Там, где сокрыта правда

      По мнению Роберта, после пропажи Уилла Джойс немного поехала кукухой. Миссис Байерс боялась, что пропадёт и её старший сын. Раньше бы лучше следила за Джонатаном. Роберт отлично помнил, как мало Джойс уделяла внимания своему старшему ребёнку. Теперь же страх потери оставшегося чада явно стал сильнее голоса разума. То, что сам Роберт был младше на год не останавливало Джойс от того, чтобы, схватив друга сына за воротник кожаной куртки, требовать следить за Джонатаном и не подвергать его опасности. Послушно пообещав уберечь друга, Марш пропустил мимо ушей все остальные слова Джойс, забрав со стола распечатанные листовки.       Поиски Уилла в лесу похоже явно не дали результатов. Ребёнка так и не нашли, пускай и искали всю ночь. Пришедший утром шериф выглядел усталым и измотанным, но спокойно отвечал на нервные возгласы Джойс, невольно удивив Роберта своей выдержкой. Обычно шериф Хоппер не отличался человеколюбием и терпимостью.       В процессе разговора, хотя, скорее это можно было назвать обвинениями, Джойс не удержалась и рассказала про странный звонок, который она получила. Как утверждала сама женщина — ей позвонил Уилл. В этом правда Роберт сомневался. Судя по выражению глаз шерифа, того тоже мучили сомнения. Впрочем, мелькнувшая на лице Джонатана жалость также не ускользнула от пристального взгляда Роберта. Похоже его друг тоже решил, что его мать сдаёт под тяжестью произошедшего.       Когда Джойс начала кричать на шерифа Хоппера, Марш встряхнул в руках листовки и уточнил: — Так сколько копий делаем? — Триста, — воскликнула миссис Байерс, резко повернувшись к нему. — Достаточно ста пятидесяти, — спокойно произнёс шериф. — Марш, что ты то тут забыл? — Помогаю лучшему другу. — Ну раз лучшему другу, — со странными нотками в голосе протянул Хоппер. — Не заставляй свою тётю волноваться. — Ни за что, сэр, — Роберт посмотрел на друга: — Джонатан? — Иди, я скоро буду.       Кивнув, Роберт вышел из дома и подошёл к своей машине. Кинув на заднее сидение листовки, он сел на капот, достав из кармана куртки пачку сигарет. Марш отлично осознавал весь тот вред, что наносит организму табак, но считал, что беречь себя бессмысленно. Нужно было наслаждаться каждым днём и всем, что он даёт, а сдохнуть он мог и от простой сосульки, упавшей на голову.       Закурив, Роберт смотрел, как из дома буквально вылетает шериф. Пробежав мимо, Хоппер замер, затем вернулся и встал рядом, хлопая себя по карманам. Хмыкнув, Марш протянул пачку, из которой шериф вытянул сигарету. Сделав первую затяжку, Хоппер, мрачно посмотрел на невозмутимого Роберта и произнёс: — Ты же в курсе, что я могу завести дело на тебя и того, кто продал тебе сигареты? — Вы не станете этого делать, — улыбнулся Роберт. — Так или иначе. — Хочешь сказать, что не рискну? — прищурился шериф. — Просто не станете, — ответил Роберт. — Сейчас у вас других дел полно.       Хмыкнув, Хоппер промолчал, продолжив курить. Запрокинув голову, любуясь ясным утром, Марш продолжил ждать Джонатана, но когда тот наконец-то вышел из дома, меньше всего его интересовал друг. Подбежав к шерифу, Байерс с уверенностью заявил: — Я могу поехать и проверить у Лонни. — Не понял, — нахмурился Хоппер. — Если Уилл там, то значит он сбежал, — Джонатан сверлил взглядом шерифа. — Увидит копа, подумает, что ему влетит и спрячется, а он это хорошо делает. — Правда? — Хоппер сделал шаг вперёд, смотря Байерсу прямо в глаза: — А копы хорошо ищут. Ясно? Оставайся с матерью. Ты ей нужен.       Развернувшись, шериф подошёл к своей машине и, сев за руль, завёл мотор. Смотря вслед уезжающему Хопперу, Роберт отчётливо понял, что вряд ли Джонатан решит выполнить просьбу их шерифа. Затянувшись, он посмотрел на друга. Байерс крепко сжимал пальцы в кулаки, пытаясь не показать, как сильно его одолевает страх и горечь.       Прищурившись, Марш широко улыбнулся и спросил: — Вешать на главной улице или по всему городу? — Что? — спросил Джонатан. — Брось, — Роберт спрыгнул с капота и ухмыльнулся: — Ты же сразу после школы рванёшь к нему, оставив меня самостоятельно развешивать оставшиеся листовки. — Прости, я… — Забей, я не против помочь.       Подойдя, Марш хлопнул по плечу Байерса и, когда тот запрокинул голову, чтобы посмотреть на друга, выдохнул сигаретный дым прямо в лицо. Закашлявшись, Джонатан отшатнулся, а Роберт рассмеялся и бросил окурок себе под ноги, направившись к своей машине. — Какой же ты ублюдок, — откашлявшись, прохрипел Байерс, на что Марш невозмутимо ответил: — Никогда не отрицал, — улыбнувшись, он сел в машину. — Я развешу половину листовок, кроме тех, которые мы успеем развесить до начала занятий. — Спасибо, буду должен, — слабо улыбнулся Джонатан, подсаживаясь в машину к Маршу. — Будешь, — невозмутимо ответил Роберт.       Марш был уверен в том, что Джонатан не просидит в школе долго и оказался прав. Порой знать людей слишком хорошо было даже скучно. Мило поболтав с Нэнси Уилер, своей безнадёжной влюблённостью, Байерс пробормотал в очередной раз извинения и сорвался к отцу раньше, чем закончились уроки.       Развесив после школы большую часть листовок, Роберт устало сел в машину, прячась от мелкого моросящего дождя. Оставалось ещё порядка тридцати листов, которые нужно было осторожно повесить на столбах соседней улицы. Взяв бумагу в руки, Марш некоторое время вглядывался в черты лица Уилла, который улыбался ему с фотографии.       Пропавшие дети… Где-то Роберт уже видел нечто похожее. Но где? Пытаясь уловить вёрткую мысль, Марш игнорировал всё вокруг и когда ему показалось, что он вот-вот вспомнит, голову пронзило болью. Охнув от неожиданности, Роберт нервно рассмеялся, когда его отпустило. Дежавю, ничего более.

***

      Припарковавшись рядом с полицейской лентой, Марш вышел из машины, чувствуя себя как минимум идиотом. И воодушевлённый вид Джонатана ни капли не помогал ему настроиться на добрый лад. Сложив руки на груди, Роберт внимательно следил за тем, как Байерс достаёт из багажника свой фотоаппарат. — То есть хочешь сказать, что мы пойдём в темноту искать Уилла в одиночестве с твоей камерой в качестве оружия? — Я взял тебе фонарик, — Джонатан бросил Роберту небольшой фонарь на батарейках.       Ловко словив кинутый инструмент, Марш закатил глаза и направился следом за Байерсом в лес. В то время, как Джонатан делал фотографии, явно возомнив себя криминалистом, Роберт светил по сторонам фонариком и негромко напевал под нос неизвестно откуда прицепившийся мотив.       Когда где-то в темноте раздался громкий женский крик, друзья, быстро переглянувшись, бросились на звуки. Крепко прижимая к себе камеру, Джонатан проигрывал Роберту в скорости, именно поэтому Марш первым увидел, что спешили они зря.       Присев на корточки, Роберт тихо рассмеялся, наблюдая за тем, как предпочитают веселиться на вечеринке у Стива Харрингтона. Дернув подбежавшего Джонатана за край куртки, Марш вынудил того тоже присесть на корточки, а сам, не долго думая сел прямо на землю. — Твоя правильная девочка пьёт пиво в доме своего парня, а потом они поднимутся к нему в спальню, — буквально пропел шёпотом Роберт. — Что об этом думаешь? — Просто заткнись, — прошипел Джонатан, не сводя взгляда с Нэнси Уилер. — Это твой шанс сделать отличные фотографии, а не те кривые обрезки из-за угла, — Марш расплылся в широкой улыбке. — Будешь теперь дрочить на качественные фотки. — Не будь ты моим другом, я бы тебе врезал, — Байерс ткнул кулаком в плечо Роберта. — Скорее ты просто боишься, что нас сейчас спалят, вот не рискуешь, — Марш оперся руками о колени, сложив пальцы в замок. — Фотографируй, не тормози.       Подростки у бассейна веселились. Они громко кричали, пили пиво, курили и прыгали в бассейн. Типичная вечеринка у зажиточных деток. Джонатан фотографировал их, полностью сосредоточившись на этом деле, в то время как Роберт жалел о том, что достать сигареты и покурить он не сможет до того, как золотая молодежь не решит вернуться в дом, убравшись подальше от бассейна и шезлонгов.       Наконец, когда, накупавшись, те решили уйти, чтобы переодеться и согреться, Роберт, не скрывая облегчения, вздохнул. В отличии от Джонатана он был рад тому, что их одноклассники убрались в дом. Взъерошив волосы, он хотел было сообщить Байерсу, что им пора убираться, когда из дома к бассейну вышла девушка. Марш не помнил точно её имя, но он не раз видел её в компании Нэнси.       Сев на трамплин, подружка Уилер выглядела поникшей и грустной. Пару раз сфотографировав её Джонатан принялся ковыряться в своей камере, а Роберт, как раз прикурив, поднял голову, смотря на единственный живой объект впереди. Девушка крепко сжимала свою руку и даже на расстоянии в несколько метров Марш отчётливо чувствовал аромат крови. Она была ранена. Не сильно, иначе запах был бы гораздо отчётливей, но достаточно, чтобы кровь капала с её руки.       Помимо воли дернувшись вперёд, Роберт замер. С удивлением он рассматривал возвышающийся прямо за спиной девушки силуэт. Некто был похоже голым и имел странную форму головы. Марш, широко распахнув глаза, увидел то, что не вписывалось в картину его мира. Голова неизвестного вдруг будто трансформировалась, раскрывшись, словно цветок, когда само существо бросилось на подругу Нэнси. Мгновение и тварь уволокла девушку на дно бассейна.       Резко вскочив на ноги, Роберт уставился вперёд. На несколько секунд ему показалось, что мир вокруг изменился до неузнаваемости, став карикатурным, пустынным отображением привычной ему реальности. Вывернулся наизнанку, показав свою тёмную часть, кривое отражение.       И в это отражение неизвестное существо утащило подругу Нэнси. Марш отчётливо видел, как тварь спихнула её на дно пустого бассейна, возвышаясь сверху и довольно урча. Увиденное было чем-то выходящим за рамки понимания и Роберт только и смог, что повернуться к Джонатану, чтобы спросить: — Ты это видел? — Что видел? — шепотом уточнил Байерс. — А куда ушла Барбара?       Вместо ответа Роберт сделал глубокую затяжку. Как сказать другу о произошедшем, чтобы тот не решил сдать его в психушку, Марш не знал. Произошедшее было слишком нереальным, чтобы в это можно было поверить.       Джонатан посмотрел на друга. Байерс впервые видел Марша в подобном состоянии. Тот явно находился в шоке. Не мигая смотря в сторону бассейна, он явно глубоко погрузился в собственные мысли. — Роб? — позвал друга Джонатан. — Что ты увидел? — Без понятия, — покачал головой Роберт. — Я не знаю, что это было.       Марш смотрел на водную гладь бассейна. Ничего необычного или выделяющегося. Вот только в его ушах отчего-то не смолкали крики Барбары, что громко, не скрывая охватившего её ужаса, звала свою лучшую подругу Нэнси. Ту самую Нэнси, которую как раз на втором этаже делал женщиной негласный король школы — Стив Харрингтон.       Сладкие крики, полные страха, отчаянья и боли. Такие громкие, такие… вкусные?