Ступени ненависти

После того инцидента Аккерман не взаимодействовал с Ханджи около трёх дней. Леви опять погрузился в повседневную рутину. Отчёты — сон, сон — отчёты. Так каждый день. В последнее время, Эрвин как-будто озверел, бумаг стало в два раза больше, а времени все меньше. Хотя, раньше свободные минуты тоже уходили на документы. Комната мужчины заметно преобразовалась: на полу валялись пожелтевшие листки бумаги, в углу помещения поселился паучок, за которым Леви часто наблюдал, не собираясь лишать его жизни. Это единственное живое создание в этой коморке, не считая самого Аккермана. Такой необузданный беспорядок психологически давил на мужчину. Грязи в комнате, конечно, не наблюдалось, такого бы он не допустил. Но разбросанные повсюду листы тоже не давали покоя. Леви начал стучать кончиком пера по столу, за день он исписал около пятнадцати листов. Голова не соображала, мысли мигом улетучивались. Этой ночью он проспал всего четыре часа, снова погрузившись в мысли о Зое и о случившемся. Но мужчина об этом не жалел, ни в коем разе. То, что Аккерман испытал, было сущим кошмаром, неизведанной пропастью, но одновременно влекло к себе. Леви никогда не испытывал таких ощущений, такого умиротворения внутри от причинения боли другим. Но назвать ли это болью? Судя по её полустонам и скулежу она словила немыслимое удовольствие. Мужчина в очередной раз начал прокручивать тот день, осознавая, как ему не хватало этой чертовки, которая как на зло старается избегать контакта с ним. Мысли об этом по прежнему неимоверно раздражали. «Заходи ещё» Эти слова не выходили у Аккермана из головы с того для. Означает ли это, что женщина сама желает большего? Или это очередная попытка поиздеваться?

***

В очередной раз этот кабинет похожий на помойку манил к себе. Какого черта там так приятно пахнет? Этот аромат принадлежал Ханджи, которая не моется неделями, месяцами, но тем не менее… Стучаться мужчина как будто разучился, заходил как к себе. Леви на самом деле не всегда осознавал цель своих посещений, просто хотелось? Но в этот раз Зое была явно чем-то взволнована, она перебирала стопки бумаг и складывала нужное в отдельную кучу. Видимо, Эрвин что-то поручил. Аккерман простоял у двери минут пять, наблюдая за женщиной, пока ей не понадобился выход. — Леви… — Она замялась, долго думая что ответить, — извини, мне нужно идти, Эрвин срочно просил передать ему бумаги, — быстро проговорила Зое, пытаясь выйти. Но Леви перегородил ей путь, не позволяя отойти ни на шаг. — Леви! Мне правда некогда, давай потом, это правда срочно! — повысила голос учёная, пытаясь оттолкнуть его плечом, так как руки были заняты. — Я не намерен ждать, ты как на зло избегала меня в течение трех дней, стерва, — проговорил Аккерман, сильнее зажав Ханджи. — Ммм… У меня не было времени, — спокойно сказала Зое, хитро посмотрев ему в глаза. Эти попытки отговориться вывели Аккермана из себя. Резко подхватив женщину, Леви понес её к ближайшей поверхности и это оказался стол. Листы бумаги полетели в разные стороны, что ужасно разозлило женщину, она около двадцати минут собирала их. Мужчина чувствовал, как ему по спине дубасят кулаками, пытаясь вырваться. Повалив учёную на стол и нависнув сверху, Аккерман всматривался в глаза, полные недоумения и злости. Но не страха. Нет. — Аккерман, твое психо-эмоциональное состояние в последние несколько дней оставляет желать лучшего, –проговорила Зое с усмешкой. Злости как не бывало. А из-за кого это, Ханджи? Я ненавижу тебя за это. — Заткнись! — Прорычал Леви, закрыв её рот рукой, приблизив свое лицо и вдыхая приятный аромат, который сводил с ума, оседая в легких. Он начал всматриваться в черты её лица. Как бы то ни было, если бы это чучело умело за собой ухаживать, из неё явно вышло бы что-то притязательное. Но необходимо ли это? Нет. Аккерману нужна именно эта женщина, которая не моется неделями и ведет себя как чертова имбицилка. Похоже, он сходит с ума. Опустившись ниже, он потерял рассудок и прильнул к шее Зое, начиная вдыхать запах её тела. Она пахла книгами, цитрусом и чернилами. Пахла свежим кофе, чаем, все это смешалось в её феромонах. Плевать, что женщина о нем думает, сейчас Леви полностью отключился от реальности. Он желал эту женщину. Вдруг из коридора послышались шаги, приближающиеся к кабинету. — Блядь, ты дверь закрыла? — прошипел Леви, убирая руку с её рта. — Н…Нет, — промычала Ханджи, смотря мужчине прямо в глаза, — Леви… Даже сейчас в её глазах не было ни капли страха. Аккерман в очередной раз закрыл ей рот рукой, пытаясь подавить скулеж. Раздался стук в дверь. Лишь бы не вошли. То, что увидит вошедший, не поддается никаким оправданиям. — Капитан, вы у себя? Этот голос принадлежал Моблиту. Благо, в отличие от Ханджи, он умеет стучаться. Но что сказать в ответ? Просить Зое рискованно, по её голосу Бернер сразу заподозрит неладное. Но ничего не отвечать тоже не разумно, он обязательно проверит кабинет. — Занято! — Хриплым голосом крикнул Аккерман, что принесло дискомфорт лежащей под ним женщине. Мужчина её знатно оглушил. Она сильно зажмурила глаза. Но эта ситуация показалась ей забавной, она тихо захихикала мужчине в руку. В ответ не последовало ничего. Сложно представить, какое сейчас выражение лица у стоявшего за дверью. Отнюдь, чтобы убедиться в благополучии Зое, юноша мог и войти, чего не последовало, но им же лучше. С учётом того, Бернер не исключение тем солдатам, которые стараются не попадаться на глаза постоянно угрюмого Леви. Остается надеяться на смекалку Ханджи и то, как она будет объясняться. Хотя, должна ли? Только когда мужчина уловил звук отстраняющихся от кабинета шагов, удосужился немного ослабить хватку. — Ты больной ублюдок, Леви, — сказала Ханджи хриплым голосом, хитро улыбнувшись, — что я ему скажу? Аккерман приблизил свое лицо, выдохнув ей в шею, что вызвало поток мурашек по телу учёной. Она немного выгнулась в спине, случайно задев каменный стояк, что заставило мужчину тихо прорычать. — А это уже сугубо твои заботы, — прошептал Леви, укусив Зое за шею, сильнее всасывая нежную кожу. — Эй! Без следов! Я на людях вообще-то бываю, — вскрикнула учёная, попытавшись оттолкнуть настырного гнома от себя. — Дикари на люди не выходят, — сказал мужчина, нежно зализывая место укуса. Ханджи тихо расхохоталась, но стоило теплому языку коснуться шеи, как смех сменился на нежный стон. В животе оседала какая-то приятная тяжесть, заставляя виски пульсировать, разум как в тумане. Она никогда не видела эту вечно недовольного коротышку таким, что одновременно пугало и завораживало. Что им движет? — Леви… Дверь… — прошептала Зое, вспомнив про один ньюанс, который может здорово сказаться на их репутации. Мужчина отстранился от сладкой шеи женщины, посмотрев на неё суровым взглядом. Он резко схватил учёную за воротник рубашки и опять приблизил к своему лицу. — Снимай свои чертовы манатки, женщина, — прошипел Леви ей в лицо, освободив от своей хватки и пошёл к двери, не отводя от Зое взгляд, но так и не дождавшись дальнейших действий. — Снимай! — Прошипел Аккерман, сильно ударив кулаком в дверь, это только развеселило учёную. Ненормальная. Ханджи начала медленно расстегивать пуговицы на рубашке, пальцы немного путались. Женщина не скрывала своего интереса, смотря прямо в глаза, будто, пыталась проанализировать его, добраться до коры больших полушарий, до самих извилин. Мужчину это только разозлило. Подойдя вплотную, он схватился за края рубашки и резко дернул. Два порванных лоскутка полетели на пол. — ЛЕВИ! ЭТО МОЯ ЛЮБИМАЯ! — закричала Зое, шлёпнув мужчину по руке. В ответ он перехватил её запястье и вдавил женщину в стол. — Не ори, дура! — Шикнул Аккерман, смотря прямо в глаза. Но взгляд самопроизвольно опустился ниже, на зону декольте. Лифчиков Ханджи не носила, он убедился в этом ещё на той прогулке в лесу. Дыхание затаилось. Перед собой он увидел но красивую женскую грудь, относительно второго размера. Странно, но под рубашкой её почти не заметно, или просто не придавал этому значения? Недолго думая, он присосался губами к розовому соску, который уже успел набухнуть от возбуждения. Леви нежно обводил языком ореол бугорка, оттягивая его зубами и снова зализывая. Стоны Ханджи становились громче, периодически они перемешивались с усмешкой. Это сводило с ума, он теряет рассудок. Движения становились более грубыми. Ненавижу. Оторвавшись от груди, Леви увидел покрасневший от его губ сосок. Схватившись за обе груди руками, мужчина начал грубо мять два бугорка, периодически лаская их языком. Она скулила, просила большего, извивалась в его руках как последняя сука. Аккерман прекратил манипуляции с грудью и резко впился в её губы, проталкивая язык все глубже. Слюна Зое была сладкая на вкус. Мужчина терял контроль. Он с упоением сжимал её губы своими, отстранялся и снова углублял поцелуй, облизывая губы Ханджи. Женщина чувствовала, что между ног у неё уже достаточно влажно и это приносило небольшой дискомфорт. Зое сильно укусила Леви за нижнюю губу, тот прошипел и отстранился, смотря на учёную с презрением. — Это тебе за рубашку, — прошептала Ханджи, обхватив его талию ногами, прижимая пах к своей промежности, где было особенно жарко. В ответ мужчина хрипло промычал, чувствуя, что в штанах уже до невозможности тесно. Аккерман резким движением избавил Зое от штанов, захватив рукой и нижнее белье, оставив её полностью обнаженной. Голова закружилась сильнее, то ли от непривычной для него обстановки, то ли от самого себя. Как он вообще сюда попал? Леви даже об этом позабыл. Перед его лицом лежит обнаженная женщина, которую он на дух не переносил, но одновременно жаждал её хорошенько отыметь. Может, она правда ведьма? Аккерман с трепетом дотронулся до клитора Ханджи, который немного пульсировал от возбуждения. Он провел пальцем между влажных складок, собирая влагу. Леви заводился все сильнее, член в штанах начинал шевелиться, что не было не замечено Ханджи. Кончиками пальцев она нежно провела по выпирающему бугорку в штанах, от этих действий Аккерман зарычал и сильнее надавил на клитор женщины. От этого она откинула голову назад и простонала. Средним пальцем мужчина немного надавил на вход во влагалище, почувствовав, что палец легко проникает внутрь, он погрузил его на одну фалангу. — Леви, ради всего святого, быстрее, — промычала Зое, поддавшись тазом на встречу пальцам мужчины. — Делаю так, как считаю нужным, очкастая, — проговорил Аккерман хриплым голосом, но выполнил её просьбу. Резким движением он полностью вдолбил в учёную палец, немного двигая им. Ханджи вскрикнула, прогнувшись в спине как кошка. Каждое её движение заводило все сильнее. Как же она бесит. Леви вынул палец из её теплого влагалища. То, что он сделал, удивило даже учёную. Мужчина поднес палец к своему рту и начал тщательно слизывать сладкую влагу. «Не брезгает» — пронеслось в мыслях Ханджи, что заставило улыбнуться. Избавив себя от штанов, которые невыносимо давили, Аккерман облокотился на женщину, рыча как зверь. Из-за такого резкого движения, Зое даже не успела посмотреть на «него», что очень расстроило, ведь было жутко интересно. И раз на то пошло. — Леви… Я хочу посмотреть… — прошептала учёная на ухо мужчине, что заставило тело покрыться мурашками. Он уже был не в силах тянуть. Член ужасно пульсировал и просил большего. Но эта просьба показалась мужчине очень… Милой? Как будто ребенок увидел что-то новое. Недовольно промычав, Аккерман отстранился от Зое, ожидая дальнейших действий с её стороны. Приподнявшись на локтях, она аккуратно дотронулась до головки, немного сжав её между пальцев. Размеры его полового органа очень поразили. Ханджи испытывала странные ощущения смотря на его пах. Неуверенно она дотронулась кончиком языка до головки пениса, слизав липкую влагу. Посмотрев на мужчину, она увидела совершенно чужой взгляд. Он не был суров как обычно. В глазах отображалось животное желание и туман. Зое решила повторить подобную махинацию, но взяв поглубже. Она нежно обхватила головку губами и погрузила её внутрь, лаская языком. На лице Аккермана выступил пот, щеки покрылись румянцем. Хрипло простонав, он в очередной раз повалил Зое на стол. То, что она делала было безумно приятно, он обязательно позволит ей это сделать ещё раз, но сейчас Леви уже не в силах терпеть. Ханджи усмехнулась, прижавшись к члену вульвой, она начала тереться об него, вызывая волну новых чувств. Смазки было предостаточно, от чего ощущения становились интенсивнее. Аккерман схватил тонкую шею женщины и немного придушил, начиная постепенно проникать внутрь теплого влагалища, от чего Зое пискнула, но быстро закусила губу. Когда Леви вошёл до основания и тяжело выдохнул, он посмотрел учёной в глаза. В них отражалась уловимая доля доверия и удовольствия, что вызывало мурашки по телу. Но мужчина не осознавал, кто у кого находится во власти, но чувствовалось, что именно он у неё… Сделав пробный толчок и услышав желанный стон со стороны Ханджи, Аккерман начал ускорять темп, вдалбливаясь все сильнее и сильнее. От резких движений грудь Зое начала немного подпрыгивать, что очень завораживало. Появилось желание опять потрогать их. Не сбавляя тем, мужчина ухватился правой рукой за грудь женщины, пальцами сжимая и теребя сосок. Аккерман чувствовал как член периодически упирается в матку. — Почему… Тебе нравится делать это со мной? — прошипел Леви, укусив женщину за мочку уха, продолжая бешено вдалбливаться в лоно, из которого выделения выделялись все обильнее, капая на стол. В ответ Ханджи незаметно улыбнулась и прижала мужчину к себе, облизнув выпирающую вену на шее, поддаваясь его напору. Левой рукой Аккерман дотронулся до клитора Зое, нежно массируя. Этот скулеж сводил с ума, он как ненасытное животное, ему было мало. Продолжая делать подобные манипуляции, мужчина почувствовал, что близок с финалу. Сделав два толчка Аккерман ощутил, что Ханджи начала пульсировать, стенками влагалища сжимая его пенис. Леви вытащил свой пульсирующий член и начал надрачивать у Зое над животом, хищно рыча. Кончать внутрь он не осмелился, ещё одну Ханджи он явно не вытерпит, лучше не рисковать. Семя полилось на живот женщины, а с него капая на стол. Сучка…

***

Мужчина сидел на замызганном диване, внимательно наблюдая за женщиной, которая искала в шкафу новую рубашку. — Кстати, держи свой пиджак, — обиженно произнесла учёная, кинув его на диван рядом с ним, — «в целости и сохранности». Это был намек на порванную рубашку. Аккерман накинул пиджак на себя, почувствовав, как от него приятно пахнет. Ханджи явно не стирала его после себя, да и умеет ли она стирать? Но это ничуть не смутило, наоборот, обрадовало мужчину. Он смотрел женщине в спину, периодически улавливая взглядом её недовольное лицо. Это казалось Аккерману очень милым, но одновременно раздражало, что она чем-то не довольна. Хотя, причина веская, отнюдь. Подойдя к ней вплотную, Леви немного приподнялся на носочки и шепнул ей на ухо: — Разве я не загладил свою вину? — похотливо спросил мужчина, опалив ушко теплым воздухом, от чего оно немного покраснело. — Ха-ха, да иди ты! — усмехнулась Зое, оттолкнув его от себя. Но тот бдительности не терял, замахнувшись, он сильно шлепнул учёную по заднице, от чего та вскрикнула. — Ты переходишь все границы, Леви. — Сказала Ханджи строгим тоном. Но им пришлось отвлечься от этой рутины, в дверь снова постучались. Но в этот раз обстановка более подходящая. — Заходи, — крикнула Ханджи, видимо, уже знает, как стучится её помощник. Тот медленно открыл дверь и перед тем, как зайти, осмотрелся по сторонам, встретившись с грозным взглядом Аккермана, от чего по телу прошелся холодный пот. — Я принес вам травы, которые вы просили. И да… Колбы… — Волнительно произнес Бернер, поставив пакет на стол. Благо, расспрашивать о том, что здесь происходило, он не стал. Но его взгляд на учёную выдавал интерес и волнение, в сторону Леви он старался не смотреть. Раскиданные по всему кабинету бумаги подсказывали что-то не ладное. — Тогда, я пошёл, — холодно произнес Аккерман, осознав, что сейчас женщина погрузиться в свои изучения. — Ага, давай! — сказала Ханджи, даже не посмотрев в его сторону. Она уже в своем мире, она уже забыла о том, что произошло. А об Эрвине тем более не вспоминала. Влетит же потом. Но для привлечения внимания, перед тем, как выйти из кабинета, Аккерман щипнул учёную за бедро, от чего та дернулась и обернулась. Их взгляды жадно пожирали друг друга, чем то обменивались. Моблиту оставалось только нервно наблюдать за этими двумя, пока они не разошлись. На душе у мужчины был приятный осадок. По пути в свою комнату его уголки губ были немного приподняты. И все-таки, она меня выводит.