За маской монстра

Стоя перед воротами лагеря, Марк успел несколько раз пожалеть, что ввязался в это. Надо было согласиться на предложение Стрелка и остаться с отрядом. «Надо было… Но нет, Марк, ты решил выпендриться, да? Захотел показать какой ты храбрый и крутой!» — он дёрнулся, когда ворота слишком резко распахнулись. На их крошечный отряд наставили сразу десяток арбалетов, дорогу перегородили трое воинов, вооружённых дубинками и щитами, а позади них собралась немаленькая толпа зевак, с интересом наблюдавших за образовавшейся суматохой. Среди всего этого сборища едва можно было заметить кончик посоха Анемо шамачурла — местного вождя. Он, недовольно пыхтя, растолкал хиличурлов и вышел вперёд. — Кто вы? — пропищал высоким голосом. — Мы пришли с миром. — Марк поднял руки в примирительном жесте. — Три дня назад мы бежали от своего племени, — начал заученную наизусть историю, — нам не нравится наша прежняя жизнь, мы ушли и теперь хотим присоединиться к вам. Готовы делать любую работу. — Марк замолчал, пристально глядя на хиличурлов и тут же, по удивлению в их глазах, осознал свою первую ошибку — он слишком хорошо говорит. Надо было как-то спасать ситуацию, парень напрягся и вспомнил одну из часто звучащих в племени фраз на хиличурлском: — Kuzi mita dada ye! — кажется это немного спасло ситуацию. — Откуда пришли? — тут же задал следующий вопрос вождь. — Шепчущий лес, много деревья, большие деревья, — присоединился один из гренадёров, жестами изображая высоту деревьев. — Три дня идти, — поддержал второй. — Спать на улице и бить кабаны будете. — После этих слов шамачурла соплеменники опустили оружие, пропуская новоприбывших внутрь. Первый этап плана пройден — они внутри. Теперь предстояло заполучить доверие шамана. Марк собирался пойти к нему и поговорить, пока рядом никого не было. Удачный момент представился совсем скоро, и парень быстрым шагом направился к покосившемуся домику в центре лагеря, явно простоявшему здесь без ремонта много лет. По пути он подумал, что за такое в их лагере давно бы изгнали какого-нибудь строителя, но видимо здесь царил свои правила. Марк уже почти проскользнул внутрь, когда рядом из ниоткуда появился сторожевой — старый, потрёпанный жизнью хиличурл. Всё его тело покрывали беспорядочные шрамы: длинные и тонкие от ударов клинка, кривые и рваные — от укусов; спутанная шерсть кое-где была выжжена или вырвана клочьями, на левой руке не хватало пальца; бурую от въевшейся крови маску украшали сколы и трещины, а поверх набедренной повязки болтался пояс из сломанных рогов митачурлов. Этот хиличурл, без преувеличения, являлся раритетом их мира. Долгожитель, с огромным опытом сражений, Марк прежде не встречал ничего подобно, это одновременно восхищало и ужасно пугало. На что способно это существо, сложно было даже представить. — Ты пойдёшь со мной! — гаркнул хиличурл и, схватив Марка за шкирку, поволок назад к воротам, там собиралась вооружённая группа, по-видимому охотников. Их быстро проинструктировали. Список того, что надо добыть, перечислили Марку, как самому надёжному в этом плане, и весь отряд выпроводили за ворота. Снова оказавшись в роли мальчика на побегушках, Марк слегка приуныл. Оказалось, отряд, отправленный вместе с ним, не имел ни малейшего представления как собирать растения, они постоянно давили их, роняли и мяли. Спустя две попытки научить непутёвых, он оставил неудачную затею и сделал всё сам, хорошо хоть с охотой на кабанов справились без его помощи. В лагере все немного удивились, когда его группа вернула буквально через полтора часа после выхода, и тут же поручили парню следующее задание. На этот раз требовалось собрать дань в Горах буревестника. Марк сразу понял, о каком племени говорит шаман, ещё вчера ночью они с Эве обращались к тем хиличурлам за помощью с Анемо гипостазисом. Не желавший зла племени, Марк оставил посланных с ним воинов, а сам пошёл договариваться с вождём. Много от него не потребовали, наоборот, когда митачурл услышал, зачем парню нужна их поддержка, с радостью согласился сделать всё необходимое. С этим поручением покончили ещё быстрее, чем с предыдущим. В том же темпе парень разобрался с остальными заданиями. Вечером их вождь похвалил Марка, за что, правда, никаких льгот парень не получил, только завистливые взгляды остальных хиличурлов. Впрочем, его это не сильно волновало, пускай завидуют и не лезут к нему сильно. Единственным, помимо шамана, кто отметил его успехи, оказался тот самый жуткий старик-воин. Он нашёл его поздней ночью, когда все уже готовились спать, похвалил и пообещал скорое повышение, если парень продолжит в том же духе. «Что ж это именно то, что мне надо», — злобно усмехнулся Марк, впервые радуясь, что на нём маска. Этой ночью он не встречался со Стрелком, только оставил на заборе небольшой крестик, сигнализирующий, что всё в порядке. Гренадёры по очереди уходили на склад делать бочки, Марку оставалось прятать их в обусловленных местах. Остаток ночи прошёл тихо, они успели расставить четверть от запланированного количества. Если всё будет так же гладко и впредь, Марк рассчитывал закончить через два-три дня.

***

Следующие два дня выдались скучными и однообразными. Марка постоянно посылали с разными мелкими поручениями. В лагерь он возвращался только ночью или чтобы отчитаться о выполненном задании. С заходом солнца они продолжали расставлять бочки, со Стрелком так и не встретились. Обещанное повышение он до сих пор не получил. Окружающие шамана советники заявили, что он должен состоять в племени больше чем пара дней, или заручиться поддержкой соплеменников. Ни тем ни другим Марк, очевидно, не располагал. Эта ночь должна была стать последней. Оставалось сделать меньше десятка бочек, в последний раз проверить всё ли правильно стоит, а следующей ночью подать Стрелку сигнал о начале нападения. Дважды прозвучал обусловленный сигнал — свист птицы. Марк открыл глаза. Сегодня ему позволили спать внутри, и дабы не вызывать подозрений, он согласился. Специально пришёл последним, чтобы занять место поближе ко входу. Аккуратно стряхнул с себя чужие конечности и встал, вываливаясь на голую землю снаружи. Ночь сегодня отвратительная: холодно, небо затянуло тучами, моросил дождь. Один плюс — достаточно темно, чтобы безопасно передвигаться по лагерю. На складе уже стояло три бочки, чуть поодаль раздавалось шипение слаймов. Из глубокой ямы, спрятанной за горой ящиков, вылез гренадёр. — Сколько ещё? — прошептал Марк, проверяя бочки. — Две, заканчиваю, — пробормотал тот. Он собирался ещё что-то добавить, но со стороны забора донеслись шорохи и хиличурл не раздумывая спрыгнул назад в яму, прикрываясь сверху изготовленной ранее крышкой, сделанной из дна бочки и присыпанной сверху землёй вперемешку с сухими ветками. Марк отступил глубже в тень за ящики. Сквозь сухие кусты кряхтя и сопя прорывался старый хиличурл. Он настороженно осмотрелся по сторонам, сжимая в руке заряженный арбалет. Марк затаив дыхание стал отползать назад в высокие заросли травы. Хиличурл прошёл мимо его укрытия, осмотрел раскиданные по земле ветки и кривые ряды ящиков. Наконец он неразборчиво пробормотал пару проклятий и неспешно побрёл назад. Когда за хиличурлом снова сомкнулись ветки кустов, Марк облегчённо вздохнул и вылез из укрытия. Ему нужно было поскорей закончить с работой и вернуться в хижину, пока никто не заметил его отсутствия. Один неаккуратный шаг — под ногами раздался тихий хруст. Парень остановился и медленно посмотрел вниз на сломанную пополам веточку. В тоже мгновение в землю рядом с ним вонзилась горящая стрела, освещая небольшой клочок земли вокруг. Марк оцепенел, неотрывно глядя, как дрожит слабое пламя, медленно пожирая тонкое древко. — Ты?! — прохрипел хиличурл, стремительно приближаясь, крепко схватил Марка за шерсть на затылке. Взгляд скользнул к прикрытым сухими листьями взрывным бочкам. Парень только слабо дёрнулся в стальной хватке. Он лихорадочно соображала, что предпринять в его ситуации. План Стрелка предполагал хладнокровное убийство любых свидетелей их плана. Марк ещё раз осмотрел хиличурла перед собой. «У меня нет шансов, » — печально подытожил он, когда противник поднял его над землёй одной рукой и хорошенько встряхнул. — Зачем это? — сторожевой указал на плохо спрятанные бочки за его спиной. — Э-это для племени, чтобы защищаться от других! — Что же ты прячешься, если это для такой благой цели? — Пока Марк подбирал слова, тот продолжил. — Не надо мне зубы заговаривать, я знаю, что ты что-то замышляешь. И скоро узнаю, что именно. Марк не дожидался дальнейших его действий, пнул ногой и попытался вырваться. К его удивлению, хиличурл даже не скривился от удара. — Слабо, — он замахнулся и ударил парня в живот свободной рукой, тот аж согнулся от прошившей тело боли. — Посажу тебя на цепь и будешь лаять, как собачонка посреди лагеря! — прошипел хиличурл и потащил Марка прочь. Что происходило потом, он помнил плохо. Его кинули в клетку, били, насмехались. Парень старался терпеть, не хотелось чтобы из-за его оплошности сорвалась вся операция. Последнее, что он помнил — его бросили в деревянную клетку, где-то рядом с вышкой и наконец оставили в покое. Утром, стоило только открыть глаза, всё повторилось снова: его пинали, обзывали, всячески унижали. Изменилась только одна деталь — теперь желающих поиздеваться стало больше. В перерывах между побоями он заметил одного из гренадёров, тот одиноко стоял в тени дерева и смотрел прямо на парня. Когда их взгляды пересеклись, хиличурл слабо кивнул и отвернулся, как будто разглядывание неспелых закатников более интересное занятие. После обеда должен был состояться суд. Марку никогда прежде не предоставлялась возможность побывать на таком мероприятии, получать новый опыт на собственной шкуре оказалось страшновато, хоть он и понимал, что даже в худшем из вариантов ему помогут. То, что происходило на площади судом в привычном понимании было назвать сложно, скорее аукцион, где участники вместо больших сумм предлагали разной степени тяжести наказания. Когда все вдоволь накричались, из своей резиденции неспешно вышел вождь и гордо прошествовал к центру площадки. Он залез на ящик, громко призывая всех собравшихся к молчанию. По приказу двое воинов вытащили парня из клетки и бросили в центр, толпа вокруг снова закричала: «Предатель! Лжец!» — Ты, — указал шамачурл на Марка, когда снова наступила тишина, — обманул племя! Говори, зачем? — он пристально взглянул на парня в ожидании ответа. — Я не предатель! — не оставил попытки оправдаться тот. — Я хотел сделать подарок племени. Меня просто неправильно поняли! — Не лги! — Старый хиличурл гневно треснул дубинкой по хлипким дверцам клетки. Толпа довольно заулюлюкала. Снова раздались крики: «Бить его!» и «Предатель!» — Я не лгу! — Максимально убедительно возмутился парень. — Это вы клевещете на меня, вам всем не нравиться, что я лучше, вот вы и пытаетесь опорочить мое доброе имя! — Ты! — воин аж задохнуться от возмущения. Он одним махом сорвал с деревянных дверей верёвку и вытолкнул Марка наружу. Затем он, под довольные выкрики хиличурлов, откинул в сторону свою дубинку и гневно прорычал: — Дерись, если не хочешь сдохнуть. После этих слов старик кинулся вперёд, нанося сокрушительный удар. Марк едва успел увернуться, кулак лишь слегка задел шерсть. Противник тут же развернулся, нанося ещё пару ударов, их парень успешно блокировал и попытался контратаковать. Его рука скользнула в сантиметре от лица оппонента, его самого хиличурл схватил за плечи и с силой толкнул вперед, дополнительно пнув ногой. Марк свалился на землю, прокатился вперед и, резко поздоровавшись, сильно зарядил противнику в лицо. Удар, наверное, оказался достаточно хорошим, потому что из-под маски донеслись болезненные стоны вкупе с проклятьями. К несчастью, его удачная атака больше раззадорила оппонента, потому что после Марка ждала череда болезненных ударов, пришедшихся на живот и ноги. Они продолжили кататься в земле под радостные возгласы толпы ещё какое-то время. Хотя катался скорее Марк, старик без конца наносил сильные, хорошо поставленные удары, не оставляя времени на передышку, и только изредка получал в ответ слабеющие с каждым разом атаки. Наконец Марк совсем выдохся, он упал на землю и, как мешок картошки, пролетев пару метров, остановился у ног радостно визжащих хиличурлов. Его противник победно прорычал и поднял поверженного парня за шкирку на всеобщее обозрение. В это время на своём месте ожил шаман, он проворно соскочил со своей импровизированной сцены и приблизился к Марку. — Я решил, — торжественно объявил он, пиная обессилившего парня, — останешься тут, будешь развлекать. С этими словами он небрежно махнул рукой воинам, а сам поспешил скрыться в своей резиденции.

***

Очнулся Марк вечером, перед дверцами клетки стояло две миски одна с грязной дождевой водой, другая доверху наполнена гнилыми яблоками и закатниками. Парень взял один из них и швырнул в проходящего мимо воина, тот оскалился в ответ и треснул дубинкой по решётке. Больше он не стал их злить. Вокруг ещё было недостаточно темно, в лагере до сих пор кипела жизнь. Хиличурлы массово возвращались из своих дневных вылазок, самые ленивые уже прятались в домах, занимая удачные места. Сторожевые готовились к пересменке. Под вышкой Марк заметил гренадёра, хиличурл настороженно осматривался по сторонам. Второй валялся в кустах под яблоней. Последнего члена группы где-то не было. Марк повнимательней присмотрелся к территории за лагерем. С небольшим усилием он смог разглядеть слабый блеск на верхушке одного из деревьев. Среди веток едва можно было разглядеть светлый силуэт хиличурла. Стрелок подавал сигнал, значит всё хорошо и гренадёры смогли самостоятельно отдать команду, так что на лагерь нападут сегодня ночью. Марк ещё раз оглянулся вокруг и убедившись, что никто не смотрит, достал острый камень. Помнится, им они с Эве перерезали верёвки в пещере магов Бездны. Теперь ему представился ещё один случай спасти парня. Он долго провозился, так как приходилось останавливаться, стоило кому-то приблизиться к клетке. Закончил он, когда на улице уже совсем стемнело. Сторожевые по периметру лагеря сменились, а остальные хиличурлы легли спать. Мимо прошёл хорошо знакомый старик. Он враждебно рыкнул в его сторону и направился в сторону вышки. Марк проигнорировал грозный взгляд и поднял глаза к небу. Сквозь решётчатую крышу ярко светила большая круглая луна. До начала атаки оставалась пара часов.

***

Марк оторвался от чтения книги из архива. Тихий свист из кустов и три Крио стрелы, выпущенные с верхушки скалы, оповещали о начале операции. С этого момента у тех, кто находился внутри, оставалось пять минут, чтобы покинуть лагерь или спрятаться в зоне куда не достанут взрывы. Парень аккуратно приоткрыл дверцу клетки и выскользнул наружу, тут же ныряя в высокие заросли. Он отошёл к самой дальней, пустынной части лагеря, где было решено не устанавливать бочки. Там уже ждала вся команда. Они радостно приветствовал своего лидера, когда сбоку раздался шум и топот нескольких пар ног. Из кустов к ним вышел хорошо знакомый старик и двое хиличурлов с дубинками. Они ехидно хихикали и переглядывались, стоя по обе стороны от своего лидера. — Так-так-так, — хиличурл неприятно рассмеялся, наставляя на четверых заряженный арбалет, — воссоединение смутьянов. Я так и знал, что вам доверять нельзя. Сдавайтесь, и я обещаю быть снисходительным, — самодовольно усмехнулся. «Три, два, один!» — мысленно отсчитал Марк, за мгновение превращаясь в митачурла. Он перевоплотился и замер пафосно глядя на старика. Тот слегка удивлённо покачал головой, но тут же снова оскалился, покрепче сжимая в руках арбалет. «Почему ничего не происходит?» — Марк взволнованно взглянул поверх голов противников. В лагере всё было спокойно: по стенам туда-сюда сновали сторожевые, никто не замечал их небольшой заварушки. Он обменялся напряжёнными взглядами с гренадёрами и призвал каменный щит. «Похоже, придётся отдуваться самому, как всегда.» — Как думаешь, на сколько тебя хватит? — с этими словами старик перед ним швырнул арбалет прочь и выхватил из рук одного из подчинённых каменную дубинку. Первый удар он нанёс по ногам, острые шипы больно впились в кожу, оставляя несколько глубоких порезов. — Хах, похоже ты у нас совсем неумелый! — раздался его голос за спиной. Этот удар Марк успел отбить: в последний момент обернулся и дубинка ударилась о щит, во все стороны посыпались крохотные осколки. Краем глаза парень успел заметить, как оставшиеся два стражника кинулись к безоружным гренадёрам. Он резким махом сбросил хиличурла, вцепившегося в его щит, и тот отскочил назад. Впрочем, тот тут же снова бросился на Марка, в этот раз уклоняясь от атаки парня. Ещё один удар пришелся Марку в правое плечо. Столкновение было настолько сильным, что один из шипов с тихим хрустом оторвался и остался в ране. Парень сжал челюсти, стараясь всеми силами приглушить болезненный рык. Сзади тоже доносились звуки борьбы. Самый опытный из гренадёров отобрал у стражников арбалет и теперь держал одного из противников на прицеле. Двое остальных повалили вооружённого дубинкой на землю, катаясь в пыли одним запутанным клубком. Сторожевые на вышках, кажется, наконец заметили что-то неладное, потому что вдалеке раздались их громкие крики. В лагере подняли тревогу. «Всё пропало!» — причитал Марк, отбивая очередной точный удар. Он наконец попал по прыткому хиличурлу, и тот улетел, ударяясь спиной о забор. В это же время за спиной раздались долгожданные взрывы, за ними последовали визги и вой перепуганных и раненных хиличурлов. Пламя быстро распространилось, мгновенно охватывая сухие хижины и территорию вокруг. Весь лагерь, как спичка, вспыхнул в одно мгновение. Старик-воин поднялся с земли и в недоумении уставился на пылающие здания, мельтешащих в огне соплеменников и нападавших, стремительно заполнивших лагерь. Последних оказалось гораздо больше, чем изначально планировалось, похоже, одно из пострадавших от тирании племён решило помочь в завоевании. — Ах вы! — проревел хиличурл и поудобней перехватил поврежденную дубинку. — Ну ничего, так только интересней. — С этими словами он снова кинулся на Марка, в этот раз эму удалось провернуть свой трюк — он разогнался, взобрался по щиту и как следует шарахнул парня по голове, прежде чем тот снова откинул его в сторону. Марк встряхнул головой, возвращая чёткость зрению, по щеке неприятно потекла струйка крови. Неугомонный хиличурл снова оказался рядом, парень замахнулся щитом и запустил его в полёт. Видимо, усталость сказывалась и на его оппоненте тоже. Старик откатился и угодил прямиком в горящий сноп сена. Раздался его болезненный вой, затем рык и громкий призыв соплеменников взять оружие в руки и стоять до последнего. Никто не отреагировал, всем уже давно было плевать на лагерь и его защиту, сейчас они пытались спасти только себя самих. Кто-то пытался бежать из пылающего лагеря, выскакивая за ограду, где его и ловили, другие сразу сдавались. Старик отчаянно зарычал, глядя на то, как его соплеменники паникуют и кинулся на Марка. — Это всё ты! Посмотри, что ты наделал! Парень снова замахнулся щитом, хиличурл только усмехнулся, в последний момент сменив маршрут. Он прокатился по земле и во второй раз прошёлся дубинкой по ногам парня. Марк едва удержал равновесие, опираясь на свой громоздкий щит, а воин уже целился ему в спину. Он не успел прикрыться. Боль прошила всё тело, по спине потекли ручейки крови. Перед глазами потемнело и парень, потеряв опору, с глухим стуком свалился на землю. На руке опасно запищал браслет. Красная полоска опасно мигала на грани видимости. «А, я и забыл…» — вяло подумал Марк и попытался подняться, перед глазами всё смешалось в одно ярко красное месиво. Его противник издал торжественный возглас и запрыгнул парню на спину, надавил на открытую рану. Парень издал болезненный стон. — Что, уже не такой смелый? — выплюнул нападающий. Старик хорошенько замахнулся для следующего удара и Марк опустил голову в грязь, готовый принять свою участь. Раздался хруст, и вес пропал с его спины. Хиличурл приземлился за пару метров от парня, он попытался вскочить на ноги, но его тут же сбил с ног второй удар. Старик пронесся сквозь высокую завесу огня и угодил прямиком в охваченное огнём главное здание. Следом за ним обвалилась сгоревшая крыша. Марк всё ещё лежал лицом вниз и ничего не видел, тем не менее он почувствовал странную прохладу. «Кажется, вокруг должно быть ужасно жарко… — Отстранённо размышлял парень. — Я умираю?» Что-то холодное продолжало капать на спину и быстро стекать вниз. Невыносимая боль отступила, а через мгновение и вовсе исчезла. Он смог ощутить, как быстро стали затягиваться недавние раны. — Подъём! Нам надо срочно уходить, скоро рыцари будут тут. — Над ухом, как гром, прозвучал противный, но до боли знакомый голос, и парень резко подорвался. Прямо перед ним стоял Гидро шамачурл. — Поторопись, соня. — Бросила девушка и вскочила к нему на плечо, как только он встал. — Вези меня домой! Назад возвращались этой же ночью. По пути они встретили отряд рыцарей под командованием капитана Кэйи. На плечах у синеволосого рыцаря сидела маленькая девочка — Элла Маск. Она с серьёзным видом рассказывала что-то о хиличурлах и о том, как они иногда воюют друг с другом. Кэйа иногда прерывал её монолог нелепыми вопросами. Марк с отрядом разминулись с рыцарями. И направились в свой старый лагерь, чтобы утром выдвинуться оттуда назад в Мясное племя.