концлагерь zxc

гречка - здесь были

— у меня идея есть. все ожидали, что же выдвинет кусакабе. в моей голове крутился вариант насчёт генеральной уборки, разве могут быть у него еще какие-то занятия? за эту смену ему кажется мозги промыли настолько, что кроме уборки его ничего не волнует. я уже доебаться до него хотел, заинтриговал нас всех и замолчал, забыл уже что ли? — давайте сделаем что-то вроде пародии на вожатых, в благодарность. например, курсед - братишкин... — ну уже после этого я особо его не слушал, этот долбаеб предлагает мне сыграть моего заклятого врага? ну как врага, он как никак собаку принял, которая мне не сдалась, но одно другому не мешает. даже не знаю, зашло бы мне это все, будь я вожатым? они там разбирали роли вожатых уже, а я решил, что действительно, братишкина лучше меня не сыграть никому. ведь это я слушал его упреки и подколы всю смену, уже наизусть этого человека выучил. в итоге рейза поставили кашиным, ведь кто кроме него сможет сыграть этого рыцаря в адидасе? кусакабе - мазеллов, та же причина по которой я должен отыгрывать братишкина. акуме пришлось брать роль хесуса, наверное, все решили, что этого душнилу с башней сыграть тут может один человек. никите, благодаря его волосам, досталась роль дрейка, а лере татьяна денисовна, ей останется сделать голос немного грубее и надеть черный парик. я считаю, что подобрано все идеально. — а как это все осуществить? — прозвучал очень интересный вопрос из уст рейза. почему это вообще спросил именно он, а не акума например? его обычно такое вообще не волнует, ведь считает, что все само по себе станет заебись. — я договорюсь с эвелоном о сцене. еще нужно будет мелких взять, вот они сыграют нас. — он это разрабатывал на протяжении всей смены? так резко все вывалил, будто перед зеркалом репетировал только что. а вдруг кусакабе сейчас окажется скрытым гением. будет смешно, если он знал все наперед и настолько предугадал события, что уже тут представление составил. это получается, что он цирк набрал? слава богу хоть сам в этой параше вызвался участвовать, а то бы командовал там всеми на табуретке, я бы пошел и пизданул ему. и нет, акума бы меня не остановил, я же не какой-то там подкаблучник? или как тут правильно выразиться, подошва? даже сидя в этой так называемой гримёрке у меня такое ощущение, будто нас за это отпиздят. братишкин вот скажет, почему его играет этот хуесос и за ухо меня вынесет. да я на него вообще не похож, люди-то поймут, кого я пытаюсь изобразить? я с этим и до кусакабе доебался уже, а он ответил, что все под контролем и нацепил на меня шапку. ну да, вылитый владимир, не доебаться. под конец кусакабе ещё какую-то хуйню придумал, спеть перед всеми "батарейку" на этой же сцене. это вообще относится хоть как-то к вожатым? как эвелон согласился, я бы обиделся на его месте, что на меня хуй забили. правда в нашем случае, он наоборот согласился, чтобы никто не додумался пихнуть в эти уральские пельмени еще и его. а дрейк наоборот, услышал, что и его отыгрывать будут, сразу согласился сидеть фоновые звуки врубать. их главная задача на самом деле всего лишь не распиздеть наш "подарок" остальным. сложнее всего было отобрать пиздюков, которые должны будут нас сыграть. ведь не найдёшь еще таких же ахуенных как и я, они все выглядят как будущие неудачники. да и в целом проблематично вырасти таким же пиздатым. во-первых не всем везет родиться в семье сатаны, а во-вторых я один на семь миллиардов, или сколько тут еще позора не похожего на меня? я уже думал, что меня играть никто не будет и проще уж мою фотку на принтере распечатать и приклеить к палке, но появился мелкий с длинными лохмами и в мешках, рейз меня можно сказать заставил брать на свою роль именно его. а почему не акума? я же не один так хожу вроде. про акумова мне на самом деле сказать нечего, он на свою роль сначала девочку по случайности выбрал, а сейчас просто какой-то низенький мальчик. но лицо у него такое гордое, будто через несколько лет за одну ночь до двух метров вырастет. шпана довольно быстро вживалась в наши роли, иногда конечно даже переигрывали, но разве возможно в их возрасте сыграть что-то адекватно? их просто одеть похоже и вообще идеально, текст выдать и все заебись, один в один. когда с мелочью все было понятно и всех идеально подобрали, очередь дошла до нас, лжевожатых. кусакабе нацепил на никиту ослиные уши, вопросов больше насчет него ни у кого не возникнет. на акуму нацепили детское ведёрко, наклеив вокруг него какую-то бумажную корону. я дальше сидел в шапке, выгляжу как уебище, меня хоть узнают? лера надела парик темного цвета, стараясь немного выдавливать голос и привыкать к акценту. кусакабе переодел всех, а сам остался под вопросом. в конце концов наклеили ему на футболку лист с надписью "лдпр" и дали в руки лгбт флаг, вот теперь от вожатого их не отличить. сценарий придумывался, можно сказать, на ходу, младшим нужно было просто запомнить пару фраз, даже если забудут, тупо сморозить что-то похожее. если вожатым эта хуйня не зайдет, то я нахуй с этой сцены сброшусь, сколько нервов я только что на эту хуйню потратил. главное, чтобы никто не засрал, они вообще-то гордиться должны, что мы решились на такое. — курсед, выходи блять. кусакабе уже смеет на меня голос повышать? больно смелым себя почувствовал в последний день. я разберусь с этим вопросиком еще, но не сейчас, а то не время вообще тут срачи устраивать. я вышел на сцену почесав жопу, пока на меня глазели вожатые и остальные взрослые. вперед выбежал пиздюк, играющий меня собственно. мини курсед, у которого половина волос покрашена гуашью, одетый в мусорный пакет. — курсед нахуй! — я прокричал и тот дерганно обернулся. че, настолько я хороший актер? или это он так правдоподобно пугается? я обернулся на зрителей - братишкин уже как не в себя хлопал, сейчас еще своим классическим смехом тут всех положит нахуй. — че тебе, старый? — ну нет, братишкину бы я так побоялся ответить дальше первых дней трех. но судя по аплодисментам от нашего вожатого, он явно подумал "ебать, пиздец, жиза". — эй, бля, шкет, — я подошел к мелочи поближе, а от братишкина уже пошел этот ненаигранный смех вперемешку с ещё какими-то комментариями. ему че, правда это заходит? — ща я бате позвоню. на сцену вышел акума, а вернее хесус с ведром на голове, вылитая башня. — че ты на детей орешь? — это была ошибка поставить акуму на такую роль, он слишком милый для хесуса, нет этой серьезности, от которой аж страшно становится. может, конечно, издалека не видно. но хесус заулыбался, хорошо, не все возможно ещё потеряно. — пенсия, ты в воспитании не шаришь. — я действительно почувствовал себя братишкиным на мгновение, появилось желание приехать в этот лагерь снова и стать вожатым, чтобы пиздить детей разумеется, прямо как братишкин. он вообще хорошо здесь устроился, еще и слухи ходят, что хесус его ебырь. акума случаем не хотел свой лагерь открыть? ну или рейз на крайняк, я тут особо разницы не вижу. — я тебя без зарплаты оставлю. — это правда больше походило на какой-то квн, хотя мягко сказано. я нихуя не понимаю, почему вожатые с этого так угорают? тогда скорее с убогости, а не с моей идеальной игры. в ответ на реплику акумы я просто посмотрел на него ехиднее обычного и в этот момент зал ржать начал и хлопать, я переиграл? мне почему-то все время так кажется, потому что братишкин чуть ли не в конвульсиях бьётся, стоит мне просто сказать слово. на сцену вышел мини версия рейза, такой низенький и практически лысый мальчик. мы с акумой скрылись из вида зрителей, а мелочь на сцене уже без нас должны были закончить сцену. — курсед, как песенки твои? — насмехающимся голоском спросил этот рейз восемь лет назад. идеально подобран, серьезно, противный очень и тон как у типичного уебка, которому доебаться не до чего. теперь я понимаю братишкина, сам бы сейчас захлопал, такая жизненная еботека, я в ахуе. теперь кусакабе легко подтолкнул девочку, что играла леру и она пошла к остальным актерам этого погорелого театра. она дала "рейзу" подзатыльник, а малолетний сплит закрыл их от зала табличкой, на ней была надпись "ссора". в отличие от зрителей мы могли увидеть, что делают дети. они себе пытались волосы дыбом поставить, чтобы их ссора была похожа на настоящее пиздилово. на самом деле они просто теперь выглядят как детдомовцы, которых пожалеть лишний раз хочется. табличку убрали, зал тихо хихикал и дрейк, чтобы подбодрить мелочь врубил закадровый смех. они разбежались и на сцену вышел никита с большой картонной коробкой, которая должна заменить диджейскую стойку. он положил туда телефон и начал включать разные станции, остановился на радиодаче. при этом он крутил пальцами, переиграл дрейка уже, тот аж звуки удивления включать принялся. постепенно выходила мелочь и танцевала при этом, мелкий я отплясывал тектоник. а рейз на корточках держал бутылку, на которая была подписана "пиво". на сцену вышел кусакабе, из штанов торчал тот самый флаг. он подошел к швабре с теннисным мячиком на конце и запел "я помню". с его голосом теперь еще грустнее, все встали по парам, кого-то поставила лера в роли татьяны с криками "давайте, молодые". я само собой крутился с акумой лодочкой, как братишкин с хесусом когда-то. рейз плясал не как под грустную музыку, а как под какой-то хардбасс, под ним даже пол хрустеть начал. дрейк включил на фон минус песни чуть ли не на самую маленькую громкость. когда этот ужас наконец-то закончился, кусакабе поднял голову и начал речь: — эту песню я посвятил своему ненаглядному. — на этот раз дрейк включил звуки умиления, все в зале сделали такие лица, будто сейчас расплачутся, а мазеллов аплодировал стоя, вытирая слезы пальцами. никита подошел к нему, они руками себе рты закрыли и прислонились друг к другу лицами, ну так выглядит вообще неправдоподобно, им что-ли для вожатых засосаться по настоящему противно? я вот вальс крутил не стеснялся, а тут это. номер закончился, мазеллов уже не аплодировал, а просто плакал, не успевая слезы вытирать. вместо него поднялся на ноги весь зал. никита с кусакабе поклонились и все пиздюки убежали оттуда с рейзом, а мы сели в круг, оставив свободное место. когда этот репер повзрослее вернулся с гитарой и уселся туда, по центру акума поставил включенный фонарик. дрейк включил звук костра, а рейз заиграл на гитаре всем известную до тошноты мелодию и запел: —холодный ветер с дождём усилился стократно всё говорит об одном, что нет пути обратно что ты не мой лопушок, а я не твой андрейка что у любви у нашей села батарейка остальные сидя качались в ритм музыке, лера обняла рейза и положила голову ему на плечо. у нее от припева-то уши не закровились? само собой, атмосферно, но громко. вожатые даже всплакнули, да их тут эмоционально выебали сегодня, за полчаса столько слез пролито, но это ведь еще не конец? у меня у самого глаза заслезились, наверное, я просто устал сегодня. я чуть больше прижался к акуме, а он не дергнулся даже, как будто ожидал. — о-оу-и-я-и-ё, батарейка О-оу-и-я-и-ё, батарейка. музыка закончилась и мы встали с мест, осталось лишь заключение всего представления. мы взяли шоколадки из той самой диджейской стойки с цветами за углом сцены и отнесли взрослым, каждый тому, кого он играл. когда я отдал братишкину эту ненужную парашу, он на удивление не назвал меня педиком или чем-то подобным, а всплакнул и обнял меня и, похлопав по спине, назвал пиздюком. мне что-то уже не так сильно хочется расставаться даже с братишкиным, не сказать, что дома мне будет очень скучно, я-то всегда себе занятие найду, компания пиздатая даже есть. а что у нас с акумой будет еще под вопросом, я безусловно хочу продолжить с ним какое-то общение, даже не обязательно уже отношения, мне просто ахуенно находиться с ним. я готов сам к нему приехать в его ангельскую залупу, надеюсь, меня там не ебнут. это же не только от меня зависит. да и что с того, хочет не хочет, я от него не отстану, вы меня видели вообще? самое главное не париться об этом сегодня, нужно по полной насладиться последним днем, а не ныть. немного успокоившись, вожатые направили нас в клуб на последнюю дискотеку. до сих пор в голове не укладывается, как все могло так быстро пролететь? акума в толпе скрылся с кусакабе, а мы с рейзом взяли по пиву и уставились в пустоту. даже тем для обсуждений не было, мы просто без слов понимали, что каждый из нас чувствует. это высший уровень собутыльника и просто друга, кем бы я его не называл. я взглянул на пустую сцену и переглянулся с рейзом. мы снова молча прекрасно поняли друг друга и направились туда. по пути я видел мутные лица вожатых, вообще никакие, им что-ли правда грустно от нас поскорее избавиться? рейз сказал что-то дрейку и музыка резко сменилась. это, наверное, выглядит убого, кринжово и вообще ужасно, но зато с душой. я вышел на сцену и сразу задумался: надо ли мне это? вдруг, только опозорюсь или что-то в этом роде, но все мои сомнения рассеялись, когда я увидел удивление на лице акумы. — раз раз, — я проверил микрофон, вроде как работал. — я хочу посвятить эту песню моему парню - сереже акумову. глаза закрылись, а я ждал момента, когда нужно начинать петь. этим поступком мне хотелось показать, как сильно дорог мне акума, что я его ценю и не хочу обрывать контакты после смены. наконец-то я дождался нужных нот и начал петь: — почему же не со мной? ты так так красива, невыносимо рядом с тобою быть нелюбимым судя по всему, пел я достаточно неплохо, так как все разошлись танцевать медляк по парам. в толпе я искал лишь одни глаза, которые были самыми красивыми для меня. я сразу нашел их - акума смотрел на меня и улыбался. я даже не успел допеть, как он забрался ко мне на сцену. дрейк выставил на нас свет, благодаря чему мы очень выделялись. акума нежно поцеловал меня, а потом обнял и уткнулся носом мне в шею. мы стояли так секунд 30, в зале уже никто не танцевал, а лишь наблюдали за происходящим. мне казалось, что акума собирается с мыслями, и он действительно кое-что сказал мне: — я люблю тебя. — я, если честно, в этот момент подавился. мне такие слова впервые в жизни сказали. акума сразу же покраснел и отвёл взгляд в сторону. — я тоже тебя люблю. — дрейк включил звуки умиления, от чего я немного вздрогнул. акумов лишь сильнее прижал меня к себе, после чего мы спустились со сцены и решили пройти прогуляться по лагерю. ночь. тишина. мы не осмеливались что-то сказать, а лишь шли за руки молча. вот бы этот момент никогда не заканчивался, мне очень не хотелось отпускать акуму, я успел сильно привязаться к нему. мы сели на ту поляну, где я ему надел браслет на руку. кстати о браслетах, никто из нас так и не снял их. они конечно очень дебильные, но являются как никаким символом наших отношений. — может поговорим о чём-то? — сказал акума и посмотрел на меня. если честно, разговаривать не особо и хотелось. я просто заправил ему волосы за ухо и поцеловал его в щёку. акума втянул меня в поцелуй, на который я ответил. в этот раз мы целовались не страстно, а нежно. и даже, наверное, с какой-то горечью. никому из нас не хотелось, чтобы вот так всё оборвались. мы будто не смену друг друга знаем, а всю жизнь. слишком сильно к друг другу привязались. я уже хотел рассказать акумову о моих чувствах к нему, но нас прервали. — мужики у нас туса в комнате. — я снова испугался никиту, забываю его голос постоянно. мы поднялись с травы, отряхнулись и направились к корпусу вместе с немым. с окна шел пар, и я уже понял, что там будет пиздец. мы зашли в комнату и увидели, как лера режет торт, рейз сосет кальян. выглядит так, словно я в баню зашел. играет музыка, но это не песни рейза или мои, а какая-то более душевная хуйня. сам такое не слушаю слава богу, но по атмосфере очень подошло. кусакабе раскладывал всем пиццу, как он вообще с нами тусить начал? я его как впервые увидел, смеялся потом в комнате без остановки минут десять, он напоминает мне сироту, которая сейчас протянет руку и попросит денег на хлебушек. когда наше присутствие заметили, рейз достал телефон и начал уже че-то снимать. позже уселись на пол, напевая какую-то песню серебра, я решил снять это в истории, хоть что-то потом вспомнить. лера заставила снимать какие-то видео, я уж думал, что она будет со своими новыми подружками, но оказывается, что нет. на улице светлеть начинало, я с бутылкой пива в руках не мог отвести взгляд с узора на ковре, рассуждая о том, как же я люблю эту смену. — вы такие ахуенные, я уезжать не хочу вообще. — я всё-таки подал признаки жизни, все на меня обернулись и поглядели понимающе. да даже этот ебучий кусакабе у меня в сердце уже, хоть я его ежедневно пизжу и покрываю матом, достойный он мужик. — для меня это лучшее время. — акума как-то грустно улыбнулся, мы ненадолго замолчали и принялись вспоминать разные моменты с этой смены. в голову приходило вообще практически все, я сразу спешил озвучить каждую мысль. даже как с нихуя акуму за жопу потрогал, до сих пор не понимаю, зачем? что-то мной либо управляло в тот момент, либо я накурился всего лишь. да, я уже больше чем уверен во втором варианте. мы до самого утра продолжали страдать всякой хуйней, но так и не поспавши, пришлось идти собирать вещи. акума с кусакабе съебали к себе в комнату для этого, а я просто понакидал в свои чемоданы все, что в руку попадет. только корону, которую мне акума сделал сложил и положил на самый верх, порваться вроде не должна. тяжело на самом-то деле, зачем я в тц столько хуйни набрал? тяжелее будет тащить до поезда, надеюсь хоть акума на меня ничего не скинет. мы встретились на улице, у него оказывается был всего лишь рюкзак и пакет с вещами, которые я ему успел надарить. я уж думал тоже все плохо, а он ещё и мой чемодан взял, не надорвался. знаете, не думаю, что сам бы так сделал, поэтому ценю его доброту и заботу. мы все вшестером зашли в одно купе, оно и рассчитано на шесть человек, но все равно как-то слишком тесно вместе с моими чемоданами. это неважно, ладно, главное, что компания заебись, похуй на остальное. за всю дорогу мы отошли от выпитого пива, да и не скажу, что мы прямо бухали, отходить я бы так выразился не от чего. я достал карты и сразу вспомнил, чем закончилась моя последняя игра. оргия была хуевой идеей, очень, тем более в таком узком помещении. жаль, что некоглай не завалился сюда со своими ебанутыми идеями и просьбами поддержать его некую партию, парень с самого начала шизом был. я и по нему скучать буду, уверен. все еще не кончено, я буду в силах собрать прежнюю компанию, но все равно какое-то чувство тревоги не отступает. сейчас меньше париться не получалось, отвлекали только карты и все, даже смотря в окно я вспоминал, как сюда ехал и уже реветь хотелось. про акуму молчу, а вдруг он не захочет общаться, он же нашел себе кусакабе и может спокойно послать меня нахуй. мы ехали час, но для меня все пролетело как пять минут. на вокзале родители пиздюков забирали, те орали и бросались в объятия. нас же всех никто не ждал, взрослые всё-таки, сами по себе уже. я проставил чемоданы и крепко обнял акуму, что он подавился аж. не смог сдержать эмоции и слезы потекли, он провел рукой по моей спине и я решил, что лучше будет отстраниться поскорее, а то я приклеиться ещё могу, не разнимут. я быстро вытер слезы и по-мужски уже обнялся с кусакабе, с акумой же это скорее было не то что по-женски, а как будто мы девочки двенадцати лет. он сказал напоследок, что мы еще успеем пообщаться и ушел. поступил верно, не спорю. после я начал заказывать такси со странным чувством, он пообещал мне, что это еще не конец.