Когда ты не человек

— Я не могу поверить, что ты и вправду пошёл на это. — Мильена… — Ты не подумай… Какое право я имею судить тебя, пока ты горбатился за нас обоих? Они вдвоём сидели в её палате, Ян нервно комкал в руках собственные штаны, пока Мильена рядом мрачно улыбалась. Успокоившись, Ян рассказал ей о том, что сделал без её ведома, чтобы получить средства на лечение. Не чтобы он действительно думал, что она не знает ничего — что было не так, ведь Мильену никто не ограничивал в общении — просто считал своим долгом отчитаться перед ней, по старой памяти. А ещё из-за какого-то невнятного чувства вины, хотя его вины здесь и не было. Он, как и в юношестве, жаждал её одобрения, и мысль о том, что она его осудит, причиняла дискомфорт. — Я просто надеялась, что тебе не придётся переживать это снова, — она заглянула в его лицо со смутным беспокойством. — Это же просто жестоко! — Со мной все хорошо, — слабо возразил Ян. Они так давно не разговаривали, он успел отвыкнуть от её заботы. — Тебе не о чем переживать, Мильена. В любом случае я уже привык, — он пожал плечами. Мильена поджала губы. — Привык? Тебя же считай продали, как вещь! Ян вздрогнул от резкого тона и снова опустил взгляд, его хвост защитно свернулся вокруг его ноги. Мильена тяжело выдохнула. — Прости… Но именно об этом я и говорила! Ты не тот человек, которому это было бы легко пережить. Я знаю о том, что с тобой случилось, и я знаю, что ты не забыл это. А ещё учитывая твою склонность слишком много думать… Почему Её Величество отправила именно тебя? Ян чувствовал себя открытой книгой перед ней, но не мог не согласиться с её характеристикой себя. — Её Величество сама предложила мне эту работу, и я не стал отказываться. Ты же знаешь, что нам нужны были эти деньги, операцию больше нельзя было откладывать, — он посмотрел ей прямо в глаза со всей возможной твердостью, — ты могла не пережить возможные осложнения. Я знал, на что иду, так что и ответственность за моё благополучие целиком на мне самом. Мильена ничего не ответила. Прошли те времена, когда она извинялась за свою слабость, когда отвечала за него и когда он сам был всего лишь ребёнком. Все это теперь в прошлом. В новом настоящем они теперь жили в разных странах и служили разным людям, но все ещё оставались семьёй. — Я просто беспокоилась за тебя, — в конце концов призналась Мильена. — Я тоже беспокоился, — согласился с ней Ян. Подумать только, как давно они были в этом подвешенном состоянии. Началось это когда Ян ещё был её подчинённым. Им было поручено сопровождать какого-то чиновника, добирающегося до столицы. Он опаздывал, поэтому было принято решение сократить путь, пройдя через горы. От части отряда пришлось отказаться, чтобы двигаться быстрее. Мильена стояла во главе, вместе с найденным проводником. Стоило ожидать, что на них нападут. Итогом стало то, что повозка перевернулась и полетела вниз по склону. Ян до сих пор помнит, как та влетела в Мильену и увлекла её за собой. Он не мог кинуться следом, их маленький отряд едва справлялся. Только уложив троих он смог получить возможность спуститься. Когда он подошёл перевернутую повозку уже обступили, а кучер был убит. К счастью, тот чиновник выжил. Именно в этой драке Яну рассекли лицо. И хоть было ужасно больно, его мысли занимала вовсе не боль. Из всех пострадавших, но не погибших в тот день досталось больше всего именно Мильене. Ему пришлось доставать проткнувший её живот обломок и обрабатывать потом получившийся беспорядок чем-то подвернувшимся под руку. До столицы они не дошли. Перейдя горы, их отряд оставил чиновника на других людей, а сами они были направлены в больницу. Яну действительно повезло, что он все-таки не лишился глаза, хотя он был к этому близок. А Мильене повезло ещё больше, ведь она не умерла по дороге. Сам Ян смутно помнил те события, но знал, что как раз после них к нему и пришло письмо от Первой Бездны Мортена, Валдрога. С того момента произошло многое, даже Мильена успела поправиться, а сам Ян стал Десятой Бездной Мортена и покинул отряд Мильены. Когда ей стало хуже его не было рядом. Он примчался, как только получил послание. Объяснение врачей были ему не очень понятны, он запомнил только что-то про внутреннее заражение и омертвление тканей. Главным, что он уяснил, была необходимость операции. На которую нужны были деньги. У них не было столько денег. И тогда Ян начал больше работать. Он старался как мог, и брался за всю работу, за которую хорошо платили. Он поднялся в иерархии, став сначала Девятой, а потом и Восьмой Бездной. И наконец-то, наконец-то он мог действительно выдохнуть. Ведь Мильена — та, которая стала ему семьёй, которая заботились о нем все это время, которая очень долгое время была его единственным другом — была спасена. Пусть даже ради этого ему снова пришлось вспомнить о своём прошлом. Ради неё он мог бы и умереть, если бы стоял выбор. Они какое-то время сидели в тишине, а потом Ян прочистил горло. — Как… как там госпожа Зере? Она тебя навещает? Мильена фыркнула. — О да, возможно даже слишком часто. Она этим раздражает персонал. — Но почему? — не понял Ян. — Она же тоже врач. — Именно поэтому и раздражает. То ей не нравится, это не нравится, даёт непрошенные советы и лезет что-нибудь поправлять, — Мильена закатила глаза, вспоминая свою подругу. Ян тоже не сдержался и фыркнул, представив себе это. Зере Ан была старой подругой Мильены и вторым человеком из Тремо, с которым познакомился Ян. Собственно, именно она проводила его осмотр, когда он только пришёл ещё не как работник, а как преступник. Так что и знает её Ян столько же, сколько и Мильену, пусть они никогда тесно не общались. С Зере было в определённой степени сложно общаться, они словно говорили на разных языках. «И родным её был сарказм», — подумал Ян, мысленно морщась. Ох, ну и тяжело же ему было с ней, когда он был младше. Иногда он поражался как эти двое умудрились так долго общаться и не разругаться в конец. — Могу себе представить, — нашёлся с ответом Ян. Вдруг Мильена пристально на него посмотрела, словно вспомнила что-то. Ян автоматически запаниковал, ведь это её выражение не предвещало ничего хорошего для него. — А ты? — Что я? — С кем общался все это время? Ты же по сути оказался один в Эйоне. Дичал там в одиночестве? Ян даже оскорбился таким предположением. — С чего ты это взяла? Я умею заводить друзей. — Это кого же? — спросила Мильена с ухмылкой. — Баек мой друг. Миса тоже, — Ян вложил побольше уверенности в свои слова. — Это Шестая и Десятая Бездна что ли? Ян кивнул. По правде, Баек скорее был просто равнодушен к тому, кто его окружает, поэтому Ян мог без проблем садиться рядом. Они даже говорили несколько раз. А Миса была дружелюбна со всеми, она сама иногда подходила к Яну завести разговор. Так что он по праву считал их своими друзьями. — А в Эйоне я подружился с Сайёри, он мой коллега. Мильена недоверчиво приподняла бровь. — Что, болтаете на работе? — Нет, конечно, это же запрещено, — Ян непонимающе посмотрел на неё. Мильена тоже на секунду впала в ступор, а потом поморщилась и отмахнулась от этой ветки разговора, признав её нежизнеспособной. — Я хотела сказать: как ты там вообще? Хорошо устроился? Ян улыбнулся и кивнул. Сейчас он мог признать, что его жизнь действительно хороша, и он вполне ею доволен. Даже он сам не смог себе её испортить лишними размышлениями, он знал, что склонен слишком много думать. — Я рада, — Мильена мягко ему улыбнулась. — Замечательно, когда ты не одинок и доволен своей жизнью. Я надеюсь, тебя будут окружать хорошие люди. «Меня уже они окружают», — с улыбкой подумал Ян. Мильена — живая и здоровая — Сайёри и лорд Дельвин, они все были достойными людьми, и за каждого из них Ян не побоялся бы встать грудью. И Астериона Дельвина это, пожалуй, касалось в первую очередь, ведь это было работой Яна, защищать его. Хотя этот человек заслуживал намного большего, чем тупое подчинение. Ян подумал, что стал бы защищать его, даже если бы у него не было приказа. Именно этот момент Мильена выбрала, чтобы задать вопрос: — А каков этот твой новый начальник, как там его, лорд Астерион Дельвин? Ян чуть не подавился, ему показалось, что его поймали с поличным на мыслях об этом человеке. С трудом он сделал спокойное лицо. — Э-э-э, прости? — Ну, это же твоё новое начальство, мне интересно, как он к тебе относится, — Мильена подперла голову руками, неудобно скрючившись на койке. — Хорошо относится, — пробормотал Ян и опустил глаза. Он очень, очень не хотел краснеть перед ней. — Он хороший человек. — Оу? — Мильена любопытно вскинула брови и поудобнее переставила ладонь. — Он очень добр ко мне и всегда относится с пониманием, — начал Ян, — я ни разу не видел, чтобы он кричал на своих подчиненных. Он очень ответственный, иногда он до поздней ночи сидит над работой, даже если очень устал днем. Но при этом он не требует такого же от других, он заботится о нашем состоянии. Лорд Дельвин внимательный и лояльный человек, и далеко не слабый. А еще у него хорошее чувство юмора, — Ян даже не заметил, когда начал улыбаться. Впервые ему задали такой вопрос, и он просто не смог остановиться на парочке эпитетов; ему словно захотелось, чтобы собеседник точно понял, какой первый лорд особенный человек. Вдруг замолчав, Ян проследил за взглядом собеседницы. Та вперила его прямо в его виляющий хвост. Мысленно чертыхнувшись, он в последней безнадёжной попытке скрыть предателя прижал тот рукой. Конечно же это не помогло. — Никогда не думала, что доживу до момента, — вид у Мильены сделался задумчивый, — когда ты проявишь интерес хоть к кому-нибудь. — Я не… Это не… — попытался было Ян, но с таким же успехом он мог и молчать. — Ты ведь даже будучи подростком людьми не интересовался, — продолжила она, — только за мной хвостиком и ходил. Я даже стала думать, что ты из этих, которые не интересуются романтикой. Но правда? Астерион Дельвин? Яну очень захотелось закрыть лицо руками и провалиться под землю. Он отчаянно не хотел вести этот разговор. — Это совсем не то, о чем ты думаешь, — пробубнил он в свои ладони. — А о чем я думаю? — Что нас связывают… такие отношения. — «Такие» это какие? — она, как и подобает старшей сестре, совсем не стеснялась над ним издеваться. — Мы не спим вместе, — и, не подумав, он поправился, — то есть спим, но это- — Вы ЧТО?! Ян поднял голову. И тут же отпрянул так, что чуть было не упал со стула. Мильена привстала на своем месте и имела такой грозный вид, что Ян бы не удивился, если бы она сейчас свернула бы кому-нибудь шею. Он только надеялся, что этим кем-то не окажется он сам. — Ян, ты же сказал, что все в порядке! Он что, воспользовался тобой.? — ее лицо и без того бледное побледнело еще сильнее, она выглядела одновременно злой и расстроенной. И только тогда до Яна дошло, что же именно он ляпнул. — Нет! Нет! Все действительно нормально! Ты не так поняла! — он подскочил, чтобы уложить ее обратно. — Когда я сказал «спим», я именно это и имел в виду! Просто сон и ничего другого, — он заглянул ей в лицо, стараясь заверить и утешить. Он начал корить себя за невнимательность. Мильена, несмотря на бодрый вид, была еще слишком слаба, ей предстояло долгое восстановление после затяжной болезни и операции. Не стоило ее беспокоить неосторожными словами. — Сон? Какого… — она вздохнула и упала на подушку. — Как до этого вообще дошло? Ян тоже уселся обратно. Теперь он куда меньше думал о собственном смущении, слишком поглощенный самочувствием названной сестры. — Изначально именно Его Превосходительство проявил ко мне интерес, сделав предложение стать его любовником. А когда я отказал, — Ян благоразумно опустил тот факт, что сделал он это далеко не сразу, и осознание тогда пришло к нему вместе с панической атакой, — он выглядел таким расстроенным, что в итоге мы как-то пришли к этому. Мильена несколько секунд смотрела на него пустым взглядом, а потом расхохоталась. Ян не ожидал подобной реакции, поэтому испуганно вздрогнул и вжал голову в плечи. Отсмеявшись, Мильена снова стала серьезной. — Он выглядел расстроенным? Серьезно, Ян? И после этого ты пытаешь заставить меня поверить в то, что ты им не интересуешься? Что это вообще за дерьмо? — она покачала головой. — Изначально я подумала, что может быть это у тебя просто маленькая влюбленность, которая со временем сама пройдет. Каков был вообще шанс, что такой человек как он вообще будет заинтересован? Но теперь оказывается, что мало того, что заинтересован, так ты к нему еще и в койку залез. Ты хоть думал о том, как это выглядит и чем может закончиться? Ян был вынужден признать, что нет, не думал. Очень избегал думать об этом на самом деле. Но теперь от брошенных ему в лицо фактов было никак не уклониться. Он чувствовал себя как никогда глупым. — Ладно, ты права, — он вздохнул и нахмурился. — Я не хотел это признавать именно по озвученным причинам. Каков вообще шанс, что из этого может что-то получиться? Даже если он мне очень симпатичен, он все еще остается правителем целой страны, а я всего лишь работаю на него. Я слышал, что до меня были и другие. Велик шанс, что однажды я ему надоем. И даже если после этого я смогу вернуться на прежнюю должность, то что мне… как мне… — от одной только мысли о том, что ему придется по-прежнему оставаться рядом с этим мужчиной и наблюдать, как исчезает то, что уже есть между ними (есть у Яна, его тихие утренние часы, его теплые вечера, возможность быть близко и даже касаться), у него вставал ком в горле. Он не знал, не имел ни малейшего понятия, когда простая симпатия переросла в вот это. «Влюбленность», — думал он, это слово было очень странным и непривычным, особенно в отношении первого лорда. Но ведь тогда, в ту ночь, когда Ян рассказал о письме и попросился на родину, он действительно хотел подойти и поцеловать его. Эта мысль была настолько привлекательной, что Яну стало почти страшно. Казалось сейчас, когда он наконец признал свои чувства, которые так долго избегал, те решили отомстить и обострили все его эмоции до предела. Мильена вздохнула и, потянувшись, накрыла его ладонь своей. — Я знаю, что не великий советчик, и твоя ситуация не такая простая как могла бы быть, но, Ян, я просто хочу, чтобы ты был счастлив. Если ты влюблен и у тебя есть шанс — почему бы не попробовать? Да, в конце концов может быть больно, но разве не такова жизнь? Мне кажется, что каждый хотя бы раз с таким сталкивался, для этого не обязательно влюбляться в лорда, — она улыбнулась. — Но если в конце будет больно, к чему тогда это все? — голос у Яна был глух, он старательно сглатывал комок в горле. Жаль, что не получалось. — Потому что процесс того стоит. Любить кого-то, разве это не хорошее чувство? И ты так расхвалил этого лорда, — она усмехнулась, — он же такой замечательный, я не думаю, что такой как он специально сделает тебе больно. Да и к тому же, с чего ты взял, что все закончится разрывом? Все в твоих руках! А если он уйдет, то это будет означать, что он не тот, кто тебе нужен. Яну хотелось смеяться и плакать в равной степени. Мильена, как и он сам, не умела утешать людей, но очень старалась. Хотя в чем-то она и была права: первый лорд точно не был тем человеком, который бы стал причинять ему боль, если бы он хотел, то сделал бы это уже давно. Да и по поводу расставания мысль тоже была верной, люди же женятся друг на друге, значит безусловно существуют отношения, которые не видели разрывов. Или, по крайней мере, окончательных разрывов. А еще он, безусловно, опять слишком много думал. И Мильена, как всегда, была права. Пока он влюблен, пока есть возможность, ему стоит пойти навстречу. Постараться не думать о том, что будет потом, и просто постараться быть счастливым сейчас. По мере возможностей. Ян немного шатко улыбнулся. — Да, хорошо, ты права. Я… попробую, скажу ему, — он кивнул сам себе. Мильена рядом радостно улыбнулась. — Молодец, вот это мой мальчик! — она погладила его по голове, и Ян автоматически прижал уши. Он всегда ворчал, когда она так делала (он же не собака, ну в самом деле…), но в этот раз решил промолчать. И тут же за это поплатился, когда дверь бесцеремонно распахнулась и за порог шагнула Зере, все еще в своем белом халате. Посмотрев на них, она не удивилась присутствию Яна, а только слегка поморщилась. — Ну что за сопли опять. Ты, — она бесцеремонно ткнула в Яна пальцем, игнорируя надувшуюся от возмущения Мильену. — Тебя зовет во дворец Ее Величество. Ян захлопнул только было открытый рот. Мильена тоже сдулась, так ничего и не сказав, но нахмурившись. — Немедленно, — веско закончила Зере и захлопнула дверь.