actually adore you more than rain

чонвона прошибает словно током и он резко отшатывается от окна. гром ударяется об каждую вещицу в доме и ян судорожно выдыхает. невероятно. просто громкий звук, а сколько величия и нагоняющего страха он приносит, любой злодей позавидует. – вон-а? – сзади ощущается присутствие теплого человека, и чонвон расслабляется, – испугался? еле-еле заставляя себя оторваться от стихии, бушующей по ту сторону, чонвон поворачивает голову и в темноте вглядывется в глаза джея. – э-э-э, если честно – да, я чуть не умер. теплый смех джея раздается по комнате, из-за чего чонвон сам невольно улыбается, но тут же кладёт свою голову на сложеные на подоконнике руки. – ну и дурында, окно закрой, гроза сильная. – проговаривает джей, уже стоя совсем рядом. прикасаясь рукой плеча чонвона и посылая теплые микро заряды по всему телу младшего, тянется свободной рукой к окну, и тут же его закрывает, туго поворачивая ручку. – обломщик... – жалобный вздох срывается с уст чонвона, и он наигранно-обиженно отворачивается, фыркая. джей перемещает вторую руку на другое плечо младшего и ведёт ими вниз по спине, после снова возвращаясь назад. голова приближается ближе к чонвоновой, а яна, кажется, пронизывают все молнии этой планеты, прогревая каждый атом его тела. джеевы губы едва касаются уха, а рука зарывается в волосах, мягко поглаживая кожу головы. – если я сделаю тебе массаж, ты не будешь дуться? – выжидающе шепчет, не сдвигаясь с места. – о-о-о, спрашиваешь еще, обещаю даже утром тебе завтрак в постель сделать за него. – пытаясь сохранять самообладание, и теряя в голосе нотки обиды, сонно озвучивает чонвон, после чего сразу расслабляется, полностью отдавая джею владение. руки медленно сминают мышцы плеч, растирая зажатые ткани, и перемещаются по спине, вызывая у чонвона сладостные звуки наслаждения и мурашки по всему телу. и не понятно из-за чего они. невероятный массаж? или все-таки руки любимого человека, что так нежно и с любовью оглаживают плечи? вероятно, оба варианта на сто процентов правдивы. руки блуждают по каждой частице чонвоновой спины, вскоре перебираясь на поясницу и потирая ее поперек. джей, сам того не замечая опускается на пол, присаживаясь на колени, и не убирая свои руки с чонвоновой поясницы, обхватывает младшего внизу живота. обнимает, крепко прижимаясь щекой к чонвону, и медленно позволяет векам упасть вниз, и пустить струю нежности по телу. гром вновь раздается, и когда тело яна невольно сжимается, уголки губ джея непроизвольно тянутся вверх. все равно, чонвон до одури милый. – ляжем в кровать? – перебивая стук капель об окно, чонвон кладёт свои руки поверх джеевых, и поворачивает голову назад. – как скажете, сэр. неожиданный вздох заполняет комнату, когда джей без предупреждений, поднимаясь, подхватывает чонвона, и одним маневром хватает его под ногами. – второй инфаркт за вечер. – заглядывая на мгновение джею в глаза, опускается ухом на грудь и выдыхает. – сейчас залечим. – джей снова улыбается. сложнее не улыбаться, ведь сердце безотказно передает свои сигналы, что отражаются яркой эмоцией на лице. немного подпрыгивая и перехватываясь покрепче, джей ускоряется и падает вместе с взвигнувшим чонвоном на мягкую кровать, подминая младшего под себя. – вы сейчас умерёте от щекотки, господин, – джей ехидно улыбается и приступает к злодеянию, пока чонвона прошибает на смех, перемешаный с кряхчением и визгом. джею тоже смешно, хотя не должно. чонвон, кажется, сейчас потеряет контакт с реальностью, ведь визг переходит на новый уровень, а уши закладывает у обоих. джей хмурится и одной рукой накрывает губы напротив, дабы поберечь свой слух, а другой рукой схватывает два запястья младшего вместе и закидывает наверх. потому что чонвон сможет дать ответку и джею прийдется не сладко. так безопаснее, пожалуй. и красивее. их глаза встречаются где-то в тот момент, когда чонвон перестает жмуриться и медленно разлипает веки. взор джея уже был направлен только на чонвона, а сейчас, оба купаются в этом пленяющем море. наблюдая как чонвон успокаивается, а его грудь вздымается все реже и реже, джей медленно убирает свою руку с чужих губ, в ответ сразу получая немного хриплый отклик: – кажется, ты сказал что залечишь, а не мучительно приблизишь к смерти. – прости, – кажется кто-то улыбается рекордное количество раз за жизнь. и кажется, кто-то слишком счастлив. . джей перемещает руки по обе стороны от чонвоновой головы, а тот, в свою очередь, почувствовав свободу, тянется руками к чужим бокам в надежде отомстить, но застывает, оставив их просто приложеными. через мгновение, он поддается искушению, и, положив одну из рук на выбритый затылок джея, тянет его вниз, прикрывая глаза. они останавливаятся до одури близко, что улыбки чувствуются, а дыхание друг друга остается на коже и греет, словно растопленный на паровой бане мёд. – я люблю тебя, – голос младшего перебивается резким громом, что так или иначе заставляет человека, озвучевшего признание, вздрогнуть, но джей слышал, и вместо словесного ответа, прижался губами в мягком поцелуе, заплетаясь ногами и впуская одну из рук в волосы чонвона. с каждым слетевшим выдохом обоих, поцелуй становился глубже, но не менее нежным, а всё более волнительно-пробирающим до костей. целовать чонвона у джея самое любимое. даже лучше, чем та кукуруза из круглосуточного магазина вблизи дома, что ему так нравится. целовать джея, то, что у чонвона вызывает толпу мурашек и подгибающиеся пальцы на ногах. даже лучше, чем гроза, которую, к слову, чонвон обожает с самого детства, и всегда умащивается перед открытым окном, за что раньше получал от бабушки, а теперь, от кое-кого другого. возможность полноценно дышать становится все менее осуществимой, поэтому, медленно остраняясь и жадно глотая воздух, чонвон ослабевает и протягивает руки за шеей джея. следом обнимает старшего, заставляя его упасть набок. крепче вжимаясь в друг друга и распуская цветы именуемыми нежность по всей комнате, два сердца вслушиваются в капли, бьющиеся о стекло окна, и вплетаются один в один. – ты больше не обижен? – джей немного отстраняется чтобы заглянуть чонвону в глаза. знает ведь, как он любит свежее чувство дождя. – я и не был обижен. время, проведённое с тобой, я люблю в миллионы раз больше, чем грозу. щёки джея растягиваются в широкой улыбке, из-за которой нижняя губа немного лопается, а небольшие выделения крови пробуждают во взгляде чонвона волнение и беспокойство. – все в порядке, это часто происходит. – я знаю, – с выдохом проговаривает чонвон и мягко проводит большим пальцем по нижней губе старшего, растирая выступившую алую жидкость. – хочешь дорвать? – снова смешок. – эй! я вообще-то волнуюсь за себя, как мне тебя тогда целовать? в унисон раздающийся смех передает ноты доброты и умиротворения, а сплетенные ноги и поглаживающие щёки движения – причина, из-за которой атмосфера счастья не покинет эту комнату даже под дулом пистолета. – вот так. снова припадая к любимым губам и углубляя поцелуй джей прижимается ближе. металлический привкус придает настроения моменту, и до этого зародившийся комочек где-то в груди, разростается по всему телу, напоминая, что быть счастливыми, они все же любят.