ID работы: 12224116

for(n)ever.

Слэш
R
Завершён
17
автор
Размер:
13 страниц, 3 части
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
17 Нравится 5 Отзывы 5 В сборник Скачать

влюбленные бабочки.

Настройки текста
Примечания:

// Young And Beautiful — Glass Animals

please read only with this song, thx

      — Эй, подожди! Не так быстро, пожалуйста.. Ренджун, не уходи! Не уходи, хорошо? Я чуть тебя не потерял. Его силуэт потихоньку утопал в иссохшем бескрайнем блекло-желтом поле. — Прости, я не могу! Она улетает!       — Кто она, Ренджун? Подожди! Я бежал так быстро, безуспешно пытаясь зацепиться за его руку, поймать его, словно он вот-вот исчезнет, затеряется, растворится в этих бесконечных колосьях. — Она, Джемин, смотри! Через пару метров Ренджун остановился, и мне наконец удалось его догнать. Подойдя со спины, дрожащей рукой я взял его за плечо и тут же заметил, как в его закрытых ладонях, словно в клетке, билось чье-то сердце. — «Неужели еще одну поймал?». Ренджун осторожно, словно оголяя, убирает руку, накрывающую крохотное создание, позволяя ему широко расправить свои крылья и показаться нам во всей красе. — Красивая, правда? — Ренджун, затаив дыхание, завороженно смотрел на очередное детище природы. Ничем непримечательное создание, я бы даже сказал отвратительное. Мне всегда было интересно, почему в его взгляде я не вижу отвращения, не вижу неприятия и омерзения, неужели он видит иначе? Неужели он ослеп? Или же это я слеп? Или вообще весь мир. И только он, только он способен видеть всю красоту. Истинную сущность этого «тошнотворно красивого» мира. — Невероятная. Лучезарную улыбку на его лице тут же сменила какая-то безмолвная печаль. — «Опять это лицо». Что-то не так?.. Ты погрустнел. — Ephemeroptera. — Ренджун слегка подталкивает бабочку вверх, позволяя ей улететь, после чего мы молчаливо проводили насекомое взглядом, пока силуэт его не затерялся в свинцовом небе.       — Кажется, нам пора, Ренджун. Скоро будет дождь.

По дороге до дома, я нерешительно, словно стыдясь себя и своих мыслей, все-таки спросил его о той твари. Однако, в ответ получил лишь молчание, робкую улыбку и потерянный взгляд, в котором читался безответный вопрос «О чем ты, meine liebe?». Наверняка, именно такой. Meine liebe. Я любил, когда он так меня называл. Пускай я не знаю немецкого, пускай, Ренджун и сам уже давно забыл значение этих слов, пускай это всего лишь хаотичный набор букв, мне все равно. Все, что касается тебя — я люблю.

Дома, судорожно перерыв все книги и справочники, мне удалось найти небольшой отрывок из какого-то научного журнала, посвященный этим «красивым» созданиям: «Ephemeroptera (подёнка) — живут от нескольких часов до двух-трех дней. Отведенное время бабочки-подёнки тратят на брачные танцы, спаривание и откладывание яиц. После чего наступает смерть. Грустной и романтичной кажется их история.». «Романтичной.. Автор статьи размышляет о романтике между двумя жалкими созданиями, и правда, невероятно романтично». — Подумал тогда я, не придав этому никакого значения.

Расставив все книги по местам и убрав весь беспорядок, который остался после моих поисков, я вернулся в гостиную, где был Ренджун. Он молча сидел в кресле, перед камином, держа в руках какую-то старую потрепанную книжонку. Захватив по дороге плед и подойдя к нему со спины, я спросил, — Что на этот раз читаешь? Молчание длилось еще какое-то время. Укрыв себя и Ренджуна пледом, я присел на пол возле кресла. Затем приобняв его за одну ногу и положив голову ему на колено, я стал наблюдать за беспорядочным рубиновым пламенем камина.

— 梁山伯與祝英台。 Тихий голос потревожил мой мимолетный сон, и я быстро открыл глаза, пытаясь прийти в сознание. — Мм? Прости, я немного задремал. Я пару раз провел тыльной стороной ладони по слипшимся глазам и повернулся в сторону Ренджуна, все так же сидящего в кресле. — Ты что-то сказал, Ренджун? — Влюбленные бабочки, — Он бесшумно захлопнул книгу и аккуратно отложил ее в сторону, — Китайская легенда.       — Расскажешь мне? — Я вопросительно стал смотреть в его задумчивые темно-карие глаза, похожие на истлевшие угольки камина, что стоял перед нами — такие же черные и горячие. — Конечно. После этих слов я почувствовал прикосновение. Нежное и тепло, исцеляющие, заставляющее меня вновь положить голову на его колено и продолжить наблюдать за хаотичным пламенем, забыв все тревожные мысли, пока тонкие пальцы Ренджуна трепетно перебирали мои запутанные волосы. — Где-то в глухой деревушке жила юная девушка по имени Чжу Интай. Уму ее и красоте могли только позавидовать. Но девушка же жила одной лишь мечтой - напрасно не растрачивать свои знания. Чжу мечтала учиться в школе, чего женщины, в то время, не могли себе позволить. Однако, непреклонное упорство девушки помогло ей убедить своего отца отправить её учиться. С одним условием - Интай должна будет переодеться в юношу. Девушка без раздумий согласилась.       Время шло, Чжу училась, пока в один день не повстречала юного парнишку - Лян Шаньбо. Слово за слово, и вот уже каждый из них словно сердцем почувствовал особое духовное родство. Так они и проучились три следующих года. Чжу скрывалась и с каждым днем все больше и больше влюблялась в Шаньбо. А юноша, хоть и был умен, но разгадать секрет Интай все никак не мог, а любовь свою тоже утаивал. Вторая рука Ренджуна тоже зарылась в мои волосы. Наверное, он что-то заплетал. Я лишь крепче приобнял его за ногу и молча продолжил слушать. — Время шло. И вот Чжу получает письмо от отца, в котором он просит её вернуться домой как можно скорее. Интай спешно собирается и этим же вечером уезжает. Хоть в сердце она уже давно призналась Шаньбо и поклялась в вечной верности, скрывать свои чувства она больше не могла. Поэтому перед отъездом девушка, не выдержав, признается во всем жене владельца школы и просит ее передать юноше нефритовую подвеску, а затем уезжает.       Шаньбо следует за "братом", а Интай по дороге дает ему подсказки, призванные натолкнуть его на мысль о том, что она женщина. Например сравнивая их с бабочками, символизирующими вечную любовь. Однако юноша не понимает намеков.       Несколько месяцев спустя Лян приезжает в гости к Интай, под предлогом знакомства с "его" сестрой. Однако встречает его все та же Интай, и Шаньбо, наконец, понимает, что Интай - женщина. Они признаются друг другу в любви и клянутся в вечной верности. К сожаление, их недолгое счастье нарушают родители девушки. Отец признается влюбленным, что они уже присмотрели Чжу жениха, и скоро состоится их свадьба.       Эта новость шокирует Шаньбо. Сердце его разбивается. Он заболевает. Болезнь протекает тяжело, и незадолго до свадьбы Интай юноша умирает.       — Умирает.. Ренджун, что ты такое читаешь? Неужели нет ничего повеселей? — Я тут же разворачиваюсь к нему лицом, перебивая его с непонятной и неожиданной для Ренджуна злостью. — Ты разозлился? Почему? — Он беспокойно убрал руки с моей головы и, сложив их вместе, переложил на свои колени.       — Я.. Ха.. «Совсем уже..». — Тяжело выдыхая, я закрыл глаза на пару секунд. После чего я накрыл его хрупкие расслабленные руки своей. — Извини. Пожалуйста, продолжай. — Ничего, Джемин. Не беспокойся. — Он вытащил свою руку из-под моей и приложил к моей щеке. Снова это обжигающе-теплое прикосновение. Снова этот пугающе-понимающий и пьянящий взгляд карих глаз, в котором я сгораю. Я прикрыл глаза и еще больше вжался в его ладонь, — «Почему я сорвался на него.. Идиот». Ренджун робко улыбнулся и продолжил. — В день свадьбы поднялся сильный ветер. Волшебный вихрь прервал праздник и, подхватив невесту, принес ее на могилу Ляна. Мое лицо непроизвольно скривилось, и я зажмурил глаза еще сильней. Ренджун второй рукой стал осторожно заправлять мои волосы за ухо. — «Я не заслуживаю тебя, Ренджун. Никто не заслуживает». — Он бережно опускает девушку на землю. Интай, горько плача, молит могилу открыться. Внезапно тучи на небе сгущаются, молния слепит глаза, раздаются оглушающие раскаты грома. Мольбы Чжу были услышаны. Ветер срывает надгробную плиту. Девушка без раздумий прыгает в могилу, чтобы воссоединиться с любимым. Следом ветер возвращает плиту на место, навсегда запечатывая возлюбленных.       Прежде чем могила закрылась, оттуда вылетело две бабочки. Они долго кружили в любовном танце, а позже улетели прочь. Ко-нец. — Ренджун легонько провел большим пальцем по моей щеке. — Считается, что эти бабочки - это и есть души возлюбленных, символизирующие вечную любовь, которой даже смерть не помеха. Романтично, правда?       — Опять ты за свое, Ренджун. — Я вновь тяжело вздохнул. После этого молча встал и, добавив лишь «Я слишком устал. Пойду спать», ушел в спальню, оставив его одного. «Спокойной ночи, meine liebe» — произнес Ренджун мне в спину.

На следующее утро я проснулся один. Я лениво поднялся с кровати, завернувшись в одеяло, и следом прошел в гостиную, где уже или все еще был Ренджун. Угли в камине уже остыли. Ренджун неподвижно сидел в том же кресле, а когда я подошел совсем близко, заслонив собой утренние солнечные лучи, его ресницы затрепетали. Секундой позже он открыл глаза и с улыбкой, как ни в чем не бывало, пожелал мне доброго утра, добавив «meine liebe». В эту секунду в моей груди вновь что-то сжалось. — Уже проснулся? — Он потер рукой слипшиеся от сна глаза и поправил свои очки.       — Почему ты остался спать тут? Ты чем-то расстроен, Ренджун? — Бесцеремонно ляпнул я в ответ. — М? Расстроен? Джемин, а разве был повод? Когда в его глазах застыло неподдельное удивление, я подумал, что он просто все забыл. Опять. Опять мне стало стыдно. — Джемин? — Ренджун потянулся к моей руке, переплетая наши пальцы.       — Ха.. Нет. Конечно нет. Просто спрашиваю. — Я улыбнулся ему в ответ и решил просто перевести тему. — Не хочешь сходить к озеру? Погода сегодня хорошая. — К озеру? — Ренджун наклонился, чтобы посмотреть в окно, которое я ему загородил, а затем добавил, — Погода и правда замечательная. С удовольствием прогуляюсь.       — Отлично, тогда собира.. — Я неожиданно начал зевать, — ..аемся? После чего весь наш маленький дом заполнил чарующий смех Ренджуна, а секундой позже тот сам стал зевать, над чем я тоже издевательски посмеялся.

Пока Ренджун собирал вещи, я, между делом, позавтракал вчерашним недоеденным ужином. Немного позже из нашей комнаты донеслось мое имя. Оставив кружку недопитого кофе, я направился в комнату.       — Что такое, Ренджун? Ты звал? — Угу. — Он, сложив руки на тонкой талии, стоял посреди комнаты, растерянно хлопая пушистыми ресницами. — Я хотел взять с собой книгу, чтобы почитать на свежем воздухе. Но все никак найти ее не могу. Не знаешь, где она может быть?       — «Книгу?..». А название-то у нее какое? — Книга китайских легенд. — Ренджун озадаченно почесал макушку. — Вроде..       — Легенд?.. «Неужели.. Неужели он о то книге, что прочел вчера?.. С каждым днем все хуже.». Ха.. — С моих губ срывается неосознанный нервный выдох, за который я тут же мысленно себя отчитал. Ренджун обеспокоенно посмотрел на меня, с мнимым вопросом, застывшим в карих глазах. — Джемин?..       — «Я не должен. Не должен.». Все в порядке. Извини. — Отвечаю я, натягивая дежурную улыбку. — Я видел похожую книгу на столике возле камина, видимо, ты хотел прочитать ее еще вчера. Ты закончил собираться? — Чудесно!! Да, я готов. Тогда захватим книгу и можем идти. — Он подлетает легко, грациозно, словно бабочка, подхватывает меня под руку и тащит за собой, беспричинно улыбаясь, кажется, самой красивой улыбкой, что я когда-либо видел. Да, совершенно точно, самой красивой.

Солнце светило так ярко, словно пыталось одурачить всех вокруг, создавая впечатление лета. Но оно все еще не могло сравниться со светом, что излучал Ренджун. А, может быть, оно с ним соревновалось? Как по мне - бессмысленно. Мы шли неспешно. Ренджун, все так же держа меня под руку, беззаботно напевал какую-то китайскую песню. — Красиво, правда? — Прерывается он на мгновение. Честно говоря, я не понял, о чем конкретно он говорил. Имел ли он в виду свой голос, смысл песни, что он пел или же вообще лес, по которому мы шли. — Да. — Скупо произнес я. И Ренджуна такой ответ вполне устроил, ведь за ним последовала лучезарная улыбка. Не очередная. Нет. Каждая его улыбка - особенная, и для каждой я готов найти тысячу эпитетов. Яркая, сияющая, ослепительная. Ласковая, теплая, искренняя. Задумчивая, безмятежная, мечтательная. Милая, обаятельная.. Любимая.. Да, совершенно точно, любимая. Даже если во всех языках мира закончатся слова, я придумаю новые. Да, совершенно точно, придумаю.

Наконец, мы дошли до безымянного озера. Меня никогда не интересовало его название, но Ренджун просто назвал его нашим. «Наше озеро». Берег его уже давным-давно зарос какими-то сорняками, и нам пришлось блуждать в поисках, пригодного для отдыха, места. Ренджун бежал впереди, придерживая излюбленную им соломенную шляпу. Его блекло-желтая рубашка расходилась на ветру красивыми волнами, а безудержный беспричинный смех отражался от лазурной водной глади, эхом разносясь по всему лесу. — Нашел, Джемин!! Нашел место!!       — Иду. — Ответил я, ускоряя шаг. Я скинул с себя портфель, оглядываясь по сторонам. — Чудесно тут. — Подмечает Ренджун. Честно говоря, я не видел ничего красивого. Заросшее озеро, больше похожее на болото, повсюду комары да мошки. Отвратительно. Но каждый раз я все равно отвечаю одинаково «Да, очень, Ренджун», потому что я знаю, что ты действительно любишь все это. А я просто люблю тебя. Мне казалось, что этого достаточно. Мы застелили траву белым хлопковым покрывалом, и пока я пытался найти свои солнечные очки, Ренджун раскладывал свои вещи, среди которых я не заметил той книги, что он искал этим утром.       — Ты все-таки вспомнил, что уже читал ту книгу и решил не брать? — Ляпнул я. — Книгу? Какую книгу? — Он вопросительно вскидывает брови. — Я вроде взял все, что хотел.       — «...». — Все внутри меня перевернулось, скрутилось, сжалось. Так называемые бабочки, больше не трепетали. Наоборот, постепенно расплавлялись, превращаясь в раскаленный свинец, оседали внутри, отдавая острой мучительной болью. — Я.. Ха.. — Нервный тяжелый прерывистый выдох, — Я, наверное, что-то спутал. Не обращай внимания, Ренджун. — Я нервно прокашлялся, поднося руку к губам, боясь, вдруг из них вот-вот вывалятся обломанные крылья тех самых бабочек. Краем глаза я заметил как Ренджун виновато поджал губы. Совладать с эмоциями становилось все сложней. — Джемин? Все хорошо? — Он обеспокоенно кладет руку на мое запястье, сжимая его.       — «Нет, Ренджун. Я больше не могу..». Д-да. Все хорошо. Схожу к озеру. — Я аккуратно убираю его ладонь в сторону. — Давай сходим вместе?       — Я хочу пойти один. Не уходи никуда. Скоро вернусь. — Хорошо, будь осторожен.

Я смотрел в никуда, стоя на заросшем берегу. Достаточно просто расфокусировать взгляд, и тогда все вокруг превратится в сплошное темно-коричневое пятно, в грязь. Или же.. Оно всегда было таким? Тяжело. Мне больно. Страшно. Мне страшно. Очень страшно. Безумно. Невыносимо. Неужели, я один боюсь.. Неужели, мне одному больно.. Неужели, я один скрываюсь за улыбкой, насквозь пропитанной нестерпимой болью и страхом. Наигранной. Фальшивой. Неужели, ты все это тоже забываешь?.. Просто ничего не помнишь?.. Хотя.. Не помнить лучше, чем жить с постоянным разрывающим изнутри страхом, ведь да?.. Наверное. Я обещал тебе, обещал держать себя в руках, но я.. Я просто не могу, Ренджун. Я не справляюсь. Как бы я хотел тоже все забыть. Просто не помнить, хотел бы просто жить, как раньше. Как бы я хотел все изменить.. Простояв там какое-то время, я молча вернулся. Ренджун сидел на покрывале, заведя руки за спину. Прятал что-то. — Уже вернулся? Я успел соскучиться. — Ласково произнес он, улыбаясь. Я лишь слабо улыбнулся в ответ и сел напротив него. — У меня есть для тебя подарок. Пожалуйста, закрой глаза. Я молча киваю и послушно прикрываю веки. Мгновение спустя я почувствовал осторожное еле-ощутимое прикосновение, Ренджун убрал руки, я открыл глаза. Что-то невесомое покоилось на моей голове. Я стал вопросительно хлопать глазами. — Ну же!! Посмотри на себя, тебе очень идет! — Он тут же достал маленькое зеркальце и, раскрыв его, протянул мне. В отражении я увидел аккуратное сплетение различных пестрых цветов, окольцовывающее мою голову. — О.. Эт-это необычно.. — Я не то чтобы удивился. Эти.. Цветы.. Их резкий сладковатый запах душил меня. Ренджун наверняка знал название каждого, знал о них все, искренне восхищался, но для меня это просто цветы. Сорняки скорее. — Тебе так идет.. Ты очень красивый, Джемин, ты знаешь это? — Он захлопнул зеркальце и убрал в сторону.       — Наверное. — Настроение было никакое. Выдавливать из себя эмоции становилось все сложней. — Спасибо, Ренджун. Спасибо за твой подарок. Мне очень приятно. — Ложь. Ложь. Ложь. Совсем заврался. Я ничего не чувствую, кроме боли, обиды и страха. Каждую секунду. Я просто не мог позволить себе радоваться. Иначе они бы разорвали меня. Точно разорвали, порвали бы на мелкие кусочки. Совсем-совсем заврался. Но это.. Все только ради тебя, Ренджун. Точно-точно ради тебя. Ведь я люблю тебя. Ренджун сел рядом со мной, взял мою руку, переплетая наши пальцы. — Я люблю тебя, Джемин. — Он аккуратно положил голову на мое плечо. — Это ты тоже знаешь?       — Конечно.. — Этот вопрос меня слегка озадачил. — Я.. Я тоже тебя люблю, Ренджун. — Наконец-то не пришлось врать. Узлы внутри немного ослабли. Внутри вновь что-то затрепетало, отдавая приятной болью. Я нервно сглотнул. — Я люблю тебя больше всего на свете, Ренджун. — Сорвалось с моих дрожащих губ. В этот момент хотелось пасть ему в ноги и разрыдаться, как дите малое. Плакать и говорить о том, как сильно я его люблю. Плакать. Плакать. Плакать. — Знаю, Джемин. Правда знаю. И этого я точно никогда не забуду. — Шутя произнес Ренджун. Его слова стали спусковым крючком. Они эхом разносились в моей голове, цеплялись за стенки, скреблись, сводили с ума. — Прости меня. — Шепотом, еле слышно, добавил он. Тут я понял, что я не один. Не один скрываюсь. После его слов, я оторвал крылья всем бабочкам, что Ренджун только-только возродил во мне. В этот момент на меня свалились, всего лишь, беспомощность и предопределенность конца, а мне казалось, что целое небо. И я был раздавлен. Правда. И бабочек всех в своем животе я тоже раздавил, с концами, чтобы не мучались и меня не мучали. Наверняка они даже сейчас надеялись на лучшее, и я вместе с ними тоже надеялся. Верили, что все будет хорошо, и я верил. Вот только все это вранье. Ложь. Притворство. Обман. Выдумка. Меня накрыло. Хотелось рыдать. Орать что есть мочи. Молить о помощи.. или о пощаде.. Да все что угодно лишь бы не чувствовать. Хотелось сбежать. Спрятаться. Скрыться от всего мира.. или, может, создать свой собственный?.. Хотелось всего и ничего одновременно. Но я лишь оглушающе громко молчал.

Мы сидели в тишине еще какое-то время. Ренджун смотрел куда-то вдаль, я же просто не мог пошевелиться. Боялся, что он растворится, словно ведение, утечет у меня из рук, исчезнет, на глазах. Мне было так страшно.. — Джемин, твои руки.. Они такие холодные. — Я вздрогнул. Его слова вернули меня в реальность. Жестокую и неумолимую. Туда, куда я бы не хотел возвращаться. — Ты замерз, Джемин? Хочешь пойдем домой? — Ренджун попытался крепче сжать мои запястья, но я резко их одернул. Испугался. Я испугался, вдруг он поранится. О мои безжизненные ледяные, словно лезвие ножа, руки. — Джемин.. Что такое.. — Кажется, сглатывая тугой ком в горле, продолжил он. — Джемин, все хорошо? Посмотри на меня, пожалуйста. — Ренджун вновь поджал губы и протянул руку к моему лицу. Еле-ощутимо коснулся хрупким исхудалым запястьем моей щеки. Я замер. Оцепенел. Пульс бил в висках. Сердце разрывало грудную клетку. Страх застыл в моих глазах. Я опять не мог пошевелиться. — Джемин. — Он аккуратно провел большим пальцем по моему лицу. — Не бойся, Джемин. Все будет хорошо. Я обещаю. — Он снова и снова водил по моей щеке. И эти его обжигающие прикосновения плавили мою кожу. Точно-точно плавили.       После его слов я отключился.

Когда я открыл глаза, Ренджуна рядом не было. Мною вновь овладела паника, сердце вновь бешено застучало, как вдруг услышал свое имя. — Джемин!! Я тут. — Я резко, до хруста шейных позвонков, повернул голову в сторону озера. Меня отпустило. Он стоял там, на берегу. Стоял и махал мне рукой, слабо улыбаясь. Я тяжело выдохнул. «Сколько я спал..». Уже вечерело. Рыхлые облака потихоньку затягивали небо. Солнце медленно катилось к закату, окрашивая все вокруг в чуждые мне яркие цвета. Но Ренджуну.. Ему они подходят идеально. Словно он сам часть этой яркой красочной палитры. Да, точно. Ее неотъемлемая часть скорее. Поднявшись, я захватил плед и пошел в сторону Ренджуна. Он одиноко стоял сложив руки крест накрест, приобнимая себя за плечи. Подойдя вплотную, я накрыл его одеялом. Он немного поежился от холода. — Спасибо. Еще пару минут мы постояли молча, встречая долгожданный закат. А затем он, все так же смотря солнцу вслед, спросил: — О чем ты думаешь? — И ответ на этот вопрос почему-то сразу всплыл в моей голове, словно был заготовлен. Или же так и есть?..       — Ты бы хотел все вернуть? — Выпалил я. — Что? Что именно, Джемин? — Он вопросительно уставился на меня. Я не смотрел в ответ.       — Повернуть время вспять. Может, вернуться в прошлое и что-нибудь изменить. Хотел бы ты? — Сухо продолжил я, словно робот. — Ха.. — Ренджун тяжело вздохнул. — Нет. Конечно нет, Джемин. Тут я опять испугался. Испугался его слов, словно огня. — Как нет.. Разве ты бы не хотел, может, вернуться и.. — Я не успел договорить. — Нет, Джемин. Меня все устра.. — Он замялся, поджимая губы. Затем вновь тяжело выдохнул. — Я просто.. Просто хочу жить настоящим, понимаешь?.. Делить с тобой сейчас эти мгновения и не думать ни о чем другом, Джемин. Понимаешь?.. — Кажется, он ждал ответа, но я молчал. — Да и вообще, разве ты никогда не слышал об эффекте бабочки. А что если бы все изменения в прошлом привели бы к тому, что нас бы сейчас не было. Просто не было. Были бы просто Хуан Ренджун и На Джемин, не знающие о существовании друг друга. Я просто не могу.. Не хочу такое даже представлять, Джемин. Прости.. Но я бы ни за что не стал ничего менять. — Он отвернулся, смотря в сторону угасающего заката. — Я просто хочу жить сейчас. Жить тобой, любить тебя. И ничего больше. Последние лучи заходящего солнца осветили его лицо. Он слабо улыбнулся. — Я счастлив несмотря ни на что, Джемин. Счастлив.

Пепельные облака ненадолго окрасились багрянцем, затем яркие краски заката стали стремительно меркнуть, мгновением позже озеро с концами их растворило. И вот очередной день подошел к концу. Незаметно. Словно мгновение. Время вообще пугающе быстрое. День, два, десять. Мы не придаем ему значения, пока оно не превращается в обратный отсчет до чего-то неизбежного. Необратимого. Невозвратного. Но я слышал где-то, что жизнь - это и есть лишь череда мгновений. Я не то чтобы романтик, но тут сложно не согласиться. И если так подумать, то я, и правда, хотел бы заполнить свою жизнь лишь одним. Мгновениями, чувствами, мыслями о тебе.       Заполнить свою жизнь тобой, Ренджун. Солнце наконец зашло. И почему-то чувствовал я, что домой мы вернуться не сможем.

Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.