возьми мою руку, спаси меня

Ханна Харрингтон мечтала о большой и дружной семье. Чтобы без разногласий, чтобы фото семейные с улыбками счастливыми. И выходные совместные, где только их семья: мама, папа и близнецы. Ханна точно не помнит, но, кажется, когда-то они все собирались вечерами в гостиной. Мамочка заботливо расчесывала длинные темные волосы дочери, папочка рассказывал интересные истории, а Стив подшучивал над ним. Но в какой-то момент дети уже слушали не рассказы отца, а правила поведения. В какой-то момент Корнелия Харрингтон начала душить свою дочь контролем, пытаясь сделать идеальное продолжение самой себя. Семейные фотографии из традиции превратились в обязанность, ведь Харрингтоны обязаны поддерживать статус идеальной семьи. По собственной глупости люди теряют друг друга. Удивительно, но незначительные пустяки способны разрушить самые крепкие узы, а обиды стать причиной длительной разлуки. Милая Ханна не умела долго обижаться. У нее в привычку вошло преуменьшать свои расстроенные чувства, носить внутри обиду и искать изъяны в себе. Чувство быть нужной и любимой превратилось в отчаяние. Но в тот вечер девушка буквально тряслась от обиды на брата. Ей хватало контроля родителей с вечными наставлениями Корнелии о поведении правильной юной леди. В голове Ханны не укладывалось как Стив посмел указывать ей. Почему он не понимал, что сестра впервые почувствовала себя живой. Почему не встал на её сторону, когда она, Ханна, маленькая послушная девочка, всегда была с ним. Принимала его несносный характер и бунт против родительского контроля. Лгала отцу, прикрывая брата. Ханна назвала его эгоистом. Стив назвал её глупой. Ханна резко хлопает дверцей шкафчика и улыбается, когда стоящие неподалеку школьницы подпрыгивают от неожиданности. А Перкинс, кажется, вовсе не замечает двух подслушивающих подружек, поскольку слишком занята рассуждением на тему отношений с Томми. У них новый кризис, а Ханна и не думает подбодрить ту. Через минуту Кэрол увлеченно рассказывает о каком-то красавчике, которого повстречала на выходных в Индианаполисе. Харрингтон с усмешкой слушает подругу, интересуясь именем парня. — Вы не должны это пропустить! — их одноклассница возникает перед ними так внезапно, что Кэрол проклинает ту прямо в лицо, но умница Рози Донован ничуть не смущается. Они же все из одного теста. Все богатенькие детки хорошо друг друга знают. Умница Рози широко улыбается, бормочет что-то про Стива Харрингтона и в итоге сует подругам красочные флаеры. Вечеринка. Новая пьяная пирушка, после которой вся школа будет гудеть ещё месяц от сплетен. Кэрол с ухмылкой смотрит на флаер, для виду думая об отказе. А Ханне нельзя даже об этом думать. Как светские львицы выбираются на шикарные мероприятия, чтобы заявить о себе и выгулять все свои дорогие шмотки, так и принцесса Ханна поступала с подростковыми вечеринками. Глупо. Разумеется. Но статус популярной девушки надо каждый раз доказывать. Ханна Харрингтон принцесса старшей школы Хоукинса. Умница Рози уходит от них довольная, а Кэрол шутливо обижается на Ханну. Кто так быстро соглашается на приглашения. — Стив там тоже будет. Вы ещё не помирились? — интересуется Перкинс, когда они усаживаются на заднем дворе школы для обеденного перекуса. Ханна вымученно кривит лицо. — Ого, Ханнс, вы уже не говорите так долго. Кто же встал между близнецами Харрингтонами, а? Будучи ребенком, Ханна почти не имела друзей. Вернее, их не было вовсе. С раннего детства скромная девочка не умела общаться со сверстниками кроме брата. Стив, конечно, был её лучшим другом, но у него с общением трудностей не возникало, да и играть вечно с сестрой мальчишке было скучно. Тогда она узнала Кэрол Перкинс, которая оказалась куда храбрее. Они стали лучшими подругами, всегда делились секретами и почти никогда не гуляли по одиночке. Шли годы, и подруги стали меняться. Если Кэрол любила свой образ жизни, то Ханну он душил. Вопрос подруги заставляет Ханну неосознанно нахмуриться. Харрингтон желала поделиться с рыжеволосой подробностями своей жизни, рассказать о конфликте с братом подробнее, но страх стать отвергнутой сильнее. Страх оказаться непонятой убивал изнутри, словно смертельный яд. Когда-нибудь милая Ханна взорвется. Тайное всегда становится явным. И милая Ханнс готова отдалять это так долго, как только сможет. Ханна отшучивается на вопрос Кэрол, а та смеется, но больше с этим не лезет. Рыжая опять увлеченно болтает, пока её подруга смотрит совершенно на другого человека. Эдди Мансон. Ханна не совсем понимала почему подпустила Эдди к себе так близко. Но в этот раз мисс-совершенство решила не тратить драгоценное время на раздумья, ибо не всегда это полезно для жизни — в чем она убедилась, когда вышла погулять с кудрявым в четвертый раз. С ним Ханна не думала, благодаря чему наконец почувствовала спокойствие и счастье. Ханна Харрингтон грезила о свободе, о том, как однажды выйдет из под строгого надзора матери и испытает новые впечатления, увидев мир вне рамок Корнелии. А пока приходится дальше играть отведенную ей роль, стараясь ещё больше угодить требовательным родителям. Милая Ханнс клятвенно заверяет отца, что не будет равняться на бестолкового Стива, у которого опять плохая оценка за важный тест по математике. Милая Ханнс клятвенно заверяет мать, что не поступит как наивная Клэр Робертс, сбежавшая из дома за парнем своей идиотской мечты. Им вовсе не обязательно знать, что в личном дневнике Ханна придумывает новые отмазки брата для папы. Им вовсе не обязательно знать, что в личном дневнике Ханна завидует Клэр, обещая себе старательнее скрывать Эдди Мансона от цепкого взгляда матушки. Им вовсе не обязательно знать, что милая и послушная Ханна лжет им уже три месяца. Когда, прикрываясь встречами с подругами и важными школьными проектами, бежит к неправильному Эдди Мансону. Милому, дорогому Эдди, с которым так легко и хорошо, будто они знакомы целую вечность. Если бы Эдди Мансону в прошлом году сказали, что младшая сестра короля школы, маленькая мисс-совершенство, станет его подругой, он бы рассмеялся. Если бы Эдди Мансону в прошлом году сказали, что он будет считать часы до встречи с Ханной, он бы разбил тому человеку нос. Он всегда был просто чудиком из неблагополучной семьи со сложным характером, который никогда не прогибался под гнетом общественного мнения. Их миры с Ханной Харрингтон никогда не должны были пересечься. Эдди презирал таких, как Ханна. Ханна обходила стороной таких, как Эдди. — Интересно, а умница Рози позвала Нэнси Уиллер? Клянусь тебе, Ханнс, скоро она станет девушкой твоего братца. — с усмешкой заявляет Кэрол, параллельно наслаждаясь своим апельсиновым соком. А Ханна как болванчик кивает, но не думает ни о Нэнси, ни о Стиве. Только об Эдди Мансоне, находящемся так близко и далеко одновременно. — Я такие дела сразу чувствую. Бедная Рози всё ещё мечтает о Стиве. Наверняка уже и фамилию вашу примерила. Вокруг Эдди толпа школьников, друзья жужжат с разных сторон, но всё становится неважным, когда он смотрит на Ханну Харрингтон. На принцессу Хоукинса в идеально выглаженном желтом костюме в клетку, с аккуратной прической и милой, но сдержанной улыбкой. На идеальную Ханну Харрингтон, отличницу с идеальной успеваемостью, послушную дочь, понимающую сестру, удобную подругу. А видит Ханну, которая встает на полтора часа раньше, чтобы просто успеть покататься на качелях. Простую Ханну, которая не может не покормить котят на улице. Живую Ханну Харрингтон, умеющую неприлично громко смеяться и разговаривать во сне на французском языке. Потому что Ханна мечтает о Франции. Эдди подмигивает подруге, а та дарит ему свою улыбку. Всего на мгновение. Так, чтобы никто не заметил, потому что люди не поймут. — Эй, Ханнс, ты меня слушаешь вообще? — перед глазами возникает возмущенное личико рыжеволосой подруги, что щелкает пальцами перед Харрингтон. Ханна спокойно делает глоток малинового сока и кивает подруге. — Хорошо, Кэрол, соберемся перед вечеринкой Донован у тебя. — Замечательно. Только надеюсь болван Томми неожиданно отравится, он же всё только испортит, — Перкинс поправляет воротник платья и встает со скамейки. Ханна смеется и шутит, что рыжая первая будет ныть из-за отсутствия своего (не)парня. Кэрол закатывает глаза, и подруги уходят на химию. Встречаться в закусочной Бенни стало их традицией. Зависимостью. Необходимостью, даже если день занят другими планами, они обязательно выделяют хоть полчаса времени на обсуждение насущных вопросов в этой забегаловке, имеющей свою атмосферу. А ещё добряк Бенни вкусно готовит. — Спасибо, — благодарит она мужчину, когда получает свой заказ. Эдди же с наслаждением смотрит на свой бургер, и Ханна чувствует себя третьей лишней в этой компании. Улыбаясь, школьница медленно потягивает молочный коктейль. — Вообще-то, я должна быстренько помочь тебе с подготовкой к тесту, забыл? Ханна принимает молчание за согласие и лезет в свой рюкзачок, доставая оттуда свою толстую тетрадь по истории. А ещё какой-то учебник, но, кажется, не из их школы. С губ парня срывается смешок. Ну конечно Харрингтон ещё заботится о дополнительной информации по каждому предмету. Иногда он хотел полюбопытствовать как круглая отличница находит время на него, проблемного идиота. — Ты убийца веселья, Ха-а-а-нна. — тянет он напоследок перед тем как полностью погрузиться в увлекательное путешествие прошлых столетий. Харрингтон кидает суровый взгляд на парня, а тот ничего поделать не может, еле сдерживаясь от смеха. Ханна забавно морщит нос, когда чем-то недовольна. — Я верю в тебя, Эдди, нужно просто включить голову. Парень откидывается на спинку дивана и, построив из себя обиженного ради приличия, почти серьезно кивает ей. Только незаметно смотрит на Бенни, посылая тому знак. Харрингтон недовольно качает головой и привлекает внимания задумавшегося парня постукиванием ручки по столу. Она продолжает краткий пересказ важной темы, а кудрявый ловит себя на мысли, что может вечно слушать Ханну Харрингтон. Даже если это нудный школьный предмет. Школьница с сомнением следит за тем, как её тетрадка и учебник скрываются в черном рюкзаке Эдди. Потому что она знает, что парень откроет их только за день до самого теста, если вообще вспомнит о том, что одолжил конспекты своей более ответственной подруги. Когда тишина между ними становится неловкой, Ханна напрягается. Такого у них никогда не было. С чудиком было даже молчать комфортно. И выглядел тот серьезнее, чем обычно, вернее впервые за время их знакомства. И глаза нервно бегали, никак не желая сталкиваться с обеспокоенными глазами Ханны. — В чём дело, Эдди? Мансон делает вид, что устраивается поудобнее, проклиная чертову закусочную за неудобные сидения для гостей, а сам ерзает из-за нервозности. Парень и волосы мешающие свои проклинает, пытаясь отбросить их назад. — Мы с ребятами играем в пятницу, тебе, знаешь ли, повезло. Приглашение от солиста это.. это круто. — слова выходят из него быстрее, чем он успевает обдумать их как следует. — Кхм, то есть, ты придешь, Ханна? — улыбается он неловко, чувствуя себя настоящим идиотом. Эдди Мансон знает о вечеринке Рози Донован. Все старшеклассники знают о вечеринке Рози Донован, а ещё о том, что ни король Стив, ни его сестричка-принцесса не пропускают вечеринки. А Ханна немой статуей застывает, смотря на Эдди удивленно, потому что меньше всего ожидала, что он решит заговорить с ней об этом. Волнение заразительно. Ханна об увлечении друга знала, как и о том, насколько тот любил музыку, любил свою гитару, свою группу, состоящую из таких же чудиков. Правда, никогда с ними не виделась, на репетиции не ходила, но однажды Мансон устроил концерт только ей одной. И сама полюбила рок. И играющего на гитаре Эдди Мансона. — Конечно приду! — восклицает Ханна несдержанно, от переполняющих эмоций даже хлопает руками по столу. Эдди выдыхает. Через секунду они смеются в унисон из-за абсурдности возникшей неловкости, смешанной с необоснованным волнением. Но розовые очки Ханны Харрингтон моментально трескаются. И Эдди это видит по изменившемуся взгляду, по неестественно прямой спине, по кривой улыбке. — Что такое? Принцесса вспомнила о важном выходе в свет? — Мансон старается звучать не язвительно, но злость не дает. Злость на себя за глупость, злость на Ханну за зависимость от людского мнения. Злость на людей, придумавших разделение. Злость на золотую клетку, в которой Ханна Харрингтон с рождения. — Чушь, — фыркает школьница, поправляя несуществующие складки на своей желтой юбке. — Обещаю, Эдди, я приду. Не переживай. Ханна несильно сжимает его руку в своих, делясь теплом и уверенностью. Последние три месяца прошли просто отвратительно, если думать об отношениях между близнецами. Ханна могла уверенно заявить, что это была единственная такая длинная ссора между ними. Они старательно игнорировали друг друга в школе, практически не общались дома, если в поле зрения не было родителей, для которых дети всё ещё оставались самыми дружными братом и сестрой на планете. Даже забавно. Ханна Харрингтон никогда не хотела быть актрисой, но последние годы только и занималась тем, что примеряла на себя разные роли. — Заходи. Ханна напрягается, когда слышит стук в свою дверь, и готовится увидеть кого-то из родителей. В комнату заходит Стив, и школьница выдыхает облегченно, улыбаясь брату. Школьный король Стив Харрингтон, каждое утро заботящийся о своей шевелюре, стоял перед ней взлохмаченный в футболке с пятном от кофе. А в руках у него тарелка с блинами и клубничным джемом. — Я прощен? — парень повторяет улыбку сестры, а та выдерживает напряженную паузу. Ханна спрыгивает с кровати и набрасывается на брата с крепкими объятиями. Все из семьи Харрингтон были гордыми. Но братские узы выше всякой гордости.

***

Миссис Харрингтон умело справляется с кудрями дочери, собирая те в высокий хвост, пока та придирчиво рассматривает свое отражение в высоком зеркале. Ханна еле держится, чтобы не вскочить и не напасть на мать с обвинениями в дешевой постановке ради улыбок каких-то там деловых партнеров отца. Внутри школьницы всё сжимается от нахлынувшего чувства вины. Разве смеет она ещё возмущаться? Разве не должна она родителей благодарить за возможность жить в достатке. Ханна поправляет воротник платья нежно-зеленого цвета, мысленно прося Бога о скором завершении этого тяжелого дня. Женщина заканчивает свою работу и с усмешкой кладет свои ладони на плечи дочери. Ханна старается не дрожать, но через минуту расплывается в счастливой улыбке. — Ты настоящая красавица, Ханна. У Корнелии Харрингтон глаза горят гордостью, а на вечно холодном лице нежная улыбка. Как бы не вела себя строгая мать, что бы не говорила, однако главным достижением своим считала рядом сидящую дочь. Её единственная дочь. Папина радость. Мамина гордость. И совсем неважно, что дорогая дочь немного сломалась. Радость от того, что Ханна впервые за много лет увидела тепло в глазах своей матери, наполняет сердце. И Ханна Харрингтон не сдерживается тоже, желая продлить этот миг. Она обнимает Корнелию, впервые не думая о реакции последней. А Корнелия тихо смеется, поглаживая дочь по спине. Школьница отдала бы всё, чтобы в их семье всё наладилось. Ханне Харрингтон больше не пять, не семь, не десять. Она знает, что в какой-то момент всё изменилось из-за взрослых. Родители стали чаще ругаться, мать молча переживала, куря сигарету за сигаретой, а отец всё позже возвращался домой, не целуя маму в щеку при встрече. Дело до развода не дошло, только на многие годы напряженная атмосфера воцарила в доме семейства Харрингтон. Но кажется кризис прошел. Или милая Ханнс хочет в это верить. Милая Ханнс желает быть наивной девочкой. — На выходных я поеду к тёте Грейс, моя дочь составит же мне компанию? — сощурив глаза, вопрошает женщина, наблюдая за горящими от радости глазами ребенка. Ханна усаживается на мягкой пуфик обратно, уже представляя в голове прекрасные выходные в доме любимой тетушки, как Корнелия Харрингтон решает всё перечеркнуть. Напомнить, кто такая Ханна Харрингтон на самом деле. — Веди себя прилежно, будь мягкой и улыбайся. Ты же помнишь старшего сына мистера Лоджа? Богатенький мудак с огромным самомнением и наполеоновскими планами на будущее. Эдди бы он не понравился. Эдди бы придумал сто тысяч разных шуток о нем, а Ханн с удовольствием выслушала бы их всех. — Помню. Ногти до боли впиваются в ладони. Набирающая обороты ситуация тревожит её, но отступить уже нельзя. Корнелия Харрингтон блокирует все пути отхода. И матушка ясно дала понять, чего ждет от драгоценной принцессы. От своей наследницы. От своей копии. Корнелия разворачивается на своих длинных каблуках и покидает обитель своей дочери, оставляя ту с разрушенными надеждами в хрупких руках. Ханна швыряет чертов стакан в стену. Ханна хочет, чтобы все знали о её злости. Ханна хочет, чтобы мама чувствовала отвращение своей дочери. Будь мягкой. Улыбайся. Ханне бы птицей обратиться, да вырваться от противных оков. Да только птицей не стать, оковы не снять. Ей от самой себя мерзко. Она в истерику тихую впадает, заглушая свои всхлипы и крик в подушку. Ханна никогда не знала кто она такая. Знала лишь, что всей своей душой желает быть любимой и нужной. Испорченная принцесса в красочной обертке. Ханна нуждается в свободе. Ханна боится свободы. — Эдди.. — устало шепчет она, крутя в руке зеленое колечко с ромашкой. Глупый Эдди так старался получить его из автомата с игрушками, что им пришлось ждать этого целый час. Ханна сквозь слезы смеется. Никакие наследники богатых семей не сравнятся с Эдди Мансоном. Дарю. Думай обо мне, когда тебе грустно, принцесса. Ханна в порядок себя за полчаса приводит, нацепляя маску идеальной дочери. Хорошей девочки. Правильной. Мисс-совершенство. Принцесса Хоукинса. За милой улыбкой скрывается боль, а за доброжелательным взглядом — беспощадность. Во время тошнотворного ужина Ханна сидит около Лоджа младшего. И ощущает себя уже его женой. От мысли об этом школьницу мутит, съеденное же мясо рвется наружу. Безусловно, Чарлус очень красив. Очарователен. Чарлус Лодж галантный молодой человек, умеющий располагать к себе людей и внушать доверие. Чарлдус гордость своего отца, который расхваливал своего наследника едва ли не весь чертов ужин. А тот смущенно переводил тему, из-за чего моментально заслужил любовь Корнелии Харрингтон. Ещё одобрение мистера Харрингтона. Совсем чуть-чуть зависти Стивена, ведь их отец никогда не расхваливает своих детей. Мистер Харрингтон только критикует. Идеальный старший сын. Богатый, самоуверенный, умный. От Чарлуса Лоджа веет властностью и вседозволенностью, что полностью оправдано. Как и всегда, за столом общались только родители, обсуждая свою работу, последние сплетни в мире сильных мира сего, но добрую половину своего важного ужина взрослые обсуждали своих отпрысков. Все чувствовали в этом разговоре намек на возможный союз семей. И все они знали о ком речь. О Чарлусе, идеальном принце, и о Ханне, идеальной принцессе. Ханна чувствует, по взгляду матери читает, что та готова прямо сейчас завернуть дорогую дочь в подарочную коробку, завязать бантик и отправить в семейство Лодж. У драгоценного Чарлуса в апреле день рождения. Держи подарок, милый. К вечеру театральная постановка прерывается, но не завершается. Миссис Харрингтон и миссис Лодж прощаются, обняв друг друга так по-семейному, словно бы уже всё предрешено. Словно бы отпрыски близких подруг уже дали друг другу клятвы, связав свои семьи прочными узами. Ханна сжимает ладони в кулак так сильно, что от боли плакать хочется. От боли кричать хочется. Ханна чувствует себя обманутой. Преданной. Ханна чувствует как крылья, выросшие под нежным взором Эдди, безжалостно оказываются вырванными ухоженными руками матушки. Ах, Лия, осталось только подождать когда Ханна закончит школу! — Ужин был очень хорош, Корнелия, ты просто чудо! — миссис Лодж не унимается, всё нахваливает подругу, как будто от этого зависит её чертова жизнь. — Мы в Хоукинсе до завтра, можно будет поужинать у нас. — предлагает мистер Лодж, а близнецы еле сдерживаются, чтобы не задушить мужчину своими руками. Все приходят к соглашению, а милая Ханнс уже предчувствует, как завтра вскроет себе глотку, заляпав своей кровью любимый ковер матушки. Хоть какая-то радость. И тут свой рот открывает Чарлус Лодж. — Прошу прощения, но я бы хотел прогуляться по вашему городу. Так давно здесь не был. Может Ханна и Стивен устроят мне маленькую экскурсию? — у него улыбка ослепительная, взгляд невинный. Но Ханна видит за этим наглого и самоуверенного урода. Да, милый Чарлус, мы все уродливы внутри. Ханна желала вырвать длинный язык Чарлуса, мечтала сыпануть яда в его стаканчик с кофе, пока он любезно делился со Стивеном своими впечатлениями. Школьница была как никогда благодарна своему брату, когда тот взял шефство над их экскурсией. Ханна играла отведенную ей роль просто на все сто. Милая, улыбчивая, тихая, спокойная. Просто находка для такого как Чарлус. Идеальная супруга, хранительница очага, мать его идеальных светловолосых детей. Только вот Ханна просто отходила от шока. Родители собственными руками готовы положить дочь на алтарь, как какую-то жертву ради собственного процветания и благополучия. Понимая её чувства, Стив взял Лоджа на себя, не позволяя тому и на секунду отвлечься на рядом идущую сестру. — Хоукинс, конечно, дыра, — хмыкает Чарлус, когда они оказываются на той самой площадке около закусочной Бенни. — Это да, — подает свой тихий голос Ханна. Она ненавидит свой город, в котором все знают друг о друге всё. Ханне бы в город большой, где всем плевать на мнение людей. Когда её глаза цепляются за знакомую кафешку, девушка готова придумать массу причин почему ей жизненно необходимо уйти. Брат смотрит на неё, зная, кем заняты мысли той, смотрит туда же, замечая в окнах неприятного ему типа. Мансон проводит свой вечер в этой забегаловке, помогая с уборкой за деньги. Тряпка с его рук падает на диван, стоит ему только обменяться взглядами с Ханной. А по правую руку от неё незнакомый парень, несущий себя с таким высокомерием, будто весь мир принадлежит ему. Издалека они похожи на идеальную пару. Харрингтон заслуживает кого-то вроде него: такого же идеального, из такой же идеальной семьи и идеальными планами на будущее. Но Эдди ловит чужое волнение, чувствует её обеспокоенность, видит как той неуютно, следя за нервными движениями рук. Ханна хочет уйти, но не может; чертова Ханна идеальная мамина дочь. Её бы оттуда забрать, показав, что нельзя вечно прятаться от самой себя — она попросту не выдержит. Но Эдди не принц в её истории. Эдди дракон. Испытывая отвращение к самому себе, парень скрывается на кухне. Ханна замирает, провожая друга до невозможности тоскливым взглядом. Стивен прощается с Чарлусом, тот целует руку Ханны, а она отдергивает ту резче, чем планировала. Ханна мгновенно извиняется перед мечтой матушки, ссылаясь на усталость, а Чарлуса, кажется, ничто не сможет смутить. Чарлус уходит. Но, к сожалению, вся боль и разочарование уйти с ним не могут. — Иди уже, — вдруг говорит Стив, засовывая руки в карманы своих джинс. Ханна непонимающе на брата смотрит. Тот глаза закатывает. — Сестренка, не вынуждай меня произносить его имя. Он мне всё ещё не нравится. И пока Ханна бежит к своему чудику, её брат уходит за своей мечтой. Мечтой Стива Харрингтона всегда была Нэнси Уиллер. — Эдди! Эдди Мансон! — кричит Ханна, врываясь в забегаловку Бенни. Она впивается преисполненным надеждой взглядом в лицо повара. Эдди просто ушел, просто оставил её одну.