Ещё один день

— Кто расскажет про компоненты сыворотки правды? Гораций Слизнорт сцепив руки за спиной, остановился посреди класса, оглядывая наши лица. Не медля, я поспешно поняла руку вверх, намереваясь ответить на его вопрос. Последнюю неделю я пыталась вникнуть в происходящее вокруг себя, читая специальную литературу для учеников. Зачитываясь зельеварением, травологией и заклятиями, я спала по несколько часов в день, постоянно появляясь на людях со стаканчиком кофе в руке. Звонки и сообщения родителей меня совершенно не донимали по одной простой причине — в школе были установлены магические глушители, которые не пропускали ничего, кроме коротких сообщений без капли интернета, лишь бы ученики не отвлекались на свои гаджеты, полностью погружаясь в учёбу. — Мисс Морган? — Для изготовления сыворотки правды нужно использовал перья болтрушайки, которые используют в различных зельях памяти. Я надеялась, что не зря потратила столько времени на теорию. Глядя на довольные глаза преподавателя от моего сердца тут же отлегло, стоило ему кивнуть, сообщая на весь класс, что я права. Ощущая маленькую победу над этим миром, где я временно застряла, я вдруг ощутила приятное покалывание к груди, точно я ещё не безнадёжна. Еле заметно улыбнувшись собственным мыслям, я необдуманно стала разглядывать студентов слизерина, находящихся в 4 метрах от меня. Скользя взглядом по каждому из них, я вновь наткнулась на того, чей взгляд я ненавижу больше всего на свете. Теодор точно назло моим планам прицепился ко мне, как репейник к одежде, мешая нормально двигаться. Я постоянно ощущаю давление с его стороны, ловя мимолётные взгляды, когда парень идёт под ручку с очередной девушкой, хихикающей над его словами. Стоит мне только объявиться в библиотеке, чтобы найти как можно больше информации о других мирах, как среди стеллажей обязательно появится Нотт, в очередной раз развлекаясь с незнакомой девушкой, отличающейся от прошлой только цветом галстука. Извращенец поганый. Сжав свою ручку, я отвела взгляд в сторону, не желая видеть его противное лицо. — Эй, полукровка, не хочешь пойти с нами в Хогсмид? — выудив из своего шкафа чёрные джинсы с разрезами на коленях и бёдрах, Пэнси повернулась в мою сторону, удерживая вещь за светлый ремень, — Мы собираемся в «Три метлы». — Я пас, — махнув рукой, я выдвинула ящик стола, доставая оттуда свой блокнот для записей, — Не горю желанием сталкиваться с этим идиотом. — Ты о Тео? Распахнув глаза, я застыла на месте, точно мраморная статуя. Мне казалось, что последняя фраза отчётливо прозвучала в моих мыслях, но уж никак не могла подумать, что я произнесу её вслух, да ещё при Паркинсон, которая плохим слухом не страдает. Стыдливо прикусив нижнюю губу, я плавно повернулась в сторону слизеринки, застывшей на месте так же, как я несколько секунд назад. На её лице было изображено крайнее смятение, точно художник использовал на ней серые краски, подбирая палитру для написания. Вскинув свои брови, она медленно опустила джинсы на самый край кровати, прикрывая открытые дверцы шкафа. — Он не пришёлся тебе по вкусу? — медленно вытягивая каждое слово из своего горла, Пэнси тут же отвернулась, стоило в комнате оказаться на одного человека больше. — Эли, как дела? — растянув губы в приветственной улыбке, я попыталась разрядить обстановку хотя бы с ней, — Я тебя вижу только по вечерам. — Много заданий, которые я боюсь провалить из-за непонимания теории, — отчуждённо покачав головой, Элеонора поспешила выдвинуть шкафчики своей тумбочки, — А как у тебя? Освоилась? — Почти. Тут совсем не так, как было в прошлой школе. — Мел, если надумаешь, ты знаешь, где мы, — успев переодеться за короткий промежуток времени, Пэнси кинула свой мобильный в сумку, перекидывая её через плечо, — Уж лучше с нами, чем с теми, кто врёт сам себе. Стоило последней фразе слететь с её губ, как Элеонора тут же вскочила на ноги, совсем позабыв про свои ящики. Нахмурив свои брови, она точно бы оскалилась в адрес Паркинсон, сжимая свои ладони в кулаки. Наигранно растянув свои губы в фальшивой улыбке, Пэнси намеренно медленным шагом прошла мимо Спенсор, громко хлопая входной дверью в нашу комнату. — Сучка, — процедив сквозь зубы, Эли со всей силы стукнула кулаком по деревянному каркасу балдахина над своей кроватью, — Её вообще не должно касаться, что у меня происходит. И ты Мел, прежде чем водить с кем-то дружбу, сначала узнай этого человека. Не сказав больше ни слова, слизеринка покинула комнату, оставив меня в полном одиночестве. Дурдом какой-то. Схватившись за свой телефон, я убрала его в задний карман широких штанов, чтобы не держать мобильный постоянно в своих руках. Бегая глазами по открытой книге, я гадала о том, стоит ли брать её с собой для изучения в каком-нибудь укромном месте, если такое вообще здесь имеется. Взвешивая все за и против моего поехавшего от стресса рассудка, я предпочла взять только блокнот и ручку, облегчая свою ношу хотя бы на сегодня. С момента моего странного «воскрешения» в этом мире, прошло не больше месяца, хотя по ощущениям я здесь больше года. Переживания и проблемы семьи Мелиссы накрыли меня с головой, сбив с толку сразу, стоило открыть свои глаза. Множество тайн и вранья сместили меня с пути ещё сильнее, путая мой маршрут и меняя координаты. Школа же, в чьи двери я услужливо вошла в первый день обучения довела меня до состояния апатии, когда мир кажется серым и гнусным, а тело и душа отказываются идти вперёд. Ещё немного и я совсем свихнусь. Вероятность того, что я могла сойти с ума, составляла, куда больший процент, чем моё возвращение домой. Иногда я даже начинала задумываться, а нужно ли мне туда, где меня никто не ждёт. Родители погибли на месте, а я, судя по всему, могла находиться в состоянии овоща, а то и вовсе быть погребённой под землёй и молитвой об упокоении моей души. Вернись я домой, настроенная на свою типичную жизнь, не разочаруюсь ли вновь, поняв, что всё изменилось ещё тогда, когда мы приняли приглашение на праздник? — Эй, Морган! — громкий женский голос вывел меня из раздумий, заставляя остановиться на месте, вертя головой в поисках источника, — Мы тут. На глаза попалась Гермиона, стоящая рядом с Гарри и Роном, ведущих весьма оживлённую беседу между собой. Махнув друзьям своей ладонью, она направилась в мою сторону, привлекая огромное внимание студентов Слизерина, заставших в дверях школы. Остановившись у самого порога, они с недоумением уставились в нашу сторону, наблюдая, как Грейнджер быстрым шагом направляется ко мне. — Не хочешь пойти с нами? — В Хогсмид? — поджав губы, я оглядела сокурсников в поисках известной всем компании, — Или вы решили наведаться в другое место? — В начале, мы хотели просто пройтись, но если ты пойдёшь с нами, сделаем круг и туда, — мило улыбнувшись, девушка скрепила руки перед собой, — Ну так что? — Не против, если я схожу с вами в следующий раз? — ощущая себя не в своей тарелке, у меня появилось желание скрыться от чужих глаз, заперевшись где-нибудь подальше ото всех, — Я ещё не влилась в учёбу, поэтому трачу своё время на изучение материала, — не придумав ничего лучше, я выудила свой дневник, показывая тот Гермионе, — Я веду записи о том, что мне нужно изучить и сейчас я собиралась в библиотеку, чтобы изучить то, что не понимаю. — Тебе настолько трудно? — нахмурив свои брови, девушка стала темнее грозовой тучи, стоило мне кивнуть головой, — Тогда думаю, тебе стоит со всем разобраться. А лучше, если я тебе смогу помочь и объяснить то, что ты не понимаешь. — Думаю, для начала я разберусь сама, а уж если не выйдет, попрошу тебя. Одарив Грейнджер тёплой улыбкой, я помахала ей рукой, стоило девушке попрощаться и вернуться к друзьям. Проводив её взглядом, я постаралась поскорее исчезнуть с поля зрения учеников, наведя итак достаточного шума из-за своего общения с той, с кем я должна враждовать и конфликтовать. Остановившись в пустом проходе, я вдруг ощутила, как по спине пробежался табун мурашек, стоило только прохладному воздуху коснуться открытых участков кожи. Недоумевая, откуда именно взялся перепад температуры и сильный сквозняк в помещении, где повсюду закрытые окна и двери, я обернулась к большой стене, выложенной кирпичной неровной кладкой. Оглядывая шершавую поверхность с выступами на уровне моей головы, я скользнула взглядом по двум боковым полуколоннам, вросшим наполовину в кирпичную кладку. Застыв на одном месте, я не могла отвести взгляда от пустой стены. Точно помешенная, я потянулась кончиками пальцев, вытягивая свою руку вперёд. Коснувшись камня, меня словно бы обожгло холодом до самого плеча, не давая и шанса отойти в сторону, чтобы избежать неприятных ощущений. В какой-то момент, что-то щёлкнуло, и стена передо мной пришла в движение. Испугавшись такой перемены, я отлетела к противоположному углу, округлёнными глазами наблюдая за метаморфозами, проявляющимися передо мной. За несколько секунд на камне появились очертания арочной двери из двух створок, по поверхности которой поползли тонкие змейки линий, создавая своими телами металлические завитки и узоры. Расползаясь по всей поверхности, они за ничтожное время превратились в полноценный проход за массивную стену, точно бы специально создав ручки на удобном для меня уровне. Коснувшись холодного металла, я оттолкнула дверь от себя, рассчитывая на тяжесть её конструкции. Оказавшись точно пёрышко, она без лишних звуков поддалась вперёд, раскрывая передо мной огромное пространство, доверху забитой старыми вещами этого места. Выручай комната… Прикрыв за собой двери, я шагнула в помещение, погрузившись в морозный полумрак места, где не было ни одной свечи и лампочки, способной осветить хоть метр этой комнаты. Рассматривая кучи старых вещей, покрытых слоем пыли и узорами паутины, находящейся почти на каждой поверхности, я выбрала самый центральный проход, идя по тому, точно по тропинке. Мимо меня вместо лесных деревьев мелькали пустые шкафы, множество стульев, кровати, закончившие свою службу, диваны в цвет факультетов, на которых вряд ли захотят сидеть. Это место один большой склад, показывающий свой истинный облик тому, кто не побоится взглянуть на весь тот мрак, что тут таится. Чудесное место для тех, кто хочет скрыться от других. Дойдя до середины Выручай комнаты, я нашла взглядом старое потёртое кресло бежевого цвета, покрытое толстым слоем пыли. Взглянув на свою руку, я вдруг вспомнила про палочку, которую спрятала во внутренний карман кофты, прежде чем покинуть спальню факультета. Направив её в сторону кресла, я взмахнула в воздухе своей рукой, надеясь, что правильно смогла прочесть то, что было написано в книгах. В одно мгновение пыль исчезла, точно её и не было, а кресло стало светлее, словно бы побывало в химчистке. — Чудесно. Убирая палочку обратно, я присела на мягкое сидение, наконец расплываясь, точно обивка подо мной. На моей душе стало чуточку легче, стоило всем исчезнуть с поля моего зрения, оставив меня в полном одиночестве. Теперь-то я наконец-то могла продолжить своё исследование, не боясь, что кто-нибудь помешает мне или моим мыслям, которые приходят так же быстро, как и уходят. Пора бы уже браться за дело. Достав свой блокнот, я стала внимательно вчитываться в то, что успела записать о своём пробуждении. Бегая глазами по информации о семье, в которой мне пришлось поселиться из-за тела девушки, я открыла последнюю страницу исписанного, начав новые записи:

1. Другие миры в теории существуют так же, как и души, покидающие свои тела, для перемещения в другие. 2. Есть шанс на то, что я смогу вернуться, если пойму, как именно смогла попасть в это место. 3. Стоит разобраться в смерти Мелиссы Морган, дабы избежать лишних проблем.

Поставив жирную точку в последнем предложении, я ещё раз прочла написанное, раздумывая о том, не упустила ли я что-то ещё. Намереваясь начать следующую строку, я вдруг застыла с поднятой рукой в воздухе, услышав посторонние звуки. Стараясь не привлекать внимание, я стала вслушиваться в чужие шаги, почти что, не дыша и не моргая, чтобы не упустить момент появления того, кто как и я нашёл это место. — Ты же понимаешь, что это бессмысленно? Громкий мужской голос пронёсся за соседними шкафами, скрывающими меня от чужих глаз. Отчётливо слыша раздражение и злость того, кто почти, что прокричал на всю комнату, я вдруг поняла, что уже слышала этот тембр раньше. Только один человек, что точно по закону подлости постоянно ошивается рядом со мной, способен с таким презрением высказываться в адрес других, не ощущая при этом стыда или щемящего чувства в груди. Теодор Нотт. — Бессмысленно? — девушка, что по видимому пришла с ним, чуть ли не взвыла от безысходности, — Тео, ты понимаешь, что ты говоришь? — Не смей меня так называть, Дафна! Мне бы точно не хотелось оказаться между этими двумя в момент выяснения отношений. Это подобно цунами — безумно страшно и смертоносно. — Я против. Как раньше, так и сейчас. — Ты же понимаешь, что твои выходки не заставят меня отказаться от тебя? Я ни за что не отступлюсь. — Зря стараешься, — процедив сквозь зубы, он с силой ударил по шкафу, заставив меня вздрогнуть, — Я никогда не полюблю тебя, потому что мне это и не нужно. Я ничего не делаю без выгоды для самого себя. — Ты не сможешь без меня, Нотт. Твои загоны никто не вытерпит, по себе знаю. — Ну так не лезь и твоя жизнь станет лучше.