Side of sunset & sunrise

Закатная Дзынь! Кто-то сегодня невероятно «удачлив». Мда… Я собрала осколки разбившейся тарелки, выкинула в мусорку. Надеюсь, теперь мне всё-таки начнёт везти. В конце концов, пока собирала, не порезалась. Хоть щепотка удачи мне очень нужна. Потому что сегодня я собиралась заняться реализацией своей идеи. — Чимин, не занят? — я зашла в звукозаписывающую студию, убедившись, что там, кроме него, никого нет. Чим слегка нахмурился, указал на свои наушники, в которых очевидно играла запись, а потом сложил руки в просящем жесте. Я понятливо кивнула, закрыла за собой дверь и присела на диван. Подожду. Главное за это время не передумать. Я задумчиво разглядывала обстановку вокруг, перебирая в голове разные варианты событий. Но всё равно упорно возвращалась к одному и тому же. Я хочу это сделать. Действительно хочу. — Так что ты хотела? — словно вторя моим мыслям, позвал Чимин. Я вдохнула, подняла взгляд на сидящего в кресле у музыкальной панели управления корейца. — Слушай, Чимин, помнишь текст твоей с Тэхёном песни Friends? — Вроде помню, — любопытно приподнял брови парень.- А что? — Поможешь мне её выучить и спеть? — проговорила я на одном дыхании. — Тебя Гастерс?..- напряжённо уточнил Чимин. — Он ни при чем. Это мне нужно. Самой. Не хочу говорить. Чим вздохнул. И развернулся к столу. — Хорошо, — айдол подтянул к себе листочек и взялся за карандаш.- Сейчас напишу текст и попробую в одиночку исполнить. Смотри и внимательно слушай. — Спасибо, — я поднялась с дивана и устроилась во втором кресле.- Правда, огромное спасибо. — Хорошо, что в имени Алисы почти столько же звуков. С этой строчкой проблем не возникнет, — словно для себя вслух заметил Чимин. — Как ты… ты понял? — опешила я. Я ведь никому не говорила об этом. Всё боялась до последнего. Потому что это должно было стать очень личным признанием. — Это не сложно, — он мягко улыбнулся моему вопросу.- Иномирец тут не при чем. Сама бы ты так не беспокоилась об исполнении и не обратилась бы за помощью. Намджун-хену ты вряд ли будешь такую песню исполнять, там скорее Home. Your love — I miss that. Your love — I want that. Your touch — I need that. И ла, ла, ла и love it, — пропел он. — Чимин!.. Он лишь озорно на меня взглянул и закончил свою мысль: — Короче, петь это для меня ты тоже не будешь, иначе за помощью обратилась бы к Намджуну. Логично? Логично. Так что остаётся только Алиса. К тому же вы вроде поначалу ладили. — Да. Ты прав, — я смущённо потупилась, но потом выпрямила спину и уверенно встретила внимательный взгляд корейца.- Так ты не против, если я возьму ваш с Тэхеном трек? — Не против. Это песня настоящей дружбы. Лучше не найдёшь. — Разумеется, — беззлобно усмехнулась я. И мы приступили к разбору и заучиванию самой песни. В итоге передо мной лежала целая папка листков. Корейский вариант лирики, что был в оригинале с маленькими поправками для моего исполнения. Русская транслитерация, написанная совместными усилиями и бесконечными спорами. Перевод на русский, хотя я и так всё понимала, но всё-таки родной язык никакой магический переводчик не заменит. — Попрактикуемся? — предложил Чимин, и я послушно согласилась.- Попробуй начать с моей партии. — Ладно. Лёгкий мотив песни — это совсем не то же самое, что и лёгкое исполнение. Но эта песня была действительно прекрасна. Она была решением. I just wanna understand… Hello, my alien. Мы тайна друг друга. Вот почему это еще более ценно… Потихоньку, куплет за куплетом я справлялась. Всё чище, всё лиричнее, всё легче получалось петь. Прошло два дня. Тренировалась я, заперевшись у себя в мастерской, чтобы не раскрыть маленький секрет раньше времени. А теперь, вечером, вновь отправилась в звукозаписывающую студию. Там никого не было. Я настроила беспроводной микрофон, включила минусовку. Намджун научил меня обращению с этой техникой. Музыка звонко и ясно разнеслась по комнате. — И когда всё веселье стихнет, останься. Останься на моей стороне…- последние ноты, и я, выдохнув, опустила голову. Что сказать? Наверно, больше нечего. В этой песне было всё. Ну что ж. Ещё разок завтра повторю и смогу спеть. Сжала холодными пальцами микрофон. Эх, главное, его не сломать… — Я останусь, — слышу тихий голос Алисы за спиной. И как давно она там стояла? Я обернулась. Подруга застыла на пороге и смотрела на меня таким знакомым теплым взглядом. Я перестала крутить в пальцах микрофон, хотела переложить его в левую руку, но как-то неловко перехватила и уронила. С громким стуком он покатился по полу. Алиса шагнула вперёд, подняла и уверенно сжала в своих руках. — Эту песню исполняют дуэтом, ты же помнишь? Так что партия Тэхёна — моя. — Помню, — я улыбнулась. И взяла второй микрофон. Всё-таки Friends должна звучать дуэтом. Потому что её поют друзья. Рассветная Мы сидели на диване в звукозаписывающей студии. — Мандаринку хочешь? — предложила я. — Мандаринку? Ты теперь совсем соулмейт Юнги? Кира игриво улыбнулась. И мы вместе рассмеялись. Но мандаринку у меня отобрали. Я листала фотки в телефоне. Кира сражалась со шкуркой мандарина и тихо напевала «Home». А 80% моей галлереи как в старые времена занимал Чимин. С разницей лишь в том, что теперь фото были отсняты на мою камеру. Кира заглянула через моё плечо, заметила изображения, смущённо фыркнула. Отвернулась. И чуть горько вздохнула. — Ки-и-ир, — позвала я подругу. — А? — А что у вас там с Намджуном происходит? — Что у нас происходит? — как-то совсем безнадёжно переспросила она.- Ничего не происходит. — Вот именно, что ничего, — я отложила телефон и развернулась к ней.- Вы уже незнамо сколько не разговаривали. Поссоритесь, да снова молчите. — Ну, видимо, мы по-другому не можем. — Можете! Просто нужно вам найти время поговорить спокойно, без вечных заданий Гастреса, спешки и стрессов. — Да, наверное… — Именно так, — я ободряюще пожала ей руку. — Ой, вы тут?..- в студию шагнул Намджун. Я удивлённо на него воззрилась. Ночь же… Зачем ему сейчас звукозаписывающая студия? Кира нервно вцепилась в мой локоть. И тут я поняла, что могу помочь подруге прямо сейчас. — Да заходи, заходи, — беззаботно откликнулась я, делая вид, что просто сижу в телефоне, как и раньше. Джун не догадается, а вот Кира меня уже знает, она может… Но, надеюсь, подруга не успеет понять вовремя, что я задумала. Незаметным движением я включила на своём телефоне звук и быстро написала эсэмэску Чимину. Ответ не заставил себя долго ждать, и волшебный дзыньк привлёк внимание. — Ой, меня Чимин зовёт, что-то спросить хочет, — невзначай пояснила я и шустро вскочила.- Кир, подожди меня тут, я скоро вернусь. И быстрее, чем кто-нибудь что-нибудь заподозрит, выскользнула из студии. Конечно, захлопнула за собой дверь и закрыла её на замок с той стороны. Утром открою. Коварно? Ещё как! Но с этими двумя страдальцами по-другому не получалось. А мне теперь нужно было идти объяснять Чиму, зачем я его дёрнула посреди ночи. Закатная — Ки-и-ир… — Изыди. — Кира-а. — Ну почему все, кто мне дорог, пытаются меня разбудить?! — Потому что ты очень долго спишь. И уже заскучал. — Ладно, продолжайте меня будить. Джун улыбнулся. То, что Алиса нас с Намджуном заперла, я поняла спустя полчаса, когда дёрнула за ручку двери, намереваясь пойти проверить, как она там… Но спасибо ей огромное. Потому что это помогло. Помня её слова и её поддержку, я смогла всё же попросить прощения у Джуна. Ничего не боясь, ничего не скрывая, не стесняясь собственных чувств. Намджун ведь тоже очень сложный человек. Он не привык легко говорить о своих переживаниях. Но порой всем нам нужно открыться и признаться в том, что мучает и не даёт быть самими собой. Поэтому ночь мы с Намджуном почти не спали. Разговаривали. Мы ведь действительно с ним легко находим общий язык. Оба чуть философские, творческие и разносторонние люди. А то, во что нас втянул Гастрес, было невероятной историей, где мы можем создать что-то новое. Бетонные стены никогда не становились препятствием. И я смогла в этом убедить Джуна. По крайней мере, нынешняя ситуация перестала казаться ему столь гнетущей. Кажется, тут он получил то самое время. Для себя. Чтобы пожить, как Ким Намджун. Просто Джун. Так что мы помирились, пообещали больше не ссорится и честно говорить друг другу обо всём, что нас беспокоит. — Нам дверь открыли, — пояснил Намджун причину побудки. — Ага-а, — я села. Спать пришлось на диване. Я устроилась под боком у Намджуна, положив голову ему на плечо. И всё бы идеально, только теперь мои старые кости сообщили, что в такой позе спать не стоит. Я потянулась. Рядом растирал шею Намджун. Мы переглянулись. И рассмеялись своему замученному виду. Я направилась в свою ванную приводиться в порядок. Хотя кого я удивлю заспанной мордочкой? Тут все свои уже. Ещё издалека я услышала позвякивающую на кухне посудой Алису. — Доброе утро! — Алиса помахала мне лопаточкой, которой переворачивала яичницу на сковороде. — Доброе! — я уселась за остров.- Спасибо за запертую студию. — Помирились? — Ага, — радостно подтвердила я. — Замечательно. Одной проблемой меньше, — кивнула сама себе Алиса. Я мысленно с ней согласилась. Осталась только одна беда… Чимин. Кстати, а не пора ли звать наших корейцев завтракать? — Алис, пойду я сбегаю за ребятами. Пусть приходят уже. — Давай, — великодушно разрешила хозяйка кухни. Ну я и отправилась на поиски. Далеко, собственно, идти не пришлось. Голоса доносились из звукозаписывающей студии, куда дверь в отсутсвие Алисы была широко открыта. — Дурак ты, Чимин, — устало пожаловался, похоже, самому себе Намджун. И вот я даже соглашусь с тобой, Монь. Но о чем речь? После сей фразы я передумала так сразу их прерывать и звать завтракать. Подожду ещё, пожалуй. Да знаю я, что подслушивать чревато тем, что можно всё совсем не так понять, но… а вдруг? — Без тебя знаю, хён! — Знаешь, знаешь. А действовать когда будешь? — Я не уверен… — В чем? — В том, что это правильно. А вдруг, — Чимин вздохнул, — это не взаимно? И этим я только всё испорчу, хён? — Мне так не кажется, — спокойно ответил Джун.- Ты сейчас хуже делаешь только своим промедлением. — Думаешь? — Думаю. — А как тогда? — как-то беспомощно спросил Чимин. — Как… не знаю как. Кто признаваться собирается: ты или я? Но, в конце концов, Serendipity у тебя никто не отнимал, Чимин. — Да, — задумчиво протянул парень.- Спасибо тебе, Намджун! — Не за что. И на этом моменте я решила вклиниться в их беседу. Но, думаю, я правильно всё поняла? Нужно приглядеться к Чимину. Я ещё в самом начале говорила подруге, что обязательно найдётся тот, кто будет её любить не за фигуру и внешность, а за милые щечки и, что скрывать, вредненький характер. А Чимин… Чимин, как я успела понять, вполне на эту роль подходил. На завтраке я не спускала с рассветной парочки глаз. Мой вывод очевиден как солнечный день. Только я теперь не пойму одно: почему это тогда до сих пор не случилось? — Кир? — Мм? — И что ты на них так смотришь? — шёпотом поинтересовался Джун, пока Алиса с Чимом мыли посуду. — А то ты не знаешь. Думаю, как сподвигнуть Чимина на признание, — так же тихо ответила я. — Запереть в звукозаписывающей студии? — Обожаю твою вредность, но нет. — А как? Теперь мы вместе подозрительно уставились на парочку. — У меня есть план, — заговорщески призналась я.- Но Лис меня за это убьёт. Поможешь? — Поучаствовать в твоём убийстве? — Да. Нет! В смысле, в реализации плана. — Помогу, — хмыкнул Намджун. Приятно, когда есть такой надёжный сообщник. Рассветная В последнее время я всё чаще пересматривала фотографии Чима. Было грустно. Потому что казалось: мне скоро опять только это и останется. — Лис, не грусти, — успокаивала меня Кира. Мы сидели у меня в комнате на кровати. И я призналась подруге в своих переживаниях. — Тебе никогда не останется только это! Потому что столько уже воспоминаний и забавных ситуаций случилось, которые прекрасны сами по себе. Их не нужно ни с чем сравнивать, забывать или перечеркивать. Они всегда будут теперь с тобой. А фотографии? Фотографии станут маленьким…- Кира наткнулась на мой скептичный взгляд и немного исправилась.- Ладно, не маленьким, а красивым, милым, безупречным, невероятным и прекрасным напоминанием о всех тех приятных и счастливых событиях, произошедших с тобой и Чимом. — Да, наверно, — я улыбнулась.- О, а ты видела эту фотку? Это я Чимина засняла, когда он готовил. Там ещё видео есть, исподтишка сделанное. Мне кажется, я могу смотреть на это вечно. Кира пробормотала что-то согласное, когда внизу вдруг раздался жуткий звон. Я аж подскочила на кровати и выронила из рук на одеяло телефон. — Алиса-а, — а вот этот вот полный искреннего раскаяния голос Намджуна ничего хорошего не предвещал! Что он там на моей кухне устроил? — Подожди, надеюсь, скоро вернусь, — быстро сообщила я Кире.- Обещаю твоего корейца оставить живым и почти целым! — Хорошо. Не торопись. На этот раз Монстр-разрушитель каким-то образом ухитрился разбить салатницу. «Как и почему?» я давно перестала спрашивать, с Моней это не работает. Хорошо, хоть сам не убился. — Всё, уйди уже, бедствие, — проворчала я. — Ладно, ладно, — Намджун поднял руки, будто сдаваясь, и быстро скрылся на втором этаже. — Уже второй мир страдает от вашего с Кирой таланта! — решила ещё немного поворчать себе под нос я.- Нет, ну нельзя же так? Хотя бы магистровый мир пожалели что ли. Или кухню в конце концов! Вот что он тут вообще делал? Я ловко и привычно убрала маленький стихийный погром и вернулась в свою комнату. Киры там уже не было. Не дождалась? Странно. Я забралась обратно на кровать. Где там мои любимые фоточки? А, правда, где? Телефон я в спальне оставляла. Куда-то в складки одеяла, наверно, уронила. Я поискала вокруг себя, разгладила ладонями ткань, но телефон не нашла. Хммм? Встала, стянула с кровати одеяло и на свой страх и риск потрясла его над постелью. Ни-че-го. — Алиса. Я так и замерла, держа одеяло над головой. Потом встрепенулась, кинула его обратно и повернулась к гостю. Чимин стоял в дверях, сжимая в руках мой телефон. — Да, Чимин? Тот молчал. На бледной коже отчётливо разливался румянец. Он с тренировки? Или, погодите… он смущается? — Это твоё наверное, — он опустил взгляд на мой телефон, но попытку отдать его не сделал. — Моё. — Я видел… ты меня фотографировала? — Да, — тихо ответила я. — Почему? — пытливо взглянул на меня Чимин. Послышалось или кто-то почти шёпотом простонал «Ну заче-е-ем»? Послышалось, наверно. — Почему фотографирую? Потому что нравится. Чимин подошёл ближе. Заправил за своё ухо прядку, но та снова скользнула по щеке, привлекая моё внимание. — А ты против? — вопрос у меня получился почему-то жалобным. — Нет, — Чимин качнул головой, длинные подвески серёжек нетерпеливо звякнули.- Только если тебе нравится не просто снимать… Я удивлённо подняла брови. К чему он ведёт? Сердце начало стучать сильнее. Я нервно сжала ладонями край легкой кофты. Дома было уже совсем тепло… — Просто, — Чимин стоял близко, и я, кажется, могла разглядеть своё отражение в его глазах.- Мне кажется, я в тебя влюбился, Лис. И я не знаю, что с этим делать. — Влюбился? — переспросила я шёпотом. — Да, — Чим взволнованно облизнул бледные губы и прикусил нижнюю, чтобы потом резко выдохнуть. — Не нужно с этим ничего делать, — мой голос, наверно, дрожал, но из-за стука сердца я иного, кроме слов Чимина, не слышала.- Ничего. Всё нормально… — Да? — растеряно переспросил Чимин. — Ага, — разумные слова закончились. И я не могла понять, рада я, напугана я или расстроена? Разобраться в эмоциях, кажется, было невозможно. Поэтому я попыталась сосредоточится на более понятных вещах. — Так что там с моим телефоном? — Мм… да ничего, — Чим, не глядя, протянул мне айфон. Я, пожалуй, слишком поспешно забрала. И закинула на кровать, потому что руки дрожали, и пришлось спрятать их за спину. Что-то пробормотав, Чимин выскользнул за дверь, всё так же не поднимая взгляда. Прерывисто вздохнула. Я хотела присесть на кровать, но промахнулась и приземлилась на пол. Да без разницы куда… Влюблён? Правда? Чимин… Но признаться в ответ… Я не знала, не могла. Что же делать? Как же всё так закрутилось? Совсем недавно я давала советы подруге, а теперь сама была в полной неразберихе чувств. Я же не сказала ему, что это взаимно! Блин блинский. Как же быть? Закатная План, кажется, сработал. По крайней мере, Чимин поверил нашим с Джуном заверениям. И решил признаться. Мы с Моней немного подслушали, но постеснялись торчать под дверью так долго и сбежали вниз. Ну а вообще, кто бы мог подумать, что айдол будет таким неуверенным? Ведь о своих чувствах Чимин понял, ещё когда Гаст первый раз Алису с собой увёл. И вот с тех пор никак не мог решится признаться. Пришлось нам с Джуном помогать. Так что салатница пала смертью храбрых далеко не случайно. В окна светило солнце чужого мира. Тепло. Я закружилась по гостиной. Чуть споткнулась, и Намджун ловко поймал меня в объятия. Мы улыбнулись друг другу. — Пойдёшь со мной в звукозаписывающую студию? — предложил парень. — Пойду, — согласилась я.- А что будем делать? — Увидишь. — Интригуешь, Монь. — А то! Ой, я записную книжку свою наверху забыл, — опомнился он.- Кажется, у Чимина оставил. Мы вчера занимались вместе. — Давай я схожу, — предложила и, дождавшись благодарственного кивка, поспешила наверх. Чима, наверно, у себя нет. Он же признаваться пошёл. Ох, хоть бы чего ещё не ляпнул случайно! Рассветные же такие ранимые. Я минула наши с Намджуном спальни, добралась до Чиминовой… И услышала тихий горький вздох. Не поняла. Он же вроде в чувствах признавался? Что-то случилось? И я без стука зашла в комнату. Чимин сидел на кресле, бездумно глядя вперёд и вертя в руках какую-то бумажку. — Что случилось? — озвучила я, мучавший меня вопрос. Парень не ответил. Я подошла ближе, присела на подлокотник и не поверила своим глазам. — Чимин! Ты чего, плачешь? — почти напуганно произнесла я. Потом только вспомнила, что это неправильный вопрос. Потому что Чиму от него становится только хуже и успокоиться у него тогда не выходит. Кореец просто спрятал лицо в ладони, попытавшись от меня отвернуться. Его плечи вздрагивали, выдавая состояние. — Так, тише, тише, — я соскользнула с подлокотника и опустилась на корточки перед корейцем, пытаясь заглянуть ему в лицо.- Чим, тише. Что произошло? Тебя обидели? Ну да, глупость спросила. Но утешать толком я не умею. Да и растерялась я. Вроде всё же так хорошо было… — Нет, — на силу выдавил он. Блин, Тэхена бы сюда, он умеет успокаивать. Я погладила Чимина по опущенной голове, чуть взлохматив тёмные волосы, обняла его за колени, давая время. Не знаю, что уж могло случится, но тормошить его не стоит. Слёзы тоже приносят облечение. Поэтому я просто сидела рядом, нервно перебирая в голове варианты. В итоге я мысленно рыкнула «фантазия, уймись!» и робко смахнула с щеки Чимы слезу. — Чимин, может, расскажешь что случилось? Именно в этот момент в комнату заглянул Намджун. Видимо, устал меня ждать и пришёл проверить, в чем дело. Ну да, а тут мы. Расстроенный Чимин и растерянная я. Растерянных в комнате, кстати, теперь двое. Джун подошёл, присел, как я раньше, на подлокотник и аккуратно похлопал Чима по спине. — Тебя отвергли? — хмуро уточнил Намджун. — Быть такого не может! — тут же яро возразила я.- Я не слепая же? — Мало ли… я от неё ничего не слышал, а поверил тебе лишь на слово, — кажется, всерьёз обронил Джун. — Да ладно?! — уже почти обиделась я за Лису. — Не ссорьтесь, — подал голос Чимин и поднял на нас грустные глаза.- Я не знаю. — Что не знаешь? — Отвергли или нет. — Это как? — не поняла я. — Алиса сказала, что всё хорошо, вроде «менять чувства не надо», но больше ничего не ответила. Может, она во мне видит не больше, чем просто айдола, красивую картинку? — Да даже думать такое не смей! — вскинулась я и получила цыц от Намджуна. — Не дави. Помягче, — почти одними губами произнёс Моня и обратился уже к Чимину.- Но прямо ты у девушки не спросил о её чувствах? — Не спросил. — Значит, отказа ты точно не получил, — подытожил лидер.- Тогда почему ты так расстроен? — Я думал, что когда признаюсь, будет по-другому, — Чимин совсем тихонько всхлипнул.- Мне показалось, что Алисе всё равно. А я… люблю её как до Луны и обратно. И это больно. Мои мысли медленно перешли на матерные выражения. В конце концов, помянув почему-то Гастерса и поймав почти панический взгляд Мони, я решила брать всё в свои лапы. — Чимин, — я потянула его за руку, которой он пытался от нас закрыться и спрятать не желающие останавливаться слёзы.- Посмотри на меня, пожалуйста. Парень пару минут шумно дышал, но потом всё же попытался стереть мокрые дорожки и взглянул мне в глаза. — Хорошо, — кивнула я.- Ты, если хочешь, поплачь, ничто так не облегчает как слезы. Но всё же постарайся выслушать меня. Я старалась говорить негромко, чуть урчаще — был у меня такой особый тон. Надеюсь, подействует. — Лис — моя подруга. Мы с ней не были знакомы раньше, да, но ничто не сближает так как чужой мир. К тому же мы из одной страны. И за это время мы неплохо успели поладить. Поэтому моему слову можно верить почти, как её. Чимин уже сам пытливо на меня смотрел и, похоже, даже не заметил, как сжал мои руки. Намджун затих, положив ладонь на спину Чима, морально поддерживая, и тоже не отрывал от меня глаз. Фух, как бы мне самой чего лишнего не сказать! — Так вот, я могу тебе со всей уверенностью сказать, что ты, Чимин, ей нравишься не как айдол. С самого начала Алису интересовал ты сам. Чимин из Пусана. А уж потом Чимин из BTS. А вообще, представляешь, она когда мне первый раз про тебя рассказывала, то даже имя ни разу не назвала. Представляешь? Суметь рассказать всю историю, ни разу не упомянув имени. Для неё не оно было главным. Для неё были главным твоё отношение, поведение, поступки, в которых отражался твой характер. Ты сам. Целиком и полностью. Не разбирая на части. Не говоря, что нравятся твои губы, а всё остальное — вдобавок. Тихий выдох был мне ответом. Так, похоже, всё получается… — И теперь, за время, что мы провели у Гастерса, Алиса окончательно узнала тебя настоящего. Боишься, что она могла после этого разочароваться? Чимин кивнул. Легонько наклонил голову, чтобы челка скрыла припухшие глаза. — Я могу точно тебе сказать, что она не разочаровалась, а ты ей стал нравиться ещё сильнее, — я загадочно улыбнулась.- Знаешь, почему в последнее время она меня избегала? — Нет? — полувопросительно ответил Чим. — Потому что ревновала к тебе. Хотя Алиса бы об этом никогда не сказала, если бы я не умела спрашивать. Но, Чимин, именно поэтому говорю сейчас я, а не она. Я перевела дух. Мне самой было страшно говорить, будто признавалась в собственных чувствах. Но переживания других людей кажутся иногда даже важней, чем собственные. — Она не признается. Я не смогу объяснить почему, просто знаю: не скажет Алиса о собственных чувствах. Не скажет. Но их видно. Потому что поступает и действует Алиса в соответствии с ними. Я вздохнула. Наговорила я тут уже, конечно… Но вслушиваясь в мой длинный рассказ, Чимин действительно успокоился и перестал изредка всхлипывать. В посветлевших глазах притаилась надежда. — Так что скажу теперь просто: Алиса тебя любит, Чимин. Тихо, немного робко, но теперь точно и по-настоящему. Поверь мне! — Я попробую… поверить, — тень улыбки скользнула по искусанным губам. — И знаешь, мой совет тебе. Веди себя так, будто Алиса уже призналась тебе в ответ, — я подмигнула.- Позови её с собой разучивать какую-нибудь хореографию или слушать музыку вместе каждый вечер. Не стесняйся! И ты заметишь, что она отвечает тебе взаимностью без слов. — Хорошо. Я постараюсь. — Вот и молодец, — с чувством выполненного долга заключила я и встала с пола. Корейцы синхронно подняли на меня вопросительные взгляды. Чим смотрел воодушевленно, Джун признательно. Но меня… меня ждало ещё одно очень важное дело. У меня там подруге в любви безответно признались! И я не могу оставить её одну переживать такой важный момент. Так что я покинула ребят. В отсутствие меня, Намджун решил для компании позвать в студию Чима. Заодно и Чаёк отвлечется. Привычное дело возвращает душевное равновесие. А я заглянула к Алисе. Душевный раздрай у неё был не меньше, чем у Чимина. Ох, как всё сложно. Проговорили мы с ней, наверно, весь оставшийся вечер до самой поздней ночи. Мы так можем. Пока она выговорится, пока я расскажу… Вспомним о былом. Обсудим корейцев. Придумаем какой-нибудь план на будущее. А в этот раз мы вздыхали о любви. Я рассказала Алисе о том, как успокаивала Чимина. Из-за этого пришлось успокаивать её. Потом почему-то стало жалко себя. Моя то любовь где? На это мне пригрозили, что если буду расстраиваться и ничего не понимать, то нас с Моней кто-то опять запрет в студии. Я прониклась. И постепенно мы обе успокоились, подняли друг другу настроение и заразились предвкушением будущих событий. Но в нашем доме наступила ночь. И пришлось отложить всё на завтра. Напереживавшаяся за день Лис уснула первой. Возвращаться к себе не было сил, и я устроилась рядом. Кровать большая, а я не храплю. Укрыла Алису краем одеяла, сама завернулась в оставшуюся часть. Всё равно она его во сне скинет, а я затащу одеяло под себя и окуклюсь. Как раз. На иномирный дом, в котором мы жили, спустилась блаженная и умиротворенная тишина. Скоро всё будет…