Твой друг Какаши

      Ещё тогда, когда ты отлежалась, он помог тебе встать на ноги, и вы ещё некоторое время молчали, лишь постепенно приходя в себя. Всё это случилось так неожиданно и спонтанно, что ты даже как-то и позабыла о том, что у тебя были к нему какие-то вопросы. В конце концов, вы решили, что теперь всё-таки будет лучше, если вы немножко повремените с заданием, например, "до завтра".       Но с тех пор время не остановилось на месте. Прошла целая неделя, а то и больше. Вы стали чаще и теснее общаться, хоть и решили разделиться для слежки (во многом, благодаря специфике вашего задания). После того случая Какаши будто бы изменил свой подход к тебе с простого любопытства на нечто более уважительное, что не могло тебя не радовать. Он стал опаздывать на гораздо более меньшие промежутки времени, да и больше не пытался испытать тебя или подзадорить тебя на очередное сражение.       Можно сказать, что после того случая он принял тебя.       Но ты же, со своей стороны, заметила, как в тебе пробуждается какой-то нездоровый интерес к этому шиноби, которому Госпожа Цунаде дала тебя в напарники: помимо основной миссии, ты перерыла кучу информации, где Хатаке Какаши мог упоминаться хоть как-то. И ты узнала для себя много чего интересного.       В первую очередь, он был наставником седьмой команды, в которой находился Наруто Узумаки — мальчик, внутри которого четвёртым хокаге был запечатан тот самый демон-лис...       Во вторую — Какаши действительно не был Учихой, хотя и, при встрече имени Хатаке Какаши, шаринган упоминался почти всегда.       В-третьих-       — Йо!       Внезапно донёсшийся из твоей гарнитуры, закреплённой тонким ремешком у тебя на шее, голос напарника вырвал тебя из собственных размышлений.       — Как обстоят дела?       Ты, притаившаяся на крыше, ещё раз внимательно осмотрела свою цель — молодую женщину Томоко Маруяма, — силуэт которой был виден сквозь приоткрытое окно. Потянувшись рукой к кнопке включения связи, ты доложила:       — Цель дома.       — Хорошо, — сказал Какаши. — Аналогичная ситуация. Конец связи.       Спустя ещё некоторое время, примерно минут двадцать, ты почувствовала, что начинаешь безумно скучать на своём "посту"...       Ждать всё это время, пока ничего не происходило, было слишком скучно. Тем более, когда всё время до этого ты просто сидела на крыше здания.       И ты решила начать докучать своему напарнику — Какаши Хатаке.       Невольно улыбнувшись, ты чуть смущённо потянулась ко кнопке включения микрофона...       Чуть застеснявшись по-началу, ты всё-таки нажала на кнопку...       — А ты знал, что для групповых видов спорта достаточно иметь одного шиноби-спортсмена в команде, знающего технику теневых клонов?       Какое-то время на том конце провода висела глубочайшая тишина. Твои губы изогнулись в неловкой улыбке, сдержать которую ты была просто не в силах.       Тебе уже начинало казаться, что он не услышал тебя; или решил сделать вид, что не услышал, но в итоге ты всё-таки услышала его растерянный голос в своём наушнике: — Я... Нет. Я не знал.       Ты уже отчётливо представляла себе эту картину: как он, сидя где-нибудь в тени, пытается переварить твою внезапную реплику.       Чуть подумав, ты вновь потянулась к гарнитуре...       — Я думаю, что если такая команда будет состязаться с кем-то в синхронном плавании, то её шансы на победу будут чрезвычайно высоки. Да?       И вновь тишина. Продолжая высматривать свою цель в окне, ты крайне нетерпеливо ожидала ответа Хатаке.       И перед тем, как он ответил тебе, ты могла поклясться, что слышала тихий смешок.       — ...Думаю, что ты права. Да... Боюсь спросить, откуда у тебя такие странные фантазии?..       — "Странные фантазии"? — С чуть наигранной обидой переспросила ты, расплываясь в улыбке. — Я не верю собственным ушам, Какаши. А я-то думала, это у тех, кто читает "Приди, приди рай!" странные фантазии...       Он вновь промолчал. Но в этот раз, тишина была другой.       — Н-ну...       Он засмущался.       Сдерживая смех, насколько это возможно, ты на всякий случай отодвинулась с поля зрения мишени и, скатившись спиной по стене, опустилась на корточки, руками прикрывая свой рот, из которого вот-вот готов был вырваться какой-то неприлично громкий звук. Всё это время он продолжал:       — Знаешь... Я б-бы... не сказал, что это... б-блин...       Ты лишь сильнее сжалась. Твоё лицо начинало краснеть.       — ...чёрт...       — Какаши, — с трудом перебила его ты, стараясь быть как можно сдержаннее, даже если в твоём голосе было слышно натяжение. — Пожалуйста-       — ...Погоди.       Вдруг, его тон сменился с неуверенного на резкий и серьёзный. Ты тут же заволновалась.       — Какаши?..       Ответа не было. Скорее всего, что-то случилось. Ты быстро вытерла своё лицо ладонями, после чего быстренько подползла к краю крыши, чтобы посмотреть на свою цель Томоко. Она была на месте, да и, судя по балансу чакры, ничего необычного не происходило. Тогда, ты огляделась по сторонам с огромнейшей долей внимательности: тоже ничего.       Но тревога не давала тебе покоя, пока ты не услышишь ответа от своего напарника.       Чувствуя, как разгоняется твоё сердце, ты вновь, включила рацию:       — Какаши!..       Но он молчал.       Что-то точно случилось.       Ты себе этого не простишь.       Чертыхнувшись, ты уже собралась было отправиться к нему, как вдруг...       — О? Чёрт. Прости меня, прости!.. Тут просто такой момент... боюсь, я немного увлёкся.       Ты остановилась. Стоя посреди крыши, твой взгляд медленно начинал трансформироваться из взволнованного в раздражённо-нервный.       — Ты что... читаешь? — последнее слово ты произнесла чуть более выделенно интонационно.       — А? Ну, ох. Видишь ли-       — Я тебя прибью.       Какаши замолчал. Ты едва ли могла себе представить, о чём он думал в данный момент. Едва ли могла понять, что тебе делать со своим негодованием дальше.       Но ты не могла не злиться на него. Просто... не могла. По своим собственным причинам, корни которых лежали в твоём прошлом, теперь казавшимся тебе таким близким.       — Всё в порядке? — послышался его голос из твоего приёмника.       Выдохнув, ты осела на снег, продолжая смотреть за Томоко. Она что-то увлечённо готовила, то и дело бегая от одного края своей кухни к другому, чтобы взять какие-то ингредиенты для своего блюда. Ты наблюдала за Маруямой уже чуть больше недели, и всё это время тебя не переставала посещать мысль о том, что это так похоже на ту жизнь, которой бы тебе хотелось. Это всё навевало тебе мысли о доме — настоящем доме, а не той одинокой квартирке, что у тебя была.       Совмещать жизнь шиноби и подобное... было бы и вправду слишком идеально.       И, возвращаясь к вопросу о Какаши... он стал тебе что-то вроде неплохого знакомого, с которым тебе и правда было интересно, несмотря на его, казалось бы, недостатки — даже в них ты видела нечто, от чего заряжалась живыми эмоциями.       Он был, пожалуй, самым странным, но и самым необычным твоим знакомством за последнее время.       Слыша, как он вновь спокойно окликает тебя по имени, ты протянула руку к гарнитуре, чтобы наконец ответить ему.       — Да, всё хорошо. Просто...       Чуть замявшись, чтобы подобрать нужные слова, ты, глазами продолжая наблюдать за Томоко, губами тихо проговорила:       — ...не вынуждай меня беспокоиться за тебя, ладно?       На той стороне связи, Какаши, сидя со своей излюбленной книжкой в руке где-то в заснеженных ветвях раскидистого древа, совсем неподалёку от квартирки Ичиро, оторвал вдруг свой взгляд от белых страниц. Чуть подумав, Хатаке посмотрел в окно, где виднелся, с виду, обычный до неприличия жизненный процесс Кумагаи. Чуть подумав, Какаши захлопнул свою книгу.       — Не буду, — послышалось его обещание из твоего динамика, от чего тебе стало значительно легче.       — Хорошо...       Загребая пальцами снег, ты зачем-то слепила из него небольшой шарик — снежок, по факту.       — Так ты, выходит, читаешь во время миссии? Что бы сказала на это Госпожа Цунаде?       — Госпожа Хокаге не узнает, — заверил Какаши.       — Но она бы очень расстроилась, если бы узнала...       — Тем не менее, сегодня она сможет спать спокойно. Если ты, конечно, не захочешь рассказать ей об этом сама...       — Я? Ну уж нет, спасибо.       — Боишься, что она скажет тебе после того, как ты выдала ей суть ваших тайных переговоров обо мне? Понимаю. Я бы и сам боялся.       На твоём лице вновь появилась легчайшая улыбка.       — Думаю, у тебя уже достаточно причин её опасаться и без моих собственных.       — Что-то вроде того...       Отпустив комок снега обратно на поверхность крыши, ты аккуратно перебралась в более удобную для слежки позицию.       — Ладно... До связи, Какаши.       — До связи.       Теперь, почувствовав себя поспокойнее, ты решила сосредоточиться на своей первостепенной задаче: слежке. Мысли о содержимом тех двух конвертов всплыли у тебя в памяти сами по себе...       Томоко Маруяма значилась в рядах специальных шиноби отряда пыток и допросов Ибики Морино, как та, кто занималась переработкой полученной информации. Она была молодой девушкой двадцати одного года от роду с тёмными, как зимняя ночь, волосами и белоснежной, как снег, кожей; тёмные глаза, ростом чуть ниже тебя... С виду она была тиха и рассудительна, весьма гармонична в своём образе. Благодаря своим навыкам, её ценили и на должности, а также за ум и проницательность. Она не имела дурных привычек или странных увлечений, однако её свободное время оставалось большой загадкой для составлявшего это досье: с периодичностью в две недели Томоко просила себе пару лишних выходных, и чем она занималась в это время — было абсолютно неясно никому. К тому же, недавно был странный случай, связанный с нею: один из работников поймал её на том, как она якобы "случайно" попыталась утащить с собой важную информацию с недавно состоявшегося допроса некоего иностранца, подозреваемого в связи с подпольным синдикатом. В этом допросе значилось имя и другой вашей цели — Кумагаи.       Ичиро Кумагаи был рослым, крепким шатеном со светлыми глазами и грубыми чертами лица. Ему было тридцать четыре года. Прежде он тоже был странствующим иностранцем, но за свои заслуги перед деревней однажды ему было предложено место в команде и он согласился. Можно сказать, что он был на особом положении — в таком бюро редко встретишь иностранца; тем более, имевшего должность, позволявшую иметь прямой доступ к информации. Кумагаи был из тех, кто мог получать информацию из первых рук посредством методов дознания, иными словами — дознавателем. Его свободное время было прозрачнее, чем у Томоко, да и отгулов он не брал, но иногда он мог также "случайно" перегнуть палку при допросе или пытках, от чего его материал просто оставался серьёзным образом ментально искалеченным, за что его не раз уже наказывали со всей строгостью.       Помимо всех недостатков, оба они всё-таки были на хорошем счету, а потому никто не хотел беспокоить их напрямую без веских на то доказательств.       Эти данные, что предоставила вам двоим Госпожа Цунаде, также указывали на то, что это — их неофициальное досье, а собранная вновь информация. В официальных бумагах у Томоко и Ичиро не было ни слова о "случайностях".       Но действительно ли "случайности" были случайностями на деле?       Мог ли отчёт допроса, который собиралась взять Томоко, быть не первым?       Мог ли Ичиро специально калечить тех, кто имел причастность к синдикату, что бы они никогда и никому уже ничего не выдали?       Могли ли Томоко и Ичиро быть в сговоре?..       Слишком много неясных вопросов.       Поэтому, ты просто продолжала наблюдать за девушкой, которая теперь решила перейти с кухни в свою комнату.       Ближе к вечеру, но ещё до заката, из твоего приёмника послышался голос Какаши:       — Судя по всему, Ичиро куда-то собирается.       Ты посмотрела на Томоко: она всё также сидела на диване в комнате, что-то увлечённо читая.       — У меня без изменений.       — Понял, — ответил он, — конец связи.       Формально, у Маруямы сегодня не должно быть выходного дня. Она попросила Морино дать ей один пораньше, аргументировав это "резкой необходимостью в отдыхе от ужасов застенок моей любимой работы". Зная же о том, что это может сыграть для вашей с Какаши слежки на руку, Ибики согласился — спасибо Цунаде, что она действительно держала всё под своим личным контролем. Весь день ты ожидала чего-то необычного, но вот уже был почти что вечер, а ничего сверхъестественного на твоих глазах так и не произошло.       Однако...       — Ты сейчас у дома Томоко, так?       — Да.       — И ты видишь её своими глазами?       Смутившись, ты ответила:       — Да...       — Что она делает?       Ты посмотрела на свою цель. Она всё ещё читала, сидя на диване.       — Читает...       — Как давно?       — Час.       — Это не Томоко.       По твоей спине пробежал холодок. Ты не могла ему поверить.       — С чего ты решил, что это не она?       — Она сейчас здесь, встретилась с Ичиро.       Ты, продолжая смотреть на черноволосую девушку, сидящую на диване, не в силах оторвать взгляда, со всем своим усилием прислушалась к собственным ощущениям...       По виду, это была точно та же Томоко, что и до этого, но это точно был не теневой клон: ты бы заметила, это точно...       Тогда как она может быть в двух местах одновременно?       Это могла быть какая-то запрещённая техника?..       Более того, если это было так, тогда это означало, что тебя заметили, и из-за тебя накрылась вся слежка.       Неужели, ты упустила её из виду?       Неужели, ты облажалась?..       Тем временем, Какаши с большим интересом следил за Ичиро и Томоко, решившими так внезапно устроить встречу посреди леса за стенами деревни.       Это место, походившее на небольшую опушку, находилось чуть в низине, из-за чего плохо просматривалось со стороны дорог, что было неплохо с точки зрения скрытности. Их встречу, судя по всему, не должен был увидеть кто-то посторонний.       С высоты своего временного укрытия, располагавшимся на ветвях какого-то толстого дерева, Хатаке мог видеть лицо Ичиро и Томоко со спины. Расстояние было слишком большим, чтобы что-то услышать, но достаточно безопасным. Какаши внимательно вглядывался то в одну, то в другую фигуру, но так и не определил в них клона.       Это были живые люди.       Вскоре, стоя друг напротив друга, они начали говорить. Какаши мог заметить, как менялось лицо Ичиро с ходом диалога: с расслабленного на более серьёзное; но отсюда не мог расслышать ни слова, что говорила Томоко.       Тщательно взвесив все "за" и "против", Какаши решил, что стоит всё же пойти на риск.       Томоко могла уже заметить слежку, и именно поэтому она могла улизнуть от твоего внимания ради встречи с Ичиро — чтобы предупредить его.       И вероятность того, что это всё-таки была не Томоко, а какой-то иной человек, никуда не исчезала, как вдруг дошло до Какаши.       Но для того, чтобы узнать, прав он был, или нет, ему было просто необходимо сменить свою позицию: даже если бы он использовал шаринган, Томоко по-прежнему стояла к нему спиной. Она, судя по характеристике от Цунаде, должна была быть мозговым центром в этом дуэте.       Услышать или увидеть, что она говорит Ичиро, сейчас было важнее всего.       К тому же, Хатаке важно знать, произошло ли что-то, пока ты следила за Маруямой.       Аккуратно включив микрофон, он тихо сказал:       — Мне непонятно, о чём они говорят. Попробую подобраться поближе. Отвечу, как только смогу.       — Поняла...       — Конец связи.       Осторожно и невероятно тихо, он начал передвигаться по ветвям деревьев так, чтобы лежащий на них снег не соскользнул бы случайно вниз. Вскоре, он уже занял более удобную для слежки, но и более невыгодную себя позицию: здесь деревья и их ветви располагались менее плотно по отношению друг к другу. Больше прятаться было некуда.       И даже отсюда по-прежнему было не слышно, что говорила девушка; зато теперь Какаши видел её лицо и мог прочитать что-то по губам.       Подняв повязку, он открыл свой шаринган и начал разбирать какие-то её слова. Маруяма выглядела очень взволнованной.       — Ичиро, послушай же, — говорила она, — нам нужно с этим что-то делать. Если они подослали кого-то ко мне, то могут подослать и к тебе, а я-       — ...не боюсь. — Какаши не успел разобрать первую часть фразы, сказанной Кумагаи.       — Ты не понимаешь, Ичи. — Девушка взглянула на своего собеседника более мягко. — Я очень сильно рискую, втягивая в это свою сестру...       Сестру, значит...       — Хотя, судя по всему, следящая не заметила подмены, я волнуюсь. Я сделала, что могла, чтобы избавиться от возможного хвоста, но и этого может быть недостаточно... Нам нужно будет придумать, как мы будем поступать дальше, и до тех пор тебе тоже нужно быть осторожнее.       — Эти все заигрывания с синдикатом...       После последних слов Томоко опустила взгляд вниз, свела руки в замок и отвернулась, оказываясь опять спиной к Какаши. Затем она, судя по всему, продолжила говорить.       Кумагаи, в свою очередь, лишь только слушал.       «Вот же, блин,» — подумал про себя сероволосый джонин, продолжая выглядывать из-за своего укрытия.       Какаши сомневался.       С одной стороны, он мог бы попробовать спуститься вниз незамеченным, чтобы подслушать диалог двух подозреваемых. Это было довольно опасно, потому что они всё же могли бы почувствовать его вблизи или услышать хруст снега под его ногами.       С другой же стороны, он мог бы попробовать переместиться на другое дерево вновь, чтобы лицо Томоко вновь попало в поле его зрения, но тогда ему пришлось бы обогнуть их обоих полукругом в значительной мере. А зимой, когда на деревьях нет листвы, проворачивать подобное было ещё опаснее, чем если бы она была. Они могли заметить его издалека, хотя у него и было бы время среагировать, если это произойдёт...       И Хатаке решился.       Прикинув себе в уме примерный маршрут, двигаясь которым, он мог бы с большей вероятностью остаться незамеченным, джонин вновь начал своё перемещение.       Одно дерево.       Второе.       Третье.       И вдруг, краем глаза он заметил, что Ичиро его заметил.       «Чёрт.» — пронеслось в голове у джонина.       Не став дожидаться действия со стороны Кумагаи, Какаши нырнул за ствол ближайшего дерева. Как только его тело скрылось из виду нападавшего, послышался звук сюрикенов, с силой впившихся в кору этого самого дерева.       Какаши был замечен.       Теперь, когда Какаши был замечен, больше не было смысла скрываться. Он потянулся к своей гарнитуре, чтобы предупредить тебя:       — Меня заметили. Оставайся там, где должна быть, и следи за ней. Не смей даже думать о том, чтобы идти ко мне на помощь! Я сам справлюсь! Конец связи.       После этих слов, не дожидаясь твоего ответа, Какаши сдёрнул с себя гарнитуру, кинул под ноги и растоптал, быстро отпинывая в сторону.       Как раз к этому времени до него успел добраться Кумагаи: большой сюрикен, называемый сюрикеном ветреного демона, уже просвистел по правой стороне от него, чтобы затем, как бумерангом, начать возвращаться обратно, и прямо в стоявшего на ветке Какаши.       Джонин успел отскочить, хоть сюрикен и двигался невероятно быстро, разрезая воздух, будто нож по подтаявшему маслу.       Оказавшись на другом дереве, Хатаке увидел, что к нему движется Кумагаи.       — Какаши? Какаши?!       Из твоего наушника шли только помехи.       «Поверить не могу, что он просто сломал его,» — думала ты, сжимая ладони в кулаки.       Какаши заметили. И никто кроме него самого, не знает, что с ним там сейчас происходит. Часть тебя понимала, что это твоя вина: если Томоко была не Томоко уже час с лишним, тогда, значит, ты упустила её примерно тогда же, когда начала доставать Какаши своей пустой болтовнёй.       — Вот ведь жопа... — тихо сказала ты, рукой прикрывая левую половину своего лица. — Это всё из-за меня...       Несмотря на разъедающее тебя чувство вины и волнение, ты стала думать над тем, как тебе помочь Какаши.       Он сказал тебе не идти к нему — возможно, у него была на то причина. Возможно, у него был план, или он просто не хотел впутывать тебя в заведомо проигранную битву... Ты не знала.       Джонин был силён, чтобы справиться с довольно сильным противником — ты это чувствовала...       Но сама мысль, что твой напарник находится в опасности, усложняла его просьбу в сто крат.       С одной стороны, Цунаде явно дала тебе понять, что он будет главным в вашей связке, а ты — всего лишь его помощник.       С другой стороны, она также просила тебя прикрывать ему спину.       Это был сложный выбор.       Но ты задумалась.       Значит, Ичиро и Томоко были связаны друг с другом...       И если Какаши прав, значит, теперь в доме перед твоими глазами была действительно не Томоко.       Тогда кто это был?       Это было дзюцу, или всё-таки реальный человек?       Должно быть, эта девушка как-то связана с Томоко...       Если ты правда облажалась и позволила Томоко уйти у тебя из-под носа, тогда эта тёмная лошадка могла чего-то стоить.       Возможно, она знала что-то.       А возможно, ты вляпаешься в неприятности, пока Какаши следует своему плану.       Да и Госпожа Цунаде сказала, что ваше с Какаши дело — слежка, и не более...       Что, если, ворвавшись в дом, ты сделаешь только хуже?       Блин.       Что же тебе делать?       Нужно взять себя в руки, нужно быть сильной.       А быть сильной... ну, иногда это означало непоколебимую необходимость идти наперекор самым жёстким препятствиям, которые перед тобой ставят.       Какаши был старше и опытнее тебя, был сильнее... Но это не означало, что он был недосягаем.       Быть может, ты и поступала неправильно в его глазах. Путь будет так.       Но ты уже пообещала Госпоже Цунаде, что не бросишь его одного.       Кинув свой решительный последний взгляд на дом, где сидела "Томоко", ты приготовилась к прыжку, а затем вмиг исчезла, отправляясь искать своего напарника Хатаке Какаши, попавшего в беду.       На крыше здания, окружённый кучей свежих следов, остался одиноко лежать слепленный тобою снежок.