Dao ren he shen

Я безнадежно влюблен в паруса, В скрип башмаков и запах дорог, Вижу чужие во сне небеса, Но иногда вижу твой порог. - Так значит, Он действительно отдал свой гнозис Фатуи? – голос Венти дрогнул, когда он говорил это и тому было несколько причин. Его столкновение с приспешниками Царицы закончилось весьма плачевно, а потому слышать о том, как Моракс сам решил пойти на подобное было… В конце концов, разве Гео Архонт не понимал, что творит? Другое же… что ж, о другом думать хотелось ещё меньше, мир снова решил сойти с ума. - Да, он заключил контракт с Крио Архонтом, - подтвердил Путешественник. Быть может, будь Венти менее поглощен своими мыслями, то заметил, что с юношей напротив творилось нечто странное, он изменился и сама его суть будто приобрела другой оттенок. Однако мысли Барбатоса были далеки от этого человека. Он просто не желал верить, что кто-то мог добровольно отдать всю свою силу после того, что случилось пятьсот лет назад.       Венти хотел задать много вопросов, очень много, но путешественник не мог бы дать ответ на них, только старый, как мир, дракон, мог бы сказать ему в чём дело, но видеть его не хотелось. Прошло много времени с тех пор, как сердце Анемо Архонта было безжалостно вырвано из его хрупкой груди, боль эта не утихала до сих пор.       Путешественник говорил ему, какого было людям в Инадзуме, где Электро Архонт, стараясь оградить свой мир, объявила охоту на Глаз Бога. То, что чувствовали люди лишившись Глаза Бога, конечно, было ужасно, но ведь они всего лишь люди и жить без глаза Бога всё равно что жить без одной руки – тяжело, но возможно, но что значит потерять сердце бога? Пожалуй, только Венти мог знать ответ на этот вопрос, Венти и теперь ещё Моракс.       Вести, принесённые путешественником тревожили, струны путались в дрожащих пальцах, а бледные губы уже покрывались коркой от частых прикусываний. Это не давало ему покоя. С тех самых пор как рука Синьоры вырвала его сердце, он словно потерял связь с миром, лишь добрый старый дуб, выросший в Долине Ветров вместе с первым взмахом крыльев Ванессы помогал ему не сойти с ума, теперь же он словно вернулся назад. Таким уж был человеком – Анемо Архонт, заводя друзей, он всегда помнил о них, даже если их дороги расходились, и несмотря на то, что мир был полон друзей и врагов, количество которых едва ли не затмевало количество звёзд на небе, Моракс был тем, с кем он познакомился в те далекие времена, когда казалось, миру наступил конец. Они были самыми старыми из Архонтов, и конечно, Барбатос не мог просто взять и не предавать значения произошедшему. Конечно, конфликт между Царицей и Бардом никак не касался Гео Архонта, но разве они не были теми, кто хотел сохранить порядок и защитить? Что стало с тем Мораксом, которого он знал, но что самое главное – что с ним станет теперь? План возник быстро, словно порыв ветра в голове. Возможно, это было глупо, но Венти знал, ему просто нужно увидеть Моракса и убедиться, что с ним всё в порядке, ведь сам Барбатос едва ли смог справиться с утратой сердца бога, разве он мог позволить последнему истинному хранителю Тайвата сойти с ума или что похуже? К тому же, ему действительно нужно было знать, почему Гео Архонт пошёл на эту сделку, быть может, это спасёт других, а быть может, его самого. Путь до Ли Юэ был не близок, прошли годы с тех пор, как Венти последний раз ходил по этим дорогам, за каждым уступом его поджидали воспоминания и … опасности. Племена хилличурлов множились, да ещё эти дьявольские механизмы, что спали в руинах некогда прекрасных городов. От руин Венти предпочитал держаться подальше, и дело было не только в том, что встреча с руинным охотником могла неплохо потрепать его, в гробницах былых днях спала память, тяжелая и мрачная память. Такие места были пропитаны тоской и болью и сквозь века Барбатос всё ещё ощущал эту боль.       Несколько раз на его пути ему попадались призраки, Венти пел им, желая их душам обрести покой, и пусть силы покинули его, Барбатос не зря считался покровителем бардов, его пение очаровывало, вдохновляло, приносило в мир свет. И пусть его лира больше не источала священный свет, а глаза не горели светом создателя, голос его всё ещё приносил радость и покой. Быть человеком оказалось намного сложнее, чем он думал и помнил. Строго говоря, Венти никогда не был только человеком, его истинная форма зародилась во времена великих богов и духов природы, когда землю населяли легендарные существа, овладевшие первобытной магией, с помощью которой они и научились становиться людьми. Тоже самое можно было сказать про Моракса, Гео Архонт был драконом, и этим всё сказано. Несколько тысяч лет назад, когда сады Селестии открылись для Анемо Архонта, все те постыдные, низкие и жалкие вещи, связанные с человеческой жизнью, были забыты. Это было весьма досадно, потому что после того, как Синьора забрала сердце Бога, Венти едва не умер от голода, позабыв, что теперь его телу необходимо вкушать еду не только из-за праздного желания ощутить её вкус, но и для того, чтобы просто жить.       В Ли Юэ нещадно палило солнце, отчего несчастный бард изматывался гораздо быстрее. Несколько раз ему приходилось делать привалы в тени густых ив, у прудов и небольших рек, в которых весело плескались юркие рыбки. Пару раз, правда, Барбатос едва не оказывался в лапах чудовищ, но умение бегать, развитое за годы бродячей жизни, очень ему помогло. К тому же, в отличие от многих монстров, у него были мозги. Повезло, что недалеко от гостиницы Ваншу ему повстречался купеческий караван и за пару песен ему удалось напроситься в компаньоны. Что ж, жизнь барда здорово ему подсобила.       Однако даже с караваном купцов дойти до Ли Юэ было не так-то быстро. Монстры, словно почувствовав, что Великий дракон ушёл, словно змеи, выползли из нор. И всё-таки люди продолжали молиться ему – своему Богу – Мораксу, он слышал, как они просили благословения у статуй, что попадались им на пути. Венти отходил в сторону, позволяя людям побыть со своим богом, за годы бытия Архонтом он понял одну важную вещь – потребность в Боге у человека выражена весьма своеобразно, они готовы верить во что угодно, если это только могло принести удачу. Зачем же мешать им? Одни Боги умирают, другие рождаются, так устроен мир.       Портовая Гавань города-государства Ли Юэ встретила Барбатоса порывистым морским бризом, запах соленых волн обжигал. Он почти забыл, как пахнет ветер в этой части земли. Было жарко, самый разгар Дашу*, но морская прохлада отгоняла полуденный зной. Венти долго не мог сдвинуться с места, он просто смотрел вниз, на пристань, вдыхая знакомые до боли запахи, вспоминая.       Они часто собирались здесь раньше. Не в самом городе, в горах, в обители бессмертных, где и полагалось находиться богам. Моракс всегда был радушным хозяином, кроме того, он был самым сильным из них, и самым старым. Венти вспомнил те далекие дни, когда за каменным столом высоко в горах звучал смех, лилось вино и семеро были что братья. Быть может, это тоже одно из правил мира? Узы не могут быть вечны, как не может быть вечен и мир. Из семерых остались только он, да Моракс, Баал присоединилась к ним позже, впрочем, уж с кем с кем, а с ней видеться точно не хотелось, она всегда недолюбливала Венти. Из всех архонтов ему лучше всего удалось подружиться с Пиро архонтом, жаль, что его больше нет, хороший был друг, правда весьма вспыльчивый, как и подобает огню.       Ли Юэ сильно изменился за годы, прошло много лет с тех пор, как дух Ветра ходил по этим дорогам, напевая новые песни. Моракс хорошо справлялся со своей работой, он сделал всё, чтобы его государство процветало. Венти с интересом разглядывал многочисленные прилавки, вслушивался в местные диалекты, коих тут было великое множество. Барбатос знал многие языки, а как иначе, он ведь был богом Ветров и поэзии, нельзя быть артистом и не знать множества песен и стихов из дальних стран. - Купите эту очаровательную заколку для своей избранницы, молодой господин, - кричал торговец гребней и заколок. - Лучшие сычуанские специи, заоблачный перчик и усяньмянь! Кунжутное масло, покупайте, господа, покупайте! - Лучшая рыба во всей гавани, оризии всех видов, карпы и окуни, всё, что пожелаете! - Ароматные духи, покупайте господа, ароматные духи – «Аромат Цветущего персика», «Благословение Принцессы Ночи», «Пудра красавицы»!       Крики торговцев смешивались с криками чаек и диких уток, Венти невольно ощутил прилив воодушевления. Конечно, он любил Мондштат, но разве может величественность гор тягаться с глубиной озёр? Красота этих мест была разной, но одинаково завораживающей. И люди пахли здесь иначе, сами ветра были другими, более спокойными что ли.       Со слов путешественника Венти было известно, что Моракс стал работать в ритуальном агентстве, если подумать, это так было на него похоже. Ритуал поминания усопших был в Ли Юэ и Инадзуме совсем не таким, как в Мондштадте или Сумеру. Традиции народа поднебесной отличались от иных и тщательно соблюдались, многие традиции, по поверьям, изобрёл сам Моракс, но скорее их изобрели люди, а Властелин Камня просто принял их как что-то с чем следует считаться. Он всегда умел принимать некоторые вещи как что-то с чем следует считаться, хотя не всегда был этому рад.       Найти ритуальное бюро «Ваншен» оказалось не слишком просто, бюро находилось в старой части города и планировка Ли Юэ сильно изменилась с того времени, как Барбатос бывал здесь в последний раз. Это была типичная фанза с красными деревянными столбами, образующих причудливые формы и сплетения. Под изящной изогнутой крышей звенели ветряные колокольчики, к которым были привязаны короткие бумажки, похожие на талисманы. Домик огораживала белокаменная стена с круглыми воротами рядом с которыми обильно рос бамбук. Даже не верилось, что это было ритуальное бюро, а не дом купца прошлого столетия. Не то, чтобы Венти хорошо разбирался в архитектуре, но когда он был в Ли Юэ в прошлый раз фанзы были весьма популярны, почти как сыхэюань.       Первый этаж дома занимало офисное помещение, интерьер в лучших традициях Ли Юэ: крепкая мебель из сандалового дерева, четыре гобелена изображающих 4 источника страданий, ваза с вечнозелеными ветками хвои, ритуальные украшения, жертвенные деньги и кушанья, нефритовые и ониксовые таблички, благовония в коробочках. Это место так и кричало о почтительности.       За небольшим столиком, огороженным ширмой с живописным изображением гор Бессмертных, сидела хозяйка ритуального бюро и вела отчётность, обмакивая тонкую бамбуковую кисть в чернила, растертые её собственными руками. - Ритуальное бюро «Ваншен», чем могу помочь? – поинтересовалась хозяйка, приподняв взгляд на вошедшего. - Я ищу своего друга, - немного сконфуженно произнёс Венти. - Друга? Вы друг Суй Мэя? - Нет, впервые слышу это имя. - Ну, больше не услышите, бедолага утонул в заводях у руин. Кроме Суй Мэя и Лу Мань к нам никто не поступал. Венти удивлённо воззрился на госпожу Тао, он слышал, что у гробовщиков в землях Мондштадта был весьма своеобразный юмор, похоже, это относилось не только к работникам ритуальных организаций Мондштадта. - О, нет-нет, Вы неправильно поняли меня. Мой друг работает у Вас.       Глаза Ху Тао тут же сузились и она посмотрела на Венти более внимательно и как-то даже подозрительно. - Уж не знаю, сколько Вам должен этот нищий аристократ, но за свои долги он расплатится с Вами сам. - Долги? – удивился Барбатос. - Именно. Если Вам нужен Чжун Ли чтобы вытрясти с него деньги за очередное дорогое блюдо в изысканном ресторане, то так и знайте, буду Вам благодарна, если Вы вытрясите чего-нибудь из него и для меня.       Этого Венти стерпеть просто не мог. Конечно, смеяться так громко было неприлично даже в более лояльных местах, впрочем, даже в чайной на его смех задыхающейся птицы непременно бы обратили внимание, но смеяться так в ритуальном бюро… Но разве он мог что-то сделать с этим? О, Моракс, кто бы мог подумать. - Я же сказал, что заплачу за тот ужин, - голос мужчины, словно выплывшего из соседней комнаты был так похож и не похож на тот голос, что помнил Венти, отчего сердце затрепетало. Это было словно… воспоминание, теплое и хорошее, словно память о хорошем вине и красивой песни. - Но ты не сказал, что не закажешь себе что-то ещё. Не будь бы ты таким знатоком всех традиций, я бы давно выгнала такого работника как ты!       Барбатос легонько покашлял, привлекая к себе внимание. Сначала Чжун Ли не обратил на него никакого внимания, видимо, его драконья гордость была задета столь резкими словами, но сейчас, стоило их взглядам встретиться и словно нить прошлого крепко притянула их за руки. - Барба… - Венти, - перебил Архонт, не желая, чтобы другие слышали его божественное имя, - ты снова забыл его, да? - Давно не виделись, Венти, - голос Гео Архонта был обходителен, приятен, но достаточно официальный. Моракс был таким всегда, впрочем, пару раз, конечно, он был ужасно зол, как за ту выходку с вином, но в целом, он был весьма официален и даже церемониален всегда. – Какими судьбами в моих… наших краях? - Решил отправиться в путешествие, а ветер был попутным, - уклончиво ответил Анемо Архонт. Говоря откровенно, он совершенно не знал, что делать дальше. Он ожидал увидеть Моракса, но вместо этого перед ним стоял смертный Чжун Ли и Венти не очень понимал, что с ним нужно делать. - В твоём стиле, - коротко заметил Гео Архонт, голос его был ровным и вежливым, вот и пойти разбери это он сейчас над ним насмехается или просто в свойственной себе манере констатирует факт? - Пожалуй. Слышал, что ты теперь работаешь здесь, вот и решил встретиться. Как насчёт парочки чарок вина вечером? - Боюсь, что здешнее вино покажется тебе не таким сладким, как вино из одуванчиков, но я совсем не против поговорить с тобой. Ты знаешь где находится «Три лепестка орхидеи»? - Кхм-кхм.       Венти замер, взгляд его метнулся в сторону хозяйки бюро, что недобрым взглядом сверлила Моракса. Больше всего в мире старый дракон ненавидел, когда его перебивали, но в лице этой девы было что-то такое…. Говоря по правде даже Барбатосу стало как-то неловко. - Впрочем, мы могли бы выпить чай в простой чайной или закусить в «Народном выборе».       Венти никогда не видел, чтобы Моракс так быстро менял своё решение, это было… интересно. Он с ещё большим интересом изучил стоящую перед ним молодую девушку. Он сразу почувствовал от неё энергию Пиро глаза Бога, ещё до того как вошёл сюда. Боги были чувствительны к элементальной энергии, текшей по их жилам вместе с кровью. Эта девушка была…. Необычной. Что-то в ней было такое, отчего даже Архонту становилось несколько жутко, будто в алых всполохах глаз жило что-то запредельное, тайное, отдающее светом чужих звезд. - Звучит очень заманчиво! Тогда, встретимся там, верно? - Я приду в час Петуха. - Хорошо. - До свидания, госпожа Тао, - Венти сложил руки вместе и слегка поклонился, этому жесту его научил сам Моракс, когда Гео Архонту пришлось чуть ли не спасать своего незадачливого товарища от кучки жрецов, посчитавших, что бард слишком неуважительно относится к их Божеству.       Венти бросил ещё один взгляд на Моракса. Тот был… таким обычным. От него всё ещё исходила Гео энергия, как от тела самого Венти исходила энергия Анемо, всё-таки они были богами, вознесшимися своими собственными способностями, а с помощью глаза Бога, так просто отнять у них то, что текло в венах было невозможно. Этот образ Венти никогда не видел, без своей чешуйчатой кожи, мощных, но изящных рогов, хвоста, Архонт выглядел как-то неправильно, хоть и весьма хорошо. Венти подумалось, что, наверное, на Чжун Ли прямо-таки охота идёт, кто же не хочет такого красавца? Стоило подумать над тем, какую шутку пустить по этому поводу. - Жду тебя, - вместо прощания бросил Барбатос, мысленно улыбаясь придуманной шутке.       Моракс знал, что рано или поздно это произойдёт, пусть они не были достаточно близки, по меркам Гео Архонта, Барбатос был из тех людей, что появляются всегда невовремя, всегда, когда их меньше всего ожидаешь. Словно дождь в ясную погоду или что-то подобное. И всё-таки он был рад встретить старого приятеля.       Взгляд Чжун Ли против воли зацепился за стекляшку на поясе барда – глаз Бога, прекрасная подделка, которая всегда немного раздражала Гео Архонта, хоть, впрочем, у него тоже была такая. Кое-какие силы у него всё ещё остались, не будь их, усмирить Аждаху было бы невозможно, и всё-таки… В голове всплыл голос Одиннадцатого предвестника Фатуи. Тот рассказывал ему о делах своих товарищей с таким смехом, что бросало в дрожь. Конечно, Чайлд был неплохим человеком, не будь он так верен Царице, впрочем, ему ли его осуждать, яксы ни в чем не уступали Фатуям, только вот подходы у них были разными, как и цели, поэтому о защитниках яксы слагали легенды, а предвестниками запугивали непослушных детей на ночь. В тот день… кажется, они тогда обедали в чудесном дорогом ресторане, Чайлд словно шутку, рассказал ему как Синьора вырвала из груди Анемо Архонта его гнозис на пороге собора Барбатоса. Моракс не был близок с Богом Ветров, но они столько всего пережили, что не в тот момент Чжун Ли не мог ощутить ничего, кроме злости. Большого труда стоило ему погасить внутри ярость дракона, желавшего в тот момент превратить молодого слугу Царицы в отбивную, только вот мальчишка был не виноват, хоть и поступил бы также, в этом Гео Архонт не сомневался. Он читал сердце Чайлда, как книгу, наивный юноша, сколько силы, но не во благо, как печально. Что же до него… Что ж, у него были причины, множество причин, говоря откровенно.       В небольшой ресторанчик Чжун Ли пришёл на исходе часа обезьяны, знакомые звуки лиры тут же донеслись до его ушей. В Ли Юэ лиру можно было услышать не часто, обычно местные играли на пипе, цитре, флейте и гонге. Знакомые мондштадские мотивы колыхнули что-то внутри. Он так давно не бывал в тех краях, почти три тысячи лет. Музыка из другого края была диковинкой, не удивительно, что местная публика с таким интересом слушала барда. Песни города свободы сильно отличались от песен города Контрактов. Венти пел о чувствах, которые жители скалистой гавани старались держать глубоко в себе, это было почти неприлично, но Мондштад – это ведь совсем другое. - А теперь я спою Вам легендарную песню «В мареве лугов цветок сесилии сорвал я для девицы». Ещё чарку вина, милый человек? - Венти, - голос Моракса тут же осадил Анемо Архонта. - Да, конечно, и чарку чудесного чая для моего друга, пожалуйста. Эту песню поют в Мондштадте в праздник Ветряных Цветов. Чжун Ли окинул взглядом аудиторию и понял, что без песни и вина бард ни за что не покинет это место. Гео Архонт не очень любил вино, хотя порой мог выпить пару чарок, как дань некоторой традиции. Однако Анемо Архонт совсем другое дело. «В мареве лугов, что на Пике Буревестника Я искал цветок, что достоин любимой. Белая нежность луны и гордость Небес Цветок Сесилии, что так красив. О Великие Боги, что создали наш мир, Вашей милостью вскормлены поля и реки Вашей яростью выкованы горы Вашей добротой мир усеян цветами. Белый цветок Сесилии я сорвал в свете луны он как звездное серебро Я вдохнул аромат цветка Лишь богиня достойна его. Я отдал цветок сесилии той что люблю как жизнь, Я вплел цветок в её волосы А она отдала мне себя».       Последняя строчка вызвала весьма противоречивую реакцию публики. Кто-то был восхищён смелостью поэта, кто-то ужасался его дерзости, но все вынуждены признать – эти люди из мондштадта совсем не знают приличий, если поют такие вещи на полном серьёзе. - Снова наводишь беспорядок, - усмехнулся Моракс, когда рядом с ним плюхнулся на табурет поэт и балагур. - Такова моя работа, - улыбнулся в ответ Венти. – Я сам давно написал эту песню. - Заметно, только ты можешь петь такие пошлости. - Это не пошло! – возмутился Венти. – Ты просто не слышал крестьянских песенок про сбор урожая и дойку коров, мои песни прямо таки верх приличия рядом с теми. - И хвала Селестии, что нет. - Неужели? Прям хвала? Неужели даже став человеком этот каменный чурбан продолжает быть таким же каменным? - О чем ты? – нахмурился Чжун Ли. - Разве не очевидно? Девушки просто обязаны бегать за таким молодым господином по пятам!       Гео Архонт промолчал. О да, они и бегали и это весьма ему досаждало. Человеческое тело не изменило мышление архонта, хоть и принесло в жизнь некоторые неудобства. - Хах, приятно что в мире хоть что-то остаётся прежним, - после некоторого молчания выдал бард. Он удобно устроился, опершись локтями о стол, чарка его была пуста, как старый колодец. - Что привело тебя сюда? – вновь задал свой вопрос Моракс. - Я уже отвечал, - улыбнулся Венти. - И всё же? - Ну… знаешь, посмотреть мир на самом деле полезно, вот я и подумал, почему нет? Столько лет прошло с тех пор, как я выбирался куда-то за пределы Восточных земель. Путешественник столько понарасказывал мне, что хватило бы на пять толстых сборников стихов и песен, а ведь он даже не видел половины чудес света. Вот и подумал, не стать ли мне тоже путешественником. Кроме того… знаешь, путешествовать одному довольно скучно.       Моракс пожал плечами, он никогда не путешествовал и понятия не имел, что вообще испытывают люди уходя за десятки ли от дома. - Вот потому я и решил позвать старого друга отправиться со мной. Так сказать, тряхнуть стариной, пока с него песок не посыпался. - Старого друга? – янтарные глаза Моракса впились в лицо Венти, у такого старого бедокура вряд ли было много друзей, с которых «песок сыпался». - Ну, относительно звезд во вселенной и вовсе молодого, - попытался шутливо отделаться от цепких слов дракона, Барбатос. - Нет. - Почему? - У меня работа. - НУ вот, - Венти обиженно, глупо и по-детски надул губы. На самом деле он не ожидал, что сможет легко уговорить бывшего Гео Архонта на своё дурацкое путешествие, всё-таки он прекрасно знал с кем имеет дело. – Ты вечно в работе, не надоело? - А ты вечно бездельничаешь. Может тебе тоже стоит заняться работой? - Ветра не работают, и вообще, я поэт, я сочиняю песни и дарю людям радость.       Моракс хмыкнул, выражая интонацией крайнее сомнение в полезности Анемо Архонта. Он не очень понимал значение развлечения и праздников, для него это было… просто традиции, которые по каким-то причинам были необходимы людям. Моракс чтил обычаи, но чтить и понимать – вещи разные. - На самом деле ты зря так говоришь. Только подумай, сколько ты уже работаешь, шесть тысяч лет? - Шесть тысяч триста двадцать лет, - подтвердил Рекс Ляпис. - И за всё это время ты вряд ли хоть пару раз брал выходной. Правда, подумай, ты и так работал всю жизнь, положил столько сил для процветания своего города и мира в целом и не видишь даже половину результата собственных трудов. - Как-нибудь в другой раз. - Знаешь, - после продолжительной паузы произнёс Венти, - другого раза может и не быть. Мы не так уж и бессмертны, Моракс. Кроме того… ты ведь теперь тоже человек, верно? - Совершенно точно, - согласился Гео Архонт. - Но ты думаешь не как человек, ты не понимаешь людей, Моракс. - Зато ты слишком, - чуть зло прошипел дракон. - Да. Слишком. Я хочу… найти своё место, понимаешь? Посмотреть на мир, где наше место занимают люди, посмотреть, как живут соседние страны и города и наконец... проводить прошлое.       Взгляд Барбатоса потускнел, он отвёл его, уставившись на дно пустой чарки. Он не планировал говорить это, но почему-то слова пришли сами и против воли вырвались из его уст. - Я никогда не думал об этом так, - тихо ответил Чжун Ли. - Я тоже раньше не думал, меня просто звали ветра, но теперь. Всё изменилось, мы теперь… свободны, понимаешь? Это и больно и счастливо одновременно. Мне больно, потому что вырванный гнозис, что сломанные крылья, но сломав их, с тебя словно оковы слетают, понимаешь? - Понимаю. - Вот. И я понимаю. Пожалуйста, Моракс. Давай отправимся в путешествие, такие стариканы как мы просто обязаны вытворить что-то такое. Это ведь тоже своего рода ритуал.       Чжун Ли задумался. Он не горел желанием куда-то идти, тем более, это не вязалось с его работой, однако, что-то в словах Венти задело его, заставило задуматься. Может быть, этот бард не так уж и неправ? Нет, такие вещи нужно обдумывать очень серьёзно. - Мне нужно хорошо подумать. - Брось, такие вещи должны случаться внезапно, как апрельский снег. В этом вся их прелесть. - Я не люблю внезапности. - Знаю. Но один раз стоит попробовать, а? Господа, спою прекрасную песню о женщинах Мурата за чарку вина. Ну же, кто хочет послушать чудесную балладу? - Ты готов спеть песню о чём угодно за вино, - фыркнул Чжун Ли. - Ну, вообще-то нет, некоторые песни я бы спел просто так, например, я знаю много шутливых песенок про Моракса, например, как он высидел яйцо*. Тонкие брови Гео Архонта дёрнулись. - Так и знал, что тот ужас – твоих рук дела. - Ну, вообще-то я только поправил стиль, в целом эту историю придумали смертные. - Песня про Моракса и яйцо мировоздания! – снова, словно на базаре, закричал бард. Крестьяне оживились, впрочем, ненадолго. Такие песни и при жизни властелина камня считались довольно крамольны, а теперь петь их после смерти Гео Архонта, а ведь не прошёл и год… - Ну и ладно, - обиженно произнёс Венти, оставляя надежду на бесплатный алкоголь. – Здесь слишком трепетная публика, словно в кругу пятидесятилетних девственниц выступаю. Впрочем, какой Архонт, хехе.       Венти не стал договаривать, он просто знал, что такие слова взбесят старого друга, Моракс терпеть не мог когда над ним подшучивали, всё-таки он был драконом, а потому существом весьма гордым и величественным. Быть человеком такому как Рекс Ляпис было очень непросто. - Если хочешь бросить мне в голову огромный камень, не делай этого на глазах смертных, - просто посоветовал Барбатос. - И подумай, пожалуйста, о том, что я тебе сказал. Может, я ужасный компаньон, но зато со мной не бывает скучно, да и кто кроме нас с тобой может понять… В общем, подумай, и скажи мне, я задержусь в этом чудесном городе на пару дней.       Венти торопливо вышел из чайной, оставив старого друга в растерянности. Вечер был по летнему красив, влажный прохладный воздух легко щекотал загривок, жался, словно зверёк. Такие вечера особенно нравились Барбатосу, он думал, что было бы неплохо, если это место будет столь же милостиво к нему, как когда-то давно.       На исходе третьего дня бард снова лёгким ветерком заглянул в ритуальное бюро, там было привычно тихо и как-то… словно это место было обителью Моракса. Венти помнил это ощущение, даже человеком, Бог контрактов оставался в темноте и тиши, что твой дракон из сказок. - Чжун Ли взял отпуск, - недовольно сообщила Ху Тао, заметив яркий наряд монда на госте. - Вот как. Давно с ним подобного не случалось, - рассмеялся Барбатос. – Где же теперь мне его искать? - Он попросил сообщить Вам свой адрес, он на бумаге, и сказал, чтобы вы пришли не позже часа козы. Кстати, через две палочки благовоний как раз закончится десятая стража. - Спасибо, госпожа!       Выхватив записку с аккуратно выведенными словами, Венти со скоростью ветра помчался по указанному адресу. Моракс ненавидел, когда Барбатос опаздывал, а признаться честно, такое бывало частенько. Было странно, что он всё-таки согласился, Венти думал, что придётся упрашивать и канючить гораздо дольше, что ж, это был хороший знак.       Моракс ждал его в своём неизменном костюме и такой же пустышкой под глаз бога, чтобы хранить в ней различные вещи. Этой штуке его научил сам Барбатос когда-то давно, весьма полезная вещь, стоит заметить. - Я уладил все свои дела и взял командировку в Сумеру, Фонтейн и Натлан, чтобы рекламировать бюро «Ваншен» и предложить в тех землях выгодные контракты. - Ты даже в путешествии умудряешься работать, - заныл Венти, впрочем, он и ожидал чего-то такого. - Также я позаботился обо всем необходимом, взял карты, прочитал несколько путеводителей, подготовился к встречам с … - Да-да-да, я понял, - перебил Венти, ловя раздраженный взгляд Чжун Ли. – Ты просто молодец, как и всегда. - Я, кажется, много раз говорил, что мне не нравится, когда меня перебивают. - Ага, раз сто точно, но ты такой занудный порой, просто кошмар! Пошли скорее, нас ждут великие дела и приключения. Будет весело, я обещаю. - Да уж, весело, - буркнул Чжун Ли.