Lena Black and thе thread of fate

POV Лена Дюма Мои глаза расширились от удивления. Передо мной стоял мужчина с черными вьющими волосами и голубыми глазами. Заглянув в глаза мужчины я увидела в них удивления в чем не удивилась. Не сдержав себя я обняла его. Мне просто не верилось, что все это происходит по настоящему. Мне не хотелось отпускать Сириуса потому-что боялась, что все это окажется лишь сном. Конец POV Лена Дюма Гарри Поттер Постояв немного в шоке, Сириус обнял Лену. Левой рукой он гладил ее спину, а правой волосы. Мне было приятно видеть эту картину. На моем лице появилась улыбка. Я был так рад, что Лена и Сириус наконец-то увиделись. В последний раз когда я их видел такими счастливыми так это тогда когда мы спасли Сириуса от Поцелуя дементоров. Я как никто другой знал как этим двоим было трудно расставаться, что Лена, что Сириус понимали, что так было нужно, но перед тем как попрощаться Лена поцеловала Сириуса в губы. Мне так хотелось снова увидеть этот поцелуй полон любви и нежности. Но больше всего мне хотелось чтоб Лена и Сириус по настоящему стали счастливыми. Отпустив друг друга, Сириус сказал: — Вот это так сюрприз. Не ожидал, что мы увидимся так скоро. — Я ждала очень долго чтоб увидеть тебя снова Сириус Орион Блэк третий. — Мисс Дюма, с каких это пор вы перешли на официоз? — Сириус положил свою руку на талию Лены. — Мне что подразнить тебя нельзя? — Можно, но сейчас мне нужно совсем другое. Сириус взял Лену за руку, а другая еще ниже спустилась по талии Лены. Я понимал, что собирается сделать Сириус, но выполнить свои действия ему помешала ладонь Лены которая вытянулась перед ее лицом. — Не тут и не сейчас. — сказала она. Отпустив руку Лены, Сириус посмотрел в мою сторону. — Ну, здравствуй, Гарри, — хмуро сказал он. — Ты, я вижу, уже познакомился с моей мамашей. — С твоей… — Да-да, с моей дражайшей престарелой матушкой, — сказал Сириус. — Мы хотели ее убрать на месяц другой, но, видимо, она подействовала на изнанку холста Заклятием вечного приклеивания. Ну, пошли скорее вниз, пока они опять не проснулись. — Но почему здесь висит портрет твоей матери? — озадаченно спросил я, когда мы, чуть опередив остальных, вышли из коридора на узкую каменную лестницу и стали спускаться по ней на кухню. — Это дом моих родителей, — ответил Сириус. — Но я последний из оставшихся Блэков, но поскольку Лена моя жена то это наш теперь дом. Я предложил его Дамблдору в качестве штаб-квартиры. Это едва ли не единственная польза, какую я могу сейчас принести. — А от меня думаешь будет больше пользы. — сказала Лена. Голос Лены звучал с горечью и жалостью. По ее щеке пробежала одинокая слеза. Это не осталось не заметно. Повернувшись к Лене, Сириус большим пальцем убрав новую слезу которая катилась по щеке Лены. — Не люблю когда ты плачешь. От этого мне становится еще больнее. Прощу тебя больше никогда не плачь. — Я не буду плакать, но с условием того, что ты не будешь считать себя бесполезным. Хорошо? Потому-что я не люблю когда ты грустишь. — сказала Лена, поцеловал Сириуса в щеку. — Ваше желание для меня закон леди Блэк. — сказал крестный, поклонившись. — Не переигрывай. — сказала Лена с улыбкой. Спустившись за крестными родителями до самого низа лестницы, я вошел в подвальную кухню. В этом похожем на пещеру помещении с грубыми каменными стенами было так же мрачно, как в коридоре над ним. Главным источником света был большой очаг в дальнем конце кухни. За мглистой завесой трубочного дыма, стоявшего в воздухе как пороховой дым битвы, угрожающе вырисовывались смутные очертания массивных чугунных котелков и сковородок, свисавших с темного потолка. Посреди множества стульев и кресел, стоял длинный деревянный стол, заваленный пергаментами, заставленный кубками и пустыми винными бутылками. Еще на нем громоздилась какая-то куча тряпья. У дальнего края стола, наклонив друг к другу головы, о чем-то тихо беседовали мистер Уизли и его старший сын Билл. Миссис Уизли кашлянула. Мистер Уизли встрепенулся, поднял голову и вскочил на ноги. — Гарри, Лена, вот так сюрприз! — воскликнул он и, бросившись ко мне и Лене, энергично тряхнул мне и Лене рукой. — Я страшно тебе и Лене рад! Поверх его плеча был виден Билл, чьи длинные волосы, как и раньше, были стянуты в конский хвост. Он торопливо скатывал в трубки оставленные на столе пергаменты. — Рад видеть Гарри! Мисс Дюма, вы еще прекрасней чем были раньше. — сказал Билл, пытаясь ухватить дюжину свитков разом. — Он хотел, но… — начала Тонкс. Бросившись на помощь Биллу, она тут же опрокинула свечу на последний пергаментный лист. — Ой-ой-ой… Прошу прощения… — Ничего страшного, милая, — довольно-таки сердито произнесла миссис Уизли и, взмахнув волшебной палочкой, восстановила пергамент. Вызванная ее заклинанием вспышка света позволила мне мельком увидеть нечто похожее на план здания. Миссис Уизли перехватила мой взгляд. Она сдернула план со стола и сунула Биллу в охапку поверх кучи других свитков. — Все это после собраний надо убирать немедленно, — резко сказала она и поспешила к старинному кухонному шкафу, откуда стала вынимать тарелки. — Мисс Уизли, давайте я вам помогу? — сказала Лена, подойдя к шкафу. — Не беспокойся милая, я сама справлюсь и называй меня тетя Моли все таки не чужие. — А чем вы? — Твоего отца звали Джеймс Пруэт? — Да. — Он был моим братом. Когда мы виделись в последний раз он говорил мне, что наконец нашел девушку с которой готов прожить все жизнь. И это девушкой была твоя мама. — А папа знал, что я дочь Темного Лорда? — Да, но он не перестал тебя любить. Когда Джеймс знакомил меня с Анной он сказал, что он станет отцом. Но когда их убили я не знала кто родился у них. Когда директором Хогвартса стала ты то меня удивила твоя фамилия. Я подумала может совпадения фамилия Дюма распространенная, но когда я увидела, что ты чем-то похожа на Анну я поняла, что ты ее дочь. И когда Дамболдор был тут я спросила его правда ли ты дочь Анны. Он ответил согласием. Я так обрадовалась этому. Я решила тебе рассказать чтоб ты знала, что кроме Дамболдора у тебя есть мы. Если вдруг понадобится помощь ты можешь смело обращаться. — Получается мисс Дюма наша родственница? — спросил Билл. Билл выдернул волшебную палочку, пробормотал: «Эванеско!» — и свитки исчезли. — Не кровная, но родственница. — Теперь можно не переживать насчет учебы. — сказал Джордж. — Это не означает, что вам не надо учиться. — сказала с упреком миссис Уизли. — Ну, садись же, Гарри, — сказали Лена и Сириус в унисон. — Ты, кажется, знаком с Наземникусом? — сказал Сириус, сев за стол. То, что я принял за кучу тряпья, издало протяжный клокочущий храп и, вздрогнув, медленно выпрямилось на стуле. — Это кто меня кличет по имени? — сонно пробормотал Наземникус. — Я присоединяюсь, я как Сириус… Он поднял очень грязную руку, как будто голосовал «за». Его тоскливые, налитые кровью глаза пялились неизвестно куда. Джинни хихикнула. — Собрание кончилось, дружище, — проговорил Сириус, пока все садились за стол. — К нам еще Лена и Гарри присоединились. — Э? — Наземникус мрачно уставился на меня сквозь завесу свалявшихся рыжих волос. — Разрази меня гром, точно, он самый. Хе… Как дела-то, Гарри? — Ничего, — сказал я. Все еще глядя на меня, Наземникус нервно пошарил в карманах и выудил черную закопченную трубку. Он сунул ее в рот, запалил концом волшебной палочки и всласть затянулся. За какие-нибудь несколько секунд его заволокли густые клубы зеленоватого дыма. — Извиняюсь, — прохрипело из середины вонючего облака. — Я в последний раз тебя предупреждаю, Наземникус! — крикнула миссис Уизли. — Прошу тебя не курить это на кухне, тем более когда мы собираемся ужинать! — Э… Да, — согласился Наземникус. — Прости сердечно, Молли. Он упрятал трубку обратно в карман, и дымное облако исчезло, но в воздухе остался едкий запах — словно бы от сгоревших носков. — И если вы хотите поужинать до полуночи, мне нужна помощь, — обратилась миссис Уизли ко всем собравшимся. — Нет, ты уж сиди, Лен и ты тоже Гарри, отдыхайте с дороги. — Что нужно делать, Молли? — с воодушевлением спросила Тонкс, вскакивая с места. Миссис Уизли посмотрела на нее с опаской. — Э… — заколебалась она, — Нет, Тонкс, спасибо, ничего не надо, ты тоже сегодня устала. — Нет, нет, я хочу помочь! — радостно возразила Тонкс и, сшибив по дороге стул, бросилась к кухонному шкафу, откуда Джинни уже вынимала столовые приборы. Вскоре несколько больших ножей под присмотром мистера Уизли вовсю резали мясо и овощи без всякой человеческой помощи, миссис Уизли помешивала в котле, висящем над огнем, остальные вынимали и ставили на стол тарелки, кубки и съестное. Я остался сидеть за столом с Сириусом, Леной и Наземникусом, который, моргая, глядел на меня все так же тоскливо. — Слышь, браток, я бы ни за что тогда не ушел, — сказал Наземникус, наклоняясь ко мне. В голосе зазвучало что-то жалобное. — Но уж очень выгодная была сделка… Я вздрогнул, почувствовав, как что-то коснулось его щиколотки, но это был всего-навсего Живоглот — рыжий, криволапый кот Гермионы. Мурлыкая, он стал тереться о его ноги, а потом вспрыгнул к Сириусу на колени и свернулся там клубком. Рассеянно почесывая его за ухом, Сириус снова стал мрачным, он повернулся ко мне: — Ты что обещал мне Сириус? — спросила Лена, положив руку на его ладонь. Посмотрев в глаза я видел, что Лена в любую минуту может заплакать не только я заметил это. Сириус свободной рукой положил руку на ее щеку. — Ты мне тоже кое что обещала. — сказал с улыбкой Сириус. — Как лето, прошло? — Совсем паршивое, — ответил я. — На твоем месте я бы не жаловался. — Как это?! — изумленно спросил я. — Я лично был бы только рад нападению дементоров. Схватка не на жизнь, а на смерть прекрасно развеяла бы скуку. Ожил бы душой. Ты считаешь, тебе худо пришлось, но ты по крайней мере мог куда-то пойти, размять ноги, ввязаться в драку… А я вот целый месяц сижу взаперти. — Почему? — нахмурилась Лена. — Потому что Министерство магии по-прежнему меня ищет, а Волан-де-Морт наверняка уже узнал от Хвоста, что я анимаг и, значит, мои превращения бесполезны. Я мало что могу сейчас сделать для Ордена Феникса… Так, во всяком случае, думает Дамблдор. По холодноватому тону, каким Сириус произнес это имя, я понял, что он тоже не слишком доволен Дамболдором. Вдруг на меня накатила волна расположения к крестному. — Но ты хотя бы в курсе событий, — подбодрила его Лена. — Это точно, — саркастически произнес Сириус. — Выслушиваю отчеты Снегга, глотаю по ходу дела его намеки, что он, мол, рискует жизнью, а я отсиживаюсь тут в уюте и покое… Еще спрашивает меня, как идет очистка… — Кстате насчет Снегга. После того как мы тебя спасли я на следущей день узнала, что он сказал всем, что Римус оборотень. Я и до того была на него зла та еще эта новость заставила меня выйти из себя. — И что ты сделала? — спросил с интересом Сириус. — Ногой ударила ему по ребрам. — Хотелось бы на это посмотреть. — сказал с удовольствием Сириус. — Что за очистка? — спросил я. — Пытаемся сделать это жилище пригодным для человеческого обитания, — сказал Сириус, обводя унылую кухню концом волшебной палочки. — Десять лет, с тех самых пор, как умерла моя дражайшая матушка, в доме никто не жил, если не считать ее старого домового эльфа. А он совсем спятил и давным-давно уже ничего не чистит. — Сириус, — обратился к нему Наземникус, который пристально рассматривал пустой кубок и, казалось, совершенно не прислушивался к разговору. — Чистое серебро, друг? — Да, — ответил Сириус, глядя на кубок без всякого удовольствия. — Отличнейшая вещь пятнадцатого века с фамильным украшением Блэков, гоблинская работа. — Будет как новенький, — пробормотал Наземникус, полируя кубок рукавом. — Фред, Джордж… Ну почему не в руках?! — крикнула миссис Уизли. Я, Лена, Сириус и Наземникус обернулись и миг спустя дружно нырнули под стол. Фред и Джордж приказали большому котлу с тушеным мясом, железной фляге со сливочным пивом, массивной доске для резки хлеба и лежащему на ней хлебному ножу отправиться к нам своим ходом. Закопченный котел проскользил по всему столу и резко остановился у самого края, оставив на деревянной поверхности длинную черную полосу. Фляга со звоном упала, расплескав повсюду свое содержимое. Нож соскользнул с доски и воткнулся, зловеще подрагивая, в стол в точности там, где пару секунд назад лежала правая ладонь Сириуса. — Ради всего святого! — взмолилась миссис Уизли. — Ну зачем было это делать?.. Нет, с меня довольно. Если вам теперь можно использовать волшебство, это не значит, что надо махать палочками направо и налево! — Мы просто время хотели сэкономить! — объяснил Фред. Бросившись к ножу, он не без труда выдернул его из стола. — Прости, Сириус, дружище… Мы не хотели… Я и Сириус от души хохотали. Наземникус, завалившийся назад вместе со стулом, ругаясь, поднимался на ноги. Живоглот, который чуть раньше, злобно зашипев, метнулся под кухонный шкаф, теперь светил из темноты большими желтыми глазами. — Это не капельки не смешно! — крикнула Лена. Конец POV Гарри Поттер Flashbek — Ну зачем ты полез под Гремучию иву? — спросила девушка с коричневыми волосами. Волосы девушки были завязаны в хвост. — Ну надо было тебя спасти и как-то достать твои очки. — сказал парень с черными волосами. — Я же тебе говорила, что либо я сама спасу себя и достану очки либо позовем Питтера чтоб он мог нажать на рычаг, но нет же тебе надо было найти приключение на свою голову. — сказала девушка, обрабатывая раны парня. — Тебе еще не надоело вытягивать меня из передряг? — Во-первых я такой же мародер как и ты, во-вторых ты мой друг, а друзья не бросают друг друга. — Смотря на тебя не скажешь, что это реакция друга больше похоже на реакцию девушки. — сказал с улыбкой парень. Девушка покраснела от слов парня. — Мои раны ты обработала, но про свои не подумала. — Я не столько сильно пострадала во отличие от тебя. — Такой девушке как ты не идут шрамы и порезы. — сказал парень, надев на лицо девушки очки и начиная обрабатывать раны. Конец Flashbek " Ты всегда переживала за меня даже тогда когда я зарабатывал маленький синяк или порез. Я рад, что ты только моя". Гарри Поттер — Мальчики, — сказал мистер Уизли, возвращая котел в центр стола, — ваша мать права, вы теперь совершеннолетние и должны вести себя ответственно. — Ни один из ваших братьев ничего подобного не делал! — бушевала миссис Уизли. Она с размаху поставила на стол новую флягу сливочного пива и пролила почти столько же. — Билл не считал нужным трансгрессировать через каждые пять шагов! Чарли не пробовал заклинания на всем, что попадалось под руку! Перси… Она резко умолкла и испуганно, не дыша посмотрела на мистера Уизли, чье лицо вдруг застыло. — Давайте же есть, — быстро предложил Билл. — Вид страшно аппетитный, Молли, — сказал Люпин и, положив на тарелку тушеного мяса, передал ей через стол. Несколько минут стояла тишина, перебиваемая только постукиванием ножей и вилок о тарелки и поскрипыванием сидений под едоками. Потом миссис Уизли повернулась к Сириусу: — Я вот о чем тебе хотела сказать, Сириус. В гостиной что-то засело в письменном столе, он все время потрескивает и шатается. Это, конечно, может быть боггарт, но, наверно, надо попросить Аластора взглянуть, прежде чем мы это выпустим. — Как тебе угодно, — безразличным тоном ответил Сириус. — В шторах там полно докси, — продолжала миссис Уизли. — Может, завтра попробуем ими заняться? — У меня просто руки чешутся, — сказал Сириус, уловил в его голосе горькую иронию, но не знал, дошла ли она до кого-нибудь еще кроме Лены которая с пустым взглядом смотрела в тарелку. Тонкс, сидевшая напротив меня, потешала Гермиону и Джинни, меняя по ходу ужина очертания своего носа. Каждый раз, сощуривая глаза и придавая лицу такое же напряженное выражения, она то выращивала острый клюв, напоминавший нос Снегга, то уменьшала его до размеров крохотного грибка, то выпускала из каждой ноздри по густому пучку волос. Судя по тому, что Гермиона и Джинни вскоре начали заказывать свои любимые носы, это было здесь обычным застольным развлечением. — А можно теперь свиной пятачок? Тонкс сделала пятачок, и у меня, когда я поднял глаза, на миг создалось впечатление, что мне улыбается через стол Дадли в женском варианте. Мистер Уизли, Билл и Люпин горячо обсуждали проблему гоблинов. — Они пока темнят, — сказал Билл. — До сих пор не пойму, верят они, что он возродился, или нет. Могут, конечно, и нейтральную позицию занять. Отойти в сторону. — Я уверен, что они никогда не встанут на сторону Сами-Знаете-Кого, — покачал головой мистер Уизли. — Они ведь тоже пострадали: помните это последнее убийство целой гоблинской семьи близ Ноттингема? — По-моему, это зависит от того, что им предложат, — сказал Люпин. — И я не золото имею в виду. Если он пообещает им вольности, в которых мы столетиями им отказывали, они могут на это клюнуть. Значит, с Рагноком, Билл, до сих пор ничего не получается? — Он сейчас настроен не в пользу волшебников, — ответил Билл. — Все еще бесится по поводу Бэгмена, считает, что Министерство его прикрыло, ведь гоблины так и не получили от него назад свое золото… Взрыв веселья в средней части стола заглушил дальнейшие слова Билла. Фред, Джордж, Рон и Наземникус хохотали так, что чуть не падали со стульев. — А потом, — едва дыша от смеха и обливаясь слезами, продолжал Наземникус, — А потом, честное чародейское, он мне и говорит: «Милый друг, где ты этих жаб-то раздобыл? Тут, вишь ты, стервец какой-то у меня всех моих стибрил!» А я ему: «Стибрил всех твоих жаб? Экая неприятность, Уилл. Ну, так тебе, наверно, нужны теперь новые». И безмозглая горгулья — гад буду, если вру, — покупает у меня всех своих жаб обратно, да куда дороже, чем платил спервоначала… — Наземникус, с нас, я думаю, хватит рассказов о твоих коммерческих предприятиях, спасибо тебе большое, — язвительно сказала миссис Уизли. Рон, завывая от смеха, бессильно повалился на стол. — Прошу прощеньица, Молли, — отозвался Наземникус, вытирая глаза и подмигивая мне. — Уилл, если на то пошло, их выторговал у Бородавчатого Харриса обманом, так что я, может, не очень-то уж и дурно поступил. — Не знаю, Наземникус, где тебя учили тому, что хорошо, а что дурно, но, боюсь, ты пропустил несколько ключевых уроков, — холодно заметила миссис Уизли. Фред и Джордж, хохоча, уткнулись в кубки со сливочным пивом. На Джорджа напала икота. Вставая, чтобы принести на сладкое большое блюдо с ревеневым пудингом, миссис Уизли неизвестно почему бросила на Сириуса очень неприятный взгляд. Я повернулся к крестному. — Молли терпеть не может Наземникуса, — сказал Сириус вполголоса. — Как он оказался в Ордене? — очень тихо спросил я. — Он полезен, — прошептал Сириус. — Знает всех жуликов. Еще бы не знал — сам из их числа. Но он предан Дамблдору, тот его однажды спас от большой беды. Хорошо иметь на своей стороне такого человечка, он слышит то, чего мы слышать не можем. Но Молли считает, что сажать его за наш стол — это чересчур. Она не простила ему самовольный уход с дежурства, когда он должен был тебя охранять. Три порции ревеневого пудинга с заварным кремом — и я почувствовал, что джинсы жмут мне в поясе (а ведь они раньше принадлежали Дадли!). К тому времени, как я положил ложку, в общем застольном разговоре возникло затишье. Мистер Уизли сыто и размягченно откинулся на спинку кресла. Тонкс, вернув своему носу обычный вид, сладко позевывала. Джинни, выманив Живоглота из-под кухонного шкафа, сидела на полу по-турецки и катала пробки от сливочного пива. Кот бросался за ними в погоню. — Не пора ли честной компании разойтись по спальням? — сонным голосом предложила миссис Уизли. — Нет, Молли, погоди немного, — сказал Сириус, отодвигая пустую тарелку и поворачиваясь ко мне и Лене. — Что-то ты меня удивляешь. Я думал, первое, что ты примешься тут делать, — это задавать вопросы про Волан-де-Морта. Общая атмосфера изменилась так же стремительно, как при появлении дементоров. Если секунды назад на кухне царила дремотная расслабленность, то теперь все насторожились и напряглись. При упоминании ненавистного имени вокруг стола пробежала дрожь. Люпин, собиравшийся глотнуть вина, медленно опустил кубок, всем своим видом выражая осмотрительность. — А то я не задавал! — негодующе воскликнул я. — Задавал Рону и Гермионе, но они сказали, что мы не состоим в Ордене и… — Они совершенно правы, — заметила миссис Уизли. — Ты еще слишком юн. Она выпрямилась в своем кресле, сжав в кулаки лежавшие на подлокотниках руки. В лице — уже ни следа сонливости. — С каких это пор, чтобы задавать вопросы, надо быть членом Ордена Феникса? — спросил Сириус. — Гарри целый месяц проторчал в магловском доме. Он и Лена имеют право знать, что проис… — Постой! — громко перебил его Джордж. — Почему именно Гарри и мисс Дюма получат ответы на свои вопросы? — сердито спросил Фред. — Мы месяц пытаемся выудить хоть какие-то сведения, но нас не удостоили даже завалящего кусочка! — крикнул Джордж. — Вы еще слишком юные, вы не члены Ордена, — произнес Фред тонким голосом, страшно похожим на материнский. — А Гарри и мисс Дюма — пожалуйста, хотя Гарри несовершеннолетний! — В том, что вам не рассказали про дела Ордена, я лично не виноват, — спокойно проговорил Сириус. — Так решили ваши родители. Что же касается Гарри и Лены… — Ты не вправе самостоятельно решать, что нужно Гарри и Лене, а что нет! — резко оборвала его миссис Уизли. Ее обычно доброе лицо вдруг стало чуть ли не угрожающим. — Надеюсь, ты не забыл слова Дамблдора? — Какие именно? — вежливо спросил Сириус с видом человека, готовящегося к бою. — О том, что Гарри и Лена не должны знать больше, чем им необходимо знать, — ответила миссис Уизли, сделав особенный упор на последние два слова. Рон, Гермиона, Фред и Джордж поворачивали головы то к Сириусу, то к миссис Уизли, как будто смотрели теннис. Джинни, стоявшая на полу на коленках, позабыла о рассыпанных вокруг пробках и слушала разговор с полуоткрытым ртом. Люпин не сводил глаз с Сириуса. — А я и не буду, Молли, рассказывать им больше, чем им необходимо знать, — сказал Сириус. — Но, поскольку именно они стали свидетелями возвращения Волан-де-Морта (все опять содрогнулись), они имеют больше права, чем многие другие… — Они не члены Ордена Феникса! — заявила миссис Уизли. — Ему только пятнадцать лет, и… — И они перенесли столько же испытаний, как и большинство членов, — возразил Сириус. — А кое-кого и позади оставили. — Я не собираюсь принижать то, что они совершили! — закричала миссис Уизли. Ее кулаки на подлокотниках кресла подрагивали. — Но они же еще… — Они не дети Молли! — раздраженно сказал Сириус. — Но и не взрослые! — щеки миссис Уизли зарделись. — Он — не Джеймс, Сириус! А Лене хоть и тридцать два, но думает она как подросток. Правду говорят, что какой муж такая и жена. — Спасибо, Молли, но я неплохо представляю себе, кто он такой, — холодно ответил Сириус. — У тебя есть какие-то притензии к нашему с Леной браку? — Вовсе в этом не уверена! — воскликнула миссис Уизли. — Иногда ты говоришь о нем так, словно это твой лучший друг воскрес! Учась в Хогвартсе Лена не была такой... — Как я. — сказал Сириус. — Что в этом плохого? — спросил я. — То, Гарри, что ты — не твой отец, как бы ты ни был на него похож! У Лены могла быть спокойная жизнь если бы она не стала мародером. — ответила миссис Уизли, по-прежнему сверля глазами Сириуса. — Ты еще учишься в школе, и взрослым, которые за тебя отвечают, не следует об этом забывать! Та и выйти Лена замуж могла за кого-то и поспокойнее. — Ты хочешь сказать, что я безответственный крестный отец и муж? — повысил голос Сириус. — Я хочу сказать, что ты, Сириус, имеешь склонность к безрассудным поступкам и Лена такой же масти, что и ты, из-за чего Дамблдор требует, чтобы ты не выходил из дому и… — Мисс Уизли, прощу вас не влезайте в мой брак с Сириусом. Я сама как-то разберусь с этим. Учась в школе я боялась завести друга потому-то боялась потерять его, но благодаря мародерам и Лили я стала такой какой я есть сейчас. И я вышла замуж за Сириуса потому-что по настоящему любила его как и он любил меня. Та и до того мы хорошо знали друг друга. Если вы будете лезть в мой брак я начну принимать крайний методы. Я своего мужа в обиду не дам. Я пойду спать. Спокойной ночи всем. — сказала Лена, выйдя из кухни. — Давай-ка лучше оставим в стороне указания, которые я получаю от Дамблдора и обсуждения моего брака! — громко перебил ее Сириус. — Артур! — набросилась миссис Уизли на мужа. — Артур, поддержи меня! Мистер Уизли ответил не сразу. Снял очки, медленно протер их мантией, не глядя на мисс Уизли. Заговорил лишь после того, как аккуратно водрузил их на место. — Молли, Сириус прав надо в какой-то мере ввести Гарри в курс дела. И зачем ты лезешь в брак Лены и Сириуса. Пусть живут так как считают нужным. Та и чем ты хочешь этим добиться? Чтоб Лена ненавидела тебя? — Нет, но меня немного волнует ее брак. Сколько еще Лена должна страдать? Она с Сириусом в браке, но счастлива ли она? — Я считаю, что лучше пусть Гарри узнает факты — не все факты, Молли, только общую картину — от нас, чем получит их в искаженном виде от… Других. Выражение его лица было мягким, но я не сомневался: уж Люпин-то знает, что некоторые Удлинители ушей уцелели после чистки, устроенной миссис Уизли. — Так, — произнесла миссис Уизли, тяжело дыша и все еще оглядывая стол в тщетных поисках поддержки, — Ну что ж… Я вижу, я в меньшинстве. Я только вот что скажу: у Дамблдора наверняка были причины для того, чтобы не позволять Гарри и Лене знать слишком много. Я как человек, принимающий интересы Гарри и Лены близко к сердцу… — Лена не твоя дочь, — тихо сказал Сириус. — Может и не дочь, но она моя племянница! — яростно возразила ему миссис Уизли. — Она тебе не кровная родственница. — сказал Сириус. — Но все равно родственница. Кто еще у нее есть? — У нее есть я! — Так-то оно так, — поджала губы миссис Уизли, — Но беда в том, что тебе трудновато было о ней заботиться, пока ты сидел взаперти в Азкабане. Сириус начал подниматься со стула. — Молли, из собравшихся за этим столом ты не единственная, кто печется о Гарри и Лене, — резко сказал Люпин. — Сириус, сядь! Нижняя губа миссис Уизли задрожала. Побледневший Сириус медленно опустился обратно на стул. — Я думаю, мы должны послушать, что скажет сам Гарри, а с Леной потом поговорим, — продолжал Люпин. — Он уже достаточно большой, чтобы решать за себя. — Я хочу знать, что происходит, — мигом выпалил я. — Очень хорошо, — сказала миссис Уизли прерывающимся голосом. — Джинни… Рон… Гермиона… Фред… Джордж! Немедленно выйдите из кухни. Взрыв негодования. — Мы совершеннолетние! — разом завопили Фред и Джордж. — Гарри можно, а мне нельзя? — взвыл Рон. — Мама, я хочу послушать! — захныкала Джинни. — НЕТ! — крикнула миссис Уизли, встав с места и сверкая глазами. — Я категорически запрещаю… — Молли, ты не можешь запретить Фреду и Джорджу, — устало возразил мистер Уизли. — Они действительно совершеннолетние. — Они еще школьники. — Но в юридическом смысле они взрослые, — сказал мистер Уизли все тем же утомленным голосом. Лицо миссис Уизли было уже пунцовым. — Я… Так, ладно, Фред и Джордж могут остаться, но Рон… — Гарри так и так все расскажет нам с Гермионой! — горячо воскликнул Рон. — Ведь расскажешь? А? — неуверенно добавил он, встретившись со мной глазами. На миг мне пришла в голову мысль сказать Рону, что не проронит ни слова, — пусть почувствует на своей шкуре, что такое сидеть в полной неизвестности. Но стоило нам взглянуть друг на друга, как зловредное побуждение улетучилось. — Конечно, расскажу, — пообещал я. Рон с Гермионой просияли. — Отлично! — крикнула миссис Уизли. — Отлично! Джинни, спать! Джинни ушла, но ушла отнюдь не тихо. Все время, пока она поднималась по лестнице, были слышны ее негодующие жалобы, а когда она двинулась по коридору, к ним добавились душераздирающие вопли миссис Блэк. Люпин поспешил наверх унимать старуху. Лишь когда он вернулся, закрыл за собой дверь кухни и сел на свое место, Сириус наконец заговорил: — Итак, Гарри, что бы ты хотел узнать? Вздохнув всей грудью, я задал вопрос, который мучил меня весь последний месяц. — Где Волан-де-Морт? — спросил я, не обращая внимания на новые корчи при звуке этого имени. — Что он делает? Я пробовал смотреть магловские последние известия, но там тишь да гладь, никаких странных смертей, ничего подозрительного. — А странных смертей пока и не было, — сказал Сириус, —Насколько мы знаем… А знаем мы довольно много. — Во всяком случае, больше, чем он думает, — вставил Люпин. — Чего это он перестал убивать людей? — спросил я. Я знал, что за последний год Волан-де-Морт совершил не одно убийство. — Не хочет привлекать к себе внимания, — объяснил Сириус. — Это было бы для него опасно. Видишь ли, его возвращение прошло не совсем так, как он хотел. Он напортачил. — Или, верней, ты и Лена подпортили ему игру, — заметил Люпин с довольной ухмылкой. — Как? — не понял я. — Ты и Лена не должны были остаться в живых! — сказал Сириус. — Никто, кроме его Пожирателей смерти, не должен был знать, что он снова силен. Но ты и Лена все видели и выжили. — И меньше всего он хотел, чтобы о его возрождении узнал Дамблдор, — добавил Люпин. — Но благодаря тебе и Лене Дамблдору все стало известно немедленно. — И как это помогло? — спросил я. — Шутишь, что ли? — вступил в разговор Билл. — Дамблдор — единственный, кого Сам-Знаешь-Кто всегда боялся! — Благодаря тебе и Лене Дамблдор заново созвал Орден Феникса всего через час после возрождения Волан-де-Морта, — сказал Сириус. — Так чем же все-таки этот Орден занимается? — спросил я и поглядел на всех по очереди. — Всеми силами пытается сорвать планы Волан-де-Морта, — ответил Сириус. — Откуда вы знаете, что у него за планы? — быстро спросил я. — У Дамблдора есть кое-какие догадки, — сказал Люпин, — А догадки Дамблдора обычно оказываются близки к истине. — Ну, и что думает о его планах Дамблдор? — Во-первых, он хочет восстановить свое войско, — сказал Сириус. — В старые дни у него было много кого под началом: чародеи, которых он запугал или околдовал, преданные ему Пожиратели смерти, великое множество всяких Темных существ. Ты знаешь, что он вознамерился привлечь на свою сторону великанов, но это только одно из сообществ, на которые он нацелился. Разумеется, он не пойдет брать штурмом Министерство магии всего лишь с дюжиной Пожирателей смерти. — А вы пытаетесь помешать ему вербовать новых сторонников? — Да, насколько можем, — ответил Люпин. — Но как? — Главное — убедить как можно больше людей в том, что Ты-Знаешь-Кто действительно возродился. Заставить их быть бдительными, — объяснил Билл. — Но оказалось, что это не так просто. — Почему? — Из-за позиции Министерства, — сказала Тонкс. — Гарри, ты же видел Корнелиуса Фаджа после возвращения Сам-Знаешь-Кого. С тех пор его отношение ко всему не изменилось. Он категорически отказывается поверить, что это произошло на самом деле. — Но почему? — в отчаянии спросил я. — Почему он такой идиот? Если Дамблдор… — Ага, вот ты и попал в самую точку, — горько усмехнулся мистер Уизли. — В нем-то все и дело — в Дамблдоре. — Фадж его боится, — печально сказала Тонкс. — Боится Дамблдора? — не поверил я. — Боится того, на что считает его способным, — объяснил мистер Уизли. — Фадж думает, что Дамблдор хочет его свергнуть. Что он сам не прочь стать Министром магии. — Но Дамблдор ничего такого не хочет… — Конечно, не хочет, — сказал мистер Уизли. — Он никогда не стремился к должности министра, хотя очень многие были бы рады, если бы он ее занял после отставки Милисенты Багнолд. Бразды правления достались тогда Фаджу, но он не забыл, как популярна была идея сделать министром Дамблдора, пусть он и не претендовал на власть. — В глубине души Фадж понимает, что Дамблдор намного его умней, что он куда более сильный волшебник, и в начале работы на министерском посту Фадж постоянно просил у Дамблдора помощи и совета, — сказал Люпин. — Но теперь, судя по всему, он вошел во вкус власти и стал гораздо самоуверенней. Ему очень нравится быть Министром магии, он убедил себя, что он самый умный и что Дамблдор просто сеет смуту ради смуты. — Как он может такое думать? — сердито спросил я. — Как он может думать, что Дамблдор говорит неправду? Выходит, и я и Лена говорю неправду? — Согласиться с тем, что Волан-де-Морт возродился, означает великую головную боль для Министерства. Ни с чем подобным оно не сталкивалось почти четырнадцать лет, — горько сказал Сириус. — Фадж просто не в состоянии взглянуть правде в глаза. Гораздо удобней считать, что Дамблдор лжет, стремясь сделать его, Фаджа, положение неустойчивым. — Понимаешь, да, в чем проблема? — спросил Люпин. — Пока Министерство утверждает, что Волан-де-Морта бояться нечего, очень трудно убеждать людей, что он возродился, особенно если они и сами не склонны этому верить. К тому же Министерство сильно давит на «Ежедневный пророк» — запрещает писать о том, что оно называет фальшивками Дамблдора. Поэтому рядовые волшебники большей частью не знают о случившемся ровно ничего, и это делает их легкой добычей Пожирателей смерти, если они используют заклятие Империус. — Но вы-то ведь сообщаете людям, да? — спросил я, глядя поочередно на мистера Уизли, Сириуса, Билла, Наземникуса, Люпина и Тонкс. — Вы им говорите, что он возродился? Они невесело улыбнулись. — Видишь ли, все считают, что я поубивал кучу народу, Министерство назначило за мою голову награду в тысячу галеонов, поэтому я вряд ли могу выйти на улицу и начать раздавать листовки, — желчно проговорил Сириус. — Я тоже не самый желанный обеденный гость в большинстве чародейских домов, — сказал Люпин. — В том, что ты оборотень, есть свои минусы. — Тонкс и Артур, если начнут болтать направо и налево, потеряют должности, — продолжил Сириус, — А для нас очень важно иметь в Министерстве своих людей, ведь люди Волан-де-Морта там наверняка есть. — Кое-кого, впрочем, мы сумели убедить, — сказал мистер Уизли. — Вот Тонкс, к примеру. Она еще очень молода и по возрасту только недавно получила право стать членом Ордена, но то, что на нашу сторону переходят мракоборцы, — громадное достижение. Кингсли Бруствер — тоже ценнейший человек. Ему поручили возглавить охоту на Сириуса, и он вводит Министерство в заблуждение, утверждая, что Сириус скрывается в Тибете. — Но если ни один из вас не заявляет открыто, что Волан-де-Морт возродился… — начал я. — Кто сказал, что ни один? — возразил Сириус. — Из-за чего, по-твоему, у Дамблдора такие неприятности? — Какие? — Они всячески пытаются его дискредитировать, — объяснил Люпин. — Ты не читал в «Пророке» на прошлой неделе? Они написали, что Международная конфедерация магов сместила его с поста президента, потому что он постарел и потерял хватку. Но это неправда. Против него проголосовали чародеи Министерства, и произошло это после его речи, в которой он объявил о возвращении Волан-де-Морта. И он теперь не Верховный чародей Визенгамота, то есть суда волшебников, и ходят разговоры, что у него могут забрать орден Мерлина первой степени. — Но Дамблдор говорит, что ему на все это наплевать, — главное, чтобы его не убрали с карточек в шоколадных лягушках, — ухмыльнулся Билл. — Не вижу ничего смешного, — резко сказал мистер Уизли. — Если он и дальше будет так дразнить Министерство, он может попасть в Азкабан, а этого нам ни за что нельзя допустить. Пока Сам-Знаешь-Кому известно, что Дамблдор на свободе и в курсе его замыслов, он вынужден действовать с оглядкой. Уберут Дамблдора — и у Сам-Знаешь-Кого развязаны руки. — Но ведь если Волан-де-Морт пытается вербовать новых Пожирателей смерти, как может его возвращение оставаться тайной? — спросил я, пришедший чуть ли не в отчаяние. — Волан-де-Морт не ходит от дома к дому и не стучится к людям в двери, — сказал Сириус. — Он обманывает, околдовывает, шантажирует. У него богатый опыт тайной деятельности, и вербовка сторонников — только одно из ее направлений. У него есть и другие планы, которые он надеется осуществить без всякого шума, и как раз им-то он сейчас уделяет главное внимание. — Что ему нужно, кроме сторонников? — спросил я, и мне показалось, что Сириус, прежде чем ответить, обменялся с Люпином быстрым взглядом. — То, чем он может завладеть только исподтишка. Взгляд мой оставался таким же озадаченным. — Некое, скажем так, подобие оружия, — добавил Сириус. — То, чего у него не было в прошлый раз. — Когда он был силен? — Да. — Что за оружие? — спросил я. — Страшней, чем заклятие Авада Кедавра? — Довольно! — воскликнула миссис Уизли, стоявшая в тени у двери. Я не заметил, как она вернулась из комнаты Джинни, куда отводила дочку спать. Она скрестила руки на груди, и вид у нее был яростный. — Я хочу, чтобы вы все немедленно отправились спать, — потребовала она, глядя поочередно на Фреда, Джорджа, Рона и Гермиону. — Ты не имеешь права нами командовать… — начал Фред. — Сириус, посмотри на меня! — не унималась миссис Уизли. Ее била легкая дрожь. — Ты уже сообщил Гарри кучу сведений. Еще чуть-чуть — и его хоть в Орден принимай. — А что, почему нет? — быстро спросил я. — Я вступлю, я хочу вступить. Буду драться. — Нет. Это сказала уже не миссис Уизли. Это сказал Люпин. — Мы принимаем только взрослых, совершеннолетних волшебников, — продолжил он. — Тех, которые окончили школу, — добавил он, увидев, что Фред и Джордж раскрыли рты. — Членство сопряжено с опасностями, о которых никто из вас не имеет понятия… Я думаю, Молли права, Сириус. Мы сказали ему достаточно. Сириус легонько пожал плечами, но спорить не стал. Миссис Уизли властно поманила к себе сыновей и Гермиону. Один за другим они встали, и я, признавая поражение, поплелся в хвосте. Конец POV Гарри Поттер