Счастливы вместе

К тому времени, когда Марко подходит к небольшой кухоньке, состоящей из изразцовой печи и стола с двумя табуретками, Роберт уже кипятит воду и накрывает на стол. На столе всегда стоит кувшин с цветами, над печкой сушеные травы, а на стене висит крест и изображение Девы Марии. Мелкие штрихи, которые Марко никак не волнуют, но Роберт, он такой. Их дом — это то, о чем он всегда заботится, главным образом потому, что у него не было ничего, что хотя бы отдаленно напоминало дом, в далеком детстве. Полировать тарелки и кастрюли, рвать из сада свежие цветы и приносить их в их с Марко уголок, тут и там вытирать пылинки — не существующие даже! — это то, что заставляет его чувствовать себя комфортно, это дает ему ощущение безопасности и уюта. Марко это понимает и ценит, и хотя он мог бы с таким же успехом просто схватить кусок хлеба и побежать по своим делам, он позволяет Роберту ухаживать за собой, потому что видит, как сияет возлюбленный, когда делает это. Марко сидит за столом и смотрит, как Левандовски поливает водой сушеные травы. Затем он намазывает ароматным медом кусок хрустящего, нагретого на печи хлеба для Марко и режет фрукты для себя. Роберт ненавидит мед, так как однажды одна дама, ведьма, скорее — так бы он ее назвал — использовала его, чтобы скрыть вкус и запах снотворного в его чае, и чуть не отравила его. Марко предостерегающе цокает, когда Роберт собирается закрыть банку. — Я же голодный! — заявляет он, проглотив кусок. — Боже, мне придется похитить целый улей пчел, чтобы они делали для тебя мед, — фыркает Роберт, доставая еще одну ложку любимой сладости Ройса. — Потому что местные, мне кажется, уже выдохлись. — Это их работа, — рычит Марко. — Лошади жалуются на то, что возят людей на себе? — Ну… — Роберт поднимает брови. — Лично я не жалуюсь, мне-то очень даже нравится моя работа — возить Марко Ройса на себе. Марко хмыкает и закатывает глаза. И улыбается, когда белоснежный котенок прыгает на колени Роберта, и тот позволяет ему слизать немного черничного джема со своего пальца. — Напомни, когда мы его приняли? — спрашивает Марко. — Мы этого не сделали, это он выбрал нас своими людьми. Теперь во дворе стало намного живее, животные начали разом издавать голодные звуки. — Накорми их, — просит Роберт, гладя пушистого зверька по спинке. — Позже, — отмахивается Марко. — Когда наемся. — Медом ты увы никогда в жизни не наешься. Тебе его всегда мало, медведь прожорливый. — Все, — взбодренно произносит Марко, в последний раз облизав мизинец, тянет руки к Роберту и смотрит на него самыми нежным своим взглядом. — И вовсе нет, мало мне всегда только тебя. Роберт наклоняется ближе, чтобы поцеловать его. У поцелуя вкус сладчайшего меда, зеленого яблока и черники. Марко ждет, пока Роберт закроет дверь за собой. Затем он хихикает и наливает себе еще меда.