Наказание мастера Лютера

 Перепуганный кот застыл в холодном поту прямо над разодранной в клочья подушкой. Перед ним грозно возвышался мастер Лютер. Это была любимая подушка хозяина. Как так получилось, что именно самый безобидный и миролюбивый котенок, в чьих целях лишь охрана хозяина, постоянно оказывается в таких ситуациях? - Видимо, всё же настало время для твоего наказания. Без сомнения, хозяин был в ярости. Он редко даёт волю эмоциям, но когда это всё таки происходит, значит случилось что-то ужасное... Нион был послушным котом, особенно когда дело касается Лютера. Ему ничего не оставалось, кроме как смиренно опустить глаза и быть готовым к любым наказаниям. Кот очнулся уже связанным на стуле. Вокруг была сплошная темнота. Нион ничего не помнил. Он не мог пошевелить руками, те были заведены за спину и связаны, как и ноги, привязанные крепкой верёвкой к передним ножкам стула. Рот также связан каким-то платком, на помощь звать не получится. Попытки вырваться из верёвочных оков лишь усилили пронзающую боль от сдавливания конечностей. Паника начала медленно накрывать коточела, а дыхание заметно участилось. Но ведь это дело рук хозяина? Он ведь не может навредить своему любимому питомцу? Внезапно помещение наполнил яркий свет включенной лампы. Стало сразу понятно где он находится - подвал мастера Лютера. Сам Лютер же стоял в дверях помещения. Правой рукой он закрыл дверь позади себя. Раздался щелчок, дверь была закрыта на замок. Теперь никто не мог помешать хозяину исполнить задуманное. Что именно он собирался сделать? Как мастер хотел наказать провинившегося Ниона? На эти вопросы коточел не знал ответов. Стремительными шагами Лютер оказался прямо напротив связанного. Его руки были скрещены на груди. - Нион, мой милый котик, ну почему же ты меня так огорчаешь? Всё больший страх перед хозяином наполнял Ниона. Тот нервно сглотнул и уставился на мастера Лютера. - Ты ведь хочешь снова быть хорошим котёнком? Думаю, пора бы тебя наказать. Лютер, неторопясь, подошёл к длинной тумбе, что стояла у стены. Открыв верхний ящик, он что-то достал и, кажется, положил на тумбу. За спиной хозяина коточел не смог разглядеть что же это было. Лютер вновь вернулся к нему. На руки мастера были надеты белые тканевые перчатки. Обычно он не носит подобные аксессуары, видимо они нужны для особых случаев... Наклонившись, он поднял подбородок Ниона, вглядываясь в переполненные ужасом глаза своим, горящим пламенем, взглядом. Хозяин чудовищно зол. - Ты был непослушным котиком. Надеюсь, теперь ты усвоишь урок. Руки мастера Лютера быстро опустились вниз, на бёдра коточела. Его левая рука направилась выше, под кофту Ниона, задирая её край вверх. Перед хозяином открылся превосходный вид на оголённую грудь коточела, что так вздымалась от частого дыхания. К щекам Ниона прилилась кровь, они окрасились алым румянцем, тот резко вздохнул. Лютер провёл рукой от низа живота и выше к груди. Соприкосновения шероховатой поверхности перчаток с голой кожей коточела вызывали волну мурашек по всему телу. Но хозяин не собирался останавливаться, он водил руками по груди, круговыми движениями пальцев оглаживая чувствительные соски, что вызывало, приглушённые в ткани платка, стоны. Руки опустились ещё ниже, мельком пройдясь через выпирающий бугорок на брюках. Нион вздрогнул, появилась дрожь в коленях, их хотелось свести, но туго завязанные на ногах верёвки не давали и шевельнуться. Он не хотел чтобы мастер видел его таким. Или всё же..? Много времени не прошло, прежде чем мастер Лютер ловко расстегнул брюки Ниона и приспустил их вниз. С нижним бельём была проделана та же махинация. Возбуждённый член коточела вытянулся во всю длину, с ярко алой головки стекала смазка. Было ясно что Нион уже на пределе. Из-за тяжёлого дыхания и связанного рта, казалось, что он вот-вот потеряет сознание. Хозяин решил что было бы не лишним снять платок и позволить котёнку получить хоть каплю воздуха. Платок пурпурного цвета был развязан и отброшен куда-то в сторону вместе с белыми перчатками Лютера. Вернувшись немного назад, он взял с тумбы некий прозрачный флакон с густой розоватой жидкостью и, вылив её на правую руку, быстро поставил обратно. Опустившись обратно вниз, мастер всё же решил закончить начатое. Вновь опустив ладони на бёдра коточела, хозяин направил пальцы к анальному отверстию, оглаживая его. Нион вздрогнул от холода смазки на пальцах. Его стоны, больше не сдерживаемые тканью, вырывались из груди. Но, кажется Лютеру нравились эти звуки. Постепенно он вводил один палец за другим, заходя всё глубже. Спустя некоторое время, когда мастер посчитал что отверстие уже достаточно растянуто, он вынул пальцы. - Пока что ты держишься как послушный котёнок. Думаю, ты уже заслужил немного свободы. Хозяин опустился вниз и развязал веревки, прежде сдерживающие ноги. Затем, обойдя стул, он развязал и руки коточела. Наконец тот смог повернуть затёкшие мышцы вперёд. Но не долго длилось облегчение. Лютер резким движением схватил Ниона за талию и, самому усевшись на стул, усадил коточела на свои бёдра. Хозяин опустил руки к ширинке брюк, но его остановили чужие ладони. - "Мастер так много сделал... Я должен ему помочь." Нион осторожно расстегнул молнию на брюках, хозяин был возбуждён не меньше него. Опустив резинку белья, тот сглотнул, он ещё не видел мастера таким. Оперевшись ладонями на плечи Лютера, коточел немного приподнялся. Медленно он начал неуверенно опускаться на член своего хозяина. Из груди Ниона вырвался резкий стон. Несмотря на растяжку ему всё ещё было тяжело принять его. Постепенно темп понемногу ускорялся, с каждым новым движением боль всё больше сменялась горячим удовольствием, растекающимся по всему телу. До этого момента хозяин позволял коточелу руководить процессом. Теперь же, когда боль уже почти перешла на второй план и Нион начал двигаться всё увереннее, Лютер решил снова стать руководителем. Сильнее сжав ладонью бедро коточела, правой рукой он взялся за его член, уже давно просящий разрядки. Нион перестал обращать внимание на собственные потребности, для него самым важным было удовлетворение своего хозяина. Поэтому, почувствовав прикосновения мастера Лютера, громкие стоны лишь усилились, срываясь на хрип. Рука хозяина двигалась не слишком быстро, в темпе удобном для Ниона. Спустя какое-то время полупрозрачная жидкость разлилась на ладонь Лютера. В это же время горячая сперма хозяина наполнила Ниона. Коточел, совсем обмякший, прижался к груди мастера, опустив голову на плечо. Он тяжело дышал, а голос совсем охрип. Ещё никогда он не был так близок к хозяину. - Ты был послушным котёнком и заслужил свою награду. Мастер Лютер приблизился совсем близко к лицу Ниона, обдавая его своим горячим дыханием. Коточел вновь покрылся румянцем, для него всё ещё была непривычна такая близость с мастером. Он зажмурился, готовясь к следующим действиям хозяина. Лютер совсем нежно прикоснулся к губам Ниона. Тот широко распахнул глаза. Он был счастлив, так счастлив, что мастер и правда так сильно его любит. Это было самое приятное в жизни наказание для котёнка.