Снежная слезам не верит

— Ты уверен, что нас не услышат? — на выдохе спросил Чжун Ли, скрывая свои раскрасневшиеся щёки в рыжих волосах Тартальи. — Ты же слышишь, как они веселятся? Им не до нас. Парень продолжил ласкать своего парня, прижимая его плотнее к стенке с зеркалом. Сидеть мужчине на туалетной тумбочке доводилось впервые, и это было не так уж и удобно, как казалось в начале их внезапной затеи, но удовольствие, наполнявшее его тело после влажных поцелуев на шее, полностью компенсировало все неудобства. Чайльд раздвинул ноги Моракса, чтобы было удобнее и, прижимаясь стояком в его пах, продолжил оставлять на шее мужчины горячие поцелуи. — Ты скоро свободного места на шее не оставишь…Прекрати-и, — Чжун Ли прошептал последнее слово, стоило юноше провести ладонью по его выпирающему бугорку в районе паха. — Мы же только начали, — облизнувшись, сказал Чайльд и продолжил гладить его. — Но не в ванной же… Тарталья, — с трудом выговорил Чжун Ли, не в силах сдерживать громкое дыхание, — давай не сейчас. — А когда же? Уже час ночи, моя семья всё ещё празднует, когда нам дастся такой повод? — Я просто…Не готов к большему. Мне нужно подготовиться. — А, вот как, — спокойнее, чем до этого, сказал Тарталья и убрал свободно блуждающую по горячему телу руку. — Тогда позволь мне сделать тебе приятно без подготовки. Тарталья игриво подмигнул ему и встал на колени перед мужчиной. Тот полностью раскраснелся и отвернул голову в сторону большой красивой ванны, уставившись в полку с различными шампунями. Тарталья расстегнул ширинку штанов Моракса и на этом же остановился, наблюдая за его реакцией. Вдруг послышался резкий звук хлопка двери, мужчины обернулись на звук, ошарашенно раскрыв при этом глаза. Антон, скрестивший руки на груди и недовольно глядевший на парочку, стоял словно судья, приговаривающий своих подозреваемых к смертельной казни. Лицо его выражало негодование и толику ярости, которая вот-вот превратилась бы в явный поток бранных слов, не будь семья в соседней комнате. — Я же Вам говорил, чтобы были чуточку внимательнее! — сказал молодой человек, закрыв за собой дверь. — Вам не стыдно? Тяжело дышащий и растрёпанный ещё больше Чжун Ли повернулся в сторону Тартальи и нахмурил брови. — Почему ты не закрыл дверь? — Я думал, ты её закрыл! — воскликнул шокированный парень и раскинул руки в стороны от полного негодования. Посмотрев на брата, Тарталья быстро встал с колен и под грозный взгляд Чжун Ли поправил свою полурасстёгнутую рубашку. Архонт тут же слез с тумбочки и виновато уставился в тёмно-голубые глаза хмурого и негодующего парня. — А если бы здесь был не я? Что тогда? Камингаут прямо в ванной? Гений, Тарталья. — Антон, — тихо начал он, виновато гладя под ноги, — ты же знаешь, что ты всегда прав. Да, я оплошал. Чего ты хочешь? — Я лишь хочу, чтобы мой брат был немного умнее, — сказал парень, тяжело вздохнув. — Тебя не изменить… Я требую сто тысяч моры. — Сколько?! Антон, одумайся! — в ярости сказал Чайльд и шагнул вперёд, но его остановил Моракс. — Будут тебе деньги. Непременно. До завтрашнего дня они будут у тебя. Чжун Ли на мгновение задумался, почему именно сто, если Антон сказал, что в следующий раз возьмёт в два раза больше. Он что, сжалился над ним? Или, быть может, попросту забыл о своих словах? Быть того не может. И в эту секунду уважение к столь юному, но мудрому человеку возрасло в стократно размере. Чжун Ли выпалил слова серьезно, будто мысленно подписал контракт с этим мальчиком, и шагнул вперёд, закрыв собой ошарашенного Тарталью. Лицо Антона исказилось в явной насмешке, и он хлопнул по двери. — А пока я добрый, бегите, голубки, к себе в комнату. И, Тарталья, пожалуйста, будь потише, а то тебя ещё на пороге слышно было. — Спасибо, Антон. Но по поводу денег я с тобой ещё поговорю, — задумчиво произнёс Тарталья и схватил Чжун Ли за руку. — Не стоит, мы сами виноваты. К тому же, я буду только рад внести вклад в развитие вашей семьи. — Но ведь сто тысяч... — Не забывай, кто я. Хоть я и отрёкся от звания, однако заначка у меня всё же осталась. — О чем это вы? — заинтересовался Антон. — Чжун Ли типа Мафии? — Лучше, он типа повелитель. — Кру-у-уто, — протянул явно восхищённый сказанным Антон и посмотрел на негодующего от такого клича Архонта, — выходит, мой брат будет повеливать всем Ли Юэ! — Антон не бери в голову, Аякс шутит. К тому же, я обычный человек. — Тем не менее я теперь знаю, что у Вас много моры, — хитро щурясь, сказал Антон и ухмыльнулся в своей манере. — Побежали, чтоб нас не обокрали! Тарталья потянул руку Моракса, и они выбежали из комнаты, оставив радостного мальчика в ванной. Он подошёл к тумбе, где минутой ранее сидел избранный его брата, и вернул на неё упавшие тюбики и контейнеры. Он взял тряпочку поблизости и протёр зеркало, которое было запятнано руками брата. Убедившись, что не осталось и следа присутствия разгоречённых тел, парень довольно выдохнул. — Я вас прикрою, — сказал Антон и радостно покинул помещение.

***

Прошло совсем немного времени, как оба парня оказались полностью нагими в одной ванне, наполненной пенистой водой. Тарталья ласково натирал спину Чжун Ли мочалкой, пока тот задумчиво и молчаливо смотрел в стену напротив. Он сидел между ног Аякса, из-за чего не видел его лица, но чувствовал сверлящий затылок взгляд. — Чайльд, — призвал Чжун Ли и набрал в руки пену, словно маленькое дитя. — Что такое? — Мне так хорошо. Эти слова полностью вывели парня из колеи, из-за чего его мягкие движение резко прекратились. Моракс почувствовал на своей шее теплое дыхание. Тарталья обнял его со спины и потёрся щекой о его затылок. — Господин, Вы такими словами вгоняете меня в краску. Атмосфера в ванной была очень расслабляющая. Приятные запахи шампуней и гелей создавали аромат, который пьянил разум. Жар, исходящий от нагретой воды, накалял их и так горячие тела. Чжун Ли накрыл ладонью сцепленные руки Тартальи и улыбнулся. Им обоим нравилось так сидеть, в обнимку, предвкушая что-то серьёзное этой ночью. Но пока им не хотелось прерывать столь интимную обстановку. — Сяньшэн, — призвал его Тарталья, ложась всем корпусом на стенку ванной и потянув за собой мужчину. — Мне тоже хорошо. Знаешь, что сделает эту ночь ещё лучше? — И что же? — спросил он, закрыв глаза и отдавшись расслаблению. — Мои прикосновения. К вам, мой господин. — Конечно, мой милый мальчик. Безусловно. Но не здесь. — Вы такой принципиальный… — недовольно произнес Тарталья и опустил руку на живот Моракса, под воду, поглаживая его большим пальцем. Почувствовав мелкую дрожь на коже старшего, парень довольно улыбнулся. — Это не принципиальность, а разумность. Хоть мы и в ванной второго этажа, к нам может кто-то подняться. Подумай. — Ну не-е-ет, — словно ребёнок протянул Тарталья и поцеловал Чжун Ли в ухо. — Не нет, а да. Давай домываться и пойдем в комнату, а то можем простыть. — Здесь очень жарко, господин, вам не кажется? — игриво начал он и медленно провёл рукой от живота до бёдер. — Или это ваше тело такое горячее? — Горячее здесь только твоё дыхание. Оно обжигает кожу, — тихо произнёс Моракс, немного краснея то ли от жара, то ли от смущения. — А что, если я скажу, что мое дыхание горячее из-за вашего крепкого стояка, который радует мой глаз уже на протяжении пяти минут? — с широкой улыбкой на лице произнёс Тарталья, что вызвало негодование у мужчины. — Данная поза крайне смущает. И если принять тот факт, что твой стояк упирается мне в спину… — Нет, не надо слов, сяньшэн, — шёпотом произнес на ухо Тарталья, — давай лучше я сделаю тебе приятно. Не успел Чжун Ли среагировать, как молодой парень аккуратно обхватил его колом стоящий половой орган и слегка сжал. С уст Моракса послышалось шипение. Дыхание его участилось, что вызвало у Аякса смешок. — Я вас напугал? Извините. Парень, насладившись реакцией своего наставника, хотел уже было убрать руку, как горячая ладонь Чжун Ли накрыла её своей. Мужчина впервые за долгое время повернул к нему голову, и Тарталья смог увидеть в глазах искры. Они выражали мольбу, которую Фатуи как сумасшедший хотел исполнить. Рукой он провёл по члену пару раз и почувствовал грудью накатившую спину мужчины дрожь. Это не могло не радовать парня, поэтому он с особым азартом начал двигаться. Дыхание мужчины участилось, как и дрожь во всём теле. Больше всего их возбуждало то, что они это делают в ванной, крайне неудобном и свободном помещении этого дома. Тарталья, услышав первый вздох Чжун Ли тут же остановился и, словно ошпаренный, убрал руки с твёрдого члена своего наставника. — Что случилось? Я что-то не так сделал? — разочарованно, сбивчивым дыханием спросил Чжун Ли, поглядывая из-за спины. — Н-нет, господин, вовсе нет! Я просто подумал, что лучше и вправду пойти в комнату. — До тебя долго доходит, — ласково произнес Чжун Ли и улыбнулся. — Давай сушиться. Сушка прошла крайне быстро: обмотав Чжун Ли в огромное полотенце, Тарталья поднял того на руки и со скоростью света, весь нагой, побежал к себе, моля всех богов, чтобы члены семьи были на первом этаже. Оказавшись в своей тёмной комнате, Тарталья аккуратно положил уже сухого Моракса на кровать, обмотанного в полотенце, и поспешил закрыть дверь. Как только дверной замок щёлкнул, Чжун Ли скинул с себя полотенце на пол, полностью обнажив своё тело. Тарталья медленно обернулся к нему и ошарашенно взглянул тому в глаза. Красота Архонта с каждым днём поражала его всё больше и больше. Несмотря на свой достаточно большой возраст, он выглядел превосходно, подобно Богу, который никогда не старел и хорошел с каждым прожитым на небесах годом. Его изгибы тела освещались лунным светом, исходящим из-за полузакрытых штор. Это придавало его фигуре более рельефный вид. Прямо сейчас в разуме Тартальи боролись два совершенно разных существа: один хотел напасть на полностью беззащитного, словно голодный хищник; второй же хотел с особой нежностью обращаться к нему, будто только-только распустившиеся бутону розы. В замешательстве парень приблизился к кровати, на которой вальяжно лежал Чжун Ли и посматривал на него из-под прикрытых век. — Сяньшэн, Вам когда-нибудь говорили, что вы бесподобны? — с обожанием в глазах спросил он, наблюдая за всё ещё возбуждённым половым органом своего наставника. — Каждый, кто был в моей постели, — сказал Моракс, хитро прищурившись и проследив за его реакцией. — В таком случае, — Тарталья встал на колени, расположив их по обе части бедер мужчины, опустил руки рядом с его головой и повис над ним, — я хочу, чтобы только я был в вашей постели. Я не хочу видеть Вас с кем-либо ещё. Только со мной. Только мой. — Только твой, — повторил Чжун Ли и приложил руку к его щеке. Тарталья, словно кот, потёрся о неё и приблизился к лицу старшего. — Я хочу, чтобы вы меня трахнули. — Как мило, что не ты хочешь меня трахнуть. — Нет, — Тарталья приложил свои тонкие пальцы к мягким губам. — Не говорите таких слов. Вам они не нужны. — Аякс, — ласково начал Чжун Ли, убрав с губ руку и поцеловал подушечки пальцев, — милый мой, я не мальчик. — Вы божество… — словно в бреду сказал Аякс и тут же припал к его губам. Чжун Ли обхватил щеки парня руками и приблизил того к себе ещё ближе. От такого напора парень не смог удержать и зажмурился, что есть сил. Оторвавшись от губ мужчины Тарталья принялся мелкими поцелуями опускаться вниз и, дойдя до его шеи, остановился. Тарталья облизнул кадык, спровоцировав глоток у Чжун Ли, и принялся посасывать кожу, уже покрытую многочисленными засосами. Оставляя алые разводы на бледной коже, он принимался вылизывать их, словно это помогло бы от них избавиться. Чжун Ли аккуратно скрыл свои ловкие пальцы в рыжую шевелюру и закрыл глаза, широко улыбаясь ребячествам парня. Ему было приятно чувствовать покалывания в зоне шеи, а затем горячий мокрый язык, который пытался таким образом извиниться перед ним. Он мог бы отдаться молодому парню в любом виде. Он просто скрывал это. Соблазнительно выдохнув сквозь зубы, Чжун Ли слабо сжал волосы в кулаке и призвал парня к себе. Тот лишь из-под слегка приоткрытых век посмотрел горящим взглядом в такие же пылающие ослепительным светом глаза и улыбнулся столь развратному выражению лица своего мастера. Тарталья примкнул к соску мужчины и принялся ласкать его, второй рукой делая то же самое со вторым. Чжун Ли вздрогнул и откинул голову назад, отдаваясь приятным ощущением, разливавшимся в зоне груди. Дрожь покрыла его тело, отчего голова начала кружиться. Ему было в то же время и до жути щекотно, но это чувство ещё больше разжигало страсть. Пьянящие звуки причмокивания заставляли обоих парней испытывать неописуемую жажду прикосновений. Аякс, оторвавшись от уже раскрасневшейся плоти своего возлюбленного, влажной дорожкой от языка опустился к пупку, очертил мокрый круг и опустился ещё ниже. Горячее дыхание на своей коже вызвало у Чжун Ли ещё одну бурю мурашек, в разы сильнее прежней. Тарталья отполз назад, лег на живот и обхватил бёдра мужчины, оказавшись прямо между его ног. Парень с мольбой посмотрел в полузакрытые глаза своего господина и под пристальный его взгляд поцеловал внутреннюю часть бедра. Моракс опустил голову на мягкую кровать и закрыл глаза, тем самым давая согласие. Специально выдыхая горячий воздух изо рта, парень двигался поцелуями все ближе к разбухшему половому органу. Его плоть была всё ещё влажной из-за воды, но его тело было ничуть не холодным от остывшей влаги, наоборот, оно излучало неимоверный жар. Аякс языком провёл по всему стволу, вызвав у мужчины слабый вздох, и припал к головке. Правой рукой он гладил внутреннюю часть бедра, что вызывало приятные покалывание в районе живота, левой же рукой он ласкал яйца мужчины, добавляя дополнительную стимуляцию. Первый стон послышался парню совсем скоро и он понял, что идёт в правильном направлении. Проведя от головки к основанию языком, он поцеловал член и резко вобрал его по самое горло. Это было так неожиданно, что Моракс сначала вздрогнул, но спустя мгновение закатил глаза и вжался в груду подушек спиной. Тарталья вынул член изо рта и снова вдавил его в своё горло, при этом мыча себе что-то под нос. Приятные слуху постанывания старшего заполнили комнату, что вызвало внутреннее ликование у молодого человека. Оттого он задвигался быстрее, помогая себе рукой. Ведя ею от основания до середины ствола и посасывая головку, Тарталья восхищался глубоким выдохам своего наставника и его тихим, пытающимся скрыться от слуха парня стонам. Сладкий голос разливался по комнате, возбуждая парня ещё больше. Его член горел от нетерпения, но лежащий под ним и уже откровенно кричащий Чжун Ли не давал остановиться. Тонкие эстетичные пальцы проворно вплелись в рыжие локоны, которые освещались светом луны. Это придавало оттенку волос более холодный тон. Тарталья начал усерднее двигаться, и когда Чжун Ли шёпотом молил его не останавливаться, замер, вынул член изо рта. Из-за высоко вздымающейся груди появилась дрожащая голова Моракса, и послышался недовольный стон. Чжун Ли быстро обхватил свой член, провёл по нему пару раз и под хитрый взгляд парня кончил ему на щёку. Чжун Ли изогнулся всем телом и сладко застонал, из-за чего Тарталья чуть сам не излился на кровать. Парень не мог оторвать свой заинтересованный взгляд от члена своего мастера, наслаждаясь тихим мычанием от удовольствия. — Вы такой нетерпеливый, — сказал Тарталья и вытер его семя тряпочкой, которую заранее подготовил. — Может, я Вам и не нужен? Сами закончили. — Нет, Чайльд, — глубоко дыша, сказал Чжун Ли и привстал на локтях, — вовсе нет. Я просто так давно не чувствовал твоего тепла, что не мог остановиться… — Святые Архонты, мне это льстит! — воскликнул Тарталья и прикрыл лицо руками, скрывая своё смущённое лицо. — Ради таких слов я готов сосать хоть всю жизнь. — Можно я тоже удовлетворю тебя? — спросил Чжун Ли и принял сидячее положение. Тарталья убрал руки с лица и подсел ближе. — Ты ведь так и не кончил. Твоя плоть горит. Чжун Ли опустил взгляд на стоячий колом член и поджал губы. Тарталья сел на Моракса и, обхватив его шею руками, примкнул к губам, медленно раскрывая их своими. Стоило языку мужчины пробраться ему в рот, как мурашки тут же покрыли его тело. Капельки смазки медленно стекали по стволу парня, перебегая по дрожащей коже Архонта под ним. Чжун Ли с силой сжал его ягодицы и прижал к себе и своим снова стоящим стволом начал тереться о его орган. Тарталья тихо ахнул в губы партнёру, но тот лишь притянул его ближе. — Чайльд, — на полусотне произнёс Моракс, краснея от своих мыслей, — давай уже, не медли… Он пополз назад и раздвинул ноги, открыв вид на очень соблазнительную картину. Тарталья не мог поверить в то, что крайне принципиальный и серьёзный человек, как Чжун Ли, мог бы вот так свободно раздвигать ноги. Он попросту не мог поверить, что он настолько пошлый. Нет, он не такой! Так почему же этот мужчина так себя ведёт? Неужели это его общество так влияет на Моракса? — Мне нужно растянуть Вас, господин, — сказал Тарталья и навис над Чжун ли. — Мой Чайльд, я уже это сделал, — с тёплой улыбкой на лице сказал мужчина, опустив руку на его затылок. — Какой же Вы ответственный, занимались подобным, пока я натирал вам спинку? — хихикнул он и тут же принял серьёзный вид. — Вы готовы, мастер? — Всегда готов, мальчик мой, — так же серьезно сказал Чжун Ли. Он мягко сжал плечи парня и прикусил губу, когда почувствовал жар его тела. Тарталья, подняв голову к потолку, медленно вошёл в уже растянутого и мокрого напарника, тихо вздыхая от удовольствия. Сжав половой орган кольцом мышц, Чжун Ли выпустил тяжёлый вздох. Грудь его начала часто вздыматься, ресницы и ноги дрожать. — Сяньшэн, Вы такой приятный. Я не хочу Вас отпускать. — Не отпускай… Тарталья ласково улыбнулся и с особой осторожностью, давая тому привыкнуть, обнял своего парня и поцеловал в мочку уха. Чжун Ли выпустил изо рта горячий воздух, опаляя щеку юного Фатуи. Мужчина открыл глаза и, не отрывая взгляда от двух мерцающих сапфиров, качнул бедра в сторону Аякса, глубже насаживаясь на него. Тарталья сквозь плотно стиснутые зубы тяжело выдохнул и закатил глаза. Стоило Чжун Ли сделать то же самое ещё раз, как он принялся медленно, внимательно следя за реакцией старшего, двигаться в нём, изредка постанывая ему в шею. Чжун Ли вцепился ногтями в мягкие плечи и прикусил губу с новой силой, стараясь не издавать лишних звуков. Покачивание тазом стали немного быстрее, из-за чего сдерживаться стало намного сложнее. Увидев, как Чжун Ли с трудом пытается сдержаться, Аякс тяжело сказал: — Мой… Чжун Ли, не сдерживайся, пожалуйста, в этой комнате звукоизоляция. Чжун Ли лишь кивнул, и стоило Тарталье сделать новый толчок, как мужчина громко простонал его имя. Это ещё больше возбудило Тарталью, из-за чего он начал быстрее входить в него. Чжун Ли полностью отдался парню, даже не думал останавливаться, он двигался ему в такт. От повышенной температуры теревшихся друг о друга тел начинала кружиться голова, на глазах стали появляться мерцающие искры. Редкий скрип и тихий стук краев кровати о стену вовсе никому не мешали. Им было всё равно, что происходило вокруг. Не было ничего, кроме громких стонов, пошлых слов, мокрых звуков и шлепков, приятных укусов и нежных поцелуев. Чжун Ли скрестил ноги за спиной Тартальи и выгнулся, как только мог. Дрожь во всём теле в пересмешку с приятным ощущением внутри усиливалась в нём, из-за чего хотелось кричать ещё громче. Тарталья опустил руку на шею мужчины и откинул голову назад, откровенно вдалбливаясь в дрожащее от удовольствия тело. Сдавленные стоны Аякса Чжун Ли мог слушать вечно, его высокий от стонов голос был совсем не похож на тот, каким он говорил обычно. От каждого толчка парня в телах обоих становилось ещё приятнее. Комнату заполнили их громкие стоны в пересмешку со шлепками мокрых тел. Уже вот-вот, оба на пределе. Тарталья продолжительно простонал и с последним толчком он вышел из мужчины, кончая на свою руку. Быстро избавившись тряпочкой от лишней влаги, он снова вошёл в возбужденного мужчину и продолжил двигаться, желая довести и своего возлюбленного до сладостного удовольствия. Чжун Ли судорожно закатил глаза и прохрипел имя своего возлюбленного. — Как же хорошо… — дрожащим голосом произнёс Чайльд и упал на тело Моракса, который с трудом мог дышать. Пролежав так меньше минуты, Чжун Ли наконец подал признаки жизни и похлопал Тарталью по спине. Парень поднял голову и улыбнулся, стоило ему заметить красное лицо. — Как же давно мы не были вместе. Как давно мы так не обнимались, — с несвойственной ему интонации сказал Чжун Ли и обнял Фатуи. — Полегче, господин, а то ещё спину надорвёте, — шутливо сказал Тарталья, за что мужчина сжал его тело в своих объятиях сильнее. — Будь осторожен со словами, мальчик мой. Вероятность оказаться снизу в следующий раз очень велика. — Да хоть посередине. С вами я готов на всё, мой господин. Чжун Ли резко раскрыл глаза и принял сидячую позу. Он потянулся за своими штанами на полу и, достав оттуда что-то, подсел к удивлённому парню. Он протянул красиво мерцающее под лунным светом серебряное кольцо, на котором мелким буквами было выгравировано его имя. — С новым годом. Это парное кольцо, которое было изготовлено руками самого лучшего мастера Ли Юэ. Моракс с глупой улыбкой надел на свой палец такое же кольцо, на котором было выцарапано имя Аякса. Рыжий парень глупо смотрел на кольцо и даже не моргал. Он пытался унять в себе удивление, перемешавшееся с ликованием. Внезапно он ахнул и широко улыбнулся. — Сяньшэн, я этого ждал всю свою жизнь! — восторженно крикнул Тарталья и выхватил из рук мужчины кольцо. – Можно ли это считать обручальным кольцом? Он надел его на безымянным палец, любуясь подарком под пристальный взгляд двух янтарей. Чжун Ли тихо рассмеялся ребячеству своего возлюбленного и обнял его, вдыхая запах приятного аромата шампуня. Аякс обнял его в ответ и чмокнул в лоб. Резкое воспоминание, вспыхнувшее в памяти, заставило сердце Фатуи часто забиться. Но теперь уже не от радости, а от страха. План Синьоры по ликвидации Ли Юэ был крайне неприятен парню, и он бы с радостью мог помешать им, однако в таком случае его семья будет в опасности. Почувствовав резкую смену настроения, Моракс нахмурился и с нежностью провёл по его щеке, смахивая капельку пота. — Снова работа? — будто прочитав мысли, спросил он. — Да, работа. Чжун Ли, я хотел.. — Я уже знаю от Антона. И уже заключил с тобой контракт. Я заранее прощаю тебя, Аякс, я попросту не готов тебя отпускать. — Сяньшэн, вы такой понимающий, — чуть ли не хныча, произнёс парень и вжался в крепкое горячее тело. — Давай противостоим Царице вместе? Тарталья, коснувшись своим любом о его, посмотрел в полные решительности янтарные глаза и хитро улыбнулся. Это подняло настроение Моракса. — Давай. Я буду с тобой до конца, воимя контракта.