Одни дома

Поход за какао оправдал все ожидания. По крайней мере, Руслан сказал себе, что было бы странно ожидать чего-то другого. Сначала Элька не хотела отдавать ключи Илье и выбросила их из окна лоджии — пришлось спускаться и подбирать, а потом возвращаться и запирать дверь. Потом Данила увидел озеро (на самом деле просто огромную непросыхающую лужу возле долгостроя) и загорелся идеей набрать глины — пришлось делать крюк. Таким образом они потеряли один из пакетов, но обрели несколько литров вонючей чавкающей жижи. Потом Данила отказался оставлять глину в камере хранения, со скандалом рвался в магазин, утверждая, что никто всё равно не подумает, будто глина ворованная, и наконец остался ждать снаружи, бережно прижимая к груди подтекающий пакет. Когда Руслан, Элька, Илья и мрачная Славка вышли с покупками, Данила уже самозабвенно гладил какую-то дворнягу. — Она не лишайная? — деловито спросил Илья и тоже подошёл к собаке. Та дружелюбно вильнула хвостом и высунула язык. — Пустите меня, я тоже буду гладить! — завопила Элька и выдернула свою руку из Руслановой. Руслан растерянно глянул на Славку, не вполне понимая, что теперь делать. Здравый смысл утверждал, что нужно немедленно увести детей и заставить их тщательно вымыть руки. Славка пялилась в телефон. Собака улыбалась. — Пап, а давай её покормим, — сказала Элька. — Ой. То есть Руслан. Руслан неуверенно глянул на пакет с покупками, потом нашарил в кармане сдачу. — Слышь… — Он пихнул Славку плечом. — Сходи купи какую-нибудь сосиску. Ну, или с мелкими постой. Славка закатила глаза. — Она Феде пишет, — сообщил Илья, оторвавшись от собаки, чтобы заглянуть в Славкин телефон. — Заглохни! — возмутилась Славка и прижала телефон к животу, заслоняя экран. Руслан протянул ей деньги. — Не надо её кормить, она и так толстая, — фыркнула Славка. — Не толстая, а беременная, — возразил Руслан. — Как Иисус, — благоговейно сказала Элька. — Собачка, хочешь к нам домой? — Эль, так нечестно, — сказал Руслан. — Мы же не можем её взять, ну… — Ну почему-у? — заныла Элька, и Илья с Данилой её впервые за день поддержали: — Почему-у? Руслан покачал головой. Ему почему-то казалось, что это та же дворняга, которая бродила по двору прошлой ночью, пока он по кусочкам выдирал из себя рассказ про Матроскина. Грустная, одинокая, бездомная. Ещё и беременная. Как её бросить? А как не бросить? — У меня тут вообще нет права голоса, — сказал Руслан и тут же в этом усомнился. Может, если попросить отца, он позволит? И получит сильнейший рычаг управления. — А давайте проголосуем! — оживился Данила. — Я за собаку, Илья с Элькой тоже, Слава… Он споткнулся о полный презрения взгляд Славки, поперхнулся и упрямо договорил: — Всё равно нас трое против двоих! — Это так не работает, — вздохнул Руслан. — Щас куплю ей пожрать, ждите. Он сунул Славке пакет, почти бегом вернулся в магазин, купил влажного корма и вернулся, уже готовясь увидеть побоище. Славка всё так же водила большим пальцем по экрану, повесив пакет на локоть и не обращая внимания на происходящее. Остальные трое гладили собаку. — Слав, а скинь Феде фотографию, — попросила Элька, старательно состроив вежливое лицо. — Пусть тоже посмотрит на нашу собаку. — Она не наша, — буркнула Славка, но всё же навела на собаку камеру.