Будь моими небесами

Снежная буря. Белая пелена застилает глаза. Свирепый ветер резал глаза, отчего приходилось закрываться руками и щуриться. Казалось, словно скоро пойдёт град. -Мэ́рлин! - Сквозь вьюгу был слышен крик, в котором чувствовалась тревога. - Ты здесь? Ангелов было столько, сколько звёзд на ночном небе. Их лиц не видно среди снега, белая вуаль метели разлучала посланников света друг с другом. Магический барьер, окружающий Поднебесье от внешних факторов, готов был разрушиться. Сейчас все силы были направлены на то, чтобы предотвратить это. В дальней стороне, где снега было больше всего, виднелось два силуэта. -Мэрлин! - Голос неизвестного уже почти охрип. -Сейчас мы никак не сможем найти его. - Тихо сказал ангел с сияющими крыльями. - Если даже я тут бессилен, то мы сможем найти его только утром. -А если он погиб? - Резко обернулся второй. - Я умру, если увижу его тело. -Не вздумай! - Воскликнул архангел, схватив его за плечо. - Ты нам живой нужен! Если ты скончаешься, то мы потеряем мастера меча клана Света. Только задумайся о своей важности, дурная голова! -Мне всё равно. Виман подошёл к Ли́ндену и посмотрел вниз. Перед ними был обрыв. Зияющая пустота напоминала о том, какие потери они понесли за эту ночь. -Если это правда так, то... - Ангел отвернулся от Ришелье и ушёл. - Не важно. Давай присоединимся к остальным, они уже не справляются. -Линден, СЗАДИ! ۝ Очередной стук в дверь. В комнату вбежала Аделина: -Вставай! -Зачем?! - Воскликнул Вильгельм, поднимаясь с трона. -У твоего жениха случился Новый год. -Какой ещё Новый год? Канцлер усмехнулась и продемонстрировала запись с территории клана Света. Практически ничего не видно из-за снежного вихря. Лишь жёлтое, золотистое свечение озаряло некоторые силуэты ангелов. Вильгельм мог разглядеть, как трескается барьер, защищающий райские долины. Скоро всё обрушится. Верштейн пытался найти самый яркий свет, который должен был исходить от Вимана. Архангела нигде не было: мимо пробежало столько небожителей, но среди этой огромной толпы не было Ришелье. -Вот так веселье. - Пробормотал повелитель Тьмы, размышляя об увиденном. - Тот артефакт... Его нужно уничтожить прямо завтра, а иначе тут всё к чёртовой матери заметёт. Вильгельм заметил, что Феликс больше никогда не разговаривал с ним. Замолчал, и отныне ни слова не проронил. Видимо, прежде чем Чи Фэн безвозвратно уйдёт в иной мир, они даже не поговорят. «Ну и ладно» Аделина всё ещё ждала внятной реакции от Верштейна, пока тот с задумчивым видом разглядывал прядь своих волос. -Ну так что? Ты что-то сделаешь, или пускай замерзают с летальным исходом? -Я хочу перебить всех, кто стоит за этим. - Твёрдо сказал Вильгельм и резко распахнул окно. - Я улетаю в Поднебесье. -Удачи. 𓄿 Пустошь. То одуванчиковое поле, на котором когда-то встретились Виман и Вильгельм, скрылось под тяжёлым снежным одеялом. Архидемон стоял один посреди холодной метели, пытаясь хоть как-то разглядеть Вимана. Он даже не знал, где архангел находится и что с ним сейчас происходит. От этого бессилия кружилась голова и закипала в жилах кровь. Глава Тьмы даже не содрогался от летящих в него снежинок, не пытался обходить огромные кучи белых крупиц. Шёл прямо по сугробам, как шёл когда-то по чужим головам. Луны и звёзд не видно - их давно скрыли тяжёлые свинцовые тучи. Линии горизонта словно не существовало, эту грань размыла метель. И где-то посреди снега и льда, под пристальным взглядом ночного хмурого неба, Вильгельм увидел русые волосы на земле. Архидемон опустился на колени, словно вот-вот начнёт молиться высшим силам. Он ясно мог видеть, как переставал таять снег на чьём-то теле. Тёмно-синий плащ и длинные волосы, покрывшиеся инеем. Вильгельм дрожащей рукой приподнял бледное, обескровленное лицо. Прикрытые веки, на которые падал снег, едва заметно подрагивали. В руках он сжимал белую ленту для волос. -Виман? Ответа, как ожидалось, не последовало. Верштейн впервые за эти года почувствовал себя настолько растерянно. Не знал, что делать. Подняв с засыпанной земли архангела, он крепко прижал его к себе. Вильгельм правда надеялся, что сможет согреть Вимана в своих объятьях, но всё это было безуспешно. Сердце демона уже давно не билось, а значит, тело отныне не источало тепло. Он был бессилен. И всё, что оставалось - это идти вперёд, словно снежной бури и нет вовсе. Словно буйный ветер ничуть не подкашивал ноги Вильгельма. Словно Виман сейчас с ним... Но архангел не приходил в себя. Изящные глаза отныне не одаривали своим тёплым взглядом. На руках у главы Тьмы лежало только безжизненное тело. Внутри всё сводило от отчаяния, он задыхался от огромного кома в горле. Словно он повязал на себе петлю, и скоро умрёт от удушья. Но сейчас умирал кое-кто другой. Тот человек, которым Вильгельм дорожил больше, чем самим собой. И он даже не мог вспомнить, когда пришёл к этому: может, когда они вместе поджигали башню клана Сумерек? Или все эти чувства проросли только тогда, когда он при всех вынес его на руках из подвала, словно невесту? Вспоминая те времена, Вильгельм хмурил брови и сдерживал слёзы. Горе всё больше поступало к глубине чёрной души. От него уходил тот человек, который всегда был с ним, с самого начала карьеры заклинателя. И плевать, что они хотели убить друг друга, соперничали... Они всегда были рядом друг с другом. Что это, если это не судьба? Вильгельм был захвачен в плен безграничной скорби. Руки и ноги его невыносимо дрожали, он даже не мог идти. Он ничего не видел, всё кругом было размыто из-за влаги в глазах. Теперь великий властитель Тьмы лишается того самого. Его драгоценность, его кровь и сердце... Это всё был Виман. Пульс уже почти не чувствовался, огонёк жизни стремительно угасал. Огонёк. Вильгельм достал из кармана спички. Он совсем не хотел делать это, но какие-то непонятные чувства подталкивали его на жертву. Если он будет гореть, то непременно начнёт источать тепло. Верштейн зажёг спичку, прикрывая её от ветра. На пару секунд вспыхнул огонь, озаривший его душу. Теперь он мог разглядеть любимое лицо и отсутствие эмоций на нём. Это зрелице пронзало его насквозь, словно тысяча копий. А вы верите в "магию любви"? Я тоже не особо в это верю, но именно так должна выглядеть эта сцена. Где-то в груди Вильгельм почувствовал дрожь. Сначала иголки по коже, потом удар - и вся кровь внутри оживилась. Как будто пришла в движение. Где-то между сердцем и рёбрами словно прорастали цветы. Без шипов, нежные и беззащитные цветы. Это была вся та любовь, которую они хотели скрыть. Если бы Вильгельм с самого начала знал, что всё закончится так рано... -Т-ты ведь обещал забрать меня с собой. Что-то стучало. Пульсировало. Глубоко в груди. Верштейн почувствовал холод. Сквозь боль в голове, вызванную горечью потери, он чувствовал, как ледяной ветер пробирает его до самых костей. Он чувствует. «Это вызвано искренними чувствами?» Сердце Вильгельма стучало. И он мог согреть Вимана. Чтобы он не умер. -Пока моё сердце бьётся, ты будешь жить. СЛЫШИШЬ?! ෴ Треск костра. Чьи-то чужие голоса. В голове - туман. Перед лицом мелькают белые крылья множества ангелов. Вильгельм приподнял голову и осмотрел помещение. Он обернулся и увидел, как над ним сидит Виман, сжимающий его руку. Он заглянул в красную, слегка побледневшую радужку Вильгельма и мягко произнёс: -Я люблю тебя. При всех. Именно этого Вильгельм и хотел. Архангел даже не обратил внимание на присутствие его подчинённых. На некоторое время повисла тишина. Кто-то удивился, кто-то зашептался... -Неудивительно, что вы друг ко другу неравнодушны. - Невозмутимо произнёс Линден, протирая лезвие меча. - Вся эта история весьма трогательная, если не учитывать то, как смешно тебя накрыло ловиной, Виман. -Тебе обязательно было это припомнить? - Пробормотал Ришелье. -Молчу. Но знайте: вы оба потеряли сознание, мило держась за ручки. Большинство не представляло даже, как такое могло случиться. Злейшие враги стали так близки, и всё это за какие-то два или три месяца! Вильгельм и сам не понимал, с каких пор решил для себя, что готов отдать жизнь за Вимана. Всё это было так причудливо, но почему-то привычно. Полно противоречий. Да что там: сами их отношения - это сплошное противоречие: тьма и свет, земля и небо. И даже сейчас они, словно инь и янь, дополняли друг друга, прекрасно смотрелись вместе. Вильгельм невольно думал об этом и не оглядывался по сторонам. Он аккуратно сжал руку Вимана, когда тот с нежной улыбкой чувствовал его пульс. Кажется, скоро Ришелье издаст полный радости и умиления визг, но при этом лицо его было по-доброму спокойным. Опущенные глаза, слегка смущённая улыбка. Русые волосы укрывали плечи и свободно свисали вдоль спины. -Виман. -А? - Тот посмотрел ему в глаз, слегка растерявшись. -Ты веришь в предначертанные судьбы? -Верю. Архангел аккуратно провёл рукой по щеке Вильгельма, словно это был лепесток розы. Красивой, кроваво-красной розы с длинными шипами. Никто не мог подобраться к этому изящному, но черезчур необычному цветку, а Виман смог.