Патруль Дальнего Действия

Холодно и страшно, сыро и пусто. Я иду за Николаевым в лес, дай бог найти его живым... Я не смог найти его, точнее нашёл его. Он лежал без одной руки, в крови, с обцарапанным лицом и откусанным кадыком из которого сочилась кровь, я уже хотел побежать обратно и бить в колокол, но на меня из подтишка набросилась эта тварь, я не знаю, с какой скоростью он царапал меня по груди и кусал в руку, это был волк, благо у меня был при себе тактический нож и я пустил его в шею псине, я отполз подальше от стычки и присел у дерева и перебинтовал руку, сейчас я понимаю, что заблудился, началась метель и ничего не видно, в моих глазах темнеет, я иду дальше не понимая куда в надежде обратно добраться до стрельбища. Я иду уже второй час не зная куда, дышать ещё труднее, я валюсь и пытаюсь не уснуть, я не хочу стать перекусом для волков, которым стал Бондаренко, я иду дальше, я вдыхаю всё больше и больше холодного, ветренного воздуха и пытаюсь не потерять сознание, я иду дальше, электроника по типу раций или часов перестали работать, в моей голове играет какая-то музыка, она не даёт мне заснуть Я медленно иду в никуда, молясь Господу Богу, чтобы тот меня защитил и уберёг от этих грёбанных животных. Каждые два километра я останавливаюсь у дерева. Часть у нас большая, доходит до гор, идти мне ещё долго, и долго Я не вижу границы, я иду с закрытыми глазами, но закрывая их моё воображение вновь проигрывает тот момент когда я вижу растерзанное тело Артёма, ненавижу этот дозор, ненавижу это всё, мама я хочу домой Следующие три часа шла метель, я шёл без остановок, я медленно перестаю ощущать свои руки, они синеют, обмораживаются, кровь туда перестаёт поступать и они немеют. Я весь замёрз, говорить ещё труднее, нос и горло сильно болит, вдыхать воздух ещё труднее. Каждый раз когда я слышу вой волчьих стай, я быстро укапываю себя снегом и стараюсь не шевелится и не дышать, они проходят мимо. Уже утро? Всё ещё ночь? Я уже ползу по этому лесу, ноги онемели и не поддаются словно из них вышли все кости и кровь. Господи Боже сущий на небесах, да святится имя твоё, да придёт царствие твоё, да будет воля твоя на земле и на небе. Хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твоё есть Царство и сила и слава во веки. Сегодня услышал когда шёл какой-то нечеловеческий вопль, сломанный, раздвоенный, животный вой, можно даже сказать крик исходящий недалеко от меня. Я полз со всей силы подальше от вопля, но когда услышал топот и хруст снега в мою сторону я прикинулся мёртвым, на долю секунды я увидел лицо этого существа - поцарапанное, без левого глаза, отвисающая нижняя челюсть с которой стекает тёмно-красная кровь, оно ходило в нашей униформе, не дозорной конечно. Волос у этого человекоподобного существа были растрёпанные и мокрые, высотой он наверное был метр девяносто, прямо как Артём Бондаренко, его состояние лица мне его сильно напоминало, только брюхо не вспорото, оно небрежно зашито, настолько небрежно и грязно, что до сих пор из брюха выпячивает часть кишки. Я тогда не мог дышать, что мне и дало фору спастись от него прикинувшись жмуром. Может это и есть Бондаренко? Мне остаётся только гадать ??.12.2003 Я не знаю какой день я иду, я перестал считать дни и часы сколько я тут ходил. Возможно, я всё таки доберусь обратно до казарм и расскажу о всём том, что увидел здесь. Мне страшно, я не знаю, что мне делать и как мне действовать дальше и сколько таких тварей ещё у нас на части ходит. Я хочу спать, но не могу. Я отвлекаю себя утешениями и приятными воспоминаниями из моей жизни. Вдруг я тут застряну навсегда? Или они уже выдвинули поисковые патрули, чтобы найти меня и рядового? Я лично не знаю, но может меня найдёт комендатура вот и всё, ну надеюсь... Когда я хочу пить, я набираю снег и грею его у себя во рту, потом пью. Не самый лучший способ решения проблемы с жаждой, но всё же лучше чем просто терпеть. Я валюсь спать, прощайте если меня съедят волки во время сна. Пока