Немая мелодия ночи

Зима в своём начале успела припугнуть жителей севера, не рассчитывающих на такие частые и бурные метели. Слух о том, что в нынешнем году сезон будет самым холодным за последние несколько лет, по-видимому, оказался правдивым — иначе эту погоду не объяснить. Болейн не был напуган, но переживал за скот и, возможно, где-то в глубине души — за юную леди, направляющуюся на север, в его обитель. Ответ на письмо с довольно необычным для Леона предложением нашёлся далеко не сразу. Лишь после диалога с Берти, уверенным, что этот брак может помочь укрепить знать рода Болейн на юге, барон отправил гонцов с радостной для виконта Рассела новостью. — Всё будет хорошо, — не раз повторял Берти, замечая думы и переживания мужчины. Леон видел во всём этом что-то тайное, скрытое от его глаз и разума, то, что никак не может стать явным, но не мог найти ответ между строк, перечитывая письмо даже в сотый раз. Это могло показаться паранойей, ведь не могут же все люди вокруг быть подлыми, проделывая все дела лишь во имя своей выгоды? Тем более, если Хейвуд Рассел был другом покойного отца, знаменитого в свете своей внимательностью к окружению, то он и подавно не может являться подлым — просто не посмел бы посягнуть на род Болейн с подобным предложением. Барон, сколько бы ни пытался отогнать прочь подобные мысли, никак не переставал к ним возвращаться, стоило только отвлечься от дел, которых из-за постоянных вьюг стало гораздо меньше. Все северяне примкнули к своим тёплым домам с семьями, где без передышки печь поглощает дрова, одаривая домочадцев теплотой. Притихли даже вездесущие купцы, находя подобные условия невозможными для работы. Всё это казалось каким-то наказанием для Болейна, от безделья вынужденного постоянно скитаться по дворцу, то и дело зарываясь в собственный водоворот мыслей. Сегодняшний день не стал исключением или особенным, поэтому Леон снова сидит в своём прогретом кабинете, под треск дров в огне перелистывая страницы не самой интересной книги, дочитывает которую он только из-за привычки идти до конца и всегда завершать начатое. В какой-то момент становится настолько уныло, что барон, удобно устроившись в мягком кресле напротив камина, начинает проваливаться в лёгкий дрём, но внезапно Берти дёргает за ручку, тут же отворяя дверь и проходя внутрь, в очередной раз бесцеремонно врываясь в покой Болейна. — О, ты заснул, что ли, — на мгновение мнётся незваный гость. — Как будто это возможно, если ты находишься во дворце, — Леон откладывает книгу на рядом стоящую тумбу, с трудом подавляя зевок. — Не делай из меня монстра, — закатывает глаза Берти, подходя поближе к камину и протягивая вечно мерзнущие ладони к пламени. — Ты сам ведёшь себя подобным образом. — Я всего лишь пришёл спросить тебя о товарах для купца Вилли, но ты, видимо, не настроен работать, — говорит Берти, блаженно жмурясь от ощущения тепла, окутывающего его руки. — Работать-то я настроен, но точно не с Вилли, можешь так и передать гонцу, которого он прислал в сотый раз за неделю, — зевок всё-таки вырывается, и Леон ещё сильнее хочет как можно скорее провалиться в сладкий сон. — Мне жалко этого бедолагу — неужели поприличнее купца в городе не нашёл. — Славно, если он за свою работу хотя бы прилично получает, — чуть усмехается барон. — Судя по тому, какие слухи ходят о великом жмоте Вилли, гонец и тут в пролёте, — Берти подхватывает смешок и улыбается в ответ, забавно корча маленький носик. — Что ж, к великому сожалению, это не наши проблемы. — Полностью согласен. — Ты уже был у Чарльза? Мне нужна хоть какая-то пища для размышлений, — с трудом Болейн всё же поднимается с кресла и тут же потягивается, разминая застывшие мышцы. — Нет, только собираюсь, но обещаю быть таким же быстрым, как гонец Вилли, — Берти, отряхнув ладони, с досадой прощается с огнём и направляется к выходу из кабинета. — Ну уж постарайся, — бросает напоследок Леон, возвращаясь обратно к пригретому креслу, но книгу брать не спешит, в этот раз выбирая сон, в миг уносящий его в своё радушное царство. Берти, покинув барона, сразу отправился в конюшню, где его, скорее всего, заждался Чарльз, а ещё отчёт о готовности лошадей к отбытию в столицу. Погодные условия не позволяют отправить скот уже более недели, но в остальном все мелочи готовы, дотошно проверены всеми отвечающими за них людьми и ждут своего череда. Перед тем как дойти до ушей барона, всё проходило через юного Берти, совсем не по возрасту знающего толк в управлении людьми. В шутку за ним действительно закрепилось прозвище «лорд Болейн — младший», и никто этому не противился и никак это не осуждал, поскольку юноша рос самым настоящим джентльменом, ведающем о хозяйстве своего барона всё. Леон безмерно любил Берти за его искренность и преданность, за характер и порой чересчур буйный нрав. Парень занимал высокое положение среди прислуги в этом большом дворце, но это не спасало его от порицания и гнева со стороны Болейна, стоило только совершить ошибку по недостаточной внимательности. — В делах нет семейных уз и поблажек, — после первого промаха Берти сказал ему Леон, окидывая разочарованным взглядом, после которого юноше захотелось просто провалиться на месте. Барон — самый настоящий перфекционист, и это знали все, кто когда-либо с ним связывался. С того дня Берти никогда не забывал тёмных глаз, леденящих похлеще любого мороза, широким шагом ступавшего на север, и поклялся себе больше никогда не допускать подобного в свою сторону, поэтому всегда проверял всё по несколько раз. Первый месяц зимы близился к своему концу, грозясь стать самым холодным на памяти местных жителей. Берти, уже как только оказался во дворе, начал тереть вмиг замёрзший нос. Его, должно быть, уже заждался Чарльз с недельным докладом о целом состоянии конюшни, но торопиться отчего-то не хотелось. Снежинки, парящие в воздухе подобно крошечным танцорам, завораживающе кружили вокруг Берти, и он не мог сдержать улыбки, подобно ребёнку то и дело протягивая ладонь, куда тут же опускалось сразу несколько из них. Жизнь на севере, если не противиться холоду, может стать самой настоящей сказкой, каждый день окутывая волшебством. Чего только стоят песни вьюги, разносящиеся по всем улицам этой прекрасной части страны. Незамеченным Берти не остался: Чарльз разрушил всю выдуманную романтику и беспощадно ворвался в маленький мирок юноши, чуть ли не сразу переходя к отчёту, который, к сожалению, оказался не самым приятным. Несколько лошадей захворали, и это грозило стать настоящей проблемой, окажись недуг заразным. Озадаченный Берти, попросив конюха сообщать ему о каждой мелочи, связанной со скотом, спешно направился к барону, полностью забывая о романтическом мирке, в котором он пребывал совсем недавно, но и тут его перебил стражник, окликая по имени. — Я сойду с ума, если у тебя тоже плохие новости, — Берти устало прикрывает глаза, умоляю всевышнего о том, чтобы услышать что-то получше восстания в городе. — С границы вернулся наш гонец. Говорит, совсем скоро во дворец прибудет карета с юга, — договаривает стражник, и Берти, совсем не надеющийся на хорошие вести, облегчённо выдыхает. — Надвигается метель — отправь навстречу южанам несколько стражников. Мало ли что может случиться, — распоряжается он. Мужчина кивает и удаляется, оставляя Берти, настроение которого слегка приподнялось, наедине со своими мыслями. Грядут значительные перемены, и столкнуться с ними предстоит гораздо раньше, чем рассчитывал Берти. Отчего-то мысли о ближайшем будущем пугают своей непредсказуемостью. Предугадать поведение совершенно незнакомого, нового человека, что совсем скоро переступит порог дворца, невозможно, и это тяготит Берти из-за привычки Леона контролировать всё происходящее. Совсем скоро закончится год, а значит, Болейну нужно разобраться с каждым незавершённым делом, чтобы в новом году это не обернулось боком и, подобно снежному кому, не свалилось на расслабившегося барона. Все скопившиеся обстоятельства обещают сделать скорые времена и грядущий канун Рождества веселее, чем в прошлые годы, а Берти необходимо запастись терпением и заострить внимание во избежание возможных проблем. Болейн находится не в кабинете, где Берти его оставил чуть ранее, а в гостиной, с той же книгой в руках. Спустился он, по-видимому, по приглашению Лорены за обеденный стол, куда с минуты на минуту подадут еду. Барон выглядит вялым и довольно сонливым и даже не обращает как такового внимания на вошедшего в комнату человека. Ночью Леону не удалось выспаться из-за снов, содержание которых он толком не помнит, но они определённо мучили его до самого рассвета. Берти, видя не самое лучшее расположение духа хозяина дворца, чувствует, как рвение рассказать ему о лошадях и о гостье испаряется в считанные секунды, однако делать нечего, и начать приходится. — Мне твоё выражение лица не нравится, — барон щурится, присматриваясь к юноше, застывшему посреди комнаты. — И то, что я скажу, скорее всего, тоже придётся тебе не по душе, — как бы подготавливая Леона к новостям, с нервной усмешкой выдаёт Берти. — Почему именно сегодня, когда единственное, о чём я мечтаю, — это сон? — Закон подлости, вероятно. — Что произошло? — переходит к делу Болейн, желающий скорее со всем разобраться и уйти спать. — Несколько лошадей захворали. Чарльз не знает, что с ними и заразно ли это, — первое и единственное крайне неприятное известие озвучено. — Это совершенно превосходит мои ожидания в отрицательном направлении, — тяжело вздохнув, Леон, закрыв глаза, потирает пальцами переносицу, мельком задумываясь о причинах подобного события. — Я сам к нему спущусь и поговорю. — Я так ему и сказал, — кивает Берти. — Это всё? — Не совсем. Гонец прискакал с вестью о южной карете, пересёкшей границы севера. Я отправил несколько стражников навстречу на случай, если возникнут проблемы из-за погодных условий. Сегодня ветра вновь несут нам метель. Болейн удивляется услышанному так сильно, словно совершенно не ждал никаких гостей ближайшую парочку недель. Сонливость в мгновение словно рукой снимает, и он, встревоженный новостью, поднимается с пригретого местечка на диване, сцепляя руки на спине, и, подходя к Берти, говорит: — Значит, наши гости на подходе. — Не думаю, что их будет больше двух человек: сама госпожа и, вероятно, её помощница. — Проконтролируй готовность спален для них. С дороги они, должно быть, будут очень уставшими, поэтому лучшим приёмом с нашей стороны для них станут прогретая комната и тёплая кровать, — Леон, ещё пару минут назад облачённый желанием как можно скорее провалиться в сон, теперь расхаживает по гостиной, прикидывая, что ещё нужно подготовить для встречи южной госпожи. — Лорена говорила мне, что всё готово к заселению гостей, ещё несколько дней назад, но я обязательно удостоверюсь в этом сию же секунду, — Берти собирается отклониться, но барон останавливает его. — Скажи на кухне приготовить на ужин больше блюд, чем их бывает в обычные дни. — Что-то вроде праздничного ужина в честь приезда твоей невесты? — юноша ехидно улыбается до момента, пока Болейн не одаривает его хмурым взглядом тёмных очей. — Никаких праздничных ужинов. И она пока лишь претендентка на роль невесты, Берти. Я не собираюсь жениться, пока не узнаю истины её отправки на север, — тон Леона холодеет, и от этого юноше, решившему несвоевременно пошутить, становится не по себе. — Леон, не будь так уверен в тайном умысле. Твой отец, всеми любимый барон Болейн Абнер, был очень почитаемым человеком, и ты — его не менее почитаемый сын. Поэтому для многих выдать дочь за тебя — не северная ссылка, а везение. — Ты слишком высокого мнения о людях, мечтающих о выгоде, — хмыкает барон, останавливаясь напротив камина и наблюдая за огнём, беспощадно испепеляющим бруски древесины. — Леон… — Я женюсь на ней, только когда буду уверен в искренности и девушки, и её отца, — перебивает Берти Болейн, лишая его возможности возразить. Юноша замолкает и, кивнув, покидает гостиную, тут же отправляясь выполнять все поручения барона. Вступать с ним в спор бессмысленно, и это очевидно, поэтому Берти оставляет свои мысли при себе, умоляя Бога послать им благородную даму, с которой его честолюбивый и доблестный лорд Болейн сможет не только найти общий язык, но и построить настоящую семью, где будут царить взаимопонимание и любовь. Зная Леона уже далеко не первый год, парень понимает: от людей барон ждёт прежде всего честности. Он придёт на помощь в любой момент, поможет найти выход из ситуации, откуда, кажется, выбраться невозможно, и взамен ему будет нужна лишь верность. После диалога с бароном Берти чувствует усилившееся чувство волнения, на притупление которого потребуется немало времени. Сейчас главное — встретить южную госпожу, отчаянно надеясь на её достойный нрав. Последние два часа весь дворец проводит в оживлённом ритме: все носятся из угла в угол, суетясь из-за скорого приезда особенных гостей. Лорена на пару с Берти по нескольку раз проверяют комнаты, еду на кухне и ещё очень много бытовых немаловажных мелочей. Из-за отсутствия во дворце полноценного повара всё чаще и чаще приходится сталкиваться с недовольством со стороны барона, однако решить эту проблему пока не получается. Анна, бывшая стряпчиха, покинула их сразу же после венчания, отправляясь в собственный дом вить семейное гнёздышко. Все во дворце были, безусловно, за неё рады, но остаться в разгар зимы без талантливого повара оказалось не самым приятным происшествием. — Боюсь, лорд Болейн снова не оценит стряпню Обри, — устало вздыхает Лорена, рассматривая наготовленные неопытным поваром блюда. — Мы ничего не можем поделать с этим. Увы, ему придётся потерпеть — сейчас никто не желает отлучаться от дома и переезжать на службу во дворец, — Берти, стащив из-под носа Обри ложку, не отказывает себе в желании испробовать только закипевший суп, чудесным ароматом отдающий по всей кухне. Подув на ложку, наполненную бульоном, юноша, наконец, отправляет содержимое в рот, тут же чуть морщась. — Мне тоже очень не хватает нашей Анны, — стонет он, получая в ответ лишь закатанные глаза Лорены. — Серьёзно, эта еда пахнет лучше всего на свете, но почему же так хромает вкус… — Если лорд Болейн сейчас тебя застанет за поеданием блюд для ужина, худо придётся всем нам, соучастникам, — женщина отбирает у Берти ложку, закидывая ту в мойку, и, обхватив его запястье ладонью, ведёт парня прочь из кухни, где Одри собирается приступить к приготовлению десерта. — Думаешь, Леон поладит с гостьей? — Это полностью зависит от того, какой окажется дама с юга, — задумчиво отвечает Лорена. — Наш барон — замечательный человек, поэтому я искренне надеюсь, что он приобретёт счастье в лице этой юной особы. — Он полон осторожностей на её счёт, — совсем тихо говорит парень. Лорена слышит, но не решается задавать лишних вопросов. Лорд Болейн, забывший об одолевавшей его ещё пару часов назад усталости, то и дело выходит во двор, будто бы от этого карета с девушкой прибудет быстрее. Сам того не ожидая, он ждёт её прибытия слишком сильно, овладевший желанием как можно скорее увидеть даму — возможную спутницу жизни. Если, конечно, судьба будет благосклонна. — Леон? — предварительно постучав, заглядывает в кабинет барона Берти. — Проходи. — Всё готово, я проверил раз десять, — юноша, встретившись с тёмными очами Болейна, чуть взволнованно улыбается. — На улице страшная метель, ещё и смеркается, а их всё ещё нет, — барон становится напротив окна, наблюдая за вальсом снежинок, решивших устроить своё празднество. — Дороги, должно быть, прилично замело, поэтому они задерживаются, — кивает Леон, не поворачиваясь. — Мне послать за ними ещё несколько стражников? — Не стоит, подождём ещё немного. — Завтра к нам прибудут смотреть больных лошадей, — оповещает Болейна юноша, подходя ближе к камину и по привычке протягивая ладони к огню. — С тех пор как ты доложил мне о них, появились новые захворавшие? — К счастью, нет, — барон наконец поворачивается к Берти и усмехается, замечая его за любимым занятием — согреванием рук. — Стоит проверить корм, который мы скупаем у купца с южных земель, — облокотившись о стол, задумчиво щурится Леон. — Думаешь, ему есть смысл лгать и подсовывать нам плохой товар? Все знают: имение Болейн держит самую большую конюшню на севере. Ему нет смысла продавать тебе некачественный корм. — Тем не менее, лучше в этом удостовериться. Берти кивает, с диким нежеланием отводя ладони от пламени. — Он прибудет на новой неделе, я всё проверю и устрою вам встречу. — Проконтролируй завтра лекарей, нам нужен весь скот здоровым — иные варианты даже не рассматриваются, — оттолкнувшись от стола, Болейн вновь возвращается к окну, где замечает, как через основные ворота дворца в имение въезжает карета в сопровождении стражников, отправленных Берти. — Наша гостья прибыла.

***

Снег, сугробы, метель и вьюга — то, с чем раньше Раэль никогда не приходилось сталкиваться. Взор её светлых глаз привык к солнцу, а тело — к теплу. Ей странны вой северных ветров и танцы вьюги, но судьбу не выбирают, поэтому, как горько бы ни было, Рассел придётся приспособиться к другому, совершенно противоположному климату и новым условиям жизни, где она уже не такая важная персона. Дорога оказалась длинной, и всё это время Раэль довелось разделить с одиночеством и мыслями о том, как холодно её проводили до кареты и подтолкнули внутрь, не удосужившись даже обнять на прощание. Любимый отец, в глазах которых читалось лишь отвращение, мать, не смеющая перечить супругу, и сёстры, молча глотающие слёзы от предстоящего расставания, скорее всего, навсегда… Эта картина стояла перед глазами все дни этого тяжёлого пути, но плакать уже не хотелось, потому что Раэль смирилась. Судьбу не выбирают. Печаль настолько окутала хрупкую девушку, что не радовали даже необычайной красоты пейзажи, без конца сопровождающие её. Привёл в чувство и заставил очнуться Рассел север, стоило только пересечь границу. Холод безжалостно ворвался внутрь кареты, заставляя тело Раэль покрыться мурашками. Становилось морознее каждую минуту, и начинало казаться, что до места назначения, находящегося на самой окраине, она попросту не доживёт. Её так второпях отсылали, что не успели подготовить нужные для столь суровых условий одеяния, отправляя в утеплённых вещах для юга, где даже самый холодный день в истории не сравнится с тем, что сейчас ощущает Раэль. Ноги и руки давно онемели от мороза, и, казалось, жить её заставляет крохотная искорка внутри, оставшаяся от пылавшего ранее пламени. Рассел оставила прошлую себя на юге, в том времени, где ещё ничего не произошло: и сожаления, и слёзы, и мечты о красивой жизни с любимой семьёй — она оставила там всё. Она оставила там себя. Карета останавливается, и это выдёргивает Раэль из вороха мыслей, заставляя сердце напуганно сжаться. Снаружи слышатся голоса, но выглядывать девушка не решается. — Судьбу не выбирают, — совсем тихо, на грани слышимости, произносит Рассел. Метель усиливалась с каждой секундой, обволакивая каждый дом, двор, деревья пушистым снегом под светом взошедшей луны, слепящим глаза. Леон уже поджидает на улице карету, замеченную им из окна кабинета. Прибывшие гости должны быть встречены им лично, иначе какой он хозяин дворца? Как только карета остановилась, гонец, проделавший этот длинный путь, подходит к барону, выражая своё почтение поклоном. — С приездом, — хлопает его по плечу Болейн. — Ты и гости, должно быть, устали с дороги, можешь идти отдыхать. Вон в том доме тебя встретят. Кивнув в сторону место ночлега прислуги, барон намеревается отклониться, направляясь к карете, но гонец удерживает его. — Лорд Болейн, я вёз всего одну леди. Лишь одна гостья. — Как это? — брови Болейна удивлённо поднимаются вверх, образуя лёгкие морщинки на лбу. — С самого начала виконт Хэйвуд Рассел отправил её в одиночку, — пожимает плечами парень, устало глядя на барона красными от недосыпа глазами. — А служанка? Как можно одну на север-то? — недоуменно спрашивает Леон: теперь всё начинает казаться ещё более подозрительным. — Не могу ничего знать, лорд Болейн. — Ладно, иди отдыхай, — барон оставляет допрос, который, по сути, является бессмысленным, и подходит ближе к карете. Воющая метель приволокла и волнение. Гости — нечастое явление на севере, тем более из другого конца страны. Леон отворяет дверцу, и взор тут же падает на худенький силуэт дрожащей от холода девушки, очами, полными страха от предстоящей встречи, смотрящими в его сторону. Болейн, встретившись со светлыми глазами юной дамы, не сразу соображает, что ему нужно делать и как в таких случаях начинают знакомство, но кашель, разбавивший скрипучую песнь метели, привёл мужчину в чувство. Девушка, с алыми от холода, к которому прибавилось ещё и смущение, щеками, несмело приняла протянутую бароном руку, крепко сжимая её и стараясь подняться с твёрдой поверхности. Её ноги настолько замёрзли, что чувствовалось покалывание от онемения, из-за чего встать оказалось крайне тяжело. Удача осталась, видимо, тоже в прошлом, потому что ни одна попытка встать не увенчалась успехом, и девушка, вновь столкнувшись с взглядом тёмных глаз, собралась отпустить чужую сильную и, на удивление, тёплую ладонь, согревающую даже сквозь её тонкую перчатку, никак не спасшую от холода. Барон, не сразу уловив проблему, наконец понял, поэтому лишь крепче ухватил хрупкую ладонь. — Позвольте Вам помочь, — это звучит больше как факт, нежели вопрос, и южанка слабо кивает, плотно смыкая губы. Наклонившись вперёд, Болейн оказывается в непозволительной близости к весьма красивому лицу девушки, отчего та пугливо жмурит глаза. Уголок губ Леона приподнимается, но он молчит, сдерживая громкую усмешку. Подхватив лёгкое тело, Болейн выпрямляется, осторожно минуя все углы кареты. Морозные ветра севера приятно ласкают сухую от холода кожу лица, и южанка тихо охает, открывая глаза и крепче сжимая плечи барона. Обзору открывается с трудом виднеющийся из-за парящих снежинок дворец, кажущийся девушке гораздо больше её отчего дома. И эта мысль подтверждается с каждым шагом барона, ступающего ко входу. Дверь открывает стражник, учтиво кланяясь хозяину, и только в это мгновение девушка понимает, что так крепко цепляется за плечи человека, которого всем сердцем боялась увидеть. Широко распахнув и без того большие глаза, цветом холоднее снежного севера, скрывающие за своей светлой оболочкой радужки глаза тайну, покрытую самым настоящим мраком, она ослабевает хватку, молясь Богу скорее перестать быть прижатой к крепкому телу совершенно чужого ей мужчины. Как только входная дверь захлопывается, композиция вьюжных морозов остаётся снаружи, и теперь южанка точно слышит, как громко колотится сердце. Она толком не успевает разглядеть дворец, замечая лишь отсутствие людей и тишину. Болейн, аккуратно усадив юную леди на кресло около камина, отходит на несколько шагов назад, пристально наблюдая за её робким взглядом. — Добро пожаловать в мой дворец и на север в целом. Барон Болейн Леон, — протянув ладонь, он, без особого желания, вновь ждёт ещё одного соприкосновения, о котором будет размышлять чуть позже. Не сейчас. — Надеюсь, Вам придётся по вкусу моя обитель, моя любимая часть нашей страны. — Благодарю, лорд Болейн. Раэль Рассел, — девушка вновь принимает протянутую руку, накрывая её своей. Щёки печёт от смущения и от горячего воздуха, исходящего из камина. — Простите, я не хотела Вас утруждать, но так получилось с самого приезда. Рассел быстро вырывает ладонь из тёплого плена чужой руки, пряча её за полы не особо тёплого одеяния. — Нисколько не утруждаете, — Леон отходит назад, внимательно наблюдая за опустившей взгляд гостьей. — Для Вас подготовили горячую воду, она лучше всего поможет согреться и расслабиться после долгой и холодной дороги. — Моя одежда… — Её сейчас заносят в Вашу спальню, — понимает с полуслова барон, замечая, как дрожат тёмные замёрзшие губы, обветренные севером. — Не торопитесь и располагайте своим временем как Вам угодно, а после я буду ждать Вас за столом. Желание рассмотреть каждую черту лица гостьи оказывается побеждённым чувством самообладания, и Леон отводит взгляд. Раэль кивает, не находя в себе сил поднять глаза и вновь встретиться с тёмным омутом, который окутал её в то самое мгновение, когда этот незнакомец раскрыл перед ней дверь кареты. Девушка заметила на себе чужой взгляд, но сейчас он пропал — она чувствует. Отчего-то становится словно холоднее, и тишина лишь усугубляет ощущения будто бы прорвавшегося сквозь бетонные стены дворца мороза. — Лорд Болейн, прошу прощения за то, что прерываю Вас, но спешу сообщить: все личные вещи гостьи в её комнате и купальня готова, — барон с трудом сдерживает порыв радости, появившейся из-за спасшей ситуацию Лорены. — Леди Рассел, позвольте представить Вам Лорену, — женщина кланяется, мягко улыбаясь Раэль, отчего последняя приходит в лёгкое недоумение: на юге прислуга не смеет даже смотреть напрямую, не говоря уже об улыбках. — Обращайтесь к ней по любому поводу, — Леон вырывает её из секундного мозгового штурма. — Рада знакомству, — учтиво кивает девушка. — Для меня честь познакомиться с Вами, леди Рассел. — Лорена проводит Вас, а я, как говорил ранее, буду ждать за столом, — последнее, что говорит Болейн перед тем, как удалиться сначала из комнаты, а после — и из дворца, стены которого впервые за всю жизнь оказываются словно клеткой, где поток мыслей не может найти пути поступления. На улице воет вьюга, сочиняя новую, никем прежде не слыханную композицию. Барон прикрывает глаза, останавливаясь недалеко от лестницы у входа внутрь. Морозный воздух подобно лекарству пробирается в лёгкие, и дышать становится легче, отчего и разум потихоньку начинает проясняться. Подобной реакции от себя мужчина нисколько не ожидал, но глубокие глаза, смотрящие на него с широким спектром разнообразных эмоций, выбили из колеи, приводя к состоянию, в котором он сейчас находится. Теперь подвох в этом предложении о неравном по титулам браке кажется очевидным, но смысл и содержание Леону найти не удаётся в силу отсутствия информации как таковой. Виконт не соврал, его дочь действительно красива — это видно даже сейчас, когда она замучена дорогой и вымотана холодом, и Болейн ничуть не сомневается в том, что на балах высшего общества на юге Раэль пользовалась популярностью среди мужчин самых разных титулов, и теперь его пуще прежнего мучает вопрос: зачем отцу выдавать такую дочь замуж на север за барона? — Леон? — окликает его Берти, вышедший из конюшни. — Что ты тут делаешь? — Ты запрещаешь мне выходить во двор моего же имения? — усмехается Болейн. — Ну серьёзно, Леон! — Берти, как обычно, закатывает глаза и складывает руки на груди. — Разве прилично оставлять леди Рассел одну, когда она только прибыла? — Ты предлагаешь мне вернуться внутрь и сопроводить её до самой купальни? — каждое слово, произнесённое Болейном, пронизано издёвкой, и это заставляет Берти вновь закатить глаза, но в этот раз уже с улыбкой. — Думаю, это доставит ей дискомфорт и заставит смутиться, поэтому, ты прав, лучше прогуляться, — хмыкает юноша и, не желая больше говорить об этом, поднимает голову вверх. — Сегодня прекрасно сияет небо. Звёзды словно растворяются в глубине этих красок. — Великий создатель вновь дарит нам возможность любоваться неземной красотой северного сияния, — тёмные очи Леона скользят по небосводу, словно пытаясь успеть за ритмом сияния, сверкающего зеленоватым цветом. — Но отчего же на твоём лице сказывается не только восторг от встречи с возможной спутницей жизни и прекрасного вида на небосвод? Или она совсем нехороша собой? — с оттенком разочарования в голосе спрашивает Берти. — Всё в точности наоборот, Берти, она показалась мне очень красивой, даже с учётом того, что я не успел толком разглядеть её лица. И теперь меня ещё больше интересует: почему я? — Болейн, скрепив крепкие ладони за спиной, отрывает глаза от авроры, обеспокоенно их прикрывая. — О твоём доблестном имени и имени твоего покойного отца всегда говорят лишь хорошее, поэтому я не вижу в выборе виконта Рассела ничего удивительного или подозрительного. — Это другое, Берти. Я бы не задавался вопросами, будь её отец рыцарем или хотя бы бароном, как я, но никак не виконтом с юга. Титул девушки не столько смущал его, сколько озадачивал, поэтому в ответном письме Расселу Леон выразил желание сначала узнать девушку, познакомиться с ней, разумеется, не вкладывая никаких постыдных умыслов в свои слова. Барон хотел понять, где находится подвох и в чём он заключается, однако где-то в глубине души он надеялся не обнаружить ничего подозрительного и обрести счастье в лице этой юной леди, которую, по милости Божьей, поведёт к алтарю. — Бессмысленно пытаться тебя переубедить и понять, кто прав, поможет только время, — отступает Берти, зная тяжёлый характер барона. — Главное, не узнать о том, чего я так опасаюсь, после венчания. Если до него дойдёт, разумеется. — Твоё горячее сердце точно укажет тебе верный путь, барон Болейн Леон. — Я доверяю лишь ему, — твёрдо произносит Болейн, ставя жирную точку, обозначающую конец разговора, и в очередной раз напоминая Берти о том, как решителен в каждом своём слове и действии барон.

***

Коридоры дворца совсем не казались Раэль холодными и жуткими, какими она представляла их по дороге. Напротив, здесь ощущался уют, которым на юге могли похвастать лишь немногие. Сначала её провели до спальни, расположенной на третьем этаже, но, дабы не заставлять себя ждать, Рассел не стала осматривать выделенные покои, оставляя это на потом. После того как она забрала всё необходимое, женщина, представленная бароном как Лорена, провела её до купальни. — Леди Рассел, Вы можете проходить, — Лорена, останавливаясь у деревянной двери, пропускает её вперёд. — Благодарю, — Раэль слегка кивает, выдавливая улыбку. — Не стоит, леди Рассел, — мягко улыбается женщина. — Одна из служанок будет ждать Вас здесь. Рассел и не думала заставлять себя ждать, поэтому поспешила пройти внутрь, с лёгким волнением на душе рассматривая незнакомую комнату. Стоило только переступить порог, как в лицо ударяет горячий воздух, приятно щекоча щёчки, заставляя их заалеть. Увидеть чего-то необычного, невиданного прежде, ей не приходится: всё было относительно похожим на южные условия, и это не могло не радовать. Как Лорена и сказала, у входа в купальню ожидала совсем юная девушка, скромно смотрящая в пол. На вид девчушке было не больше семнадцати лет. Худощавая, смуглая и низенькая, она очень напоминала Раэль младшую сестру, с которой, вероятно, увидеться уже не удастся. От нахлынувшего воспоминания Рассел почувствовала очередной прилив печали, но сейчас тратить на это время было невозможно, поэтому, натянув на губы очередную лёгкую улыбку, она заговорила с прислугой первая: — Как тебя зовут? — Добрый вечер, леди Рассел, — девушка кланяется, а после осторожно поднимает глаза цвета меди. — Добро пожаловать на север. Меня зовут Ария. — Благодарю. Очень красивое имя, — Раэль, замечая смущение девушки, искренне улыбается, вновь ощущая где-то внутри отклик печали. — Нас, должно быть, уже ждут, поэтому поторопимся. — Конечно, леди Рассел, — Ария снова кланяется, а после уходит вперёд, указывая гостье дорогу к кухне. В коридорах повсюду на стенах, помимо факелов, висят и картины, которые любопытная с самого детства Рассел так и рвётся рассмотреть, но время играет сейчас против неё, поэтому приходится молча идти за Арией, на лету улавливая содержимое полотен. — Проходите, леди Рассел, — девчушка пропускает Раэль вперёд, оставаясь за порогом кухни, где за столом уже сидит барон. — Спасибо, Ария. Приоткрыв дверь, первым делом Рассель видит спину Леона, сидящего за столом в гордом одиночестве. Откинувшись на спинку стула, изготовленного из тёмного дерева, он, о чём-то крепко задумавшийся, и не замечает, как скрипнула дверь и в помещение заходят, прерывая его покой. Услышав щелчок закрывшейся двери, Болейн всё же возвращается в реальность, оборачиваясь на источник шума, вырвавшего его из плена дум. — Леди Рассел, — голос с лёгкой хрипотцой разрезает тишину, приятно щекоча слух. — Прошу прощения, если заставила Вас слишком долго ждать, — девушка находит место, подготовленное ей заранее, по наборам столовых приборов, которых было всего два. — Это не было в тягость, — подойдя к Раэль, барон вежливо отодвигает стул, пропуская её вперёд. — Позвольте Вам помочь. — Благодарю, лорд Болейн, — Рассел принимает помощь хозяина дворца и усаживается на стул, точно такой же, как и у самого барона. — Дорога, должно быть, очень Вас утомила, — вернувшись на своё место, Болейн сосредотачивает всё своё внимание на леди, устроившуюся слева. — Всё в порядке, — Раэль мельком улыбается и поднимает очи, наконец встречаясь глазами с Леоном. — Рад слышать, — барон улыбается в ответ, но взгляд отводит, ощущая исходящее от гостьи волнение. — Наслаждайтесь едой. — Благодарю, лорд Болейн. Девушка, не желая оскорбить барона своим поведением, приступает к ужину, через силу пережёвывая кусочек мяса из-за несварения, возникшего, скорее всего, на нервной почве. Леон переходит к трапезе следом, подавляя в себе желание рассмотреть Рассел, словно в попытке отыскать изъян. Девушка действительно красива. Особенно необычно барону видеть лёгкий загар и россыпь мелких веснушек, появившихся, вероятно, от солнца. Он ожидал лицезреть оттенки аристократизма в каждом движении леди с юга, но сейчас единственное, что видят его очи, — это дрожащие ладони, с трудом удерживающие серебрёную вилку. — Ваша одежда совсем не подходит для пребывания на севере, леди Рассел, — после паузы длиной в несколько минут произносит Леон. — Даже с учётом того, что во дворце в каждой комнате топится камин, Ваше одеяние слишком лёгкое. — Это моё самое тёплое платье, — с долей досады отвечает Рассел, поджимая губы. — Я просил Лорену подготовить для Вас немного одежды, подходящей к здешнему климату. Она вся в Вашей комнате и в полном распоряжении новой хозяйки. — Благодарю, Вы очень предусмотрительны, — Раэль плохо скрывает удивление, читающееся в её глазах цвета ледника. — В мире будет слишком сложно выживать, если закрывать глаза на мелочи, — Болейн пристально смотрит в очи девушки, откладывая столовые приборы. — Должно быть, Вы правы. Мелочи часто играют решающую роль. — Поэтому я предпочитаю перепроверять всё и всех по несколько раз, — не прерывая зрительного контакта, закрывает тему Леон и поднимается с места. — Если Вы не сочтёте за грубость с моей стороны, я одолжу Вам свою меховую накидку на этот вечер. Раэль молча кивает, смущённо пряча глаза в тарелке с едой. Накинув на тощие плечи одеяние, Болейн возвращается к столу и сразу тянется к бутылке с вином, без оповещения наполняя оба бокала. Подняв свой, он вновь цепляется взглядом за лицо Рассел, мельком наблюдающей за его действиями. — Леди Рассел, я поднимаю этот бокал за Вас и Ваше прибытие на север, в мой дворец, где, надеюсь, Вы сумеете чувствовать себя как дома. — Вы очень почтительны, лорд Болейн. Благодарю за столь тёплый приём, — обхватив ножку бокала изящной ладонью, Рассел поднимает его над столом подобно Леону. Отпив содержимое, Раэль чуть прищуривается, проходясь языком по алым от выпитого губам. — Это вино было сделано ещё моим дедом, которого, к сожалению, не стало очень давно. Но все вина того года невероятны на вкус. — Такое сладкое, — замечает Рассел. Прежде на балах ей приходилось дегустировать различные вина, но ничего из выпитого не всплывает в памяти, померкнув на фоне этого восхитительного вкуса. — Есть ещё одно не менее сладкое, в следующий раз я принесу к столу его, — краем губ улыбается барон. — Время уже позднее, поэтому экскурсию по дворцу проведём завтра. Я займусь этим лично. — Сочту за честь. — Все тонкости Вашего пребывания здесь также оставим на новый день, — Раэль согласно кивает, и они молча возвращаются к еде. Вопросов много у каждого, особенно у Леона, но никто из них и не думает их задавать, находя это время неподходящим для глубоких бесед. Заметив, что гостья закончила с ужином, барон первым прерывает возникшее молчание: — Хотите отправиться в свою спальню? — Если Вы не сочтёте за грубость, то да, я довольно сильно утомлена дорогой. — Об этом не может быть и речи, Вы должны отдохнуть, — Болейн поднимается с места первым, подавая руку девушке, которую она, не задумываясь, накрывает своей и встаёт. — Благодарю, — горячая ладонь барона обжигает кожу, и она сразу отдёргивает руку, смущённо опуская глаза. Леон направляется к двери первый и, открыв, уступает Раэль дорогу, следом выходя из столовой. В коридорах безлюдно, все, скорее всего, собрались на кухне, откуда слышны разговоры. Попросив Рассел подождать несколько секунд, сам барон направляется к источнику шума. Это было близко, так что девушка слышит, о чём сейчас пойдёт речь. — Мне бы не хотелось вас прерывать, но это ненадолго. Ария, пойдём со мной. Решив у себя в голове несложную задачу за пару секунд, Раэль удивлённо распахивает глаза, когда понимает, что сейчас барон разговаривает с прислугой, которую на юге часто ни во что не ставят. Подошедшая к Леону Ария подтверждает домыслы Рассел. — Ария проводит Вас в Вашу комнату, — говорит Болейн, останавливаясь в нескольких шагах от гостьи. — Доброй ночи, лорд Болейн. — Доброй ночи, леди Рассел, — почтительно кивнув, Леон мягко улыбается, но строгость в глазах не исчезает даже в этот момент, из-за чего девушка на мгновение задерживает взгляд на тёмном омуте чужих очей. Дождавшись, когда Раэль вместе с Арией исчезнут с поля зрения, Леон идёт следом, по тому же пути, но направляется он не к ним, а в кабинет, желая перевести дух и немного поработать. Утром были доставлены новые письма, открыть которые барон не успел, но это к лучшему: сейчас уйти в размышления о делах кажется намного увлекательнее, нежели тонуть в собственных мыслях и глазах, напоминающих безбрежный океан. Однако это желание осталось неисполненным, и уйти с головой в работу не удалось: мысли то и дело возвращались к некой Раэль Рассел, чью красоту с лёгкостью можно назвать пленительной. Из-за невозможности задать кучу вопросов у Леона в голове царил настоящий переполох, который лишь усугубляется с каждой секундой, что он проводит в самокопании. Рассел не кажется плохим человеком, пусть барону и удалось побеседовать всего ничего в силу рамок, поставленных обеими сторонами. Гостье было некомфортно, и с этим в силах справиться только время, а вот Леона останавливала граница приличия, переступать которую было ни в коем случае нельзя. Почему же она прибыла на север одна? Разве видано где, чтобы леди, дочь самого виконта, покидала пределы собственного дворца без сопровождения в лице служанки? Теперь процесс освоения Раэль Рассел на севере мог затянуться, даже с учётом того, что во дворце Болейн служит самая лучшая прислуга, способная расположить к себе любого. Вероятно, с этим он доверится Лорене, позволив ей самостоятельно выбрать помощницу для леди Рассел. Несколько раз барон попытал удачу и попробовал вернуться мыслями к письму, бездумно перечитанному раз так пять, но всё было безуспешно. В голове то и дело всплывали северно-ледовитые глаза южанки, свалившейся подобно снежному кому. Их встреча была уготовлена судьбой или случайностью? А может, случайность — это и есть судьба?