Чёрные стрелочки

Величайшее несчастье — нуждаться в помощи людей, достойных нашего презрения.

«Позор семьи!» «Что за паршивец!» «Как вульгарно…» «Фу, как противно». «Вы только посмотрите…» «Недоумок!» «Кто бы мог подумать, ха-ха-ха!» «Грязный мерзавец» «В этом доме тебе не рады больше! Убирайся прочь, проститут!»       Оглушающие голоса незнакомых людей и их взгляды преследовали мальчика до самых ворот родительского поместья. Казалось, ещё чуть-чуть и он свалится на землю без сил. Предательские слёзы, которые хотелось сдержать, не переставали прокладывать мокрые дорожки на щеках. Черная тушь и подводка для глаз оказались не водостойкими и присоединились к слёзам. Ему было всего тринадцать лет. «Это моя ошибка… Я был неправ, отец, прошу хватит», — с самых малых лет удары ремня по ногам мальчонки и эта фраза звучали в доме в сто раз чаще, чем «доброе утро». Как ты сидишь? Что за эмоции на лице? Какой вилкой ты начал есть? Неужели ты ещё не освоил труды Аристотеля? Бестолковый. Бесполезный. Уйди с глаз моих! Оборванец! Мальчик, что пару часов назад вынес ужаснейшую порку, не сдержался и решился бросить вызов своему ангелу-хранителю. Трясущими руками покрытыми вдоль и поперёк синяками и кровоподтёками осторожными движениями вычерчивал стрелки у глаз. Всё его тело ныло от боли. Ноги не держали, однако сидеть было в сто раз невыносимее. Стиснув зубы, мальчик принялся за тушь. Страшно ли ему? Очень. До дрожи в теле страшно. Он понимал, что самым худшим исходом этой выходки может стать его смерть, к чему он был не готов. Да и кто, кроме душевнобольных, будет готов к собственной смерти? Ему хотелось выть от боли, от злости и от тоски. «Мама, мама, мамочка, мне так тебя не хватает…» Банкетный зал был полон гостей в парадной одежде. Шляпки, зонтики, рубашки с противными полосками, платья с перьями, тугие прически, натянутые улыбки лицемерных людишек, завистливые взгляды и постукивание отцовской трости, которая ещё пару часов назад прошлась по всему телу ребёнка. Причина? Фаворитка отца не потрудилась ночью, после чего папочка, изнасиловав в наказание, вышвырнул её за ворота. А тут как нельзя кстати сын играл с Арчи, с подаренным на Рождество щенком. Стоит ли говорить, что стало с псом? Весьма риторический вопрос.       Под презрительными взглядами присутствующих мальчик дошёл до лестницы, на самом верху которой стоял отец с невозмутимым лицом, по крайней мере пока отцовский взгляд не пал на сына. На лице мужчины за секунду отобразилась кривая гримаса разных эмоций. Удивление, недоумение, злость, бешенство. Чёрная металлическая трость полетела в сторону ребёнка. К счастью, малыш успел увернуться в последний момент. — Я убью его! — на весь зал прорычал отец. В тот момент сердце мальчика словно остановилось, после чего забилось в бешенном ритме. Ноги рефлекторно понеслись к выходу. В памяти ребёнка активно всплывали недавние жуткие кадры отцовской расправы с собакой. Слёзы всё больше и больше набегали на глаза, от чего всё вокруг плыло. Крики отца, гул людей и жалобный скулёж щенка смешались воедино. Прямо. К двери. Быстрее. Прямо. Через сад. К воротам. Прямо. Быстрее. Прямо. Быстрее, быстрее. Никто не преследовал его. Никто не искал и потом. Он остался один посреди холодных улиц Лондона. Брошенный голодный ребёнок был на грани смерти. Сколько раз его чуть не сбила машина. Сколько же он спотыкался и падал. Так он и лежал где-то на окраине города полностью обессилевший, пока фигура женщины не остановилась перед ним. Едва увидев её лицо, мальчик задрожал. Он молил её не возвращать его в поместье. Только не туда. Только не к отцу. — Ни ты, ни я больше туда не вернёмся, Арти, — ласковым голосом произнесла бывшая любовница отца, поглаживая мальчика по голове и прижимая к себе. И она сдержала слово. Кто бы мог подумать. Она искренне заботилась о нём, как о родном сыне. Помогла найти репетитора и поступить в школу дизайна, а позже открыть свой бутик. С того самого дня, как Арти переступил порог её дома, он был окружен добрыми и понимающими людьми.

***

      Изменила ли его жизнь встреча с Круэллой? В каком-то смысле да. Меньше людей осмеливалось выкрикивать противные комментарии по поводу внешности и стиля. Среди богатых особ появились те, кто жаждал переманить его на свою сторону. Хотя осуждающие взгляды и перешептывания за спиной никуда не делись. Появилась новая работа, которая приносила удовольствие и порой азарт. Арти был счастлив творить вместе с Круэллой. Дни летели с бешенной скоростью. Показ за показом. Осенняя коллекция, зимняя, весенняя, летняя. Платье за платьем. Глаза радовались изумительной красоте его творений, вот только внутри всё больше и больше Арти заполняло какое-то странное чувство пустоты. В дверь вежливо постучались. — Войдите, — не отрываясь от очередного эскиза, бросил парень. Высокий стройный мужчина с подносом в руке зашел в комнату. Он проследовал к стеклянному кофейному столику, куда аккуратно поставил чашку с чаем и тарелку с сэндвичами. — А, Джон, это ты, — эскизы сразу же были позабыты и выброшены из головы. Глаза Арти не отрываясь следили за плавными, но четкими движениями мужчины. С виду Джон совсем не был похож на свой возраст. Подтянутый, высокий, статный мужчина без изъянов. Всегда приветлив, изыскан, и в то же время мужественен, харизматичен. Непонятным образом каждый раз он приковывал к себе внимание Арти. Не раз парень ловил себя на мысли, что слишком долго смотрит на мужчину. Однако встречных любопытных взглядов от него не было. Просто работа, просто коллеги. — Госпожа просила вас зайти к ней завтра с утра, — у самого выхода Джон остановился и обернувшись произнес. — Спокойной ночи, господин Арти. — Д-да, — не сразу отреагировал парень и тут же добавил: — И вам, Джон… Дверь хлопнула быстрее, чем Арти закончил говорить. Слова предназначенные мужчине так и не долетели до него. В который раз. Думал ли Арти открыться перед ним? Каждый божий день. И каждый день начинался с абсолютно незаинтересованного взгляда Джона, приносящего завтрак. Что повторилось и сегодня. — Надеюсь, Вы не забыли просьбу госпожи? — стоя у окна спросил он. — Н-нет, — в ярких утренних лучах Джон был невероятно изумителен, что заставило парня смутиться, — конечно же, не забыл. — Приятного аппетита. Если подумать, была у Джона одна привычка, которую Арти ненавидел. Можно ли это считать недостатком? Сложно сказать, ведь никто же не запрещает уходить не попрощавшись. С тяжелым стоном Арти упал головой на мягкую подушку. Как же он мечтал, чтобы эта дурацкая дверь была бы хоть раз заперта. — Арти! Мой любимый Арти! Присаживайся, — радостным голосом произнесла Круэлла, не отрываясь от бумаг. — Опять бессонная ночь? — Вдохновение. — Сомневаюсь, — весело наклонил голову Арти. — Остались бы новые эскизы. А я вижу лишь парочку бумаг с текстом. Взгляд девушки наконец поднялся вверх. — Ты всегда был слишком умным, — подобно парню, она тоже наклонила голову. — Как дела с Джоном? — Ты тоже, дорогая, всегда была слишком умной. — О нет, только не говори мне, что никто больше не заметил, — прикрыв лицо ладошкой, она наигранно испугалась. — В общем, перейдём к делу. Арти, ты согласен быть управляющим нового салона? Парень замер. Он опустил взгляд и погрузился в свои мысли. Необходимо всё взвесить. Сейчас и так немало забот на его голову. Бутик всё ещё был под его руководством, плюс работа с Круэллой. Безусловно, это всё идёт ему только на пользу. Он чувствует, как день за днём он творит то, о чём в детстве не смел даже думать. Но на сколько его ещё хватит? Не устал ли он ещё? — Думаю тебе нужно подумать, верно? — парень ответил кивком, после чего девушка продолжила: — Подумай до завтра.