Дорога бойца

      Несколько дней тянулись с волнением о состоянии Матильды. Вроде ухудшений не было, улучшения незначительные. Она всё также была без сознания под капельницей и кислородной маской, прикованная к койке. Сами врачи не знают, когда она придёт в себя.

Неделя и 2 дня спустя

      Ратте, Эрдмут и Андрей находились рядом с койкой волчицы и спали. Точнее, тигр сидел, облокотившись о кровать, рысёнок на ней прямо лежал, свернувшись калачиком, а леопард сидя спал. Никто эту троицу решил не трогать: пускай побудут ещё рядом немного, раз она для них так дорога.       Сейчас было где-то 7:48 утра. Бровь над левым глазом Матильды немного нахмурилась, а веки начали немного дёргаться, пытаясь открыться. Когда всё-таки это вышло, спустя несколько попыток, единственный незабинтованный глаз быстро привык к свету. Матильда не чувствовала своего тела, будто оно онемело разом, но еле-еле покрутить головой и осмотреться она смогла. Первым, что ей бросилось в глаз, так это кислородная маска на ней и присутствие товарищей с Эрдмутом, которые мирно спали рядом. Если честно, то её это тронуло, но край улыбки даже было не увидеть, если не присматриваться. Потом волчица с тяжким трудом, через слабость, кое-как осмотрела себя: начиная от шеи и по всему туловищу были бинты, левая лапа до локтя была привязана к телу, чтобы плечо не напрягалось, на ней же вся кисть с пальцами были скрыты белой тканью; на правом глазу, и так понятно, тоже была повязка, особенно бинты хорошо были видны на носу, чуть ли не прямо перед глаза, уши также были с бинтами; под одеялом не было видно, но, похоже, и нога была перевязанна. Справа Матильда увидела капельницу с физраствором.       Как бы волчица не хотела, но даже малейшее движение она была не в силах сделать… Головой вертела, будто на последнем дыхании — слабо и очень-очень медленно… Матильда даже сказать ничего не могла, только негромкие стоны… Сколько она была в отключке? День? Два? Неделю? В голове была сплошная каша… Никакие мысли не могли собраться воедино…       Спустя ещё небольшое количество времени Матильда почувствовала рядом с собой шевеления. Это был Эрдмут, который принял сидячее положение, протирая свои глаза и зевая. Наконец-то он посмотрел на волчицу, которая слабо глядела на него. На мордочке рысёнка сначала было удивление, которое потом сменилось радостью. — Матильда! — крикнул Эрдмут на… Стоп. На русском? Крик ребёнка разбудил Ратте с Андреем. Они тоже сначала потёрли свои глаза, а потом посмотрели на волчицу. В принципе, реакция была точно такая же. — Наконец. Очнулась… — с тигра беспокойство, как гора с плеч упала. — Ты говорить можешь? — решил узнать леопард. Тяжёлые стоны стали ответом на его вопрос. — Ясно… — Вы неделю и два дня были без сознания. — сказал подошедший врач. — Главное не волнуйтесь. Вашему организму нужен отдых и восстановление от тяжёлых ран. — Матильда только вяло и неспеша моргнула глазом. В ней еле удерживалось сознание, которое через минуту ушло. — Ч-что с н-ней?.. — попытался сказать Эрдмут нормально на русском, но получилось не очень. Особенно с буквой «й». — Такое может быть. — успокоил врач. — Организм ещё очень слаб, так что она часто будет терять сознание. — Сколько уйдёт на восстановление? — спросил Ратте. Врач тяжело и задумчиво выдохнул, смотря куда-то в сторону. — Точно сказать не могу. Где-то несколько месяцев. Всё ещё зависит от самого организма. — объяснил врач-ослик. — Это я уже слышал ещё на прошлой базе. И так всё уже понял. — ответил Ратте. — Зуб даю вам, завтра она уже, более-менее, будет разговаривать. Уже проходили. — усмехнулся тигр, а остальные на него удивлёно посмотрели.