ID работы: 12222103

grapes and wet dreams

Гет
Перевод
NC-17
Завершён
243
переводчик
Автор оригинала: Оригинал:
Размер:
10 страниц, 1 часть
Описание:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора / переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
243 Нравится 19 Отзывы 56 В сборник Скачать

глава 0

Настройки текста

***

      Тяжело вздохнув, ты начала отклоняться назад, пока не коснулась спиной изголовья кровати. Ты только что приняла душ и достаточно долго приводила себя в порядок, когда поняла, что тебе попросту некуда пойти. С тех пор, как ты начала свое обучение в штаб-квартире Мстителей, они настаивали на том, чтобы ты оставалась в квартире до тех пор, пока хаос вокруг не начнет утихать. Если бы это был любой другой день, месяц или год, ты могла бы сбежать из этой импровизированной тюрьмы, однако, твои постоянные мелкие побеги привели к полной изоляции.       По крайней мере, твои дни не проходили совсем уж одиноко, окруженные всеми, кто был вынужден мириться с этим временным заточением. Наташа проводила большую часть своего времени, устраивая шоу с бутылкой вина или тренируясь со Стивом. Сэм и Баки вместе проводили часы в тренировочном зале, случайно спаррингуя или подкалывая друг друга во время поднятия тяжестей. Затем была Ванда, которая проводила большую часть своего времени, свернувшись калачиком с Виженом на диване, перед телевизором. Ты же часто оказывалась в полном одиночестве, за исключением тренировок.       Бездумно листая свой телефон, ты была поражена тем количеством уведомлений, которые начали наполнять групповой чат Мстителей. Ты открыла свой чат и увидела множество селфи Наташи и Стива, употребляющих алкоголь. Последующие сообщения были предложениями парочки, ищущей компанию, за которой следовала куча случайных смайликов.       Прошло некоторое время с тех пор, как ты проводила всё время с другими участниками чата, поэтому ты просто решила присоединиться к ним лично.       Ты встала, чтобы пройти к дверному проему, резко дернувшись от того, что дверь напротив тебя резко открылась. Это был Баки, и он выглядел чертовски уставшим.       — Посмотрите, кто там наверху, — сказала ты в шутку. Он хмыкает, затем протирает глаза, прежде чем спуститься по лестнице. Ты быстро последовала за ним, незаметно поглядывая на мужчину перед собой.       Ты никогда не замечала, какая у него красивая спина. Конечно, ты знала, что он чертовски горяч. Это было очевидно с самого начала и стало еще более очевидным во время твоих случайных тренировок с ним один на один.       На нем была свободная белая футболка, которая не так свободно облегала его широкие плечи. Ты никому в этом не признавалась, особенно Наташе, иногда даже самой себе, но какая-то часть тебя всё равно тянулась к Баки. И не только в гормональном смысле.       Иногда у тебя проскакивали достаточно навязчивые мысли, конечно, о сексе, но также и о том, чтобы принести ему чашку чая, потому что «ты слишком много заварила», смахивая выбившуюся прядь во время спарринга, а иногда даже просто желая протянуть руку и разгладить складку со спины его белой футболки. Однако ты умрешь все равно раньше, чем он узнает об этом. Мало того, что это было достаточно смущающим фактом, что он был на доброе десятки лет старше тебя, ты также была почти что ребенком-новичком.       Мстители на тренировке. Ты была уверена, что все, в особенности Баки, учитывая его возраст, думали о тебе как о ребенке. Твои мысли прервали два очень пьяных Мстителя.       — Смотри, кто решил присоединиться к нам! — Стив смеется, делая глоток алкоголя, что был в стеклянной посудине перед ним. Наташа сидела на стуле перед ним, держа в руке бутылку пива.       — Воу, потише, Нат, — он рассмеялся, в то время как ты мельком наблюдала за тем, как рыжая допивает остатки своего пива. — Ты будешь жалеть об этом с утра. — сказал он, медленно забирая бутылку из ее рук и перемещая на обеденный стол.       Ты услышала, как из кухни донесся низкий смешок, в котором ты узнала Баки. Вытирая пот с ладоней, которые, (как ты и подозревала), были потными, ты направилась на кухню, чтобы присоединиться к нему.       Как только ты переступила порог, то тут же заметила, как Баки аккуратно перекладывает кусочек мяса с досточки на заранее разрезанные два куска хлеба. Он поднял на тебя взгляд буквально на секунду, прежде чем повернуться и открыть холодильник, доставая горчицу.       Ты неловко облокотилась бёдрами на кухонный островок, прежде чем открыть рот, чтобы заговорить.       — Тебе нужна помощь?       Он не смотрел на тебя, когда говорил: — Не стоит, спасибо. — он закончил размазывать по хлебу жидкость, используя тот же нож, которым разрезал напополам сэндвич.       Черт, у него действительно красивые руки. Ты не могла не заметить, каким маленьким ножом он делает эти бутерброды.       — Что? Ты хочешь вторую половинку или что?       Ты даже не заметила, как засмотрелась на него.       Румянец начал расползаться по твоим щекам, прежде чем ты кивнула и сказала: — Конечно.       Он протянул тебе вторую половину, наблюдая за движением твоих рук и параллельно откусывая кусочек от своего.       — Спасибо, — ты сказала смущенно. Он ничего не ответил и развернувшись, пошел в сторону гостиной, где сидели остальные Мстители.       Ты последовала его примеру после того, как взяла себя в руки, восстанавливая самообладание. Почему он заставил тебя так нервничать? Не то чтобы он был сильно известен или что-то в этом роде. Ну, он был Зимним Солдатом. Является им.       Твои мысли были снова прерваны достаточно пьяной Наташей.       — Мне так скучно, — сказала она, выпятив нижнюю губу и корча довольно милую рожицу, — давайте займёмся чем-то веселым.       Она встала, чтобы пройти на кухню, схватив несколько стаканов из шкафа и бутылку дешевой водки, прежде чем вернуться в гостиную.       — Как оригинально, — сказал сквозь смех Стив, пока Наташа раздавала нам всем стаканы, а лично ему послала игривый взгляд.        — Ха-ха, — притворно рассмеялась она, садясь и открывая бутылку. Баки сидел рядом со Стивом за столом, доедая свой бутерброд. Ты была слишком занята, любуясь им, чтобы заметить, что Наташа налила тебе в твой стакан недельный запас алкоголя.       — Нет-нет, Нат. — Начала говорить ты, однако она резко перебила тебя:       — Да, Т/и — она перестала наливать, как только удовлетворилась количеством алкоголя в стакане и посмотрела на тебя с нахальной ухмылкой. — Ты уже почти месяц с нами, пора всем нам узнать все твои секреты через манипуляции с алкоголем.       Стив смеется над этим. — Согласен, — он выжидающе поднимает перед тобой свой стакан. Ты осознаешь происходящее с позорным опозданием, прежде чем поднять свой стакан и ударить им о его стакан.       — Ваше здоровье! — говорит Наташа, присоединяясь к звону и допивая свой напиток. Ты делаешь глубокий вдох и закрываешь пальцами нос, прежде чем допить всю, наверное, размером в две рюмки водки, которую налила тебе Наташа. Твои глаза были все еще закрыты, когда ты поставила стакан и сморщилась, потом открывая их, чтобы увидеть впечатленного Стива и хихикающую Наташу, смотрящих на тебя.       — Черт, Т/и, я не думал, что ты так сразу всё выпьешь, — рассмеялся Стив.        — Да уж, — говорит Наташа, прежде чем толкнуть тебя в плечо. Ты поднимаешь глаза на Баки и видишь, что он тоже смотрит на тебя слегка впечатленным взглядом, хотя по нему сложно сказать, что он вообще думает. Он практически сразу отводит взгляд, чтобы с легкостью допить свой напиток, а затем встает со стула.       — Ладно, ребята, мне уже пора идти, — говорит Баки сквозь едва уловимый стон, вытягивая руки за спину, в то время как ты пытаешься не пускать слюни от одного его вида.       — Что? Нет! — Наташа разочарованно вскрикивает. — Мы же только начали.       — Да, Барнс, ты слабак или что? — шутит Стив.       Баки не оборачивается и говорит: — Пощади меня, Роджерс, я мог бы выпить в два раза больше, чем ты, даже под столом.       Стив от души смеется, прежде чем бросить первый вызов за ночь.        — Тогда докажи это, старик.       Баки оборачивается к нам троим, и прежде чем кинуть на меня секундный взгляд, медленно говорит:       — Ладно, почему бы, блять, и нет? — он садится обратно и вздыхает.       В течение часа вы вчетвером почти полностью распили бутылку водку, которую Наташа притащила с кухни. Это был первый раз за долгое время, когда ты была настолько пьяна, так что твоя сдержанность была намного ниже, чем ты в принципе ожидала. Наверное, не стоило так рваться допивать напиток, который она тебе дала.       Наташа выпила, как минимум, в три раза больше чем ты, и при этом она явно думала лучше, чем ты, что было вовсе неудивительно.        — Давайте сыграем в игру, — сказала Наташа и краем уха ты услышала смешок со стороны Барнса.       — В какую игру ты хочешь? — спросила ты. Стив цокнул и повернулся к тебе всем корпусом.       — Правда или действие, — сказал он, — я никогда не играл в неё, но слышал, что это весело.       — Конечно, если ты из старшей школы, — пошутил Баки перед тем, как сделать глоток своего напитка. Глаза Наташи буквально загорелись идеей Стива.       — Да. Давайте сыграем, — сказала она, хихикая и придвигаясь ближе к нам.       Прошло полчаса, и Стив уже осмелился снять с себя штаны, Баки заставили выпить кетчуп, и ни ты, ни Нат пока не обязаны были сделать что-то из ряда вон выходящее, разве что только слегка смущающие вопросы. Стив вернулся из ванной, вокруг его бёдер был обернут целый рулон туалетной бумаги. Баки покачал головой, а Наташа подумала, что это самое смешное, что она когда-либо видела.       Ты хихикнула вместе с ней, твоя слабая попытка придумать какое-то действие оказалась на самом деле вполне успешной.       — Моя очередь! — сказала Наташа, и ее слова уже стали более чем невнятными. Пьяная рыжая девушка повернулась к тебе лицом, едва сдерживая хихиканье, прежде чем заговорить. — Т/И, — она сделала паузу, чтобы быстро сделать глоток обжигающего напитка, — правда или действие? — Ее слова сливались воедино до такой степени, что были почти непонятны. Ты подавила смешок, прежде чем заговорить серьёзным тоном.       — Действие.       — Я хочу, чтобы ты… — она резко открыла глаза только для того, чтобы взглянуть на тебя, потом медленно повернулась лицом к Баки, а потом снова к тебе. Ты же усердно пыталась понять, о чем она думает и в каком ключе, судя по улыбке, освещающей ее лицо.       — Черт, — ты подумала. Ты знала, что у нее в голове созрело какое-то действие, связанное с Баки. Ты не знала точно, о чем она конкретно думала, но опасалась всего, что имело к нему хотя бы какое-то отношение. Он был предметом твоих фантазий и точно не хотел иметь с тобой ничего общего. Довольно неловкая ситуация.       Прежде чем заговорить, она столкнулась ещё раз с тобой взглядом. — Я хочу, чтобы ты поцеловала Баки, — сказала она, прежде чем сделать еще один глоток алкоголя.       Ты крепко зажмуриваешься, словно представляя себя захваченной самым жутким кошмаром, и снова открываешь глаза в надежде проснуться в своей постели. Вместо этого тебя встретила Наташа с дурацкой ухмылкой на лице.       Ты повернулась, чтобы посмотреть на Баки, который уже в это время смотрел на тебя. Ваши взгляды встретились, и он попытался расслабиться, сделав глоток своего напитка и поставив стакан обратно на стол.       Наташа смотрела на вас обоих, а после сказала: — Ну? Мы долго ждать будем? — последовал очередной смешок с ее стороны перед тем, как выпить все содержимое своего стакана за раз.       Баки поднялся из-за стола и проследовал к дивану, на котором ты и сидела.       Ты чувствовала, как твои щеки становятся горячее, чем ближе он подходил к тебе. Это действительно происходит? Ты ожидала, что он усмехнется и отмахнется от глупого, смущающего и одновременно горячего вызова Наташи.       Он сел рядом с тобой, одну ногу он перекинул через другую, и он небрежно откинулся назад.       — Что ж? — сказал он, а следом попросил: — Давай покончим с этим. Я хочу быстрее лечь спать, — хрипло сказал он.       Ты тяжело сглотнула. Ты должна была сделать первый шаг или он? Наверное, ты слишком много думаешь об этом. Просто сделай это. Ты пьяна в любом случае, это не так важно теперь…       Твои мысли были прерваны неожиданным прикосновением губ Баки к твоим.       Ты не могла в это поверить. Ты и вправду целовалась с ним. Его губы были до ужаса мягкими. Немного потрескавшийся, и от него пахло мятой и виски. От тебя, наверное, пахло бутербродом с горчицей и водкой. О Боже.       Его губы ненадолго оторвались от твоих, а его лицо все еще опьяняюще близко к твоему, чтобы он мог шёпотом сказать: — Ты собираешься отвечать или как?       В этот момент твое лицо, наверное, невероятно покраснело. — Прости, я… — пробормотала ты.       — Разве ты не хочешь? — спросил он, как будто действительно был обеспокоен.       — Нет-нет, просто я…       — Хорошо, — он обхватил твое лицо своими ладонями и снова прижался губами к твоим, заставив тебя удивленно вздохнуть, и ты могла поклясться, что почувствовала его ухмылку на своих губах.       Что-то в этом поцелуе отличалось от предыдущего, кроме того, что ты действительно целуешь его в ответ. То, как он целовал тебя, было похоже на игру, как будто он играл с тобой. Ну, впрочем вы двое играли в свою игру. Но то, как его губы смазано двигались по твоим, и то, как его язык проникал в твой рот, делая поцелуй настолько небрежным, что кружил тебе голову.       Он оттянул твою нижнюю губу зубами, оттянув ее достаточно далеко, чтобы на долю секунды встретиться с тобой взглядом, прежде чем позволить ей отскочить назад и снова поцеловать тебя. Ты теряла рассудок. У твоих рук, казалось, был свой собственный разум, когда они двигались к его груди, чувствуя его мускулы, и, боже, как сильно ты хотела просто чувствовать его уже без футболки.       Он начал подражать твоим действиям, проводя рукой вниз от твоего лица к плечу, сжимая его, прежде чем перейти к твоей талии. Его руки были теплыми, и каждое простое движение, которое он делал как бы невзначай, разжигало огонь внизу живота. Ты становилась все более и более отчаянной с каждым прикосновением, каждым движением губ Баки, рук, всего, и ты почти начала перебираться к нему на колени, прежде чем тебя прервал Стив.        — Иисус, освободите комнату, вы двое, — рассмеялся он.       Ты слегка вздрагиваешь от этого, отдергивая и убирая руки из от груди Баки. О боже, ты почти забыла, что вы были в комнате, полной людей.       Баки, казалось, вовсе не беспокоился, он усмехнулся и встал, чтобы взять свой напиток, и снова сел на свой прежнее место за столом.       Тишину нарушили смех Наташи и Стива. Ты восстанавливала своё дыхание сидя на диване, прежде чем вытащить телефон, чтобы проверить время, и видя, что уже далеко за полночь. Поднявшись на ноги, ты торопливо сказала «пока» и «спокойной ночи» и поднялась по лестнице в свою комнату.       Ты закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, прикрыла глаза и испустила столь необходимый вздох. Покачивая головой ты скинула одежду, натянув майку для сна, прежде чем откинуть покрывало на кровати и лечь. Ты была так разогрета, что даже не могла заставить себя натянуть одеяло. Твой разум пережил события последних 20 минут примерно тысячу раз, прежде чем ты смогла наконец уснуть.

***

       — Такая грязная маленькая девочка, — говорит он, сгибая пальцы внутри тебя, — кончает мне на пальцы.        Ты хнычешь, продолжая жалко тереться о его пальцы, умоляя его войти глубже.       — Пожалуйста, — хнычешь ты.       — Ты моя грязная маленькая шлюха, да? — спрашивает он, добавляя еще один палец в твою пылающую жаром киску.        — Тебе нравится кататься на моих пальцах? — Ты не можешь заставить себя ответить, продолжая тереться о его длинные пальцы, затаив дыхание, пытаясь поспособствовать их проникновению ещё глубже.       Ты чувствуешь, как он добавляет еще один палец. — Я задал тебе вопрос, — мрачно говорит он.        — Да, пожалуйста, — стонешь ты. — Не останавливайся.       Ты чувствуешь, что приближаешься к кульминации, бесстыдно трахая себя пальцами Баки.        — Вот так, блять, — выдыхаешь ты. Твои стоны становятся все бесстыднее и громче, когда он начинает невероятно глубоко трахать тебя своими пальцами; все пять восхитительно изгибаются у твоих стеночек.

***

       Ты проснулась внезапно, пот выступил на всех участках тела со всех сторон, хотя на тебе все также не было одеяла.       Твою мать.       Ты резко схватила подушку и застонала в нее. Почему, ну почему твое подсознание решает дать тебе самое последнее, что тебе в принципе нужно, особенно, когда ты живешь через дверь от мужчины, к которому ты смертельно привязана? И даже не имеет малейшего приличия позволить тебе кончить?       Ты вздыхаешь, решив убрать все своё напряжение и засунуть руку в трусики.       Следующие несколько коротких минут — это смесь пошлых мыслей, остатков твоего сна и нескольких стонов имени Баки. Ты заканчиваешь постыдно быстро.       Ты решаешь, что, вероятно, не сможешь спать остаток ночи, поэтому спускаешься на кухню за стаканом воды.       Ты наполняешь чашку водой из-под крана и полностью погружена свои мысли, когда тебя прерывает чей-то голос.       — Плохой сон? — Голос Баки за твоей спиной слышен, как день. Ты почти роняешь чашку в раковину, поворачиваешь голову и видишь, что он сидит за стойкой позади тебя.       — Иисус! — восклицаешь ты, прижимая чашку к груди.       Он усмехается, хватая виноградину из лежащей перед ним связки.       — Не хотел тебя пугать, — он кладет виноградину в рот. Как ты пропустила его, сидящего там, когда вошла? И как он до сих пор так хорошо выглядит в 3 часа ночи? Ты, наверное, выглядишь как потное месиво.       Ты смотришь на него, прежде чем восстановить самообладание и продолжить наполнять свой стакан водой.       — Каким был твой сон? — он спросил. Обычно он не такой болтливый, особенно в такой час.       — Каким? — спрашиваешь ты, сбитая с толку и все еще пытающаяся не сосредотачиваться на том, как хорошо смотрятся его руки в этой рубашке.        — Я полагаю, тебе приснился дурной сон, раз ты проснулась так поздно, — он смотрит на часы на руке. У него очень мускулистая рука.        — О, я просто… — Почему ему так трудно солгать? — Не могу уснуть, — просто говоришь ты.       Он съедает еще одну виноградинку, прежде чем вытереть руки о штаны и встать со своего места за столом.        — Знаешь, — начинает он. Баки указывает руками наверх. — У этой квартиры довольно тонкие стены, — О боже.       Он неторопливо подходит к тебе, медленно кладя обе руки по обе стороны от тебя на кухонную столешницу. — Так что тебе, наверное, стоит придумать ложь получше, прежде чем сообщать всему штабу, что ты трахаешься со мной.        Если бы у тебя не было смертельной хватки от нервозности на твоём стакане, ты, вероятно, выронила бы его. На тебя накатывает горячая волна смущения, и ты не думаешь, что когда-либо была так пристыжена и возбуждена одновременно. Твои бедра бессознательно сжимаются, и тебе приходится сдерживать хныканье, когда его присутствие так влияет на тебя.       — Расскажи мне, о чем ты думала, — говорит он. Его дыхание опаляет твое лицо, ты опускаешь взгляд вниз и видишь, как его руки напрягаются, опираясь на стойку. На нем та же рубашка, что и раньше, но теперь она выглядит на нем гораздо сексуальнее.       — Я… — у тебя не хватает слов. Он знает, что ты думала о нем, но слышать, как ты это говоришь, и слышать, как он это говорит, — две совершенно разные вещи. Как ты можешь сказать Зимнему Солдату, что собираешься сесть на его пальцы?       — Я думала о том, — ты делаешь глубокий вдох. — Я думала о твоих пальцах, — дрожащим голосом говоришь ты. Его руки будто приближаются к тебе, хотя находятся в одном и том же месте, а твое дыхание становится прерывистей.       — Что с моими пальцами? — он спросил. Его голос полностью спокоен, но его тело рассказывает другую историю. Его руки, кажется, борются за то, чтобы остаться на одном месте. Его грудь вздымается тяжелее, чем обычно, а глаза темнеют от похоти.       — Я каталась на них, — говоришь ты, и с губ едва срывается стон, а твои бедра отчаянно сжимаются, создавая хоть какое-то трение.       Баки замечает твои слабые попытки успокоить себя, побуждая его наклонить голову вниз, чтобы поцеловать твою шею, а затем ещё ниже, к обнаженной ключице, которая легко доступна через вырез твоей майки.       Он движется вниз к твоему прикрытому животу, сжимая талию обеими руками, прежде чем приподнять майку ровно настолько, чтобы поцеловать выше края твоих трусиков. Он смотрит на тебя так же пристально, как и ты на него.       Его поцелуи становятся все медленнее и медленнее, пока он не достигает твоего клитора, все еще прикрытого нижним бельём.        Он целует там самым мягким и медленным поцелуем, прежде чем перейти к твоим бедрам. Его поцелуи становятся жестче, когда он начинает лизать и посасывать твою кожу, возвращаясь к трусикам, и не прерывая зрительного контакта. Иисус Христос.       Его руки находят свое место на твоих бедрах, и ты замираешь, когда он еще раз нежно целует твой клитор, постепенно превращаясь в буквальное облизывание. Прежде чем ты это понимаешь, он начинает изучать языком то место, где предположительно находится твой клитор сквозь тонкую ткань трусиков, и ты даже сразу не осознаешь, как сильно хватаешься за край стола.       Его правая рука перемещается со своего места на твоем бедре, чтобы отодвинуть полоску нижнего белья в сторону. Твои глаза резко распахиваются, чтобы посмотреть на мужчину внизу, который, в свою очередь, смотрит на тебя, ухмыляется и снова погружается в свою работу.       Если ты думала, что то, что он делал раньше, было хорошо, ты застала себя врасплох, издавая громкий стон при первом прикосновении его языка.       Он остановился буквально на миг, прекращая свою работу, чтобы взглянуть на тебя. — Ты должна быть тише, дорогая, — говорит он хриплым голосом.       Ты быстро киваешь: — Извини, — ты надеешься, что он возобновит своё дело быстрее, если ты подчинишься.       Твое желание было исполнено, поскольку он, не теряя времени, двигает языком по тебе и твоему телу, используя свою живую руку, чтобы провести двумя пальцами по твоим складочкам. Почти сразу же ты снова стонешь, и на этот раз он не останавливается, чтобы отругать тебя.       Твоя рука взлетает слишком резко, чтобы прикрыть рот, когда он начинает сгибать пальцы, получая от тебя новые стоны, которые теперь приглушены ладонью. Твои бедра сознательно начинают тереться о его пальцы, и ты чувствуешь легкое головокружение от двойной стимуляции.       Ты чувствуешь, как его рот покидает твой клитор, но его пальцы остаются внутри тебя. — Это то, что ты хотела? — спрашивает он, восхитительно двигая пальцами по твоим стеночкам. Ты едва можешь говорить, пытаясь заглушить собственные стоны рукой. В этот момент твои бедра практически упираются в него.        — Я задал тебе вопрос, — его пальцы начинают двигаться быстрее. — Ответь мне.        — Да, — говоришь ты сквозь стоны.       Ты уверена, что, вероятно, сказала это слишком громко, но вы слишком близки сейчас, чтобы заботиться о такой мелочи. Ты так сильно хочешь кончить ему на пальцы, и на рот, и, боже, везде.       Его рот движется вниз, чтобы пососать твой клитор, мягко покусывая, а затем снова возвращаясь к промежности. Это похоже на миллион разных ощущений, и голова кружится как-то сильнее, чем раньше, и ты определенно собираешься кончить, и Баки точно это чувствует. Твои бедра становятся более вялыми, твое дыхание более прерывистое, а твои стоны становятся еще громче благодаря слабым попыткам их подавить.       — Я сейчас, — говоришь ты сквозь вдохи. Баки ничего не говорит, просто продолжает трахать тебя пальцами, потом добавляет еще один, а затем скручивает их внутри тебя, и, о боже, ты кончаешь. Ты кончаешь на пальцы Баки.       Твои ноги сцеплены, а руки сжимают его плечи, как будто ты на американских горках, и имя Баки непроизвольно срывается с твоих губ, как второе дыхание. Техника подавления стонов давно забыта, и ты уверена, что весь штаб только что услышал, как ты кончила.       Голова Баки прислоняется к твоим бедрам, его пальцы мягко двигаются внутри тебя, в конце концов выскальзывая из них. Его глаза встречаются с твоими, и ты все еще видишь все вокруг немного размыто, однако ты готова поклясться, что видела улыбку на его губах.        — Как хорошо, куколка, — он целует тебя в бедро, прежде чем подняться с колен.       – Надеюсь, это помогло тебе ещё немного поспать, — говорит он, оставляя тебе кучу смазки на кухонной раковине. Ты смотришь, как он уходит от тебя, хватая еще одну виноградинку из давно забытой пачки на столешнице, кладет ее в рот и облизывает пальцы.       — Сладко, — он поворачивает голову, чтобы взглянуть на тебя и ты чувствуешь, как румянец расползается по всему твоему лицу в геометрической прогрессии.       Это определённо не последний твой сон о Баки Барнсе.
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.