Глава 8
2 июля 2022 г., 15:57
Наконец они решают вздремнуть, после чего принимают очередной душ, а затем направляются в отель на ужин. Дин доедает свой запечённый в панировке лосось с макадамией, когда Кастиэль хихикает, толкая Дина ногой под столом.
— Что смешного?
Кастиэль указывает на пару, целующуюся за столиком в другом конце зала.
— Юная любовь.
— Юная любовь? Да ладно, этот парень выглядит старше нас, — говорит Дин, потягивая вино из своего бокала. — Ты им завидуешь? Хочешь поискать гланды друг друга прямо на этом столе?
— Возможно позже, дорогой.
— Батюшки, — говорит Дин, всё ещё наблюдая, как девушка оседлала своего спутника в их кабинке. Их лица скрыты волнистыми, грязно-русыми локонами девушки, но Дин всё ещё может слышать причмокивания. — Они в самом деле продолжают в том же духе.
— Я не могу поверить, что никто не попросил их остановиться. Они выглядят так, словно через несколько секунд займутся сексом прямо в этой кабинке.
— Ты не можешь петушиться из-за этого, Кас, ты подрочил мне в чёртовом Taco Bell.
— Да, в туалете, как джентльмен.
— Знаешь, — говорит Дин, хихикая, — если поправить волосы этой девушки и вложить винтовку в руку того парня, это вполне могли бы быть Бекки и Гадриэль Хэммонд.
— Прикуси язык, — говорит Кастиэль, заметно вздрагивая, — ты можешь себе представить... Кастиэль замирает. — О, боже милостивый.
Девушка улыбается и кивает официанту, выглядящему неловко, и, о, чёрт возьми, это Бекки.
Бекки Хэммонд, хозяйка отеля «Постель и завтрак», у которой Дин, блядь, чуть не умер в гостях. Бекки Хэммонд на коленях у своего сорокалетнего пасынка. Бекки, ебать её, Хэммонд, которая, по мнению Дина, убила первую жену своего мужа.
— Ладно, попроси чек, — говорит Дин. — Мы уходим.
— Еда входит в стоимость номера, помнишь? И разве ты не хочешь доесть свою еду?
Дин смотрит на еду.
— Что, если они нас увидят?
— Чтобы это произошло, им пришлось бы перестать любезно строить друг другу глазки.
Дин оглядывается.
— Фу, теперь я даже не голоден. Ты действительно хочешь остаться?
— Думаю, я был бы счастлив доесть это в постели с тобой. — Кастиэль привлекает внимание проходящего мимо официанта, заказывая коробки на вынос.
Их еда быстро упаковывается, но как только они собираются встать и уйти, Дин замечает, что рядом с их столиком кто-то стоит.
Кто-то вдвоём.
Гадриэль выглядит таким же чопорным и стойким, как всегда, а Бекки улыбается.
— Это вы! Я сказала Гадриэлю, что видела своих любимых гостей, и он подумал, что это всё моё воображение, но вот вы здесь!
Любимые гости? Иисусе.
— Рад видеть вас, миссис Хаммонд, — говорит Кастиэль. Лжец. — И тебя, Гадриэль.
— Добрый вечер, мистер Новак, — говорит Гадриэль.
Кастиэль улыбается.
— Теперь Винчестер. Или... как только мы оформим документы.
Бекки прыгает, возбуждённо хлопая в ладоши.
— Вы двое поженились? О, это, должно быть, ваш медовый месяц! Я знала, что вы двое продержитесь, не каждый мужчина будет рисковать своей жизнью так, как ты, — говорит Бекки, почти падая в обморок от Дина.
И тут Дин вспомнил, что Кастиэль был её любимчиком.
— Да, эм... только недавно поженились, в эти выходные.
— О, как интересно!
— Марв и Хейэль где-то поблизости? — спрашивает Кастиэль.
Дин очень надеется, что нет, учитывая, что Бекки и Гадриэль только что вытворяли.
— О... нет, нет, — говорит Бекки, печально качая головой. — Мой дорогой Марв скончался летом.
— О, мне так жаль это слышать. Надеюсь, семья держится хорошо.
— Да, у всех всё хорошо. Хейэль использовала своё наследство, чтобы переехать в Сан-Диего, и она наконец-то возвращается в кулинарную школу! Марв был бы в восторге.
Это невежливо, но Дин должен спросить. Он должен.
— Могу я спросить… как Марв... э-э... скончался?
— Сердечный приступ, — в унисон говорят Бекки и Гадриэль.
Да, это не настораживает.
— Потеряв мать в двадцать лет, а теперь и отца всего в сорок, Гадриэль остаётся таким сильным, — говорит Бекки. — Не так ли, дорогой?
— Да, ма… Ребекка, — говорит Гадриэль.
Бекки улыбается ему, и он улыбается в ответ. Его улыбка нервирует так же, как и в прошлый раз.
— Это было великой потерей, —драматично говорит Бекки, вздыхая. — Но, по воле судьбы, я вновь обрела свою любовь! Гадриэль так хорошо заботится обо мне, что его отец гордился бы им.
Дину так противно.
— О, так вы двое...
— Поженились! Мы действительно потратились на этот медовый месяц, но это был такой тяжелый год для семьи. К счастью, у нас были деньги со страховки… что-то вроде свадебного подарка от моего дорогого Марва.
Неужели Дину снится весь этот хуёвый разговор?
— Ах… поздравляю вас двоих.
Бекки сияет.
— О, спасибо! Что ж, нам пора, я заказала массаж для пар при лунном свете! В этом отеле так много замечательных удобств, в каком номере вы остановились?
— Мы в шестом бунгало, — говорит Дин, морщась, когда Кастиэль пинает его под столом. Он заслуживает этого, зачем он ей сказал?
— Ну надо же, удивительно! Мы в пятом! — восклицает Бекки. — Бунгало номер пять. Бунгало с громко стонущей женщиной. Стонущей на всю округу Бекки.
Дин хочет умереть.
— Ну, — говорит Бекки, — надеюсь, мы ещё увидимся, правда у нас с Гадриэлем очень... плотный график. — Мерзость. — Спокойной ночи, мальчики!
Они наблюдают за тем, как Бекки и её пасынок-муж уходят, а потом смотрят друг на друга.
— Ты за то, чтобы притвориться, что последних десяти минут никогда не было? — говорит Кастиэль.
— Боже, да.
