Древние. Грот

             Димка чувствовал себя выжатым как лимон. Рядом, спасая от бесконечного трёпа сестры, сидел Миха — он часто косился на вяло ковыряющегося в пюре друга, еле сдерживаясь от опасного порыва обнять его. У Димки же не было аппетита, в голове ещё царил туман, его периодами покачивало. Михаил то и дело прятал улыбку, когда Димка опирался на него плечом в поисках опоры. Димка же этого вообще не замечал, раз за разом пытаясь заставить себя поесть, но живот отзывался неприятным спазмом, стоило учуять запах еды. В итоге Димка бросил эти жалкие потуги и потягивал воду из стакана. Сам себе удивился, когда Натаха протянула ему кусочек огурчика, и он его съел. Удивительно, никаких рвотных позывов это не вызвало.       После самого обычного обеда народ, точно сговорившись, столпился возле туалетов — всего-то двух, без каких либо пометок мужской это или женский. Димка в туалет не хотел, он хотел чуть-чуть отдохнуть, и близнецы помогли ему взобраться на верхнюю открытую палубу, где он нагло развалился в шезлонге, прикрыв глаза. Недолго он наслаждался тишиной, спокойствием и играющим на его лице ветерком, как раздался задумчивый голос Наташи:       — Как думаете, а все эти морские чудища существуют?       — Не в нашей дыре, — со смешком отозвался Михаил. — Димас, что думаешь?       — Что это бред, — поморщился Димка.       — Но ты же так увлечённо читал книгу про русалок, — удивилась Наташа, садясь на соседний шезлонг, оставив брата ни с чем.       — Увлечённо? — переспросил Димка и разомкнул веки. — Скорее озадаченно, — он пожал плечами. — Не верю я, что за столько лет, с нашими технологиями, никто на них так и не наткнулся. Так что это всё выдумки. Знаете, это больше напоминает страшилки для детей, придуманные взрослыми, чтобы те не ходили куда-либо, потому что там опасно. А все найденные скелеты ничего более чем бутафория и обман.       — Мне иногда хочется, чтобы что-нибудь из такого существовало, — Наташка мечтательно закатила глаза.       — Кентавры, например? — заржал Михаил.       — У тебя определённо недоёб, — Наташка закатила глаза.       Михаил на заявление сестры просто пожал плечами и пристально уставился на зевающего Димку, который от его взгляда так с открытым ртом и застыл.       — И не пялься на него так, — Наташка сама пристально уставилась на брата.       — Почему нет? — не понял Михаил. — Он такой же, как мы, просто ещё не понял.       — Ага, умник ты наш, — фыркнула Наташа. — Силой, что ли, пытаешься его к чему-то принудить?       Слушая спор близнецов, Дима тихо выдохнул и снова закрыл глаза: хотят спорить о его сексуальной ориентации, пусть спорят. Димка об этом пока не задумывался. Странно, что и секса не хотелось, а ведь уже девятнадцать почти. Стояк по утрам «радовал», что сил нет. Девчонки на нём не висли, но и совсем вниманием обделён не был. Когда он решил поговорить об этом с родителями, отец начал причитать, что сын никакой, а мать, шикая на мужа, с уверенностью заявила, что сынок всего-навсего не нашёл свою особенную девушку, поэтому и не хочется. А какая она — особенная? Тут даже мама не ответила ничего конкретного, налив в уши тонны воды о романтике, отношениях и сексе. И до чего же стало смешно, когда до Димки, спустя полчаса беседы, дошло, что маманя описывает сериал про любовь, на который её подсадила подруга.       Прислушиваясь к приятным голосам — как ни крути, но у близнецов, что у одной, что у второго, они мелодичные и усыпляющие — Димка задумался над словами Наташки о русалках. Русалки они кто? Тёлки с рыбьими хвостами! Димка задумчиво прикусил губу, не замечая, как на него смотрят замолчавшие близнецы — с похотливым желанием.              УС-СЛЫ-ЫШ-ШЬ МЕНЯ-А              Димка напрягся. В голове снова зазвенело от странного зовущего его голоса. Однако сам паренёк склонялся к тому, что просто слишком сильно долбанулся черепушкой, поэтому сейчас ему мерещится подобная чепуха. Да ещё и в теле ощущалось волнение.       А волнение в теле было из-за близнецов. Воровато оглядевшись и поняв, что никто к ним забираться не собирается, более того, многие потянулись спать, потому что утром им этого сделать не дали, они подсели к другу с двух сторон. Первым решился Михаил — и так достаточно долго терпел. Сунув руку в штаны Димы, он сжал его член, ближе к головке, ненавязчиво массируя. Наташка и сама на это облизнулась, чудом удержавшись и не накинувшись на хер понравившегося парня ртом — там бы ещё и брат не дал.       Облизнувшись, Михаил осторожно — свободной рукой — расстегнул Димкину ветровку и, задрав футболку, сжал губы на маленьком соске. Реакция Димки порадовала обоих: сжал пальцами чуть отросшие волосы Миши, а вторую положил на живот, точно в ожидании, когда и второй сосок будет одарён особым вниманием. Хихикнув точно безумная, Наташка сосок не губами зажала, а натурально прикусила, взмокнув от сладкого Димкиного стона. Сунув и свою руку в штаны парня, увереннее сжала ствол, быстро задвигав рукой вверх-вниз. Мишке пришлось сместить пальцы с головки на область между яйцами и анусом, ощущая, как дрожит тугое колечко.              УСЛЫШ-ШЬ ИХ ПЕНИЕ              Димка будто и правда услышал, как кто-то поёт. Перед глазами встала картина бушующего моря, посреди которого на скале возле островка сидел кто-то. Кто-то безо рта, со смазанным лицом и пел. Существо, чьё тело никак не хотело показываться Дмитрию, глянуло прямо в его глаза, сверкнув неестественно холодной серебристой радужкой — точно тело пронзил клинок.              ГЛУБЖЕ. ИДИ КО МНЕ. ВНУТРЬ ТЬМЫ. В ПУЧИНУ МЁРТВЫХ ВОД              Не слыша себя, Димка застонал громче, прогибаясь в груди и изливаясь в подставленную Наташкой ладонь. Правда сперма всё равно растеклась и по ткани, и по члену. Близнецы переглянулись и сели на колени. У Мишки после интима стоял не хуже, чем у Димки от двойных ласк. А Наташка мелко дрожала от пульсации между ног.              ТЫ НЕПОСТИЖИМ. Я НИКУДА НЕ УЙДУ. БУДУ ЖДАТЬ, СКОЛЬКО ПОТРЕБУЕТСЯ. МОЕГО ВРЕМЕНИ ХВАТИТ НА НАС ДВОИХ. УСЛЫШЬ МЕНЯ!              Димка резко открыл глаза. По телу разливалась приятная усталость. Сначала он просто лежал и таращился в медленно покрывающееся тучами небо. А потом осторожно сел и уставился на свои расстёгнутые джинсы и, ни хрена не поняв, оттянул резинку трусов. Выпялился на сперму и ахуевшим — иначе не сказать — голосом выдал:       — Какого хуя?       — Дим, ты только на нас не злись, ладно? — попросила Наташка, виновато потупившись.       — Чего? — Димка повернулся к подруге и посмотрел так, точно впервые её увидел.       — Пока ты дрых, мы тебе подрочили, — буднично ответил Михаил, за что получил от сестры красноречивый взгляд.       Димка попытался выдавить из себя хоть что-то. Любой мат. Послать эту парочку извращенцев в долгое пешее эротическое... Но ничего не сказал. Ни единого слова. Поправив одежду, Димка молча поднялся и так же спустился с «крыши».       — Дим! — крикнула ему вслед Наташа. — Ну, блин, замечательно! — она врезала кулаком в плечо брата. — А ты не мог придумать, как ему об этом поделикатнее сказать?!       — Успокоится, и поговорим с ним, — пожал плечами Михаил, с интересом смотря на свои пальцы: одним из них он ласкал анус Димы.       Тихо матерясь на близнецов, Димка уточнил у преподов, где можно ополоснуться, и утопал в душ на нижние палубы. От вида ржавых труб и дырки в полу с лейкой над головой стало тоскливо. Димке захотелось обратно домой и принять ванну.       Квадратик два на два казался Димке клеткой. Еле как раздевшись и сложив вещи на табуретку с кривыми ножками, он встал под лейку и включил воду. Прохладные потоки, вызывая табуны мурашек, потекли по телу. Прикосновение воды к опухшим от ласк соскам заставило вздрогнуть и напрячься.       Напугав парня до чёртиков, трубы загудели, напор стал сильнее, а вода теплее. Димка думал, обосрётся от страха. Но нет. Только сердце забухало мощнее. Судорожно вдохнув, он вернулся под потоки. Вода, касаясь интимных мест, заставляла Димку возбуждаться. Веря, что его никто не видит, он опёрся руками о стену, прогибаясь в пояснице давая воде касаться дрожащего ануса. Страшно стало и от ощущения в заднице, словно кто-то изнутри водил пальцем. Томно выдохнув, Димка сжал пальцы на члене.              ОТКРОЙ ДЛЯ МЕНЯ СВОЙ РАЗУМ              Тихо постанывая и всё больше прогибаясь, Димка чувствовал, что сейчас кончит. Правда кончил он не от того, что довёл себя сам, а с испугу, когда чьи-то руки схватили его за талию.       — Мишаня, блядь! — рыкнул Димка, упираясь в посмеивающегося друга ладонями в попытках оттолкнуть, но из-за позы было не особо удобно.       — Тебя щеколду закрывать не учили? — полюбопытствовал Михаил, опуская руки и хватая друга за член. — Особенно когда таким занимаешься.       — Да отъебись ты от меня! — Димка неосознанно повысил голос.       — Будешь орать, кто-нибудь ещё придёт, — шепнул Михаил, и Дима нехотя сжал губы.       Озадаченно приподняв брови, когда Мишка опустился на колени, Димка открыл рот возмутиться и тут же подавился стоном, когда зубы друга прикусили головку.              ОТДАЙСЯ МНЕ              Димка протяжно застонал, когда пальцы растянули его анус.              ТВОЯ ДЕВСТВЕННАЯ КРОВЬ — ПРОКЛЯТЬЕ              — Дим, расслабься, — попросил Михаил, поднимая его ногу и закидывая на своё плечо. Осторожно прильнув к нему, нежно поцеловал, попутно прижимая член к его дырочке. Звуки его стонов ласкали Мишкин слух, отчего сдерживаться становилось сложнее. Так и хотелось всадить в эту девственную дырочку по самые яйца. Но Мишка не идиот, знал, что это очень больно. Когда-то на себе проверил. А потом нормально сидеть не мог.              ВПУСТИ МЕНЯ              Чувствуя, как член друга давит на сопротивляющийся анус, Димка не сдержал крупную слезу. Как тут расслабиться, когда его в зад трахают. Ну, пытаются. Правда, ещё непонятно, мерзко ему или наоборот.       Михаил его сопротивление тоже чувствовал, поэтому, чтобы хоть как-то отвлечь, начал покрывать его лицо поцелуями. И каково же было удивление, когда Димка сам засосал его так, что дыхание сбилось. Из-за изменившейся позы головка таки вскользнула в зад Димки, вынудив его прервать поцелуй и громко застонать. Миша же блаженно выдохнул от ощущения, как его член зажало со всех сторон.              ТЕПЕРЬ ТЫ МОЙ