Облачный атлас

Молодой человек посещал лечебницу в третий раз за год, не так редко, как хотелось бы. Желание быть здесь отпадало само собой, когда он видел зверя в клетке. Где в их родословной брешь? Где произошла непредвиденная ошибка? Уважаемые люди, теперь обелить их фамилию невозможно. На входе Джонатан предъявил пропуск, без вопросов сложив все железные предметы в лоток. Даже обычный мало-мальски острый предмет мог стать оружием в руках заключённого под номером "6G". Пайн не хотел лишний раз рисковать, испытывая судьбу. Он уже накликал беду, появившись здесь против воли матери. Лорна всегда жила ради своих мужчин: сына и мужа, теперь, остался только сын. Единственный близкий человек, которого она хотела оградить от общения с монстром, пусть тот и являлся законным отцом. По всему Нью-Йорку ходили легенды про семейство Лектеров, чей глава буквально купался в крови своих жертв. Сын - военный, жена - начальник полиции и такой позор. Под давлением общественности Коул вынуждена была самоустраниться, оставив пост. Дома им тоже не давали прохода: то кто-то разобьёт камнем окно, то на лужайку подкинут мёртвое тело кошки, то стены и двери изрисуют красной краской. Пайн считал это мелочами, уговаривал мать не обращать внимания на выходки моральных уродов. Для очистки совести, обращался в полицию, патрульные приезжали на вызов спустя день, а то вовсе не реагировали. В общем, жизнь не казалась им сахаром. Он не задержится здесь, минимум двадцать минут. Пайн ловит на себе подозрительные взгляды охраны, мало кто верит, что сын не таков, как его отец. Окружающих нельзя винить, некоторые готовы свернуть шею его отцу, будь на то их воля. После очередного обыска, он проходит по длинному коридору, минуя несколько десятков дверей-решёток, не обращая внимания на видеокамеры. Апартаменты Ганнибала расположены в конце коридора: усиленная охрана, ключ-карты, пароли. Пайну известно, при побеге заключённого, охране дан приказ стрелять на поражение. Сенатор не допустит, чтобы демон вырвался на свободу.

***

- Ты не меняешься: тот же парфюм, одежда, нормы поведения, самомнение, - пуленепробиваемая стеклянная камера находится под постоянным напряжением, статические разряды мерцают подобно молниям. - Лорна тебя не простит, - он окунает пальцы в краску, затем размазывает её по холсту. - Зачем ты меня позвал? - он стоит на почтительном расстоянии, наблюдая за Лектером. - Сьюэл, дружок, как твои дети? Как Дебби? - мужчина добавляет штрихов к своей картине. Неусыпная слежка, каждое слово записывается, такова инструкция. - Четвёртый ребёнок в семье не шутка, - охранник возле двери стоит по стойке смирно, только взгляд выдаёт истинные эмоции. - Передавай ей от меня привет, - вкрадчиво, почти ласково, добавляет Ганнибал. - Тебе не стоило туда ходить, сынок, - будто вспомнив о присутствии сына, Ганнибал поворачивает голову в его сторону. - Скажи, они уже начали тебя мучить? - после Слияния, весь Нью-Йорк сам не свой. - Не понимаю о чём ты, - он увиливает от ответа. - Сны, сынок. Твои руки по локоть в крови, как и мои... Хотя, тот другой, гораздо лучше, он примерный семьянин, защитник, правитель, - раздаётся приглушённый смех. - Сектор Кантард, ты был там месяц назад, помнишь? Пайн внутренне вздрагивает, осведомлённость отца о событиях вне стен тюрьмы пугает. Он был в указанном секторе, пришлось закрывать очередной портал. Отделившись от группы, он зашёл слишком далеко. Рация сбоила, выдавая сплошные помехи. Заснеженные горы, ледяная пустыня, никого на многие сотни тысячь миль. Он ошибался. Он слышал голос, почти тихий, непривычно будоражащий и пугающий одновременно. Он бежал сквозь снег, утопая в сугробах, не чувствуя холода рвался вперёд. Сквозь вихрь снежинок, молодой человек увидел статую, великан преклонив колено сидел неподвижно, словно чего-то ждал. Лицо статуи было вытесано изо льда, напоминая абстрактные картины художников. Во взгляде угадывались ненависть, жестокость, желание уничтожить. Скульптура была невероятно реалистичной, Пайну показалось, незнакомец смотрит прямо на него. В руках великан держал Скипетр, опираясь на него одной рукой, другой он касался земли. Джонатан не понимая зачем, потянулся к Скипетру, дотронувшись до него, кожу обдало холодом. - Рождённый править, способный убийца, умелый притворщик, - Ганнибал цокнул зыком. - Он вёл армии на погибель, во имя победы, власти, окрапляя знамёна кровью. Завидую тебе, - он отошёл от мольберта с холстом. Джонатан прикусил щёку изнутри, сглатывая сочащуюся кровь. Он единственный это видел? Вместо заключённого 6G, перед ним стоял высокий мускулистый старик, облачённый в доспехи: седая борода обрамляет лицо, правый глаз закрывает повязка, на голове шлем с крыльями, в руках меч, на плече сидят два чёрных ворона. Старик заносит меч над головой, выкрикивая что-то на непонятном языке, сталь врезается в пуленепробиваемое стекло, рассекая его на части, искры летят во все стороны. - Мудрость веков тебе никогда не удастся познать, покуда ты слеп! - старик легко освобождается из своей темницы, направляясь прямиком к Пайну. - Пока Ёрмунганд опоясывает Мидгард, сжимая его своими кольцами, пока Иггдрасиль сочится кровью, ты станешь погибелью всего живого! - меч летит ему в лицо.

***

Яркий свет слепит глаза, Пайн просыпается. Он дома, визит в Новый Алькатрас просто сон, слова отца - часть кошмара, одноглазый старик - вымысел. Сектор Кантард и статуя? Он опускает босые ноги на пол, распахнув окно, долго всматривается в противоположный берег реки. Там буйным цветом расцветают яблони, аромат настолько сильный, что весь дом окутан запахом цветов. Стоит ли говорить матери, что он видел? Лорна только пришла в себя, освоилась на новом месте. А сны... Кто верит в них? Он поднимает левую руку, рассматривая её в лучах утреннего солнца, по локоть она пепельно-серого цвета, почти синяя.