чимин подготовил собственное небольшое шоу. Организаторы не возражали. Тем более, что Пак сам предложил, а инициативы моделей не оплачиваются. А идея Пака очень даже вписывалась в концепцию показа. Идёт дефиле. Модели стандартно расхаживают в нарядах компании, демонстрируя высокую моду, но за кулисами готовится нечто неожиданное для гостей и кое-что личное для одного конкретного человека. Заиграла музыка для выхода ведущей модели и Юнги, до сих пор сидящий с опущенным взглядом, поднял взор на сцену, потому что мелодия, под которую вышел Чимин, ему о многом говорит. Та самая песня, под которую омега сперва соблазнял танцем, затем отдавался альфе. Сейчас она играет на подиуме, и Чимин снова танцует. Те же движения, тот же взгляд, только теперь не на него направлен. Альфа трёт глаза несколько раз, но Пак не исчезает, значит он — не галлюцинация. — Это кто? Тот… — толкает в плечо альфу Чонгук, и по взгляду загипнотизированному понимает, что догадка оказалась верна. Пространство возле сцены превращается в один большой комок нервов. Один сгорает от ревности, другой наслаждается победой, а третий — забыл, как дышать. Тэхён же смотрит только на друга и фотографирует. — Чимин… — одними губами произносит Юнги и следом тяжело сглатывает. — Что он здесь делает? — уже громче произносит. Он, словно под гипнозом, несётся за кулисы, за которыми после своего выхода скрылся Чимин. Тэхён заметил его и, почуяв неладное, проследовал за ним. — Чимин, — окликнул бывшего парня альфа. Пак замер. Знакомый аромат мяты ударил в нос, да что там, и мозги отшиб, и в самое сердце снова колом врезался, возвращая в события годовой давности. Однако, Чимин осознал, что чувствует только обиду, которую, как оказалось, не смог забыть, но тёплых чувств к альфе больше у него не осталось. — Что Вам нужно, господин Мин? — Где ты был, Чимин? — Вас это не касается, — Пак изо всех сил старается не показывать волнение. — Я скучал… — фраза прошибающая до мурашек, если бы Чимин его ещё любил. — С чего бы Вам скучать? Мы ведь расстались… — Просто… очень сильно скучал… Ты… — Мне некогда было скучать. — Да, вижу. За год ты неплохо поднялся. Чимин… Выслушай меня. — Не думаю, что нам есть что ещё обсуждать. Мне нужно готовиться к завершающему выходу. Юнги схватил омегу за руку и притянул к себе, крепко укутывая в объятия и приникая губами. Тэхён чудом не роняет фотоаппарат, который повис на лямке. Он не верит своим глазам — Чимин держит лицо Мина и они… снова вместе?! Ким решает, что больше ему тут делать нечего. Три года он был рядом с Паком, но, если тот простит и примет Юнги обратно, Тэхён не сможет остаться. Они с Чимином хотели закончить контракты, но сейчас Ким поедет в отель, а завтра улетит в Америку, чтобы остаться там навсегда. Чимин берёт лицо Юнги в ладони и с силой отталкивает его от себя. — Не стыдно? Ты в браке! Отпусти. Сейчас меня начнут искать и получится неловко, если нас увидят. — Мне плевать. Я люблю тебя, — выпаливает Мин, но выпускает омегу из объятий, однако тот лишь заливисто смеётся. — Любишь? Год назад ты заставил меня поверить в обратное. Люди не меняются, Юнги. — Ты изменился. — О, нет. Я всё тот же простак, только богаче немного, — смеётся омега. — Я не верю в твою любовь. Отказавшись один раз, откажешься снова. Прости, но мне правда плевать, что ты чувствуешь. — Ты теперь с ним — с Тэхёном? Ты его выбрал? — Я выбрал себя. Прошу, больше не появляйся в моей жизни. Мин посмотрел вслед покидающему его Чимину и понял, что потерял нечто гораздо большее, чем статус и деньги, потому что в жизни больше нет ничего, что можно было поставить на Его место.

***

После показа все искали Тэхёна. Чимин побил телефон, пытаясь дозвониться до друга. Наплевав на приличия и нормы, омега сбежал с банкета в отель. Буквально на пару секунд они разминулись, когда Чимин входил в лифт, а Тэхён выходил из другого. Хорошо, что портье оказался новичком и выселение Кима слегка затянулось. Чимин поднялся в номер и, не обнаружив вещей Тэ, пулей вылетел обратно. Выходя из лифта, увидел друга, стоящего возле стойки и окликнул. Тэхён повернулся, но тут же сорвался к выходу. Чимин — за ним, и буквально за рукав поймал возле выхода. Киму пришлось остановиться. — Куда собрался? — спрашивает, задыхаясь, Чимин и замечает, что друг на него не смотрит. — Я подумал и решил, что продлю контракт с журналом. — Почему мне не сказал? В ответ — молчание, Ким всё ещё стоит боком и не поворачивается. — Ты видел нас с Юнги? Поэтому ушёл? Тэхён посмотрел на друга и в этот момент Чимин обхватил его шею и прижался губами. Ким отшатнулся и широко распахнул глаза, но после обнял за талию и прижался ещё ближе, рыдая от счастья внутри. — Чимин, — с придыханием произнёс, когда тот отстранился немного. — Я люблю тебя, Тэ, — улыбается Чимин и снова целует. — Я собирался после показа признаться, но раз уж так вышло… Тэхёну так тепло и уютно внутри ещё никогда не было. Однако, печаль и растущая безнадёжность в груди не покидали его. — Чимин, подожди. Я должен сказать. Возможно, ты поменяешь своё мнение, потому что я не смогу тебя сделать счастливым, потому что я… — Потому что ты — бета? Тэхён замолкает, услышав, что произнёс Пак. — Откуда?.. Знаешь и все равно говоришь, что… —… что люблю тебя. Мне всё равно. Я… — Но у нас никогда не будет детей. — Тэ, ты меня не любишь? — Люблю. Очень сильно люблю. Но ты ведь так хотел семью. — В мире столько одиноких деток… Думаю, мы сможем стать домом для кого-то из них. — Или двоих? — улыбается Тэхён и привлекает омегу для объятий. — Хоть пятерых, — шепчет Чимин, прижимаясь к любимому, и прикрывает веки. Выбирая себя, он сделал правильный выбор. Потому что лишь тот, кто действительно любит, никогда не позволит поступить иначе.