Омега на тридцать дней

** ГАРРИ ПОТТЕР ** Я проснулся ночью от сладостных ощущений… Во-первых, мы с моим тираном поругались прошлым вечером. Это произошло из-за игр. Играли в настольную игру «Башня» из брусочков на раздевание, и выиграл он. Я возмутился, он меня постоянно отвлекал, убалтывал, чтобы я не мог сосредоточиться, рисовал на моем лице помадой, обнимал и целовал. А во-вторых, хотел залезть в ванную со мной, в моей комнате, но я выгнал его. Достал. Ночью мне снилось, что я плыву на корабле. Оказалось, что это меня несли на руках в комнату Малфоя. И вот теперь я проснулся от сладостных ощущений. Я почувствовал, что лежу животом на высокой подушке ( а может, и на двух? ), а горячий язык Драко вылизывает мою задницу. Я обернулся было, но услышал дикий рык, а гортанный голос блондина произнёс: — Лежи и не ворочайся, му-уж! — Последнее слово он как бы пропел. — Что ты там… О, нет! Ты спятил? Не-ее-ет, Драко! Прекрати… — застонал я, понимая, что он хочет сделать. Я получил хороший шлепок по ягодицам, они заныли и стали горячими. Как же больно. Но я от этой боли возбудился, член моментально налился кровью. И вот эта забористая смесь — острого наслаждения и боли! — сводила с ума. Меня чуть сдвинули вперёд, я как бы повис с подушки ( или с двух подушек? ), зато моя задница приподнялась. Малфой рычал. Его язык прошёлся по всей ложбинке между ягодицами, а потом рот накрыл мой анус, и я закричал. Не выдержал. Но кто бы смог это блаженство выдержать и не отреагировать? О боги мои! Это было нечто. Я задрожал, а Драко мурчал, урчал, высасывая меня. Он стонал прямо в дырочку, дул на неё, играл. Руки альфы держали меня за ягодицы, раздвигая их, раскрывая мою розовую девственную розочку бутона. Он целовал мой анус, словно мои губы, ласкал языком, проникая внутрь. Малфой пил мой сок омеги, что от возбуждения выделял анус — природную смазку. Так у альф выступают капли на головке члена, если его приласкать, а у омег анус при возбуждении обильно испускает сок желания, помимо течки и помимо небольшого члена, что имеется у нас, на вершине которого тоже появляется влага — не без этого. Однако анус у представителей моего вида по-особенному чувствителен, а его обильный сок при возбуждении смазывает внутренние стенки прямой кишки. Капли жидкости ароматные, они привлекают альфу, приглашая в гости. Вот Драко как раз и пил влагу, наслаждаясь, а её у меня всегда много выделяется, независимо от течки. Опять же у каждого омеги свой организм, мой вот — обильно мокрый. Малфой вытягивал и высасывал из меня все соки, а я стонал и хныкал от ощущений, ведь там никто не трогал меня никогда. Малфой мучил меня, ломал во мне все стереотипы, он выжигал и выпивал меня всего, лепил из меня того, кем считал — бл**ь. Я кричал в голос и двигал попой, подавался навстречу и выл. Я комкал в пальцах простынь и орал на весь этаж. А когда язык Драко вошёл в анус и принялся вылизывать, трахать меня там им, я приподнял задницу еще выше, сам раздвинул ягодицы и стал насаживаться на его язык. Малфой рычал и пил меня. Я чувствовал, что мой анус пульсирует, выделяя секрет омежьего сока все больше и больше. Альфа подлез под меня и стал ласкать ещё и член. В глазах стояла пелена желания. Я завизжал на весь этаж мэнора, и забился в оргазме. Я рыдал в голос, обильно кончил в руку Драко и на подушку. Меня трясло, а Малфой вылизывал меня, как кот вылизывает миску со сметаной. О, боги мои! Меня перевернули на спину, и вот мой тиран уже лежит между моих ног, он ласкается членом о мой член, а его порочный рот накрыл мой со вкусом моей же смазки. Так грязно и горячо. Я почувствовал аромат спелых персиков — сок моего желания. Я вцепился в волосы Драко и стал целовать в ответ. Из моего горла выходили нечленораздельные звуки, все это было так интимно. Ведь такое могут позволить себе супруги в законном браке, а я был купленным мужем на тридцать дней. Это все для меня является не нормой поведения. — Ты очень, оч-че-нь сладкий и такой обильный, Га-рр-ри-ии… — хрипло простонал Драко, вылизывая мой рот. — Если ты сейчас так мокреешь и почти что течешь, желая член альфы, то как же ты будешь течь во время омежьих дней? Я каждый день буду пить источник твоего желания. Му-уж… Я не мог отвечать, я был весь пропитан собственным вкусом и дыханием альфы. Я впился пальцами в волосы Драко и искал его губы. Что он делает со мной? Малфой пил мою душу этими поцелуями. Я отвечал, умоляя снова целовать меня. Головка его члена ласкала мой анус, надавливала на узкий вход и, мой выделяемый сок омеги, соединялся с его каплями предэякулята, и эта смесь запахов сводила с ума. Малфой издевался надо мной. Ласкал меня головкой, но не входил, его капли с члена капали на мою дырочку, и она от этого пульсировала — то приоткрывалась, то снова смыкалась. Драко изводил меня. — Трахни меня, Малфой! Трахни уже! Давай же, чего же ты ждёшь? — изгибаясь под ним, плакал я. — Ты же сам видишь, как моё тело хочет тебя. — Хочет твоё тело, Поттер, но не душа. А я хочу твою душу, твоё гордое сердце. Давай же, Гарри, скажи волшебное слово! — усмехнулся блондин. — Я хочу тебя по самые яйца. Хочу трахать узлом тебя. Желаю войти в твою матку и… — Он протяжно зарычал. — Метить тебя собой, метить своей спермой тебя; поставить на тебе клеймо, что ты — только мой. Скажи мне, что хочешь меня, тигреночек мой. Попроси меня, чтобы я вы*бал тебя. Попроси… Скажи: «Пожалуйста, мой господин!». Произнеси так, детка… Его рука ускорилась на моем члене и я закричал, кончая снова на нас. Драко вошёл в анус, но на половину головки, а из меня снова потек сок омеги. — Не дождешься! — произнёс я, разлетаясь на кусочки. — Ненавижу тебя, садист… — Я в придверии твоего рая, сучка непокорная! Сожми меня собой, сладкий мой мальчик… Давай же! — прорычал он и взял в рот мой сосок. Он покусывал мою черешенку, а головка его пениса пульсировала в моем анусе. Он и не вошёл полностью, но и не был вне меня. И я сжал его собой. Острая боль и сладость пронзили моё тело от ануса в самое сердце. Я не отошёл от прошлого оргазма, а эти ощущения добавили жару. Я снова задрожал и выдал ещё порцию спермы на живот Драко. — Ах ты ж… — он выругался трехэтажным матом, вышел из меня, но всунул пальцы. — Держись, гаденыш, держись! Непокорных ждёт наказание... Эти пальцы дважды довели меня до сумасшествия, мой бугорок внутри был прекрасно простимулирован, а я сорвал голос от диких криков. А как не кричать, если сил молчать нет? Мой садист довольно улыбался, он сполна был удовлетворен моим аморальным падением. Смеялся, а в глазах плескалось море ненависти и боли. Это коктейль из страсти, грязной похоти, ненависти и бешеной ярости в глазах блондина ужасал меня, но и возбуждал… Страшная смесь. Драко не отводил от меня взгляда, он смотрел в мое лицо, в глаза и пил мои эмоции, как энергетический вампир, высасывал всю душу из меня и силы, пока я кончал раз за разом. Потом он вынул пальцы и облизал их тщательно у меня на глазах, а после склонился ко мне и мокро поцеловал. Всё-же хорошо, что Малфой применил дважды очищающие чары, я был сейчас полностью чист, благодаря им, поэтому ощутил у себя во рту свой вкус смазки, смешанный с предсеменной жидкостью альфы. Я пил его поцелуй, глядя в дикие от желания глаза Драко. Но силы покидали меня, я устал и рассыпался. Засыпая, успел глянуть на часы и ужаснулся — ровно три часа Малфой измывался надо мной. Грязно, смачно пытал мою душу изысканными пытками. Он разрывал мою сущность пополам. Садист. Как он ушёл в душ, уже не слышал, ибо я вырубился. Утром я проснулся в девять часов. Блондина в спальне не было, но вода шумела в ванной комнате — значит, моется. Я осмотрел спальню Малфоя. Глаза мои стали большими. Наверное. Смятые и скрученные в жгут простыни, разорванный пододеяльник, перья от подушки… Это я все сделал, пока Драко меня истязал своими сексизвращениями? Весь матрас в моей сперме, а в воздухе воняет сексом и нашими феромонами. Я поднялся с кровати и распахнул окно на улицу. Свежий, морозный воздух принёс с собой кислород. В дверях показался Драко. На нем было полотенце (на бедрах), другим он вытирал волосы. — Окно закрой! — скомандовал он строго. — Или хочешь, чтобы в спальню залетела граната, пущенная твоим разлюбимым Уизли? Стекла моего замка бронированные, но… Живее, Поттер, живее! Я поспешил закрыть окно. — Мне не хватает воздуха, Малфой, а все в твоей спальне пропитано сексом, нашей спермой и запахами пота. Я не могу так… — ответил я. Я рванул мимо альфы в уборную и меня вырвало в унитаз. Рвать было нечем, один сок выходил, но стало легче. Драко подошёл ко мне. Но стоило ему прикоснуться ко мне, как я развернулся и набросился на него со слезами и кулаками. — Я ненавижу тебя, Малфой! Если бы ты знал, как я устал от твоего садизма. Трахни уже меня и отпусти. Я уеду далеко, где ни Уизли, ни Яксли не найдут меня. Я не могу больше так жить! Я устал от того, что ты делаешь со мной. Я бил его по плечам и врезал по холеной морде. Он поймал меня в объятия, и пока я не прорыдался — не отпустил. — Мы с Полумной Лавгуд ждём тебя в трапезном зале на завтрак, у тебя пятнадцать минут на сборы, — спокойно произнёс блондин и ушёл в гардеробную комнату. Делать нечего. Я ничего слезами не добьюсь. Но я приятно удивился, что что-то в спальне зашумело, словно кондиционер, но это был не он. Где-то в стенах или на потолке была вставлена вытяжка, начал поступать воздух. Что ж, уже хорошо. Я пошёл в душ. Но в ванной комнате мне стало снова дурно. ЕГО аромат альфы был повсюду, а ещё пахло яблоком и мускусом, тестостероном и мылом для альф. Мой анус стал пульсировать, повлажнел, а в глазах потемнело. Нет, только не это! До течки ещё три полных месяца. Нельзя! Я рванул из ванной Драко в свою и вздохнул свободнее. Вот здесь я вымоюсь, но сила желания к этому самому порочному в мире тигру-садисту не покидала меня. Не в силах совладать с собой я коснулся себя, опустился пальцами ниже, дотронулся до розового бутона, который сейчас пульсировал и был горячим. Чувствительный анус сводил с ума. Вспомнились пальцы альфы, его порочный рот и, грязный для такого рода игр, язык. Горячая вода не способствовала моему успокоению, но помыться было нужно. Я быстро намылился, тщательно работая мягкой мочалкой, а потом смыл пену струями воды. Запах альфы снова заполнил меня. Нет, с этим кошмаром надо как-то бороться. Но как бороться, если я принадлежу сейчас Драко? Я крутанул кран в сторону и меня окатило ледяным душем. Я рванул из кабинки. Вылетая из нее, я едва не упал, забыв про разницу между душевой и полом. Я бы упал — а тут ещё нога соскользнулась, и я бы точно растянулся, сделав шпагат как раз на выходе, где начиналась эта самая разница в высоте между кабинкой и полом! — но крепкие руки Драко поймали меня, приподняли и прижали к сильному телу. — Осторожнее! — рыкнул он. — Какой же ты всё-таки неуклюжий, Потти. Я интуитивно обнял Малфоя и склонился к шее, вдыхая запах альфы. Ох уж эта природа омеги… — Почему ты ушёл из моей ванной? Я её оставил для тебя чистой, даже воду налил с пеной для ванны. А, Поттер? — поинтересовался он. — Там воняет тобой… — ответил я и попытался спрыгнуть с горячих рук. — Тестостерон один, вот я и ушёл. — Сбежал, значит? — засмеялся мужчина. — Так ведь не убежишь, Потти, а если рыпнешься, мои люди мигом застрелят тебя. Ты не смотри на улыбчивого Гойла или на услужливого Крэбба… Ни они, ни другие мои парни не посмотрят на то, что ты — омега и мой му-уж… — процедил зло Малфой. — Убьют на месте. — Да я это знаю, — вздохнул я. — Люди для тебя — ничто, ты питаешься одной злобой, ненавистью и жаждой мести. Куда тебе до понимания людей? А ещё ты любишь похоть, трах и насилие. В твоём случае выражение «заниматься любовью» не подойдёт. Ты — похотливый самец и ничем не отличаешься от Уизли или Яксли. Малфой отпустил меня, брезгливо оттолкнул от себя и зло ответил: — Никогда не смей сравнивать меня с ними! Понял меня? А иначе я сам раздавлю тебя, Поттер! — Да ты уже меня раздавил. Без тебя нельзя выйти на улицу, окно открыть- табу. Я гуляю по замку, а за мной следует Гойл. Это нормально? — едва не закричал я. Блондин больно стиснул мои плечи и вновь ответил: — Так надо, Поттер, и пока это необходимо. А насчёт моей мести?.. Ты вообще ничего не понимаешь и не знаешь… И никогда не узнаешь. Придёт день, когда я отпущу тебя. Понимаю, что после всего ты не захочешь возвращаться к мужу. Так и быть, мои юристы и знакомые судьи разведут тебя с Уизли... Заочно.разведут. Ты получишь деньги… — Да не нужно мне от тебя ничего, Малфой! — ответил я с горечью. — Я хочу уйти от тебя, от Перси и всего этого кошмара. Я хочу куда-нибудь в горы податься на год, чтобы прийти в себя от всего этого… — Я обвел руками и показал, как бы намекая на Драко и на все, что его окружает, чем он занимается. — Я устал от тебя. Ты мучаешь меня прикосновениями, ласками, грязными и какими-то садистскими приемами сексуальных пыток. Я умираю от твоих губ и языка… Ты ласкаешь меня там, а я готов сквозь землю провалиться со стыда от того, что ты делаешь со мной. Ты купил меня на месяц, так трахай, как альфа, а не будь извращенцем, ведь даже супружеские пары не развлекаются так. Хочешь меня — возьми, я разрешаю, но ты топчешь мою гордость, мою волю в грязи этой разнузданной похоти, словно на мне вымещаешь то зло, что сделали с твоими омегами. Поймай уже этого Уизли и оттрахай в задницу; замани в ловушку Корбана Яксли и оторви ему яйца. Я то в чем перед тобой виноват? В чем моя вина? В том, что я попался под твою руку? Ненавижу тебя… Как же сильно я презираю тебя, Малфой! Драко обнял меня и сказал: — Хорошо, через три недели ты уедешь отсюда, я спрячу тебя так далеко, что никто не найдёт. Ты прав, эта война — моя, а не твоя. Не хочешь моих ласк — я не стану тебя… — А если я хочу тебя? — перебил я блондина. — Но не так рьяно и грязно. Я хочу привыкнуть к тебе, к твоему телу, почувствовать каждую клеточку твоей кожи, впитать твой аромат… попробовать на вкус. Но ты берёшь, и мнешь меня, топчешь и ломаешь, забывая, что я — омега. Когда ты приближаешься ко мне, Малфой, я начинаю дрожать от ужаса, все тело сжимается… — Мне не нужна твоя романтика, Гарри, — кивнул альфа. — Ни твоя любовь, ни чувства — ничего не нужно. Трахнуть тебя можно, но не после этого разговора. Сейчас я не хочу, пропало желание. Одевайся, а то ты весь уже посинел от холодной воды и в голом виде. Надень халат махровый и высуши волосы. Я иду завтракать, а потом мы отправимся с тобой в банк «Гринготтс», нужно забрать документы из сейфа твоего отца. Согласен? — Я готов, да! — кивнул я. — Если это поможет тебе уничтожить врагов, то я готов на все. Я хочу, чтобы ты уже отомстил и твой дух с мятежным разумом успокоились.