Последний ритуал

      — Мама зайдет к бабе Люде, — сообщила Рита, плюхнувшись на диван рядом с Юрой.       Они сидели в пятачке света, который давал экран ноутбука. Ларан любезно оставил его, чтобы они не тратили зарядку на телефонах, а сам на пару с недовольным Демьяном ушел в гараж запускать генератор. Видящие, завалившиеся в дом, — трое рослых ребят, ушли сразу, как только выяснили, что безопасности Мейстера ничего не угрожает. Юра все гадал, где именно они ошивались, раз примчались так быстро. В голове сразу нарисовалась картинка: заснеженный блиндаж в поле за домом, печка-буржуйка, а вокруг нее кучкуются Видящие, проклиная свою работу.       После разговора с бабушкой он немного успокоился. Выслушав ее негодования по поводу очередного отключения света, из-за которого она пропускает свой турецкий сериал, Юра убедился, что у нее все в порядке. На новости о том, что горит химкомбинат, она, конечно, сразу беспокойно заохала и заторопилась связаться с какой-то знакомой, работавшей там на производстве. Теперь полвечера просидит на телефоне, выясняя всю подноготную, и никакой сериал не нужен.       Рита штудировала городские паблики. Пока комментариев с паникой и вопросами было больше, чем ответов. Везде постили одни и те же фотки, клепая заголовки здоровенными буквами и вставляя побольше шокированных смайликов.       — Бесполезно, никакой конкретики, — пожаловалась она. — Лишь бы там ничего не бомбануло.       — Если бы было совсем плохо, наверняка включили бы сирену. Ее и так вечно врубают для профилактики, а тут настоящий пожар.       — А может, потому и не включают, что света нет.       — Ну не весь же город обесточило. Ты же видела на той стороне в домах свет был. Это у нас вечно проблемы с подстанцией. К тому же есть смс-оповещение.       — Какой ты рациональный, — досадуя, надула губы Рита.       — Мне велено сохранять спокойствие и не подвергать себя стрессу, — вздохнул Юра.       — И ты отлично с этим справляешься.       Рита привалилась к его плечу и снова уткнулась в телефон.       — Дашка пишет, что у них тоже вырубало в городе, но сейчас все нормально.       — Не рассчитывай, что у нас быстро сделают. Мой прогноз — завтра утром.       — Да, это понятно.       — Ты как домой пойдешь? — спросил Юра, краем глаза поглядывая на экран.       — Видимо, наощупь. Да ладно, фонариком посвечу, у меня еще сорок процентов.       — Может, тебя проводить?       — Ой, ну уж не заблужусь в наших трех соснах. Возьму с собой Демьяна. Такого любой маньяк испугается.       Юра улыбнулся.       — О, свежие вести с полей! — вдруг оживилась Рита, выпрямляясь. — Горит административное здание и цех по производству пластиковой тары. На данный момент пожару присвоен третий класс опасности, на место происшествия вызваны еще две дополнительные бригады МЧС. О количестве жертв не сообщается.       Она зачитала последнее обновление и показала Юре видео с пожарными машинами, въезжающими на территорию химзавода на фоне огненного зарева.       — Фигово. Если горит пластик, то в воздух попадет огромное количество канцерогенов. Хотя это не самое худшее, что могло бы там загореться, — сказал он.       — Это да. Там же куча химии и склады с удобрениями. Главное, чтобы смогли потушить как можно скорее.       — Понадеемся на… — в комнате зажегся свет, — лучшее, — закончил Юра, жмурясь.       — Быстро они.       Рита тут же подскочила к своей сумке, лежавшей на кресле.       — Ты же все забрал?       — Да.       Юра сразу понял, что она про распечатки с Двойным отречением, а не про конспекты уроков.       — Там не особо много и никакой секретной информации я не нашла, но парочка интересных историй есть, — она прекратила копаться в сумке и бросила быстрый взгляд в коридор. — Что-то мне подсказывает, Ларану все это не понравится.       — А никто не собирается ему ничего говорить. Я просто почитаю школьный доклад, который ты мне принесла, приму информацию к сведению, и закрыли тему.       — Мне казалось, что вы…       Рита замолчала, услышав голоса и приближающиеся шаги.       — …потому что сразу надо было делать, как я сказал! — раздался сердитый бубнеж Демьяна, а затем в дверном проеме появился он сам, держа перед собой перемазанные чем-то черным руки. Штанам и кофте тоже досталось.       — Да кто спорит, Волчонок, я ведь просто советы раздавал.       За ним неторопливо вплыл Ларан, довольно улыбаясь. В отличие от Демьяна, он выглядел чистым и опрятным — ровно так же, как и до отключения света.       — Вот спасибо, советчик фигов! От тебя требовалось просто молча стоять и держать фонарь, но ты и тут преуспел сверх меры!       Демьян включил воду в раковине и принялся остервенело тереть руки.       — Что случилось? — спросил Юра.       — Ничего особенного, — ответил Ларан. — Просто ваш дружок очень остро реагирует на любые слова, идущие вразрез с его мнением.       Он забрал ноутбук со столика и сел в кресло.       — Не надо было говорить мне под руку! — тут же ощетинился Демьян.       Юра вздохнул и с укоризной посмотрел на Высшего. Тот лишь невинно поднял брови и покачал головой, словно говоря: «Я здесь абсолютно ни при чем». Порой складывалось впечатление, что сеять раздор и хаос — это просто его природа, и с этим уже ничего не попишешь.       — Да ладно вам, главное, свет сделали, — попыталась сгладить Рита. — Вы молодцы.       Демьян оглянулся через плечо, раздраженно встряхнув мокрыми руками.       — Молодцы, — ядовито передразнил он. Было видно, хотел еще что-то добавить, но тут его взгляд наткнулся на хмурого Юру. Демьян сделал над собой усилие, проглатывая вертевшиеся на языке колкости, и уже более спокойно сказал: — Сделали и сделали. Делов-то. Что там с заводом?       — Горит будь здоров, — Рита подошла к нему с телефоном и начала показывать фото и записи.       Пока Демьян отвлекся на изучение материала, Юра перебрался поближе к креслу.       — Ларан, — тихо позвал он, склоняясь в Высшему, — ты ничего не почувствовал, когда случился пожар?       — М? — казалось, он снова углубился в свой ноутбук.       — Я про изменения в энергетических потоках. Какой-то всплеск, или чужое вмешательство?       Ларан оторвался от экрана и с любопытством взглянул на Юру.       — А ты почувствовал?       — Нет, но я же… Я к тому, что ты Высшая сущность. И если вдруг там было что-то такое…       Ларан задумчиво провел пальцем по металлическому корпусу.       — Не могу ничего сказать. Да и расстояние было слишком большим.       Юра разочарованно вздохнул.       — Мы кажется, это уже с тобой проходили, — Ларан сам приблизился к нему, говоря на полтона тише. — Помнишь стройку? Мне нужно быть на месте происшествия, чтобы разобраться во всем.       — Да, извини. Я не подумал.       — Если ты хочешь…       — Нет, — качнул головой Юра. — Просто мысли вслух. Это работа комитета, не наша.       Ларан понимающе хмыкнул.       — Да уж, комитетским шавкам придется побегать, чтобы понять, приложил к этому руку их неуловимый убийца или нет.       Спустя еще час, три кружки чая и десять причин пожара, сгенерированных коллективной фантазией, было решено расходиться по домам.       Юра вышел на улицу вместе с Демьяном и Ритой, чтобы проводить их хотя бы до ворот. Электричество так и не дали, но кое-где в темноте теплились огоньки света в окнах. Несмотря на то, что пожар был далеко за рекой, даже здесь, в поселке, в воздухе витал едва ощутимый запах гари. Ночные облака, подсвеченные алым, угрожающе нависали над горизонтом. Юра то и дело оборачивался в ту сторону, пытаясь понять, утихает ли пожар, но дым валил, как и прежде.       — Надеюсь, к утру локализуют, — тревожно вздохнула Рита, натягивая на нос шарф.       — Лишь бы не было сильного ветра. Не нравится мне этот запах, — поморщился Демьян. — Пошли быстрее.       Он дернул ее за рукав.       — Да, ща пойдем. Юр, — Рита обернулась к нему, — ложись спать и ни о чем не думай. Завтра мы будем рядом, прорвемся.       Она воинственно потрясла кулаком. Юра хмыкнул.       — С такой крышей мне ничего не страшно.       — Ну вот и ладненько, — воодушевилась Рита. — Все, мы почапали. Давай!       — Пока.       Он подождал, пока две фигуры пропадут в темноте улицы, и вернулся в дом.       Ларан все так же сидел в гостиной. Юра молча прошел на кухню, домыл оставшуюся посуду, поставил все в сушилку, убрал остатки еды в переполненный холодильник, протер стол. Оглядевшись, он удовлетворенно выдохнул. Кухня была чистой, но не хирургически стерильной, как это было раньше. Вокруг появились мелкие живые детали: сохнувшие чашки, салфетница с торчащей бумажкой, баночки специй разной наполненности, выстроившиеся на полочке в ряд, подушка на одном из стульев, которую кто-то притащил с дивана. Юра забрал ее, задвинул стул и пошел к Ларану.       — Ты будешь здесь? — обратился он к Высшему, укладывая подушку на место.       — Да, — кивнул тот в ответ, даже не отвлекаясь от печатанья.       — Ну, я тогда пошел. Мне еще уроки делать…       Юра немного потоптался на месте. Говорить Ларану что-то вроде «спокойной ночи» или чего-то подобного казалось верхом глупости, поэтому он просто развернулся и ушел, еще не до конца понимая, как будет устроено их совместное проживание.       Решив, что лучше сразу умыться, первым делом Юра оккупировал ванную. Холодная вода взбодрила. Спать совсем не хотелось, поэтому за учебники он сел с боевым настроем. Разобравшись с экономикой и английским, застрял на уравнениях с арктангенсами. Полчаса метаний и погрызенный колпачок ручки закономерно привели его к поисковой строке браузера. Слава богу, умные и добрые люди из интернета давно нашли решение. Юра без зазрения совести переписал все в тетрадь с полной уверенностью, что в следующий раз он-то уж точно решит сам.       С отчетом для работы он справился куда быстрее, чем предполагал. События вчерашнего дня уже не вызывали такую бурю эмоций. После драки в школе, проверки от Видящих и пожара на заводе словно и не было того проклятья в виде маленькой бабочки, пытавшейся его убить. Юра потихоньку начинал теряться в веренице происшествий. Все неслось друг за другом будто скоростной экспресс. Ему бы выдохнуть, сделать пару остановок, но куда там. Наша станция — полная безнадега, а она, как известно, конечная. По обыкновению, он пытался быть максимально кратким и беспристрастным. В принципе руководство могло прочитать протокол, составленный Бояровой, но ему приходилось переписывать все заново. Бумажка ради бумажки. Как же в ГККС любили все эту бюрократическую волокиту. На последних строчках, не сдержавшись, Юра все же добавил пару слов о том, что Высшая сущность проявила самоотверженность и благородство, спасая Мейстера, и отправил отчет.       Закрыв ноутбук, он смел все лишнее со стола в кучу и подошел к шкафу. Замерев, прислушался, пытаясь уловить, что происходит за дверью. Было тихо. Решившись Юра открыл дверцу, достал спортивную сумку, загнанную в угол, вытащил папку. Вернувшись за стол, отложил тетрадь с конспектами в сторону и взялся за распечатки. Всего четыре листа, часть из которых занимали скрины с форума, взятые из приложения для Видящих «Око».              «Ритуал Двойного отречения, используемый для разрыва связи с фамильяром в случаях критического уровня влияния сущности на Видящего (прим. Хозяина), требует высокой концентрации и большой эмоциональной отдачи. Для его проведения необходимо обязательное разрешение руководителя подразделения рангом не ниже первого, заключение инспекционной комиссии, а также сопроводительное письмо уполномоченного специалиста Оперативно-технического управления изучения сущностей (ОТУиС). Относится к категории «средней сложности».       Основная цель проведения ритуала — установка блока между Видящим и фамильяром. Для наиболее долговременного эффекта блок необходимо постоянно поддерживать, подпитывая энергией. Разрушение рунных связей без должной подпитки происходит в среднем через 40-60 мин.       Ритуал Двойного отречения рекомендуется использовать как первый этап при подготовке к полному разрыву связи с фамильяром, если зафиксирована высокая психофизическая привязка сущности к Хозяину (см. статья «Руководство по уничтожению фамильяра»), во избежание нанесения значительного ущерба здоровью последнего.       Базовые данные:       Дата добавления в «Общий классификатор ритуальных практик (ОКРП)» — 17 февраля 1934 г. С момента ведения статистки зафиксировано 96 успешных случаев проведения ритуала (без учета погрешности нелегальных правонарушений). Максимальное время удержания блока — 41 день 3 часа 12 минут. Порядок начертания рун представлен на схеме №1».              Юра пристально рассматривал рисунок. Четырнадцать символов, наложенных друг на друга, составляли двойную спираль, описывающую фигурку человечка, похожего на манекен. В сноске рядом с картинкой каждая из рун обозначалась отдельно. Жирные черные стрелки показывали направление движения руки при начертании. На первый взгляд достаточно запутанно, но сами руны по отдельности были не слишком сложные, главное — запомнить правильный порядок и схему рисования. Юра взял карандаш и попробовал повторить несколько рядом на листе. Если потренироваться, то с воспроизведением проблем не возникнет. Только вот так ли ему нужно это запоминать?..       Дальше в статье шло несколько абзацев с сухой статистикой. Посему выходило, что Двойное отречение на практике использовали только при уничтожении фамильяра ради безопасности Видящего, а не как отдельный ритуал. И на то были веские причины.              «В момент установки блока, связь с фамильяром полностью теряется. Сущность обретает возможность действовать самостоятельно. Она более не может влиять на Хозяина, так же, как и он на нее».              Юра еще раз перечитал последнюю строчку. Нет, такой вариант даже рассматривать было нельзя. Бесполезный ритуал для Мейстера. Рискни он использовать нечто подобное, и люди вокруг окажутся в большой опасности. Как бы Ларан ни располагал к себе, он все еще оставался Высшей сущностью. Вот если бы это можно было как-то модифицировать... Юра вернулся к рисунку с рунами. Когда они с Ритой проводили свои маленькие эксперименты, он часто пробовал новые комбинации. Поначалу было боязно, но со временем стало ясно, что низкий уровень силы в данном случае играет ему на руку — он просто не мог сотворить что-то масштабное и опасное. Максимум разрушений, в которых он был повинен, — вырубившееся в доме электричество, парочка разбитых предметов и перепуганный кот Морик, прячущийся у Ритки под кроватью. Юра поводил карандашом по рунам. Первые шесть символов явно шли по нарастающей, постепенно увеличивая количество затрачиваемой энергии, но вот шестая руна, похожая на кленовый лист, сбивала темп и перенаправляла потоки в обратное русло. Он не мог уловить суть. Нужно было разделить связку и понять, какую функцию выполняет каждый элемент. Это требовало большого количества времени и усердия. На курсах они разбирали простые формулы вместе с преподавателем, но, когда подобное необходимо было делать самому, у Юры всегда возникали сложности. Не хватало опыта и знаний. Одно дело пытаться сотворить что-то простенькое, действуя по наитию, и совсем другое — вникнуть в чужое плетение в попытке разобраться, как мыслил другой человек.       Решив, что сейчас у него вряд ли хватит сил и терпения заниматься чем-то подобным, Юра отложил изучение формулы и вернулся к оставшимся распечаткам. Скрины с форума были куда интереснее выдержек из справочника.              Пользователь_24g: Ребята, кто-нибудь слышал про июньский инцидент в Туле?       Николай и Ко: Ты про придурка с фамильяром?       Пользователь_24g: Да! Что там приключилось?       Николай и Ко: Насколько я знаю, Ловчий из местного отделения чокнулся и натравил своего фамильяра на школьника.       Пользователь_24g: Прям натравил?       Николай и Ко: Хз. Такие разговоры ходили.       Волчок_кусаю_за_бочок: Да не так все было.       Пользователь_24g: А ты знаешь как?       Волчок_кусаю_за_бочок: Мужик работал Ловчим уже лет 30. Ваще никаких нареканий не было. Семейный дядька, хороший оперативник, с фамильяром тоже все четко. Короче, ничего не предвещало, но тем летом беда приключилась с его дочкой. Она ехала к бабке своей в поселок на автобусе, но не доехала. Девчонке 13 лет было. Нашли на третий день поисков в 5 км от остановки, на которой вышла. Там, с другой стороны дороги лес, а за ним старые карьеры. По экспертизе выводы были неутешительные, девочку сначала изнасиловали, а потом еще живую скинули в карьер, перелом шеи и мгновенная смерть. Может, насильник думал, что она уже мертва, и сбросил вниз или таким образом хотел завершить начатое, но если бы он оставил ее на месте, то девочка могла выжить. Люди, которые ехали с ней в автобусе, сказали, что она была с каким-то парнем постарше. Летом этим маршрутом много подростков на карьеры ездит, никто особо не обратил внимания. Пацана быстро отыскали. На три года старше девчонки, учился в местном технаре, жил в соседнем дворе. По делу как свидетель проходил, утверждал, что просто подсел к знакомой поговорить, они разошлись на остановке у карьеров и больше он ее не видел. Никаких улик на него не было, и его отпустили. Дело еще долго мариновали, шерстили местность, опрашивали людей, да только все без толку. Много слухов ходило, что парень этот тупо отмалчивается и кого-то покрывает, но ничего подтвердить не смогли. Конечно, так как коснулось сотрудника комитета, наши тоже впряглись, но то ли преступник такой умелый был, то ли опера тупые, но результатов не было. Ловчего, чья дочка погибла, отстранили от работы. Он все порывался участвовать в расследовании, но начальство категорически запретило. Это и понятно, в такой ситуации у любого крышак поедет, будешь тут психологически уравновешенным. Короче, забуксовало все, виновных нет. Возможно, на этой почве у Ловчего и появились навязчивые мысли, что парень тот, если уж не виноват, то причастен к случившемуся точно, а следователи его просто дожать не могут. Да только влезть в это дело Ловчий не мог, потому как заинтересованное лицо. И вот вроде, когда все немного успокоилось и казалось, что мужик в норму стал приходить, случился пиздец. Не знаю, какой «добряк» решил донести ему, что пацаны из технаря в клубе по пьяни обсуждали, как несколько месяцев назад на карьерах снасильничали школьницу, а среди них был тот самый парень из автобуса. Вот тут-то у Ловчего флягу и сорвало. Только в полицию или комитет он не пошел, решил устроить самосуд. Подкараулил в соседнем дворе и использовал Двойное отречение. Бесконтрольный фамильяр сразу вцепился в пацана, а Видящий просто ушел.       Пользователь_24g: Вот жесть. А я все понять не мог, как чей-то фамильяр мог напасть на гражданского, их же всех отслеживают по Хозяевам.       Волчок_кусаю_за_бочок: На то и был расчет. Ловчий держал блок около двух часов, этого времени хватило, чтобы одуревшая сущность полностью взяла контроль. Там вроде 4 уровень был, пацан вскрыл себе вены ножом. Фотки видел, словно на кухне взорвалась кастрюля с борщом.       Пользователь_24g: Больше никто не пострадал?       Волчок_кусаю_за_бочок: Не. Ловчий продуманный был. Восстановил связь, вернул фамильяра, будто почувствовал, что дело сделано. Менты решили, что самоубийство, и даже не сразу к нашим запрос направили.       Пользователь_24g: А как на первой же проверке Ловчего не спалили?       Волчок_кусаю_за_бочок: Тут ваще песня))) После убийства у него показатели вверх пошли. Типа на поправку идет мужик) Да и проверяющие лояльные были, все-таки тридцатилетний стаж работы, ценный кадр и т. д.       Пользователь_24g: Зашибись у нас 10-е управление работает. То за*бут всех этими проверками, то бревна в глазу не видят.       Николай и Ко: Ну так его все равно же взяли.       Волчок_кусаю_за_бочок: Ага, взяли. Когда он хотел то же самое второй раз провернуть.       Пользователь_24g: Опять? Так месть же свершилась, или я чего не понял…       Волчок_кусаю_за_бочок: Там после «самоубийства» опять копать начали. Один из компашки хотел повесить смерть девочки на мертвого друга и пришел в ментовку, еще одного вызвали на допрос, а тот испугался, сознался и поименно всех сдал. Ну и в итоге вскрылось, что было групповое изнасилование. А Ловчий решил наказать каждого.       Пользователь_24g: Ну прямо «Ворошиловский стрелок».       Волчок_кусаю_за_бочок: Ага. Только все сложилось не так удачно, как в фильме. За Ловчим установили слежку и схватили его уже в моменте, когда он собирался второй раз провести ритуал Двойного отречения.       Пользователь_24g: Способ он, конечно, выбрал специфичный. Я о таком даже не слышал раньше. Думал Двойное отречение только при уничтожении фамильяров используют. У мужика явно не все карты в колоде были.       Волчок_кусаю_за_бочок: Ахаха ну да, креативный. Но я думаю, он для себя уже все решил. Был уверен, что поступает правильно, именно поэтому сумел остаться с трезвым рассудком до конца. Двойное отречение тоже не так-то просто провести, нужна о-го-го какая мотивация.       Николай и Ко: Нет, ну а будь ты на его месте, смог бы спокойно жить дальше, зная, что эти гады отсидят минималку по малолетству и выйдут на свободу?       Волчок_кусаю_за_бочок: Не знаю и думать не хочу.       Пользователь_24g: Если каждый так будет устраивать расправы, мы скатимся в глубокое средневековье.              История с форума вызвала неприятное ощущение, словно Юру окунули во что-то грязное и от этого теперь не отмыться. И где только Рита все это откопала? Он понимал, что никто не застрахован, особенно Видящие, которые знают изнанку мира, но предпочитал не думать о таких случаях. Часто ли в обычной жизни люди размышляют на досуге о том, сколько убийств произошло у них в районе за прошлую неделю? Поступок Ловчего он осуждал, но какая-то часть души его понимала. Слишком сложно. Он отложил листы и уставился в потолок.       После всего прочитанного Двойное отречение казалось чем-то запретным и мерзким. С чего он вообще решил, что у него получится как-то видоизменить формулу? Возомнил себя великим Видящим. Ага, как же. Какой вообще в этом толк? Вот прошлые Мейстеры наверняка даже не думали о подобной фигне. Прошлые Мейстеры… Юра взял в руки телефон, пытаясь отвлечься, но получалось плохо.       Судя по словам Ларана, с предыдущим Хозяином отношения у него были не самые хорошие. Наверняка Видящий из клана Сабуровых держал его на коротком поводке. Почему-то вспомнились крики Демьяна: «Он был лучшим Видящим! А ты его подставил! Если бы не ты, он был бы жив!» Тогда Юра не особо прислушивался к этим словам. Что вообще мог сказать человек из клана? Для него Высшая сущность — злобное отродье, не имеющее права голоса. Стоит ли спросить у Демьяна, что именно случилось, или лучше не бередить старые раны? Правда, в ответ наверняка получит еще одну историю об ужасном Высшем и радеющих за справедливость Видящих. А если задать вопрос Ларану? Почему-то думалось, что он не станет увиливать. До этого он вскользь упоминал о прошлом Мейстере, да и шесть лет прошло… Хотя, наверное, для него это всего лишь миг.       Мысли плавно перетекали одна в другую, пока Юра механически пролистывал ленту с новостями. Иногда попадались фотографии с пожара, но ничего нового. Слишком много событий для такого маленького города. Это не может быть простым совпадением. Зато завтра в школе меньше внимания будут уделять ему и Артуру. Утром еще эта проверка. Юра зажмурился, снова начинала болеть голова. Нужно было попытаться заснуть, пока боль не усилилась. Спрятав распечатки обратно в сумку, он выключил свет и на ощупь забрался в кокон из одела. В темноте можно было представить, что он у себя дома, в своей кровати, и ужасно длинный день наконец-то подходит к концу. Обо всех происшествиях он подумает завтра на свежую голову, а пока хотелось только одного — провалиться в спасительное беспамятство и обо всем забыть хотя бы на одну ночь.       Снов не было, только непроглядная темнота с мерцающими зелеными огоньками. Юре чудилось, что они парят вокруг него в медленном умиротворяющем танце и от этого становилось спокойно и хорошо. Будильник на телефоне загудел где-то в складках одеяла. Юра завозился, пытаясь найти его, и чуть не грохнулся с кровати — во сне каким-то образом переместился на самый край. Кое-как выбравшись из цепкой хватки одеяла, спросонья он не сразу сообразил, где находится. Полумрак чужой комнаты путал мысли незнакомыми очертаниями. Под бледным светом телефона, Юра нащупал выключатель на стене. Стоило лампочкам включиться, как в голове разом прояснилось. Вчерашние происшествия скопом подгрузились в сознание, оглушив его на пару мгновений. Юра постарался прислушаться к себе — болели бока, немного ныла левая рука чуть выше локтя, хотя вчера он этого не замечал. В целом состояние удовлетворительное.       В коридоре и на кухне все так же горела неяркая подсветка. Юра тихонько прошел в ванную, пять минут боролся с мудреной панелью в душевой, выиграл и был вознагражден теплой водой. Закончив со всеми умываниями, он попытался отыскать сушилку, чтобы повесить мокрое полотенце, но ничего похожего в ванной не обнаружилось, поэтому оставил его на крючке. В новом незнакомом доме подобные бытовые мелочи заставляли его растерянно вертеть головой и чувствовать себя не в своей тарелке.       Есть особо не хотелось, но Юра решил не нарушать обычный распорядок дня. Понадеявшись, что тошнота больше не вернется, он уверенно прошествовал на кухню. Ларана нигде видно не было. Наверное, забрался в свое злодейское логово на втором этаже. Юра ощущал через связь, что Высший совсем рядом. Это было настолько естественно и привычно, что почти не доставляло дискомфорта. Он наверняка понял, что Мейстер проснулся, а значит, сам объявится, когда посчитает нужным.       Сварганив себе нехитрый завтрак из остатков вчерашнего пиршества, Юра поставил тарелку в микроволновку и включил чайник. Пока цифры на таймере отсчитывали время, он присел на стул и углубился в телефон.       Пожар локализовали к четырем часам утра. Было несколько коротких заметок с темными фотографиями обгорелого здания. Про жертвы не уточнялось, и оставалось надеяться, что обошлось без них. Причины пожара также пока не были ясны. Микроволновка тренькнула, напоминая о себе. Юра быстро поставил тарелку на стол и приступил к завтраку, попутно продолжая листать ленту.       Ларан объявился на кухне, когда он уже допивал свой чай.       — Утро доброе, Юрочка. Как спалось на новом месте?       Высший неспешно проплыл мимо барной стойки и полез в шкафчик за капсулой для кофемашины. Юра мимоходом отметил идеальный внешний вид — ни одной складочки на свежей рубашке и брюках. Интересно, он сам гладил? Почему-то даже в воображении сложно было представить его с утюгом.       — Нормально.       — Самочувствие?       — Вроде порядок. Хотя, как показывает практика, все может быть не так радостно, как я думаю. Вот приедут друзья из комитета и скажут, что и как я чувствую.       Ларан усмехнулся.       — Отличный настрой.       — Всегда готов к самому худшему.       Терпкий аромат свежезаваренного кофе разлился по кухне. Юре не слишком нравилась горечь, но запах бодрил. Рита считала, что это по-детски, так же, как и нелюбовь к маслинам. Он в ответ лишь кривился.       — Ларан, я хотел кое о чем спросить… — Юра замялся, не зная, как лучше подступиться.       — Я весь внимание.       Высший расслабленно оперся на кухонную столешницу, неспешно потягивая кофе.       — Предыдущий Мейстер, как он умер?       По связи прокатилась неприятная дрожь.       — Ну и разговоры с утра пораньше. Не думаешь, что Волчонок с большим удовольствием расскажет тебе обо всем?       Его голос не изменился — все те же лениво раскатистые нотки, но Юра нутром чуял, что подобный разговор Ларану малоприятен.       — Спрошу. Но сначала я хотел бы узнать твою версию событий.       На мгновение показалось, что Высший уйдет от ответа. Отшутится в своей саркастичной манере или вовсе проигнорирует. Несколько секунд он разглядывал чашку кофе, а Юра терпеливо ждал, готовый добиваться своего.       — Самый отвратительный этап Контракта, помимо его заключения, это смерть Мейстера, — наконец произнес Ларан. Он взглянул Юре в глаза и усмехнулся зло и криво. — Меня связывает нерушимая клятва: хочу я того или нет, но буду пытаться спасти своего хозяина в момент опасности. Только вот беда, бывают такие ситуации, когда я не могу ничем помочь. Допустим, Мейстер слишком далеко от меня, или, быть может, человека настигла мгновенная смерть: сбила машина, пуля в лоб, сердечный приступ. В такие моменты невозможность исполнить условие Контракта разрывает меня изнутри. Это агония, которая не прекращается, что бы я ни делал. Смерть твоего предшественника я помню очень хорошо, — Ларан сделал глоток и задумчиво повернулся к окну. — Темир был слишком… солдатом.       — Что это значит? — Юра сам не понял, почему его голос прозвучал так напряженно.       Высший поставил недопитый кофе на столешницу, отодвинул стул и сел напротив, подперев голову рукой.       — У него не было собственного я, был только клан и его интересы. Все его существование сводилось к одной конечной цели — преумножить влияние Сабуровых. У Демьяна есть все шансы превратиться во что-то подобное, если ему вовремя не вправят мозги.       — Так как он?..       — На очередном задании, — фыркнул Ларан. — Он был Ловчим и даже после становления Мейстером продолжал фанатично работать, выполняя все приказы главы клана. Та миссия… Я сразу сказал, что они не потянут, но кто в клане станет слушать Высшую сущность?       — Тебя не было рядом? — озвучил свою догадку Юра.       — Я не большой любитель таскаться по болотам в дикой глуши, — поморщился Ларан. — Еще на первых этапах нашего знакомства с Темиром я обозначил свою позицию, что эти вылазки посещать не намерен. Иногда они использовали Контракт, чтобы принудить меня, но задействовать силу Высшего в угоду клана не могли. Есть правила и запреты. Да и комитет пристально за ними наблюдал. Мой выбор Мейстера, как обычно, понравился не всем, — оскалился он, явно довольный собой. — Другие ребята с севера очень напряглись, так что Сабуровы не могли своевольничать.       Ларан даже не пытался скрыть, что ему нравится вносить раздор в стан Видящих. Другие наверняка осудили бы его и попытались приструнить, но Юра научился мириться с этой стороной Высшей сущности. Глупо требовать от него уважения к людям, собственноручно заковавшим его в цепи.       Кружка с чаем давно остыла. Юра тронул тонкий керамический ободок, смахивая каплю. Хотелось знать больше подробностей о произошедшем, но разговор шел тяжело. Ларан отвечал на все вопросы, но гнетущее ощущение не пропадало. И хотя связь подсказывала, что Высший совсем не злится, продолжить было непросто.       — То задание, в чем оно заключалось?       Ларан с любопытством прищурился. Застывшая на губах полуулыбка могла значить все что угодно. Он задумчиво прикрыл глаза на пару секунд, будто вспоминая давно минувшие дни, усмехнулся чему-то своему, а когда заговорил вновь, в голосе отчетливо сквозило холодным пренебрежением:       — Во время облета одного из секторов коптер обнаружил неестественное скопление силы. Такие сгустки-коконы появляются только на севере из-за большой концентрации древних сущностей. Там порой случаются очень любопытные вещи: например, две сущности пытаются слиться в одну, — Ларан сцепил ладони в замок. — Мерзкое явление. Тут два варианта развития событий. Первый — они так и застрянут, не сумев полностью пройти трансформацию. Будут распускать тошнотворные миазмы километра на полтора, испоганят землю, растительность загнется, в общем, такой подарочек видно издалека. Для вас убить их в подобном виде даже проще — пока они заняты друг другом, к ним легко подобраться. Но есть и второй исход, а он куда менее радужный для господ Видящих, — в глазах Ларана сверкнул зеленый восторженный отблеск. — Если одна из них окажется в состоянии поглотить другую, получится тварь куда более сильная и изворотливая. Древние сущности сами по себе весьма опасны. У многих есть не просто первородное зерно, а зачатки собственной воли и даже сознания. Сливаясь в одно целое, они преумножают друг друга. Это как шагнуть на новую ступень эволюции.       — Почему так происходит? — тихо спросил Юра.       — Никогда не углублялся в эту тему. Повторюсь, такое происходит редко, и я не думаю, что в этом вообще есть какая-то закономерность. Но если тебя так заинтересовала научная сторона вопроса, один мой знакомый может часами о таком дискутировать. Дать контакты?       Даже если это была просто шутка, Юра все равно покачал головой.       — Спасибо, не надо. Что случилось дальше?       — В клане решили воспользоваться подвернувшейся возможностью. Старый хрыч Сабуров задумал заключить сущностей в «Рабские путы», чтобы использовать как источник силы.       Ларан, заметив замешательство Юры, сразу пояснил:       — «Рабские путы» — это что-то вроде клетки. Существо, находящееся внутри, не может покинуть территорию пут. По периметру устанавливают ритуальные фигурки надзирателей, — он покрутил пальцем в воздухе, — и чем меньше радиус, тем сильнее действие. Вся прелесть «Рабских пут» в том, что они медленно вытягивают энергию из всего, что оказывается внутри, и ее можно использовать по своему усмотрению.       — Зачем это клану? — Юра и сам предполагал ответ на свой вопрос, но все равно хотел услышать.       — Чтобы получить себе север полностью, — развел руками Ларан. — Подобный источник силы — словно манна небесная. Древних сущностей такого уровня можно доить лет двадцать. Проводить эксперименты, создавать сильные артефакты, пробовать новые техники. Это твой личный ядерный реактор на заднем дворе. У комитета, конечно, есть отдельное техническое управление, занимающееся разного рода разработками, но вряд ли они делятся своими секретами со всеми подряд. Комитет и кланы — это как разные стороны одной медали. Вроде цель одна, но каждый остается при своем. Сабуровы встали бы во главе Союза кланов, никто не посмел бы им перечить, а многоуважаемому Петру Васильевичу пришлось бы прислушиваться к требованиям крикливого самодура Игната.       Юра ничего не знал о расстановке сил среди родовых кланов. Для него они всегда представлялись единым целым. Сильные Видящие, положившие свою жизнь на алтарь защиты простых людей. Но даже в суровых условиях дикой природы, в окружении страшных кровожадных монстров они ухитрялись находить время для борьбы за власть. Это казалось совершенно абсурдным.       — И ты сказал им, что у них ничего не получится. Почему?       — Потому что это очевидно, — словно само собой разумеющееся ответил Ларан. — Эти две сущности были очень старые и сильные. Несколько тысяч лет, не меньше. Я прекрасно знаю, как действуют «Рабские путы», потому что изначально их планировали применять против Высших, но они не возымели должного эффекта. Плюс — слишком большая отдача. Те, кто участвует в плетении рун, должны выдерживать давление чужой энергии, пока путы не замкнутся. Удобно, когда в таком ритуале задействованы семь, восемь Видящих — получается быстрее, загвоздка в том, что чем больше людей, тем выше риск, что кто-то из них сломается и отступит. На тот момент я уже достаточно долго, по меркам людей, был связан Контрактом с Темиром. Дел клана я не касался, но эта авантюра Игната мне не понравилась. Ну и, честно говоря, случись что-то, не хотелось заморачиваться с новым Мейстером, этот был вполне терпимый, поэтому я решил высказаться.       — Произвел фурор?       — О, еще какой, — усмехнулся Высший. — Никто не оценил моей души прекрасные порывы.       — Вполне могу представить, как это было. Ты через публичные унижения и оскорбления пытался донести до Видящих, что слабый и никчемный сброд вроде них никогда не сможет осуществить задуманное.       Ларан громко и раскатисто рассмеялся.       — Туше́.       Постепенно в голове складывалась общая картина произошедшего, но Юре совсем не нравился открывающийся вид. Финал истории был известен, а потому мозг услужливо подбрасывал возможные варианты его достижения. Но какой бы он ни выбрал — натыкался на непреодолимую стену. Ларан вроде бы ничего не скрывал, говорил обо всем прямо, поэтому следующий вопрос сорвался с губ легко, будто они беседуют о ничего не значащей ерунде.       — Ты знал, что Темир отправится на это задание?       Высший не переставал улыбаться, но вот его глаза были отреченными и пустыми.       — Мне никто не говорил о его участии. Я рассчитывал на благоразумие Игната, но самоуверенность и высокомерие сыграли с ним злую шутку. Темир был одним из самых сильных Видящих, которых я встречал, но сила очень часто идет рука об руку с глупостью.       — Ты должен был понять, когда он уходил. Ваша связь… Ты не мог не знать.       Юра почувствовал, как тревожно зачастило сердце.       — Я уехал из их дома в тот же день после нашего разговора. Я не жил в этой глуши, просто иногда наведывался по договоренности. Наши встречи с Темиром так же были не слишком частыми. Чисто деловые отношения. Ритуал они решили выполнить через два дня после моего отъезда. Я был за несколько тысяч километров от Мейстера и, как бы ни душили меня цепи Контракта, помочь ему не мог.       Ларан цедил слова отрывисто и сухо. Снова этот неприязненный холодок.       — Почему ты не остался? Ты ведь наверняка понимал, к чему все идет.       Неожиданно от Высшего полыхнуло силой, Юра едва успел перехватить контроль. От неловкого взмаха рукой пустая кружка звякнула, закружилась и едва не свалилась со стола.       — Что ты!..       — Потому что я не дворовая шавка, чтобы бежать за ними, преданно виляя хвостом!       Его голос был совсем другим. Так цари бросают черни свои приказы, будто низшие создания и вовсе не достойны слышать его. Юра еле удержал себя от желания отпрянуть в сторону. Всего секунда — и сила схлынула как морская волна, таща за собой мелкие ветки и камни. Они царапали душу, оставляя за собой короткие рваные ранки.       Тяжелый вздох Ларана разнесся по кухне. Он отвернулся к окну, мрачно хмурясь. Юра быстро спрятал подрагивающие ладони под стол, пытаясь скрыть свою слабость.       — Извини, — произнес Высший, все еще не глядя на него, будто давал время им обоим прийти в себя.       — Я не пытаюсь обвинить тебя, — осторожно заговорил Юра, — просто хочу понять.       — Если скажу, что сделал это намеренно, поймешь?       Ларан вновь повернулся к нему, отчужденный и неприступный. Во взгляде читался вызов. Юра не хотел вступать с ним в конфронтацию, поэтому постарался успокоиться. Слова нужно было выбирать очень аккуратно.       — Ты сказал, что смерть Мейстера — одна из самых ужасных вещей, которую тебе приходилось испытывать. Мне кажется, что ты слишком самовлюбленный, чтобы собственноручно причинить себе вред.       Высший долго всматривался в него с абсолютно нечитаемым выражением. Юра старался не отступать под его напором. Ладони вспотели, ужасно хотелось вытереть их о джинсы, но он не шевелился, боясь упустить из виду малейшее изменение в лице напротив. Их связь превратилась в натянутую до предела струну: одно неловкое движение — и она лопнет. Ларан прервал зрительный контакт, обратив внимание на свое кольцо. Покрутил толстый ободок на пальце, усмехнулся и проговорил:       — Не стану тебе врать. Я предполагал возможный исход событий, но шансы, что Темир окажется там, а уж тем более умрет, были очень малы. Знаешь, я впервые с момента Контракта высказал все Игнату. Раньше я оставался лишь сторонним наблюдателем, но в тот раз его непроходимая тупость вывела меня из себя. У людей ничтожно короткие жизни. Маленькие отчаянные существа, ослепленные жадностью, цепляются за каждую возможность урвать кусок побольше, даже зная, что не успеют им насладиться. Мне не хотелось находиться в том доме, а уж тем более переубеждать их. Я смог оставить Мейстера, так как на тот момент для него не было прямой угрозы. Это никак не противоречило условиям Контракта, поэтому я уехал как можно дальше. Было легко.       «Легко» — прогрохотало в голове набатом. Юра моргнул, один раз, второй. Фокус съехал куда-то в сторону блестящей хромированной подставки для ножей около варочной панели за спиной Ларана. Нет, нельзя об этом думать.       — Значит, ты все же допускал мысль, что Темир может пойти на это задание.       — Думаешь, надо было броситься ему в ноги и умолять остаться?       — Нет. Это был его выбор. Они сами решили рискнуть.       Ларан слегка подался вперед и вкрадчиво произнес:       — Я честен с тобой, поэтому рассказал тебе все, но я не хочу, чтобы ты боялся меня.       Юра и сам не знал, что чувствует. Страха не было. Скорее едкое удушливое разочарование то ли в собственных неоправдавшихся ожиданиях, то ли в апатичном тоне Высшей сущности. Но ведь у них же не так? Или, быть может, для Ларана все Мейстеры смазываются в один отвратный образ тюремщика, держащего в руках кандалы? Если подвернется случай, сможет ли он так же «легко» уйти, как сделал это в прошлом?       Из зыбкого оцепенения его вывел спокойный ровный голос:       — Тебе не нужно ставить себя на его место. В основе нашего Контракта совсем иные ценности, и я этому рад.       Показалось, что это произнес кто-то другой. Будто до этого с ним говорил циничный равнодушный демон, а сейчас — обычный человек, пытающийся поддержать. В груди кольнуло.       — Как он умер? — Юра постарался придать голосу твердости.       — Во время проведения ритуала одна из сущностей начала поглощать другую. Даже в состоянии кокона тяжело плести «Рабские путы», а тут изменение энергетических потоков, нарушение ритмов, в общем, все пошло не по плану. Насколько я знаю, Темир подставился под удар, прикрывая отход кого-то из клановых. Роковая случайность.       «Которую ты предвидел», — подумал Юра, но вслух не сказал.       — Те сущности, их уничтожили?       — Да. Клану пришлось потратить немало сил на это. Даже родовые артефакты пустили в расход. Хотели возвыситься, но только потеряли из-за своей алчности.       — Ты никогда не жалел о том, что уехал?       — Жалость? — поморщился Ларан. — Нет. Боль от разрыва Контракта мучительна, но сожалеть о своих поступках — это удел слабых людей, а я всегда делаю верный выбор.       Высший кивком указал на Юру. И что это значит?       — Теперь понимаю, почему тебя ненавидит Демьян.       — А ты?       — Что я?       — Изменил свое мнение?       — Я не…       Юра не успел договорить, со стороны коридора раздался шум: открылась входная дверь, зашуршала одежда, кто-то громко кашлянул. Приехали проверяющие.       — Пойду встречу, — тут же подскочил Юра.       Он порадовался, что их прервали, потому что сам не был уверен в своем ответе. Сложно было после всего давать оценку действиям Ларана. Зная, к чему это все привело, можно было сказать, что поступок Высшей сущности с точки зрения людей — подлый и безнравственный. Но, с другой стороны, это был выбор клана — пойти на риск ради достижения цели. К тому же разве можно оценивать Высшего людскими мерками? Ему вообще знакомы понятия совесть и мораль?       В прихожей стояли двое. Тамара, приезжавшая вчера, и новый Видящий — косматый мужчина в спецовке АО «Энергетические сети». Тамара аккуратно поставила ботинки в уголок и расстегнула куртку, она приветливо улыбнулась Юре, внимательно осматривая его с ног до головы. Он тут же поспешил натянуть ответную улыбку.       — Здравствуйте, — заторопился с любезностями Юра.       — Доброе утро, как самочувствие?       — Отлично.       — Это радует, давайте проверим?       Будто у него был выбор.       Они прошли в гостиную. Картина повторяла вчерашний вечер. Тамара вежливо поприветствовала Ларана, присела на диван и достала из сумки планшет. Ее спутник, так и не соизволив представиться, молча замер у стены, бросая короткие взгляды в сторону кухни. Высший его явно напрягал.       — Ни свет ни заря труженики на посту, — нарочито восторженно восхитился Ларан. — Товарищи с улицы не горят желанием к нам присоединиться?       Юра непроизвольно повернулся в сторону темного окна.       — Это ни к чему, — спокойно ответила Тамара, настраивая планшет.       — Ну-ну… — по его тону можно было подумать, что Высший разочарован.       — Всего лишь проверка. Незачем собирать тут консилиум, — Тамара выглядела непробиваемым оплотом спокойствия. — Мейстер, прошу вас, сюда, пожалуйста.       Она указала рукой перед собой. Юра вдохнул поглубже, стараясь расслабиться, и сделал шаг вперед. Его моментально окутало потоком рун. В груди тревожно дернулось, он прикрыл глаза, пытаясь абстрагироваться от происходящего и унять волнение. Под веками вспыхивали теплые золотые огоньки, когда руны пролетали совсем близко у лица. Как назло, в голову лезли только дурные мысли. А что, если проверка покажет ухудшение? Он и в прошлый раз чувствовал себя вполне нормально, но показатели были плохие. Сложно исправить то, чего ты не понимаешь.       Совсем рядом послышался шорох, и Юра открыл глаза. Ларан выбрался из кухни, передислоцировавшись в кресло в гостиной. Поймав его взгляд, Высший чуть вздернул подбородок и ухмыльнулся. Это что, своего рода поддержка? Юра непонимающе нахмурился, но тут руны начали истончаться, и Тамара опустила планшет на колени, возвращая все внимание к себе.       — Неплохо, — произнесла она.       Юра ждал еще каких-то пояснений, но Тамара будто ушла в свои мысли.       — Извините, что значит неплохо? — не выдержал он.       Видящая доброжелательно улыбнулась, отчего в уголках глаз расползлись морщинки-лучики.       — Есть положительные сдвиги, небольшие, но это самое главное. Сейчас очень важный период, вам нужно минимизировать любой стресс. Я бы рекомендовала остаться дома на несколько дней. Школа все же…       — Нет, я пойду, — перебил ее Юра и тут же поспешно добавил, будто оправдываясь: — Мне будет проще вернуться в привычное окружение. Это не мой дом, и я тут временно, мне пока сложно привыкнуть. В школе мои друзья, и обстановка знакомая.       — Возможно, и так, — несмотря на слова, голос выдавал ее недоверие, — но вчерашний инцидент мог создать не слишком благоприятную атмосферу в классе.       Юра едва сдержал смешок. Тамара чересчур старалась.       — Я не считаю себя виноватым, а разговоры, — он пожал плечами, — их все равно не избежать. С кем мне там воевать? Сомневаюсь, что Артур ко мне теперь полезет.       Видящая вздохнула, но спорить не стала.       — Не думайте, что я такой большой фанат учебы, — попытался заверить ее Юра. — Ну просто, это же обычная подростковая жизнь, завтра случится еще что-то, и все будут говорить уже о другом. Кстати, вы не знаете, что произошло на заводе сегодня ночью?       Было видно, что неожиданная смена темы разговора застала Тамару врасплох. Она пару раз моргнула, точно не понимая, о чем речь, а затем осторожно произнесла:       — Честно сказать, я не так давно в вашем городе, и сама не до конца понимаю, что случилось. Но говорят, пожар уже локализовали.       — Понятно. Просто столько событий, — Юра мельком глянул на Видящего у стены, тот отвлекся от Ларана и будто внимательнее прислушался к разговору, — не думаете, что это может быть связано…       Он специально не закончил фразу, ожидая чужой реакции, но Тамара быстро совладала с собой.       — Не думаю, — она вновь приветливо улыбнулась. Тренируют их там, что ли, так улыбаться? — Не стоит забивать этим голову. Уверена, что комитет все проверит.       Юра уловил в этих словах совсем иной смысл: «Не стоит тебе в это лезть, и так с тобой проблем хватает».       Тамара поспешно поднялась с дивана.       — Уже уходите? — изумился Ларан. Ну не иначе добродушный хозяин, расстроившийся из-за скорого отъезда гостей. — Может, кофейку?       — Наши проверки не должны доставлять Мейстеру дискомфорт, — любезно ответила Видящая. — Вечером я снова заеду. Если возникнут какие-то проблемы в школе или просто почувствуете себя нехорошо — обязательно свяжитесь с комитетом.       — Конечно, — бодро закивал Юра, провожая визитеров. Хотелось избавиться от их чудесного общества как можно скорее.       Суровый сопровождающий Тамары в последний раз грозно зыркнул на Ларана и последовал за ней к выходу.       Юра смог выдохнуть, только когда за Видящими закрылась входная дверь. Несколько секунд он простоял, держась за ручку, прислушиваясь к звукам. Сколько все это будет продолжаться? На проверках он ощущал себя подопытным кроликом, опасаясь сделать что-то не так. Ну нет, нужно настроить себя на позитивный лад. Мрачные мысли ни к чему хорошему не приведут. Пару таких встреч, и все образумится. Относительно все, конечно… Он усмехнулся. Как там говорилось? Сначала сделай человеку плохо, а затем верни все, как было.       — Спровадил? — задал риторический вопрос Ларан, как только Юра вернулся на кухню.       — В следующий раз запирай на ночь дверь.       Высший хохотнул.       — Боюсь, это их не остановит.       Юра забрал со стола кружку, сполоснул и поставил на сушилку. Слишком много событий для маленького утра среды. Разговор с Лараном немного выбил его из колеи, разворошив тревожные мысли, но визит Видящих будто вернул все в исходную точку. Некогда предаваться беспокойным размышлениям о Высшей сущности, когда твою профпригодность проверяют под микроскопом.       На столе загудел телефон. Юра скомкал бумажное полотенце, которым вытирал руки, кинул мокрый шарик в мусорку под раковиной и схватил мобильник.       — Привет, Рит.       — Утро доброе! Доброе ведь?       От ее звонкого голоса на лице сама собой растянулась улыбка.       — Добрее не бывает.       — Приходили к тебе уже?       — Ага, нормально, проверку прошел.       — Ну слава богу, — с явным облегчением вздохнула она.       — Что, думала, я за ночь с ума сошел и меня везут в дурку?       — Да иди ты! — фыркнула Рита.       Юра мельком глянул время на экране.       — Только проснулась и сразу мне звонишь?       — Я ващет уже собралась и даже кофе выпила, — гордо заявила она.       — Ничего себе, Маргарита Алексеевна, эк вы в такую рань поднялись?       — По зову сердца и под ор Морика. Прикинь, этот пушистый засранец в полшестого у меня под дверью мяукать начал. Еще так громко, будто его убивают. Я только дверь открыла — он зашел, круг почета по комнате сделал и свалил. Вот чего ему надо было? Потом уже уснуть не смогла.       Юра тихо рассмеялся. Ларан, вальяжно развалившись в кресле, с любопытством посматривал на него. Отчего-то стало неловко. Юра отошел к окну, пытаясь скрыться от пронизывающего взгляда. Можно было просто вернуться в свою комнату, но это выглядело бы слишком демонстративно, словно он что-то скрывает.       — Вроде голос у тебя бодрый, я рада, — уже спокойнее продолжила Рита. — Ты прочитал?       Не нужно было уточнять, о чем она, и так было ясно.       — Угу. Мрачноватые истории.       — Это да. У Видящих в целом работа не простая. Много всякого случиться может…       — Рит, ты не волнуйся на мой счет. Я ничего такого не думаю. Это знаешь… Наверное, просто для внутреннего спокойствия. Так, расширение кругозора.       — Чего ты передо мной оправдываешься, я ж не следак из комитета.       — Наверное, все еще под впечатлением от проверки…       — Ну, если что, пойдем как соучастники, — заговорщицки прошептала Рита. — Это ж я тебя толкаю на кривую дорожку.       — Нет, вдвоем нам за решетку нельзя, кто-то же должен носить передачки с воли, — серьезно ответил Юра.       — Тоже верно. Вряд ли Демьян знает, как пронести заточку в хлебе.       — Определенно нет. Ты его видела? Законопослушный гражданин.       За глупыми разговорами Юра и сам не заметил, как поднялось настроение. Рита всегда умела его растормошить. Предстоящий день в школе уже не казался таким удручающим и тягостным. Хоть он и заявил Тамаре, что не собирается оставаться дома, но легкий тремор и волнение все же присутствовали. Тут как с пластырем на болячке — если уж решил оторвать, то нужно это делать сразу.       — Раз ты уже готова, может, поедешь с нами?       — М-м-м… Подкатить к школе на крутой тачке? — Юра чувствовал, как она смакует эту мысль и улыбается. — Почаще бы ты о таком у меня спрашивал.       — Тогда через пятнадцать минут на перекрестке.       — Уже лечу, дорогой!       Юра завершил звонок и сунул телефон в карман. Стоило развернуться от окна, как он сразу наткнулся на хитрый взгляд Ларана. Конечно, тот слышал разговор, но Юра не сказал ничего предосудительного. Он прекрасно знал, что в комнате не один, и выбирал достаточно обтекаемые слова и выражения.       — Что? — чересчур грубо буркнул Юра.       — Ничего, — небрежно бросил Высший, поднимаясь на ноги. — Пора выдвигаться?       — Да. И это, Рита с нами. Подберем ее по пути.       — Конечно, как скажешь.       От приторно сладкой улыбки Ларана у Юры аж зубы свело.       — Не делай так, — проворчал он, выходя с кухни.       — Как не делать?       — Да все ты понимаешь!       — Я не совсем…       — Арг! Все! Напяливай свое пижонское пальто и иди в гараж!       Юра кинулся в свою комнату, лишь бы скрыться от этого раздражающего типа.       Проверив учебники в рюкзаке, он натянул толстовку и застыл напротив шкафа. Распечатки про Двойное отречение были утрамбованы на дно спортивной сумки. Вряд ли Ларан вообще пересечет порог этой комнаты, а уж тем более станет копаться в чужих вещах. Да и, в конце концов, какая ему разница? Даже если вдруг он узнает, что Мейстер интересовался чем-то подобным, ну и что? Это вообще не его дело. Контракт не разорвать. К тому же после их утреннего разговора его никто не осудит, если в шкафу он припрячет биту, а еще лучше ствол. Юра схватил рюкзак и вышел в коридор.       Нагибаться все еще было тяжело — места ударов болели. Синяки там были здоровые, возможно, все-таки надо было купить какую-нибудь мазь. Надев ботинки, Юра выпрямился, неприязненно морщась. После всех его неловких попыток согнуться так, чтобы не было больно, он уже успел вымотаться и упариться в куртке. Вот же гадство. А ведь последним уроком еще и физра. Сунув шапку в карман, он расстегнул молнию до половины, зацепил рюкзак и толкнул дверь, ведущую в гараж. Машина ласково урчала, дожидаясь пассажира. Юра сел на заднее сиденье. Вряд ли это спасло бы его от говорливой Высшей сущности, но он хотел соблюсти хоть какую-то дистанцию между ними даже в таком маленьком пространстве.       — Вот так, значит? — хмыкнул Ларан.       — Вот так.       — Как же с людьми непросто.       Юра не стал отвечать, вместо этого уставился в телефон. Нужно было отписаться бабушке.       Освещение на улице было восстановлено. Поселок постепенно оживал, медленно и неохотно сбрасывая с себя сонный полумрак. В окнах мелькали чужие силуэты, кто-то уже шел на работу, а кто-то только прогревал машину. Несмотря на ночное происшествие, жизнь продолжала течь по привычному руслу. Юра всматривался в прорехи между домами, стараясь разглядеть соседнюю улицу. Отсюда нельзя было увидеть его дом, но он все равно пытался. Хотя и волновался за бабушку, снова тащиться к ней с Лараном желания не было. Хватило прошлого визита. Успокаивало, что тетя Света за ней присмотрит. Барьер вокруг участка тоже мощный, да и комитет теперь следит за всеми в усиленном режиме. Волноваться не о чем.       Высший деликатно помалкивал, что было ему совершенно не свойственно. Он просто спокойно вел машину, даже не пытаясь разогнаться или устроить дрифт на узких поселковых улочках. Юра смотрел в окно, но взгляд то и дело возвращался к фигуре на водительском сиденье.       — Вот тут поверни налево. Подберем Риту на перекрестке.       Ларан молча крутанул руль. Под светом фонаря уже топталась одинокая фигура в длинном пуховике.       Вместе с Ритой в салон пробрались холодный воздух с улицы и парочка одиноких снежинок, слетевших с ее шапки.       — Всем утречка! Спасибо, что захватили.       Она развалилась на заднем сиденье, шмыгнула носом и стянула перчатки.       — Будто и не расходились детишки, — отметил Высший, трогаясь с места.       — Ага, мы ж команда, — отсалютовала Рита.       Юра хмыкнул:       — Отряд не заметил потери бойца.       — Ты про Демьяна? — она развернулась к нему, шурша курткой. Ее щеки все еще были красными от мороза, а на кончиках волос, выбившихся из-под шарфа, дрожали маленькие капли растаявшего снега. — А он наш секретный агент, прощупывает обстановку на вражеской территории.       — Типа в школе?       — А как же еще. Нам теперь надо быть капец бдительными.       — Из-за меня?       — Из-за всего.       Юре очень хотелось закатить глаза, но он сдержался. Не хватало слушать Ритины нравоучения.       — Мама вчера была у баб Люды. Все нормально, можешь не волноваться.       — Да, мне бабушка уже написала, — Юра показал на свой телефон. — Спасибо ей передай.       Рита махнула рукой.       — Не чужие люди, не боись, за бабушкой есть кому проследить. Кстати, насчет пожара, папин знакомый на химе работает, они с ним созванивались утром. Сказал, есть жертвы.       Юра встрепенулся.       — Много?       — Двое или трое. Но там еще в реанимации кто-то. Завод огромный, куча народа и днем, и ночью. В цеху, который загорелся, на смене было шесть человек, полыхнуло на складе пластиковой тары — канистры всякие, бутылочки, — а потом и на сам цех перекинулось.       Столбы дыма и огненное зарево ввергали в ужас даже за несколько километров на другом берегу реки. Что пережили люди, оказавшиеся в эпицентре трагедии, невозможно было представить.       — Не верю я, что это просто совпадение, — нахохлилась Рита. — Одно за другим. Не бывает так.       — Уж лучше бы просто несчастный случай. А иначе…       Они переглянулись. Кажется, у обоих в голове были не самые веселые мысли.       — Ладно, не будем об этом, уверена в школе еще успеем наговориться, — Рита выдохнула и вернула беззаботную улыбку. — А почему без музыки едем?       Юра поймал взгляд Ларана в зеркале заднего вида. Это из-за него он не стал включать? Удивительное рядом.       — Я не против музыки, — отметил Юра.       Спустя мгновение в салоне заиграла спокойная ненавязчивая песня с едва слышным английским вокалом.       В этот раз Юра не стал ничего говорить, когда «Мазерати» свернула к школе. Какой смысл теперь шифроваться? И так все в курсе. Рита легонько толкнула его в плечо и кивнула, пытаясь подбодрить. Косых взглядов избежать не получится, так что нужно просто перетерпеть этот момент и спокойно двигаться дальше.       — Прибыли, — оповестил Высший, оборачиваясь.       Он, как и в прошлый раз, внаглую остановился прямо у входа на территорию школы. На машину уже косились любопытные.       — Сегодня семь уроков. Если что-то изменится, я тебе позвоню.       — Будь добр. Хорошего дня, ребятки.       Не улыбка, а волчий оскал.       Юра выдохнул и поспешил вылезти из машины, предварительно накинув капюшон на голову. Рита быстро протараторила слова прощания и выскочила следом, моментально схватив Юру под руку. Стоило им отойти на пару шагов, как взревел мотор и «Мазерати» ринулась с места.       — Вот же показушник, — хмуро буркнул Юра.       — У всех свои слабости.       — Это дурость, а не слабость.       — Ну ладно тебе брюзжать, старый дед, пошли.       Народу перед школой было совсем немного, но Юра все равно опустил голову, не желая сталкиваться ни с кем взглядами.       — Да не такая ты важная персона, чтобы на тебя глазели, — шепнула ему Рита, пока они шли через двор.       Юра улыбнулся в тени капюшона. Хорошо, если это на самом деле так. Он предпочел бы быть маленьким и незаметным. Наигрался уже в главного героя.       — Ты погляди, какие люди нас встречают.       У самой двери подпирал стену Демьян. Младшеклассница, едва достающая ему до пояса, боязливо шарахнулась в сторону, пытаясь пройти мимо. Суровое лицо вкупе с массивной фигурой делали его весьма угрожающим, а красная куртка будто еще больше сигнализировала об опасности. Юра заметил, что вокруг него витали какие-то мелкие руны, но стоило подойти ближе, символы исчезли.       — Привет, один тут или кого ждешь? — игриво спросила Рита.       — Охранником подрабатываю, — Демьян просканировал Юру взглядом. — Привет.       Видимо, в ближайшее время любая встреча с Видящим будет начинаться с такого внимательного осмотра и оценки его состояния.       — Я в порядке и проверку прошел, можешь так не пялиться.       — Знаю, что прошел.       — Ну вот, никакой частной жизни, — попытался отшутиться Юра.       — Мог бы на пару дней откосить от школы.       — Только ты не начинай.       Демьян хотел что-то ответить, но Рита его опередила:       — Давайте не будем это тут обсуждать? Пойдемте внутрь.       — Конечно, — кивнул Демьян и зашел первым, будто только и ждал команды.       У Юры появилось стойкое ощущение, что его передают из рук в руки словно эстафетную палочку. Ларан довез до школы, тут подхватил комитет в лице Демьяна — он наверняка получил новые разнарядки — и так по кругу. Умом он понимал, что излишняя опека и внимание — закономерный исход после всего случившегося, но приятного в этом было мало. Статус Мейстера давил на плечи, с каждым днем становясь все тяжелее. Глупо было верить словам Верховного председателя о том, что его жизнь претерпит лишь незначительные изменения, а новая должность — только приписка в личном деле и обновленный трудовой договор.       Оказавшись в школе, Юра постарался слиться с толпой. В раздевалке было шумно, галдели дети, компания шестиклассников пинала мешок с чьей-то сменкой по полу под недовольные окрики уборщицы. Обычная утренняя суета.       — Демьян, ты не в курсе, что там с Новиковым? Придет сегодня? — спросила Рита, запихивая шапку в рукав пуховика.       — Должен.       — А ты пока дверь караулил, его не видел?       — Нет. Но я вчера ему звонил.       — Звонил? — Рита удивленно вскинула брови.       Демьян с сомнением глянул на Юру, будто не знал, можно ли при нем говорить.       — Да выкладывай уже, — недовольно бросил тот.       — Ну, его мама после того, как вернулась из школы, устроила разнос. Потом отец добавил. Нормально прилетело. Думаю, он сто раз пожалел, что вообще рот открыл, — Демьян почесал затылок и как-то неуверенно повел плечом. — Я так-то не особо психолог, но мне кажется, что он побаивается родителей, особенно отца. Голос у него был шуганный какой-то.       — Артур-то? — недоверчиво поморщилась Рита. — Типа дома он как мышка, по струнке ходит, а в школе компенсирует?       Юра вспомнил перекошенное от ненависти и злости лицо Артура.       — Даже если у него есть какие-то проблемы в семье — это не повод бросаться на людей, — убежденно сказал он.       — Да я и не спорю, — сразу замахал руками Демьян. — Я к тому, что он наверняка будет тише воды, ниже травы.       — Что-то слабо верится…       В соседнем ряду за стеной из курток кто-то громко взвизгнул, а потом раздался возмущенный девичий голос и гогочущий мальчишеский смех.       — Совсем охренели, шпана малолетняя! А ну пошли отсюда!       Кучка пацанов с ревом и улюлюканьем выскочила из раздевалки. Звонко цокая каблуками, старшеклассница прошла вдоль вешалок и остановилась как раз напротив оглушенной троицы. Высоченные лакированные туфли показались Юре смутно знакомыми.       — Юлька, ты, что ли? — Рита резко раздвинула куртки в стороны.       Ливанова испуганно ойкнула, но осознав, что перед ней ее же одноклассники тут же недовольно надула губы.       — Ты-то чего пугаешь! Сегодня обострение у всех, что ли?       Повесив свои вещи, она ловка пролезла под куртками, несмотря на кабуки и узкую юбку, и оказалась на другой стороне.       — Привет, — Юля поправила сумку на плече и кокетливо улыбнулась. Любопытный взгляд тут же прикипел к Юре. — Ну, ты как? В порядке?       — Жить буду.       — Вчера, конечно, жесть была. Я от Новикова ваще не ожидала, — тут же затрещала Юля, будто только и ждала момента высказаться. — Это ж надо было такое устроить. Вот учишься с людьми, думаешь, что все адекватные нормальные, а потом — бац! — и с катушек слетают. Чтоб ты знал, мы с девочками полностью на твой стороне, Юр. Ну кинул ты в него книжку, да за те слова любой бы вмазал. Это самооборона!       Не сказать, что Юре было дело, что о нем думает та же Ливанова. В классе, кроме Риты, у него не было близких друзей, поэтому он особо не рассчитывал на поддержку и сочувствие. Конечно, не хотелось после всех усилий становиться прокаженным изгоем, но быть одному ему было не впервой.       — Эм… спасибо, — не зная, как еще отреагировать, ответил Юра.       — Ты что, думал, мы за этого придурка будем? Да не в жизнь! Временами меня Новиков та-а-к бесил. Я просто не особо афишировала, связываться не хотела с его компашкой. Он тот еще напыщенный хрен. А строит из себя… Вот чтобы вы знали, в третьем классе он вообще козявки ел.       Рита подавилась смешком.       — Вот это криминальный авторитет с темным прошлым, — холодно прокомментировал Демьян. — Ведь у всех воров в законе личные дела начинались со слов «в третьем классе он ел козявки».       — Да, я серьезно! — отчего-то оскорбилась Юля.       — Юль, да верим мы тебе, — не смог сдержать улыбку Юра. — Спасибо за поддержку.       — Да ладно, — сразу приосанилась Ливанова. В глазах появился уверенный хищный блеск. Она прикусила губу, словно сомневалась, а потом неожиданно шагнула к Юре ближе, едва ли не притираясь плечом. Из-за узкого пространства он даже отшатнуться не смог — уперся в чью-то куртку. — Юр, а тебя вчера ведь твой дядя забирал? Мы видели машину из окон. Бли-и-н, он такой классный. Никита нам рассказал, как он вчера всех поставил на место и директрису заткнул. Вот бывают же такие мужчины, а? Высокий, красивый, умный, стильный. А сегодня он тоже приедет? Да? А можно с тобой к нему подойти?       Юру просто снесло потоком восторженных писков. Он даже слово вставить не смог, чтобы притормозить этот хвалебный бронепоезд. На помощь пришла Рита:       — Боже, Юль, чего ты так завелась? — она аккуратно вклинилась между ними. — Да женат дядя Леня, и жена у него — бывшая модель, мисс чего-то там. Он от нее без ума, у них двое детей, кот, собака и домик в Италии. Идеальная счастливая семья. Сбавь тарахтение, роковая женщина.       Воспользовавшись моментом, Юра предпринял стратегическое отступление и переместился поближе к Демьяну. В конце концов, тот же должен защитить драгоценного Мейстера в случае опасности? Сам Демьян с постным лицом наблюдал за Ритиным спектаклем.       — Женат? — трагически обреченно переспросила Юля. Ее лицо вмиг посерело, а руки безвольно упали вдоль тела.       — Да, — сурово рубанула Рита, не щадя растоптанных девичьих чувств. — Так что давай, не лезь ко взрослому семейному человеку и Юрку не доставай с этими расспросами. Ладно?       Юля что-то бессвязно пробормотала.       — Ну чего ты так скуксилась? Он же старый для тебя. Найдешь еще своего принца помоложе.       — Да где ж таких взять, одни идиоты вокруг.       Ливанова трагически всплеснула руками и поплелась на выход из раздевалки.       — И чего она в нем нашла? — брезгливо спросил Демьян, глядя вслед расстроившейся Юле. — Видела его три секунды, а страданий…       — Ну ты-то точно не поймешь, — фыркнула Рита. — Пойдемте в класс, я еще хотела параграф прочитать, а то что-то у меня плохое предчувствие, давно меня не спрашивали.       Юра понадеялся, что после сегодняшних шоковых новостей Ливанова перестанет осаждать его глупыми расспросами.       В коридорах шумели ученики. Демьян словно ледокол разрезал пространство, освобождая им дорогу. Юра просто шел за ним, даже не задумываясь, в каком кабинете будет первый урок. Перед входом в класс он на мгновение притормозил. По коже пробежал неприятный озноб. Ведь убеждал себя, что ему все равно, был в себе уверен, тогда откуда это волнение? Юра сглотнул ком в горле и только потом шагнул вперед.       В классе царила странная тревожная атмосфера. Все разбились на кучки и говорили вполголоса. Юра хмуро огляделся. Неужели это все из-за вчерашней драки? Артура видно не было, только Никитос сиротливо отсиживался за его партой.       — О, Юрец, привет!       К ним подлетел Серега. После его возгласа народ в классе сразу обратил внимание на вошедших. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то с сочувствием, пара человек даже приветственно помахала. Никитос неуверенно улыбнулся, нервно вертя в руках ручку. Юра неловко переминался с ноги на ногу, не зная, какую эмоцию ему лучше показать. Рад ли он, что никто не считает его виноватым? Куда деться от этих взглядов? Нужно вести себя как ни в чем не бывало, и все быстро обо всем забудут.       — Ну че как? Нормально? — Серега пытливо уставился на него, будто старался прочитать ответ в его глазах.       — Все в порядке.       — Ну да, ты и вчера бодряком был, несмотря на то, что тебе нехило прилетело, — Серега хотел было по-дружески хлопнуть его по плечу, но неожиданно Демьян перехватил его руку.       — Осторожнее.       — Воу, Ян, ты теперь его телохранитель, что ли? — натянуто усмехнулся Серега, потерев запястье. — Полегче с простыми работягами.       Юра укоризненно глянул на Демьяна, но тот и бровью не повел.       — Пошли сядем, чего стоим, — заторопила их Рита, подталкивая к партам.       Пока они рассаживались и доставали учебники, Демьян успел забросить рюкзак на свою первую парту и вернуться. Серега недовольно цыкнул, когда тот уселся позади Риты, рядом с ним.       — Реально?       — Прозвенит звонок и уйду, или ты против? — холодно улыбнулся Демьян. — Могу и на совсем пересесть.       — Нет уж, спасибо.       Подобные резкие перемены Юре не слишком нравились. Вот зачем он так? Будто мало поводов для разговоров.       Рита качнулась на стуле, упираясь спинкой в заднюю парту.       — Янчик просто очень переживательный и эмпатичный мальчик. Его мучает совесть, что не уберег нашего Юрку от своего дружка, вот — искупает вину.       Серега загоготал, но тут же прикусил язык, оглядываясь по сторонам. Это выглядело странно. Юра тоже украдкой оглянулся. Большая часть девчонок собралась в углу у окна. Юля, зашедшая в класс чуть раньше, уже стояла там, скрестив руки на груди, и с серьезным лицом слушала тихие перешептывания одноклассниц.       Нет, дело явно было не во вчерашней драке.       — Серег, что происходит? — понизил голос Юра.       Тот воровато зыркнул и поманил всех троих пальцем поближе.       — Вы же знаете про пожар на химе? — едва слышно заговорил он. — У Милки дядя в реанимации, он как раз на смене работал. Она бледная как смерть пришла. Говорят, ожоги страшенные, и там не знаешь, что лучше: выкарабкаться и жить таким или разом отмучиться. А вот у Ксюхи, — Серега одними глазами показал на вторую группу ребят, сгрудившуюся на среднем ряду, — отец — важная шишка по безопасности на заводе, замдиректора или что-то в этом роде. Ему как ночью про пожар сообщили, до сих пор там. Щас будут искать козла отпущения. Еще Севка Конев из параллели, здоровый такой бугай в очках, видели наверняка, он еще на первое сентября на линейке ревущую первоклассницу нес. Ну так вот, у него отец погиб в пожаре. Короче, пиздец.       Юра пораженно заморгал. Погруженный в свои проблемы, он как-то совсем упустил из виду, что беда могла коснуться его же одноклассников. Многие в городе работали на заводе, были даже целые поколения семей. Неудивительно, что в их школе есть дети пострадавших.       — Ребят, я отойду на пару минут, — Рита тут же подскочила и быстрым шагом направилась к девчонкам у окна.       — А раньше у вас в городе подобное случалось? — после короткого молчания спросил Демьян.       — Ну, на опасном производстве всякое бывает, — пожал плечами Серега. — От несчастных случаев никто не застрахован. Да и завод здоровенный, уследи тут за всем. В прошлом году мужику руку станком зажало, года три назад кто-то вроде на погрузчике навернулся. Но вот такой пожар — первый раз. Это насколько я знаю.       Демьян задумался, наверняка прикидывал, мог ли вчерашний пожар быть связан с делом, которое расследовали Видящие.       — Ваще жуть, конечно, — многозначительно вздохнул Серега. — Я вчера тоже немножко труханул, как пожар увидел. Подумал, а вдруг ебнет? Там же цеха эти с кислотой и все такое.       — Про причину возгорания ничего не слышал? — спросил Юра.       — Не, я без понятия. Ну, разберутся умные люди. Наш город во всех федеральных новостях засветился, так что наверняка докопаются до сути.       — Или крайнего найдут, — жестко вставил Демьян.       — Да, или так.       Юра оглянулся на мрачную Ксюшу, уткнувшуюся в раскрытую тетрадь пустым взглядом. Друзья вокруг нее что-то говорили, но ей будто не было дела. Низкоуровневые сущности копошились вокруг парты, чувствуя ее настроение. Одна из них настырно лезла по ножке стула, пытаясь забраться наверх. Ксюша нервно дернула ногой, и сущность затаилась, подрагивая словно желе. Юра отметил, что темных сгустков в классе было больше обычного. Безвредные по своей сути, в большом количестве они все равно могли едва заметно влиять на людей.       — Как же бесят… — едва слышно прошептал Демьян.       — А? — встрепенулся Серега, который отвлекся на торчащую нитку на свитере.       — Ничего.       Демьяна окружил ареол поднимающейся силы. Едва заметным движением пальца он начертил в воздухе руну и, потянувшись, отправил ее в полет. В одно мгновение та взметнулась к потолку и увеличилась в размерах, заняв всю его площадь. Сущности занервничали, заметались по стенам, пытаясь скрыться, но капкан захлопнулся мгновенно: руна рухнула вниз, проходя сквозь людей и изничтожая черные сгустки. В кабинете стало заметно легче дышать. Демьян и Юра встретились взглядами.       — Кто-то окно открыл? — Серега даже привстал с места, оглядываясь. — А нет, показалось. Наверное, из коридора задуло.       По сути, то, что сделал Демьян, было лишь временной мерой: пройдет пара часов и мелкие сущности снова вылезут из всех щелей. Но Юра мог его понять, ему самому хотелось разрядить тяжелую атмосферу хотя бы на мгновенье.       Рита вернулась к ним хмурая и отрешенная.       — Мила совсем никакая, — печально сказала она. — С дядей все плохо. Девчонки хотят после школы вместе с ней до больницы дойти, чтобы как-то поддержать. У ее мамы давление скакануло на фоне всего случившегося, ее тоже положили на всякий случай, чтобы под присмотром была.       — Можно с вами? — спросил Серега. — Готов поддержать морально и физически.       Он поднял руку, пытаясь продемонстрировать бицепс.       — Да можно, конечно, спроси у Юли. Я не пойду, мне надо в магазине помочь сегодня.       — Заметано. Ой… Гляньте, кто пришел.       В класс зашел Артур. У Юры неприятно кольнуло в боку. Новиков быстро прошел на свое место, не проронив ни слова, глядя четко перед собой. Молча сел за парту, швырнул на стол учебник с вложенной в него тетрадкой и уставился в телефон. В ушах у него были наушники, и вытаскивать их он явно не собирался. Никитос хотел было что-то сказать, даже руку поднял, чтобы коснуться друга, но в последний момент отдернул. Артур явно не был настроен на светские беседы.       — Вот же… — недовольно буркнул Серега, сверля его взглядом. Он развернулся к Демьяну и требовательно спросил: — Ну а ты? Вправил ему мозги?       — Там и без меня есть кому мозги вправить.       — Ха… Ну ты его слышал, Юр? А еще к тебе примазывается.       — Не кипешуй, Серег, — попытался сгладить Юра. — Давай не будем поднимать эту тему в классе. Сейчас вообще не до меня.       — Да понял я. Просто бесит. Ну ты это, нормально так его учебником приложил. Синяк на полрожи.       Юра лишь кисло улыбнулся. Он помнил, что учебник прилетел Артуру в лоб, а вот ссадины на щеке вчера не было. Наверняка получил дома. Жалости к нему он не испытывал, но подобные методы воспитания тоже не одобрял.       Прозвенел звонок, и спустя мгновение порог класса переступила Софья Ивановна, закутанная в цветастую шаль. Она выглядела чересчур напряженной. Руки то и дело теребили мягкие кисточки платка, а между сведенными бровями залегла глубокая морщина.       — Рассаживайтесь по местам, — сказала она, не посмотрев на учеников.       Ребята стали расходиться. Демьян невозмутимо вернулся на свой ряд и сел за первую парту рядом с Артуром. Тот вытащил наушники, коротко глянул на соседа и тут же уставился прямо перед собой. Демьяна, казалось, это абсолютно не волновало.       — Что ж, все вы наверняка в курсе произошедших ночью событий, — начала Софья Ивановна, опираясь на учительский стол рукой. — Страшная трагедия. У нас промышленный город, много производств, поэтому никто не застрахован от несчастных случаев. Призываю вас быть очень внимательными и осторожными. В нашем районе достаточно заброшенных и старых заводских построек, опасных объектов, куда ни в коем случае нельзя ходить. Нет ничего важнее вашей жизни, поэтому десять раз подумайте, прежде чем совершить шаг, который может повлечь необратимые последствия.       Она вздохнула и продолжила:       — Это то, что я должна сказать вам как учитель, а теперь хочу добавить несколько слов от себя, просто жительницы этого города, родители которой тридцать лет проработали на нашем химкомбинате. Для многих семей сейчас наступило трудное время, им приходится непросто. Если у вас есть силы поддержать человека — сделайте это. Одно доброе слово, сказанное от сердца, или добрый поступок могут на малую долю облегчить тяжелую ношу. Бывает, что людям, непричастным к трагедии, становится грустно и плохо, хотя в их жизни ничего не изменилось. Сопереживать — нормально, и то, что вы испытываете эти чувства, тоже нормально. Быть эмпатичным — это хорошее качество, хоть от этого и тяжело на душе. Просто не держите в себе свою боль, найдите того, кто готов слушать: будь то друзья или родители, можете даже подойти к кому-то из учителей, мы всегда готовы откликнуться.        Софья Ивановна окинула глазами затихший класс.       — Все наладится.       Несколько секунд она молчала, словно давала время осмыслить сказанное. Софья Ивановна создавала впечатление достаточно сдержанной и педантичной женщины, если не сказать чопорной. Никогда не говорила с учениками на личные темы, придерживаясь учебного плана. Она всегда была просто учителем, но сейчас Юра увидел перед собой не строгого педагога, а просто сочувствующего человека, старающегося помочь и направить. Почему-то стало неловко, будто он заглянул в чужое приоткрытое окно, отодвинув занавеску.       — Так, а теперь давайте к делам насущным, — вернулась к обычному учительскому тону Софья Ивановна. — На прошлом уроке мы начали разбирать с вами банковскую систему. На дом вам был задан параграф…       Юра заторможено потянулся к учебнику.       — Не ожидала от нее, — тихо шепнула Рита под шелест бумажных страниц.       — Да, я тоже.       Урок прошел быстро. Показалось, что Софья Ивановна была куда мягче и лояльнее к ученикам, чем обычно. Даже запинающийся Серега получал ненавязчивые подсказки, стоя у доски. На короткой первой перемене почти все остались в классе. Девчонки снова шушукались по кучкам, кто-то подошел к учительнице. Юра, сам того не осознавая, то и дело возвращался взглядом к Артуру. Во время урока тот вел себя тихо и незаметно. Смотрел в тетрадь или учебник, даже глаз не поднимал. После звонка на перемену Демьян остался сидеть рядом с ним. Нагнулся к Артуру и что-то говорил. Со спины было не видно лица Новикова, но сгорбленная фигура уже не выражала прежнюю силу и уверенность, что раньше.       К Юре подошли несколько ребят поинтересоваться, как он. Скорее из любопытства, чем из реального беспокойства. Он был вежлив, старался улыбаться и отшучиваться. На слова о том, каким придурком оказался Новиков, лишь неопределенно кивал. Отчего-то не хотелось им поддакивать. Как и говорила Юля, в классе все считали Тихомирова безвинной жертвой. Да это и не мудрено, Артур на глазах у всех начал наезжать на него с пустого места, любой бы не сдержался. Когда прозвенел звонок на урок, Юра испытал облегчение, народ вокруг него рассосался, и он снова мог вздохнуть спокойно. Внимание напрягало.       Уроки шли своим чередом. На переменах в коридорах было все так же шумно. Большинству детей не было дела до проблем взрослых, но тема пожара на заводе снова и снова проскакивала в разговорах. Пока Юра держал свободные места в столовой, слышал, как парни, сидящие к нему спиной, обсуждали фотки с места происшествия.       — Фух, еле пробралась через эту толпу! — Рита бухнула поднос с салатами на стол. — В следующий раз пойдешь ты.       — Конечно.       Юра отодвинул в сторону чашки с чаем, освобождая место для тарелок.       — А помощник твой где? — спросил он, пытаясь разглядеть высокую макушку среди ребят на раздаче.       Демьян упрямо увязался за ними. Видимо, решил ни на шаг не отступать от объекта наблюдения. Юра не знал, о чем тот говорил с Артуром, но вряд ли Новикову понравится, что его горячо любимый друг спелся с мерзавцем, настроившим класс против него.       — Да вон он тащится. Пока над котлетой думал, мелкотня вперед него пролезла.       Демьян с недовольным видом вырулил к ним с подносом в руках.       — Кошмар какой-то, — резюмировал он, усаживаясь рядом с Юрой.       Видеть его настолько вымотанным от простого похода в школьную столовую было даже забавно.       — Блин, только полдня прошло, а я уже устала, еще и физра последним. Капец неохота идти, — заканючила Рита, уплетая салат. — Вообще нет настроя учиться.       — Будто он у тебя когда-то был, — отметил Юра. Демьян усмехнулся.       — Эй! У меня так-то хорошие оценки.       — То-то я смотрю, ты на английском сегодня сидела вся такая одухотворенная.       — Ничего не говори мне про этот язык Мордора...       Рита хотела добавить что-то еще, но замолчала, глядя поверх Юриной головы.       — Привет, приятного аппетита, — раздалось сверху.       Юра оглянулся.       Сзади стоял Андрей Михайлов вместе с другом Ильей Журавлевым. Юра не знал, что Михайлов вернулся в школу после смерти Котова. Вид у него все еще был болезненный: осунувшееся лицо, синяки под глазами, бледная кожа, неряшливая прическа, но вот взгляд в отличие от последнего раза был вполне осознанный. Андрей нервно сглотнул, оглядывая замолчавшую компанию за столиком. Неловкая пауза затянулась. На помощь пришел Илья, он закинул руку на плечо Михайлову и широко улыбнулся.       — У вас такие кислые лица от столовской еды? К вам можно, или места забронированы?       И почему-то уставился на Юру, будто ждал ответа именно от него.       — А… да, можно, конечно, — запоздало кивнул тот.       Андрей обошел стол, отодвинул стул рядом с Ритой, но в последнюю секунду замер.       — Ты же не против?       Рита драматично вздохнула.       — Да садись уже. Давно ты таким галантным кавалером стал?       — Исправляюсь.       Илья суетливо дернул свободный стул у соседнего столика.       С появлением новых людей сразу стало тесно. Юра отложил вилку, есть перехотелось. Судя по тому, что старшеклассники подсели к ним без обеда, они явно сделали это не просто так.       — Выкладывайте, чего хотели, — не стала тянуть Рита. У нее, в отличие от Юры, аппетит не пропал, она бойко уплетала морковку с капустой и явно не испытывала никакого дискомфорта.       — Да мы, собственно… — начал было Илья, но Андрей его перебил:       — Слышал, ты вчера подрался?       Такого вопроса от Михайлова Юра совсем не ждал.       — Ну, типа того.       — Артур, да? Хмырь из вашего класса?       — Да.       Андрей цыкнул и матюгнулся себе под нос.       — А вам-то что? — нахмурился Демьян.       Илья почесал затылок, посмотрел на мрачного Андрея, тяжело вздохнул и сказал:       — Андрюха чуток переживает. КВН-щик ваш с сомнительными личностями путается. Как бы ему чего в башку не взбрело.       Юра непонимающе качнул головой.       — Ты о чем?       — Ну…       Илья снова беспокойно глянул на Андрея. Его болезненный вид вкупе с мрачным лицом, заставляли напрячься. Михайлов остановил друга, подняв ладонь, и продолжил сам:       — Мы с Котом, — он запнулся на полуслове, сжал и разжал кулак, словно успокаивал сам себя, а затем заговорил ровнее: — То есть с Антоном мы одно время тусили в компашке КВН-щиков. Не с щеглами мелкими, а пацанами из универа, которые команды курируют. Веселые, вечно на приколе, вечеринки закатывали. Арендуют хату или дом и устраивают вписки. Я видел там Артура, он с этими ребятками прям чуть ли не в десны целовался, ему явно нравилось, что его за своего считают, хоть он еще школьник. Была одна неприятная история… — Андрей чуть склонился над столом и заговорил тише: — Артур с одним парнем посрался вроде из-за девчонки. Парень его нормально так попустил, да еще уложил на землю, когда тот попытался вдарить. Короче, бывший самбист. А через недельку этого самбиста отмудохали в подворотне так, что он месяц в больничке лежал.       — А с чего ты взял, что это Артур? — настороженно спросила Рита.       — Я свечку не держал, но были слухи, что это он договорился с пацанами из уника. Звукач из дворца культуры трепался. Там есть товарищи, которым похеру, кому морду бить, хобби у них такое: видосы снимать с избиениями. А если уж за бабки, то ваще никаких проблем.       — Ты серьезно? — на лице Демьяна смешалось неверие напополам с отвращением. — У тебя хоть какие-то доказательства, кроме пустого трепа, есть?       Андрей чуть откинулся назад и в упор посмотрел на Демьяна.       — Че, не нравится такое слышать о своем дружке? Ну извини, если задел твои чувства.       — Так, подождите минутку, — Юра влез быстрее, чем Демьян успел взбелениться в ответ. — Ты правда считаешь, что Новиков мог такое провернуть?       — Говорю, что слышал. Он в целом показался двуличным типом. За глаза одно, в глаза другое. Как крыса.       — А ты, значит, весь такой праведный? — не сдержался Демьян. — Давно спасателем стал?       Юра уже мысленно готовился их разнимать, но Андрей на удивление повел себя куда спокойнее.       — Демьян? Верно? Я за свои слова отвечу. Знаю, что у меня много проебов было, но я реально из благих намерений. Может, шиза у меня разыгралась после всего. Может, еще что… — Михайлов посмотрел куда-то в потолок, будто искал там подсказку, шмыгнул носом, опустил глаза. Рука на столе нервно дернулась, и он поспешил убрать ее в карман олимпийки. — Не хочется снова жалеть о том, чего не сделал.       В столовой было шумно, но Юра почувствовал, как проваливается в вакуум. Высокий широкоплечий Андрей Михайлов словно сжался, стал менее заметным и внушительным, и дело было вовсе не в болезни. Раньше от него разило уверенностью, силой, наглой убежденностью в своей правоте, теперь он напоминал лишь тень прежнего себя. Сгорбленный вид, поникшие глаза, нервный тремор в руках. Смерть Котова оставила на нем свой отпечаток.       Илья как бы невзначай, легонько задел его рукой. Андрей вздрогнул.       — Ну, вы не грузитесь так, — с весельем в голосе приободрил Илья. — Мы не хотим вас напугать. Просто на всякий случай. Правда, Андрюх?       — Да.       — Ну все. Извините, что отвлекли от трапезы. Пошли, нам еще на третий этаж переться.       Илья потянул Андрея с места.       — Рит, у тебя же был мой номер? — впопыхах спросил Андрей, прежде чем уйти.       — А, да. Вроде был, — слегка дезориентировано отозвалась она.       — Если вдруг чего, звони. Лады?       Не дождавшись ответа, Михайлов вздохнул и послушно поплелся за Ильей.       Троица за столом переглянулась между собой.       — И как это понимать? — первой заговорила Рита. — Я ничего такого про Артура не знала.       — Веришь словам этого парня? — хмыкнул Демьян.       — Ты сколько знаком с Новиковым, неделя? Полторы?       Демьян недовольно наморщился и цыкнул.       — А ты много с ним общалась за полгода?       — Ну уж побольше тебя, — уверенно ответила Рита.       — Сама же сказала, что ничего такого не слышала.       — Ну так я в его личную жизнь не лезла, но про такое Юлька бы наверняка растрепала, если б знала.       — Может, — встрял в их перепалку Юра, — в классе об этом не знают? Просто Новиков же павлин. Для него важен образ, что о нем думают, какой у него имидж. А тут чем хвастаться? Только во вред себе будет.       — Юр, — опасливо понизил голос Демьян, — если ты испугался, то…       — Я не боюсь, — спокойно ответил он. — Я же такой ценный объект. Высший, комитет, даже ты — все меня охраняют, что мне какой-то Новиков. Знаешь, у меня есть более глобальные причины для волнения.       Демьяна не слишком-то обрадовали его слова, наоборот, он еще больше помрачнел. Юра захватил вилкой капусту из салата и отправил в рот. Слова Михайлова его удивили. Но зачем ему лгать? Какой в этом смысл? Хотелось думать, что после смерти друга, Андрей и правда кардинально переменился.       — Мне кажется, что Михайлов искренне хочет помочь, — озвучил он свои мысли. — Вы же знаете, что с ним случилось. Да и вид у него… Короче, я ему верю, но шарахаться от Новикова не намерен. Может, после вчерашнего он, наоборот, присмиреет. Ссадину на щеке видели?       — Думаешь, дома всыпали? — догадалась Рита.       — Ну уж явно не я.       Демьян открыл было рот, но тут же поджал губы, останавливая себя в последний момент.       — Ну чего? Говори давай, — одернул его Юра.       — Да не знаю я, — ощетинился Демьян. — Вы так легко ведетесь на эти сплетни. Может, я и знаком с Артуром всего ничего, но он не настолько конченый. Когда я в класс пришел, он сразу предложил мне помощь, показал школу, ваш город, даже коробки помогал таскать, когда приехал грузовик с вещами. Я его не оправдываю за вчерашнюю выходку, но то, в чем его обвиняет этот тип, — мерзость.       Казалось, что Демьян сам себя убеждает. Слабые попытки обелить Новикова Юра не оценил.       — Ян, я сейчас кое-что скажу, но ты, скорее всего, обидишься, — неожиданно серьезно заговорила Рита. — Знаешь, почему Новиков так к тебе прилип? Потому что ты создаешь впечатление классного парня. Ты высокий, симпатичный, умный, легко смог расположить к себе учителей и одноклассников, вот он и вцепился в тебя с первого дня. Ты выгодно подчеркиваешь его окружение. Типа, смотрите, я лучший дружок нашего потрясного новичка. С тобой его рейтинг в глазах общественности сразу скакнул вверх.       — Что за бред, — зло зыркнул на нее Демьян, снова начиная закипать. — Я что, по-твоему, приложение к кому-то? Чего ты додумываешь?!       — В какой-то степени Рита права, — перевел огонь на себя Юра. — Когда мы с ней пришли в класс, он меня сразу проигнорил. Я знаю, что никто не обязан быть дружелюбным и любезным с неизвестным новичком, но Артур тогда довольно явно продемонстрировал, что общаться со мной не намерен. Да ты и сам прекрасно знаешь, как он отзывается о тех, кто ему не нравится.       Юра вспомнил первый день в новой школе. Сердце стучало как сумасшедшее, а руки потели. Весь вечер накануне важного дня Рита наставляла его, рассказывала, как продемонстрировать себя с лучшей стороны. Они даже прорепетировали его приветствие. Но в день икс Юра так переволновался, что все напрочь забыл. Если бы не поддержка Риты, он бы окончательно загнался. Но она была рядом, улыбалась, расточала позитив и помогала отвечать на сыпавшиеся со всех сторон вопросы одноклассников.       Юра не осуждал тех, кто его сторонился. Не всем захочется любезничать с замкнутым типом. Конечно, были ребята, которые, несмотря на его нелюдимость, старались наладить контакт. Тот же Серега, видимо, решивший, что Тихомиров — просто странноватый безобидный задрот, или девчонки, вертевшиеся возле Риты, принявшие его за стеснительного друга детства. К таким людям Юра испытывал уважение и благодарность. И хоть постепенно дружеские порывы сходили на нет, ему было приятно. Это доказывало, что он не совсем пропащий человек и вполне может влиться в обычное общество.       А вот парней вроде Артура он вычислял на раз. Популярные, шумные, вечно в окружении друзей. В прошлой школе подобные компании, помимо прочего, отличались любовью к дракам. Юра насмотрелся на таких, да и получал не раз. Тут, в престижной гимназии, картинка была другой: вежливые дети, дружный класс, хорошее воспитание, но суть осталась той же. Есть популярная «элита», есть середнячки, а есть изгои, с существованием которых просто мирились. Юра был на сто процентов уверен, что если бы у Артура была власть и возможность выдворить его из их чудесного класса, он бы это непременно сделал.       Его размышления навели на одну мысль.       — Демьян, скажи, у себя ты учился в обычной школе? — спросил Юра.       — Нет, я учился на дому. К чему вопрос?       Похоже, Демьян находился в легком раздрае. Он злился, но в то же время сдерживал себя.       — Понимаешь, школа — это как пирамида. Кто-то на вершине социальной иерархии, кто-то внизу. Мы с тобой из разных слоев. Не будь я Мейстером, вряд ли такой, как ты, вообще заговорил бы со мной.       — Да что за…       — Это как тогда на съезде Видящих, — грустно улыбнулся Юра. Демьян при упоминании съезда тут же стушевался. — Я не в обиде, — добавил Юра. — Просто пытаюсь донести свою мысль.       — Я понял и надеюсь, что и ты понимаешь, что я на твоей стороне, — поспешно заверил его Демьян.       Юра кивнул.       — Депрессивный у нас обед получился, — прокомментировала Рита, доскребая свой салат. — На уроки пойдем или, может, ну их? Четыре минуты до звонка.       — Давай я отнесу, — Юра потянулся к пустой Ритиной тарелке.       Пока он относил поднос с посудой, видел краем глаза, что Рита что-то быстро нашептывает сгорбившемуся Демьяну. Лицо у нее было суровым и нравоучительным. Ну кто бы сомневался. Лишь бы не наговорила лишнего. В своей неуемной заботе о лучшем друге она иногда могла не видеть границ. Юра даже посочувствовал Демьяну, в такие моменты ее было не остановить.       Учебный день медленно подходил к концу. Вплоть до последнего урока Юра думал, что решение сразу вернуться в школу было правильным. Учеба помогала отвлечься. Неожиданная самостоятельная работа по праву вообще выкинула из головы все лишние мысли. Никаких тебе переживаний о своей несчастной судьбе, когда замаячила неизбежная перспектива тащиться на пересдачу.       Как бы плохо это ни звучало, но пожар на заводе тоже сыграл ему на руку. Трагические новости для многих перекрыли незначительное происшествие с потасовкой в школе. Да и Артур выбрал игнорирующий тип поведения. Ни с кем особо не разговаривал, на переменах отсиживался в классе в наушниках или вообще пропадал из виду. Юра не старался его специально избегать, но так получилось, что за весь день они ни разу так и не столкнулись лицом к лицу.       Последним был урок физкультуры. Заходя в мужскую раздевалку вместе с Демьяном, он ждал, что вот тут, в узком пространстве, они наверняка пересекутся. Раздевалка была маленькой и тесной для такого количества людей, спрятаться не выйдет. Но, оглядевшись, Юра понял, что Артура нет среди одноклассников, хотя он видел, что Новиков вышел с предыдущего урока самый первый, стоило только прозвенеть звонку. Не придав этому особого значения, Юра повесил рюкзак на крючок и принялся доставать спортивную форму.       — Ты заниматься-то сможешь? Сегодня вроде нормативы по броскам сдаем, — спросил Демьян, сидя на скамейке.       Он, в отличие от Юры, переоделся за считаные минуты и просто ждал, пока тот закончит.       — А ты? — Юра в этот момент стянул кофту и хотел неожиданно хлестнуть ею Демьяну по боку. Не так давно тот сам ходил побитый, его собственные синяки не могли пройти так быстро. Диверсия провалилась, Демьян ловко перехватил орудие возмездия в последний момент и дернул на себя, так что Юра едва удержался на ногах. Спасло его то, что он успел выставить руку, опираясь о стену.       Рядом заржал Артем Филипов. Он стоял в одних трусах и носках, не испытывая и капли стеснения.       — Ты давай аккуратнее, Ян, а то еще и тебе по лбу прилетит.       Юре шутка смешной не показалась, но он не стал ее комментировать. Глупая выходка отозвалась болью в местах ушибов, и ему пришлось собрать все силы, чтобы она не отразилась на лице. Надев спортивные штаны, он аккуратно опустился на скамейку рядом с Демьяном и принялся завязывать кроссовки, стиснув зубы.       — Уж с бросками как-нибудь справлюсь. Хорошо, что не канат.       — А я говорил, что тебе надо было отсидеться дома, — самодовольно сказал Демьян, наблюдая за Юриными страданиями.       — Еще слово, и я тебя придушу.       Демьян благоразумно промолчал.       На построении крамольные мысли о том, чтобы попросить у Тамары справку для освобождения от физкультуры посещали голову все чаще. Сергей Палыч вышагивал перед учениками, отмечая отсутствующих. Пройдя мимо Юры, он остановился.       — Ну надо же, Тихомиров, жив-здоров! Веселые рассказы про тебя в учительской ходят. Думал, не явишься сегодня.       Юра на это лишь натянуто улыбнулся.       — А где ж оппонент твой? Что-то не вижу в ваших нестройных рядах Новикова. Приболел?       Артур так и не появился после звонка.       — На прошлом уроке был, Сергей Павлович, — подала голос Юлька, сдавая Артура с потрохами.       — Интересно девки пляшут. Ну ладно, десять минут ему дадим, может, портки свои ищет. Так, разминка. Демьян вперед, ты ведущий.       Сергей Палыч дунул в свисток, и ученики медленно двинулись вдоль стен зала.

***

      Артур пнул ногой дверь последней кабинки, проверяя, не засел ли там кто-то. Звонок уже прозвенел, в туалете никого не было, но убедиться стоило. Сортир за актовым залом был достаточно далеко от учебной части, сейчас никто сюда не сунется. Открыв окно на проветривание, он бросил сумку на подоконник, вытащил припрятанную за батареей пачку сигарет с зажигалкой и прикурил одну.       Челюсть болела даже больше шишки на лбу. Закатав рукав, он осмотрел синяк на запястье. Отец схватил, когда швырял в комнату, чтобы «поговорить по-мужски». На коже ярко отпечатался сине-зеленый след. Артур не проверял отметины на спине, но и там наверняка было не лучше.       Рука с сигаретой затряслась. Он сделал глубокую затяжку, пытаясь успокоиться. Если бы отец узнал про сигареты, то ему прилетело бы не меньше, чем вчера, а может, и больше. Поэтому курил он крайне редко, только если был полностью уверен, что не спалят. В школе это было делать опрометчиво, но к последнему уроку нервы тупо сдали.       Из-за мудака Тихомирова он огреб по полной. Выволочка от директрисы, отстранение от игры, скандал дома, побои отца. В голове звенело: «У тебя вообще мозгов нет? Когда думать начнешь, бестолочь?! Рад, что меня дома нет, поэтому матери на нервы действуешь? Да? Чего теперь молчишь? Мало в прошлый раз получил, раз в башке ничего не прибавилось! Неблагодарный спиногрыз, живешь на всем готовом, так еще и одни проблемы от тебя!».       Артур зажал сигарету в зубах и полез за телефоном. Открыл чат команды, чтобы снова перечитать последнее сообщение.       «Бро, извини. Мы правда пытались уговорить классную, но там вообще без вариантов. Ты только не грузись. Одна игра — не конец цвета. Если хочешь, приходи на репу сегодня, будем переделывать номера».       Артур нервно усмехнулся. Ходили они, ну конечно. Еще друзья называются. Выезжали за счет него весь сезон, а теперь поджали хвосты. Это он писал сценарии, он придумывал шутки, он капитан, который должен блистать, а они его вышвырнули? Да кому вообще сдалась эта команда без него.       Внутри все кипело от бессилия и ядовитой злобы. Хотелось вцепиться кому-нибудь в горло и разорвать, выплеснуть всю горечь и обиду. Школа была его миром, отдушиной, которую он так тщательно выстраивал. Он же Артур Новиков — самый классный парень в 10 «А», капитан школьной команды КВН, веселый и обаятельный. Его любят учителя, уважают одноклассники, он всегда рад помочь, на него можно положиться. У него не может быть проблем. Так какого черта? Артур затянулся, вдыхая горечь сигаретного дыма.       Тихомиров начал подбешивать его еще при первом появлении. Задрот-тихушник, прячущийся за яркой подружкой, абсолютно не вписывался в их класс. Они все знали друг друга с самого детства, больше половины ходили в один детский сад. Сплоченный дружный коллектив, где не было отстающих. Артуру нравилось находиться среди таких людей, быть их частью. Его класс всегда ставили в пример, на них равнялись. Он ощущал себя на своем месте, в правильном окружении, хотелось быть здесь лидером. То самое чувство, которого так недоставало дома.       Тихомиров же портил идеальную картинку. Серая мышь, вечно в своем телефоне и с опущенной головой. Спросишь что-то — ответит, но сам никогда не заговорит. Куда-нибудь зовут — придумает сотню отмазок, лишь бы не идти. Артур бы мог понять, будь тот ботаником-заучкой, не видящим дальше учебников, так нет же! Учился Тихомиров средне, не блистал гением на уроках. Он словно сам старался быть никем. Бесплатное приложение к Рите.       Но с появлением новенького что-то изменилось. Демьян был реально крутым парнем. Он идеально влился, будто добавили недостающий пазл. Артуру он понравился, а вот его ненавязчивый интерес к Тихомирову был ему абсолютно непонятен. Вопросы по поводу Юры задавались вскользь, как бы между прочим, но его они нервировали. Какое ему вообще дело до этой серости? Артур абсолютно искренне считал, что он и Демьян совсем в другой лиге. И раз уж судьба так распорядилась и запихнула в его идеальный класс такого, как Тихомиров, то их прямые никогда не должны пересекаться. Но Демьян этого почему-то не осознавал, и раздражение, которое Артур тщательно пытался сдержать, росло в геометрической прогрессии.       Разве может быть Тихомиров кому-то интересен? Невзрачный, убогий, замухрышка. Артур было подумал, что дело в Ритке, но нет. Демьян реально трепался с Тихомировым, будто хотел подмазаться к нему в друзья, даже после школы ждал. И, словно этого было мало, вчера этот самый замухрышка прикатил к школе на мажорской тачке с каким-то типом. Весь класс только это и обсуждал, девчонки как с ума по сходили. Сука бесячая. Еще так смотрел. Все из-за него. Артур кинул бычок в унитаз.       Мутный дядя, взявшийся из ниоткуда, реально напрягал. Артур до сих пор не мог забыть его взгляд там, в кабинете директрисы. Было в нем что-то такое, отчего внутри все холодело. Неудивительно, что директриса так перед ним пресмыкалась, наверняка типок из органов или криминальная шишка, что в принципе одно и то же. Откуда у Тихомирова такие связи? Он же, считай, сирота. Артур прикусил ноготь, нервно листая контакты. Неужели Юрец возомнил, что ему теперь все можно? Наглый утырок. Заявился в школу, будто ничего не случилось, а все вокруг него прыгают. Бедненький Юрочка, как же тебе досталось.       — Гнида…       Дрожащий палец завис над контактом с именем «Мурат». Стоило ли оно того… Артур тревожно вздохнул. Его загнали в угол, не оставляя выбора. Дома было невыносимо. Постоянные упреки, ор, оскорбления. Малейшая оплошность — и вот он уже бесполезный идиот, который ничего не добьется. Ведь в жизни по-другому не бывает: либо ты, либо тебя. Он не хотел быть всепрощающим слабаком, только не здесь, не в школе. Нельзя позволять кому-то рушить его мир. Если сейчас он даст слабину, то у него ничего не останется. Артур нажал на экран и поднес телефон к уху. Несколько отрывистых гудков показались вечностью.       — О, Артурчик, здорова!       Мурат явно был в хорошем расположении духа. На заднем фоне слышались звуки улицы, музыка, чужие голоса и женский смех.       — Привет, — Артур прочистил горло. — Занят?       — Свободен как ветер, брат. Эй, а ну дай сюда, — бросил он кому-то, — мне в сырном лаваше! Да, давай, давай… Так чего звонишь? — вернулся к разговору Мурат.       — Меня турнули из команды. На эту игру точно.       В трубке заржали.       — Да ладно! Тебя? Ты че натворил-то?       — Типа подрался на уроке.       — Херасе, ты дерзкий школяр, — одобрительно присвистнул Мурат. — Ушатал кого?       — Мой одноклассник, но там ничего, так, пара синяков, но мать вызывали в школу, отец пиздюлей прописал, дисциплинарное взыскание, вся херня.       — Ну красава.       — Я об услуге хотел попросить…       Артур замолчал, но на том конце все и так поняли.       — Артурчик, ну фигня вопрос, ты ж сам все знаешь. Тариф у нас с прошлого раза не изменился, — Мурат зачавкал, проглатывая окончания слов, — скинь инфу — кто такой, где живет, что конкретно хочешь, чтобы мы до него донесли. Все по красоте сделаем. Любой каприз за ваши бабки.       — Там проблемы могут быть. У него дядя какой-то богатый хмырь.       — Ой, че, прям богаче твоего батька? — гоготнул Мурат. — Ну разберемся, не ссы. Давай вытирай слезки и приваливай к нам. Или ты еще в школе? Смотри мне, уроки не прогуливай!       У Мурата была дурная привычка играть в благоразумного старшего брата, но Артур мог ее стерпеть. Сейчас он готов был слушать от него все что угодно.       — Пока в школе. Позже напишу.       — Ну давай, золотая молодежь, не тухни. На созвоне. Э, а кто пивас брал?..       Артур первый сбросил вызов. Легче не стало, но это только первый шаг.       Запихав пачку обратно за батарею, он выпрямился, смыл окурок, одернул джемпер и закинул сумку на плечо. От начала урока прошло не меньше пятнадцати минут. Нужно было придумать отмазку для физрука. Прежде чем уйти, Артур посмотрел на себя в зеркало. Отражение ему улыбнулось.       — Ничего, мы еще посмотрим, кто кого.