Ты мой дракон

Хёнджин встретил гостей в прихожей, на всех тапочек могло не хватить, поэтому парень предусмотрительно помыл полы во всей квартире, сменил постельное белье, проветрил комнаты и кухню и даже успел сбегать в кондитерскую лавку за большим тортом. Последним зашел Феликс, держа в руках огромный арбуз. Хёнджин поспешил к нему, протягивая руки. — Давай помогу. — Спасибо, а то я щас уроню его. — Держу. Ребята проходите, не стесняйтесь, только говорите чуточку тише, Чан спит. Линоу подозрительно сощурил глаз. Чонин тоже метнул недобрый взгляд в сторону закрытой двери. — А чойта он спит в твоей квартире? — Он всю ночь работал над каким-то делом, а потом помогал мне, так что если бы не он, не видать мне этой квартиры как своих ушей. — Я бы тоже не хотел видеть твоих ушей. Сарказм Линоу, как всегда, пришелся по душе всей банде. Феликс подбадривающее погладил спину Джинни, который все еще держал арбуз в руках. — Где кухня? — Уже забыл? — Помню только направление. Хёнджин показал взглядом на закрытые двери, и Феликс поспешил открыть их, пропуская хозяина квартиры внутрь. Блондин зашел следом и открыл от восхищения рот. — Ваа, как тут много места и так красиво. — Хёнджини, ты позволишь мне немного здесь похозяйничать в честь дня твоего рождения? Линоу был очень любезен, разглядывая широкий стол и набор поварских ножей. Он провел пальцами по гладкой мраморной поверхности и перевел взгляд на Хёнджина. — Да, шеф! — А он мне начинает нравиться. — Сказал Линоу Феликсу и, взяв в руки нож, снова посмотрел на Джинни. — Какие будут пожелания? — Для начала убери нож. — Пошутил Хёнджин. — А вообще, хотелось бы попробовать что-нибудь новое. — Принято. Ребята заносите пакеты. Джинни, наш Чанбин тоже работал всю ночь над каким-то телом, то есть делом. Можешь подбросить его к Чану? Пусть тоже немного поспит. Хёнджин оценил оговорку Линоу, хмыкнул и оставил арбуз под охрану Феликсу. Он показал Бинни комнату, где его никто не будет беспокоить, и вернулся к друзьям на кухню, где роли и обязанности уже были распределены. Ян, прежде чем приступить к зелени, подошел к Джинни. — Я слышал, Чан теперь твой опекун? — Да. Он мне здорово помог. — Он теперь будет жить у тебя? — Конечно, нет, Иена, у него есть свой дом. А почему ты спрашиваешь? Мальчишка пожал плечами и вернулся к раковине промыть зелень. А Хёнджин нашел взглядом белую макушку. Он представил, что теперь будет просыпаться один в большой квартире, и рядом не будет никого, кто заставит его подняться и съесть завтрак. И ему больше не придется служить украшением, пока Линоу или Феликс будут готовить на их общей кухне, и больше не будет шумных посиделок за общим столом и ему стало так грустно, что он тихо ушел в свою комнату. Линоу заметил это и позвал блондина. — Побудь с Джинни, загрустил он чего-то. — Окей. Феликс забрал со стола несколько кусочков арбуза и пошел искать Хёнджина. Первая комната оказалась большой гостевой, в центре которой стоял большой угловой диван. На нем, тихо посапывая, лежали Чанбин и Чан, головами друг к другу. Блондин улыбнулся и вышел, прикрыв дверь. Вторая комната была открытой, там Феликс и нашел хозяина квартиры. — Вот ты где. Хёнджин сидел на высоком стуле перед мольбертом, но увидев парня, накрыл холст полотном и встал. — Нужна помощь? — Да. Тебе. Ты же кроме печенья сегодня ничего не ел. Принес тебе арбуз. Хёнджин улыбнулся, парни сели на маленькую софу. Феликс поставил тарелку другу на коленки и, пока он ел арбуз, снял с запястья плетеные ручки подарочного пакета. — Еще печенье? Мне, кстати, очень понравились, такие вкусные. — Нет. Печенье на кухне, а это твой подарок. — Еще подарок? — Да. Я долго думал, что подарить, надеюсь, понравится. Хёнджин отложил тарелку в сторону и принял из рук парня красивую упаковку. Он открыл пакет, внутри которого лежала коробка. Достав ее, повертел в руке и только потом увидел надпись. Парфюм от дорогого бренда заставил его удивленно посмотреть на Феликса. — Это ведь так дорого. — Не дороже денег. Открывай. Вдруг не понравится. — Сомневаюсь, ты еще ни разу не сделал чего-то, что мне не нравилось. Феликс смешно наморщил нос. — Не провоцируй. Парни посмеялись, и Джинни аккуратно вскрыл упаковку. Брутального вида флакон впечатлил парня своим весом. Он открыл крышку и поднес к носу. Терпкий аромат заставил парня прикрыть глаза, чтобы лучше его распробовать, потом брызнул вверх и подставил свою голову под микро капли. — Ммм, как вкусно пахнет. Это ты выбирал? — Я давно знаю этот бренд, мне показалось, что он лучше других тебе подойдет, хотя ты и без парфюма хорошо пахнешь. — Когда ты успел? — Я попросил маму привезти его. — Спасибо. И маме тоже передай. — Да уж передам. — Феликс шутливо изобразил ревность и вдруг стал серьезным. — Кстати, как у вас тут все прошло? — Это было ужасно. Если бы не Чан, я бы убежал сразу, как только она открыла рот. — Я рад, что все закончилось. — А я-то как рад. Джинни поставил флакон на полку рядом с фотографией родителей, и не мог видеть, с какой тоской на него смотрел Феликс. *** Чанбин проснулся и, открыв глаза, осмотрелся. Не сразу сообразив, где находится, резко сел и увидел рядом спящего Чана. На нем была форма, которую он собирался надеть перед тем, как ехать к Хёнджину. Бинни вспомнил, как после сытного завтрака они вернулись в общежитие.Потом несколько минут болтали в машине, обсуждая дело про потерянного отца и его сына. Бинни взял с Чана слово, что они продолжат работать над ним вместе. Ему очень хотелось узнать, что же произошло на самом деле и непременно принять в этом участие. Он смотрел на спокойное лицо Чана, задумавшись о его жизни. Ни семьи, ни друзей, ни нормальной жизни. Тяжело, наверное, всегда всем помогать, а о себе даже позаботиться некогда. Бинни грустно улыбнулся, осознав, что он и сам таким стал. И на своем примере знал, что очень трудно всегда быть сильным. Чанбин встал с дивана, взял плед, под которым спал сам, и укрыл им Чана. Потом на цыпочках вышел из комнаты и закрыл дверь. На кухне работа кипела, и создавался очередной шедевр от Линоу, но рук катастрофически не хватало, шеф попросил позвать помощников. Когда Джинни с Феликсом присоединились к остальным, кто-то включил музыку и дело пошло быстрее. Линоу обжаривал мраморную говядину, подкармливая именинника готовыми кусочками. Хан с ревностью следил за ним, но Линоу и его побаловал, заметив, как он глотает слюнки. — Вкусно? Хан, обжигаясь горячей едой, кивал головой и показывал большие пальцы повару. Сынмин с Яном пробовали на вкус, приготовленный совместно, жареный рис с яйцом, Феликс закончил нарезать овощи, Хёнджин — грибы. На запах жареного мяса пришел Чанбин и потребовал накормить его срочно, пока он не съел младшего поваренка, который так уютно повис на Сынмине. Он стащил его с парня и начал шутливо покусывать за шею. — Терпение, мой друг, скоро будет готово. Хёнджини, в этом доме есть большой стол для всей компании? — Конечно, есть. Феликс, поможешь? — Уже иду. — Я с вами, — Бинни отпустил Яна и, подмигнув Минни, пошел за ребятами в гостиную. Хёнджин нашел в комоде скатерть и салфетки, показал ребятам, где стоит столовый набор и пошел за двумя стульями в другой части комнаты. Сервируя стол, Чанбин шепотом спросил Феликса. — Почему у Чана нет семьи? Феликс, раскладывая тарелки, ответил: — Волк-одиночка. — Блондин улыбнулся. — Но на самом деле, у него просто нет на это времени. Слишком много работает. Я говорил ему остановиться, всех дел не раскроешь, а он говорит, что, если ничего не делать, они будут только копиться. — Он прав, конечно, но так ведь можно и загнать себя, кто тогда будет раскрывать странные дела. — Какие странные дела? Чанбин, хитро улыбаясь, положил руку на плечо блондина. — А это, котеночек, очень секретная информация. — И что? Ты мне не скажешь? — Феликс слишком близко придвинулся к Бинни, заглядывая ему в глаза. А потом, играя бровями, добавил. — Даже если я тебя поцелую? Чанбин отодвинулся на безопасное расстояние, заметив недобрый взгляд Джинни, и на всякий случай убрал свою руку. Раньше он бы продолжил флиртовать с блондином, как они часто делали во время репетиций, подшучивая, и дразня друг друга. Но когда Хёнджин выглядит столь устрашающе, шутить совсем не хочется. Он все-таки именинник. — Чан мне потом голову открутит и скормит драконам. Чанбин закрыл рот рукой, испугавшись, что проболтался, но никто всерьез не воспринял его шутки. Феликс погладил парня по голове, иронично сочувствуя. — Не выспался, зайка, или проголодался? — Проголодался. Феликс поставил последнюю тарелку и повернулся к Хёнджину. — Готово. — А? — Хёнджин снова увидел улыбку Феликса и забыл, что делать дальше. — Джинарет, давай салфетки, я умею их красиво скручивать. — Держи. Я принесу стаканы. — Я с тобой. — Феликс шел за Джинни, напевая какую-то детскую песенку, писклявым детским голоском, заставляя того глупо хихикать. — Такой милый малыш. — Хёнджин повернулся к нему, и не сдержался. Протянув руку, он погладил его по голове. — Ты и правда, как ребенок, столько энергии в тебе, совсем не устаешь. Феликс забрал четыре стакана, оставив Джинни еще четыре. — Я заряжаюсь энергией от вас всех, когда мы собираемся вместе. Хёнджин несколько секунд смотрел в глаза Феликса, тот тоже не сводил с него глаз, пока Линоу не вмешался. — Народ, пора будить Чана, у меня все готово, давайте накрывать на стол. *** Ян с прошлого вечера ждал возможности побыть с Чаном, но все время вмешивались какие-то силы. Он устал ждать, и когда Линоу сказал, что пора будить куратора, поспешил сделать это сам. Чонин сел на край дивана и дотронулся до плеча мужчины. — Чани-хён. Просыпайся. Чан завозился и открыл глаза. На него смотрели лисьи глазки Яна. — Привет, Ян. — Привет. Прости, что пришлось разбудить, но все уже собрались. — Хорошо. Я умоюсь и приду. Ребята как раз занимали места за праздничным столом, когда Чан присоединился к компании. Ян позвал его сесть рядом, заняв для него место. Хёнджин сел во главе стола, как именинник и хозяин дома, Феликс — справа от него, дальше Ян и Чан, а слева сел Линоу, Хан и Сынмин. Бинни занял место напротив Джинни и, как самый ответственный, поднялся, держа в руке стакан с соком. — Джинарет. Джинни. Хёнджин. Хёни. Ты один из немногих людей, кто за время знакомства стал мне по-настоящему дорог. Я знаю, что иногда бываю приставучим, но ничего не могу с собой поделать. Просто ты хороший парень, оставайся таким всегда, и я буду продолжать уважать тебя и доставать иногда. Ребята за столом поддержали тост и принялись поздравлять именинника. Джинни искренне рассмеялся, соглашаясь с каждым словом, которое было сказано Бинни про себя самого, но это действительно делало его тем самым другом, который не позволит скучать и всегда поддержит. — Спасибо, Бинни. Ребят, спасибо вам всем, что пришли. Я боялся, что проведу этот день в одиночестве. И спасибо за поздравления и за такой стол. — С днем рождения, Джинни! Ребята подняли вверх стаканы и сделали по глотку, поздравляя парня. Линоу помог младшим наполнить тарелки закусками, Феликс ухаживал за Хёнджином и Линоу, пока тот был занят Ханом и Яном. Чан и Чанбин позаботились друг о друге и Сынмине, который странно смотрел на Яна. Когда голод был немного утолен, настало время подарков. Линоу взял на себя эту ответственность. — Хёнджина, кроме того, что ты прекрасный танцор, и как выяснилось, неплохой певец, — из уст Линоу это звучало как настоящее признание его талантов, поэтому Хёнджин смутился, — я узнал, что ты увлекаешься рисунком. Мы с ребятами хотим подарить тебе угольную шахту, где ты сможешь самостоятельно добыть уголек, чтобы рисовать в этом прекрасном альбоме. И кусочек мела из школы. На всякий случай. Чтобы ты не скучал и занимался любимым занятием, когда будет время. Линоу, конечно же, пошутил на счет шахты и протянул имениннику набор акриловых красок и карандаши. Ребята посмеялись, а Сынмо спросил: — Вместо прекрасного альбома надо было бумажный комбинат дарить. На что Линоу быстро ему ответил: — Денег не хватило. Все ушло на взятку историчке, мел не хотела отдавать. — Спасибо, ребят, особенно за мел! Линоу улыбнулся, передавая подарки Джинни. Чан был следующим. — Я тоже хочу внести свой вклад в развитие художественных навыков и дарю тебе набор кисточек и скетчбуки. Надеюсь, у тебя будет на это время и однажды, мы придем на твою выставку. — Спасибо вам всем. Это так… неожиданно. Хёнджин был тронут и удивлен, что они знают о его увлечении. И когда его руку накрыла маленькая рука Феликса, Джинни понял, кто подсказал им и посмотрел на блондина, он ласково улыбался. Джинни едва заметно кивнул ему в благодарность и тоже улыбнулся. Хёнджин думал, что оставшись сиротой, он будет чувствовать себя одиноким и никому не нужным. Но сидя за столом в кругу друзей, он осознал, что у него появилась новая семья, и даже если между ними возникали разногласия, они не бросят в трудную минуту и будут рядом, чтобы поддержать. Каждый из них. Когда закончились торжественные речи, ребята вернулись к привычному для них общению, какое возникало на кухне в общежитии. Они обсуждали прошедший отчетный концерт, на котором отличились все. Вспомнился номер Лисы Алисы и Кота Базилио, который вызвал в зале немало смеха. Между Линоу и Ханом было идеальное взаимодействие, казалось, что эти двое просто созданы для этих ролей. Хулиганистый и чуть глуповатый кот, и совершенно безумная Лиса с ее очаровательным голосом и изящными манерами. Линоу так вжился в роль, что мало кто мог бы сказать, что играет парень. Хан не сводил с него глаз, как они и договаривались, поэтому все прошло гладко. Он отлично зачитал свой убийственный рэп о жизни бродячих животных, забыв про дыхание, потому что Линоу все это время держал свою руку на его заднице, незаметно для зрителей. А Чанбин был счастлив, что принял верное решение о замене исполнителя этой значимой роли. Сынмин со своей неприлично длинной бородой покорил всех харизмой и зал плакал, когда плакал он, глядя, как лиса с котом распиливают его шикарную бороду. Его голос очаровал не только зрителей, все учителя были в восторге и гордились, что у них учится такой талантливый воспитанник. И все без исключения следили за великолепной актерской игрой самого младшего из учеников, Ян Чонина, который держал публику на коротком поводке, заставляя их сопереживать его злоключениям. Забавным было и то, что маленькие дети, пришедшие на мероприятие со своими родителями, кричали маленькому Буратино не верить коту и лисе и прятаться от злого кукольника, пока тот его пытался изловить. Чанбин сидел с довольным лицом, он был сыт и счастлив, и ждал удобного момента, что сообщить ребятам, что у него родилась гениальная идея для новой постановки. И когда зашла речь о новом мюзикле, Сынмин сказал: — У Бинни есть идея, но он мне не говорит. Все посмотрели на парня в ожидании сенсации. Он широко улыбнулся и с важным видом заявил: — Мне на днях попалась на глаза легенда о четырех драконах. — Он мельком глянул наЧана, тот сделал вид, что впервые об этом слышит, но ямочки свои скрывать не стал. Бинни, расценив это, как одобрение, продолжил. — Сюжет придумаем вместе? — Драконы? Почему четыре? — Феликс заинтересовался. — Потому что в легенде их было четыре, глупенький малыш. — Хёнджин, как обычно, подразнил Феликса, а потом наклонился к нему и приобнял, чтобы он не вздумал обидеться. — Если это та легенда. — Четыре стихии вода, огонь, земля, воздух, у каждой свой дракон. Предлагаю всем подойти творчески и поискать какую-нибудь информацию об этом. — Чанбин заметил, как Чан поднял большой палец кверху. — Потом соберемся снова и обсудим. Замутим какой-нибудь сюжет с интригой, я напишу музыку и слова, Хан, надеюсь, тоже поучаствует. Если у кого-то возникнет желание присоединиться, то вэлком, как говорится. Линоу сможешь поставить хореографию? Все повернулись в другую сторону. Линоу кормил с рук Хана, но даже застигнутый врасплох, невозмутимо ответил: — Есть сомнения? — Сомнений нет, — ответил Бинни, глядя на красные щечки белки Хана, — вопросы появились. — В письменном виде в трех экземплярах в приемный день. — Линоу быстро отшил любопытного Чанбина. — Кстати… А вы в курсе, что за этим столом как раз четыре дракона? Чан с Бинни переглянулись и устремили взгляды на Линоу. — Как это? Кто? — Джинни, Хани, Феликс и Минни. Они все родились в нулевой год, год дракона. Чан снова перевел взгляд на Чанбина, словно это что-то могло значить. Они оба ненадолго выпали из разговора, думая каждый о своем. — А кроме драконов, какие будут персонажи? Тоже какие-нибудь фантастические существа или добавим людей, как в Скайриме. — Ян оживился, идея с драконами ему пришлась по душе. Сынмин тоже включился в обсуждение: — Лучше людей. Можно, кстати, обратиться к средневековью. — Скайрим, безусловно, годная тема, но там драконов убивали. — Линоу был знатоком компьютерных игр, и в детстве много часов провел, играя в них, когда должен был присматривать за младшим братом. — А в легенде драконы добрые. Но мне понравилась идея со средневековьем. Сынмин и Линоу ударили друг друга по рукам за спиной Хана, сойдясь во вкусах. — Средневековье, драконы, рыцари, турниры, принцы с принцессами. — Хёнджин хитро улыбнулся Феликсу. — Много тем для сюжета. Феликс исподлобья посмотрел на именинника, дерзко улыбаясь: Джинни снова его дразнит, намекая на еще одну роль в платье. — Даже не начинай. Я — дракон. А принцесс пусть себе кони забирают. Шутку Феликса и намеки Хёнджина оценили все, разразившись смехом, и в ту же минуту за окном громыхнула гроза. Ян вздрогнул, прижавшись к боку куратора. Чан приобнял мальчишку, сказав, что бояться нечего. Минни улыбнулся и посмотрел на Чанбина. Он все также сидел, задумавшись о чем-то личном, но взгляд его был направлен на Чана. Хан, долго молчавший, потому что его рот почти все время был занят едой, которую ему поставлял его личный дилер Линоу, выдал очень ценную информацию. — Я тоже знаю легенду про четырех драконов, в ней так же говорится, что когда драконы собираются вместе, начинается дождь и может превратиться в стихийное бедствие. — Предлагаешь разойтись по домам? — Линоу снова протянул парню кусочек мяса, но тот увернулся, сказав, что уже наелся. — Это всего лишь легенда. Феликс вмешался: — Гроза в середине марта уже стихийное бедствие. — Не преувеличивай, Феликс, это всего лишь гроза. И, это не такое уж редкое явление. В день, когда я родился, тоже была гроза. — Это правда? — Чанбин вдруг пробудился от своих мыслей, уставившись на Джинни. — Да, мама рассказывала мне эту легенду в детстве и сказала, что я огненный дракон, потому что родился в грозу, но было сухо. — Этого не может быть. — Чанбин вслух подумал о невероятном совпадении. — Почему не может? — Хан решил, что Бинни не поверил и вступил с ним в спор. — Когда я родился, тоже была буря без дождя. Тот год вообще был засушливый. Чанбин подтвердил, кивая головой. — Это правда. Многие из старшего поколения знают об этом. Лишь в конце сентября пролился дождь. — Когда родился я? — Сынмин наугад спросил, решив поддержать всеобщее помешательство на драконах. Все посмотрели на щеночка, а он напомнил: — Я — четвертый дракон. — Когда твой день рождения? — Спросил Чан. — Двадцать второго сентября. — А ты, Хан? — Четырнадцатого сентября. Бинни посмотрел на блондина. — Феликс? Чан ответил одновременно с Феликсом. — Пятнадцатого. — И парень добавил. — У нас Джисоном разница всего в несколько часов. Мы почти близнецы. Парни через стол дали друг другу пять. У Чанбина глаз задергался, когда их с Чаном взгляды встретились в немом изумлении. Умом они понимали, что быть такого не может, но как тогда объяснить все эти случайные совпадения. Чан, работая в полиции, всегда считал, что случайности не случайны. Чанбин протер глаза, приговаривая: — Мамочка, я что, сплю? Чан толкнул парня ногой под столом и поднялся. — Давай соберем грязную посуду. В любой другой день Чанбин нашел бы предлог не делать этого, но им непременно надо было обсудить все. Немедленно. И он добровольно! встал, вызвав удивление за столом. Линоу саркастично заметил: — Теперь понятно, почему ливень льет. Бинни, ты испортил погоду! — Запомни этот исторический момент, он больше не повторится! Чан, улыбаясь, собрал ненужную посуду со стола и понес на кухню. Чанбин догнал его там и поставил тарелки рядом с раковиной. — Это ведь совпадение, да? — Это просто комбо какое-то. Не один и не два, а четыре совпадения из четырех. И все равно мой мозг не может всерьез принять этого. — Тогда придется продолжить с того места, где мы остановились. Сначала раздобудем всю информацию, которую сможем, ребята должны помочь. — Это ты, конечно, здорово придумал, держи на контроле, а я попробую поднять архивы, вдруг что-то есть. Заодно поищу совпадения в делах о похищенных детях за тот период. Может это никак не связано. — У меня до сих пор мурашки по коже. — Может, мы слишком хотим в это поверить из сочувствия бедной женщине? — Значит, нам нужен третий мозг, обделенный сочувствием. — Знаешь таких? Бинни даже фыркнул. — Линоу. — Бинни, ты когда спишь, тоже обо мне думаешь? Парни обернулись на голос танцора. Вот уже действительно, стоит только о нем заговорить… Чанбин, сокрушаясь, с мольбой в голосе спросил у него: — Как ты это делаешь? — Это коммерческая тайна. — Линоу улыбнулся, опуская супницу в раковину. Потом он сполоснул руки и посмотрел на загадочных друзей. — Что происходит? Они посмотрели друг на друга, принимая решение посвящать ли в их дела третьего, и Чан, вздохнув, сказал: — Я веду расследование о похищении ребенка и пропаже его отца. В деле фигурируют очень необычные показания о четырех драконах. Женщина, она же мать и бабушка похищенных, утверждает, что ее сын был свидетелем появления на свет одного из четырех драконов, троих других видела она. Судя по всему, этими драконами заинтересовались другие люди, и чтобы узнать о них какую-то информацию, они похитили ребенка. Отец не поддался на шантаж и, начав свои поиски, пропал. Ни ребенка, ни отца так и не нашли. Это было в нулевом и первом году. Любопытно то, что появление драконов совпадает один в один с днями рождения наших драконов. — Чан кивнул в сторону гостиной и замолчал, увидев замершего в дверях Хёнджина с подносом в руках. Линоу и Чанбин проследили за его взглядом. Хёнджин смотрел на них, хлопая глазами, пока Линоу не затащил его вглубь кухни, плотно закрыв за ним дверь. — Как много ты услышал? — Достаточно, чтобы подумать, что вы слегка того… Но если вы меня отпустите, я обещаю, что никому ничего не скажу. Парень хотел аккуратно выскользнуть из рук Линоу, притворяясь напуганной жертвой похитителей, но его усадили на стул и окружили со всех сторон. Чанбин посмотрел на Чана. — Джинарет не из болтливых, готов за него поручиться. Следователь улыбнулся, положив руку на его плечо. — Я знаю. Вы все ребята надежные, даже не сомневаюсь. Линоу, что об этом думаешь? — Что тут думать? Старушка от горя придумала историю про монстров, вероятно память сыграла с ней злую шутку, и заместила одно воспоминание другим. — Это было бы логично, если бы не одно но. Она начала писать про драконов до того, как малыша похитили именно из-за них. — Вы поэтому вспомнили про легенду? — Хёнджин решил вмешаться, наконец. — Да. Учитывая, что они появляются раз в тысячелетие, если верить легенде, то предыдущее их появление не может быть зафиксировано в наших архивах. Поэтому нужна любая информация об этой легенде. Я планирую начать с исторических справочников за тысячный год. — Там ничего нет. — Джинни сказал это слишком уверенно. — Почему? — Потому что тысяча не делится на двенадцать. — А при чем здесь… — Чанбин не уловил связь. Зато Линоу понял, и пояснил всем. — Если драконы должны были родиться в год дракона, то это не тысячный год. Цикл двенадцатилетний. — Две головы — хорошо, четыре — лучше! — Чан достал телефон, сделал расчеты и поблагодарил Джинни. — Получается одна тысяча четвертый год. Как-то все символично. — Мне как-то не по себе, — Хёнджин поежился на стуле, обняв себя руками, — чувствую себя виноватым. — Почему? — Чан сел на стул напротив парня. — Не знаю, если эти драконы появились в одно время с нами, это может быть как-то связано? — Не веришь в совпадения? — Чанбин сложил руки на груди, ожидая ответа. — А сами-то? — Джинни недоверчиво оглядел всех троих. По их лицам он понял, что они полны сомнений. — Почему вы вообще занимаетесь этим делом? Столько лет прошло? — Та женщина до сих пор не смирилась с потерей близких. Я хочу найти хоть какой-нибудь ответ. Линоу хлопнул в ладоши, чтобы отвлечь всех. Ребята переключились на него. — Предлагаю заняться этим завтра, только давайте малышне говорить не будем. — Согласен. — Чан поднялся, задвинув стул обратно. — Хотя помощь Феликса нам бы пригодилась. — Помощь, какого рода? — Хёнджин очень не хотел привлекать блондина к этому делу, думая, что он чувствителен к таким вещам и будет переживать. — Он лучший в поиске информации. Кажется, Линоу думал, как Хёнджин, поэтому они напряженно смотрели друг на друга и оба ждали, что кто-то из них примет решение. Линоу решился первым. — Я против. Чан кивнул, соглашаясь, но Хёнджин удивил их всех. — Я поговорю с ним. Что конкретно нужно найти? Бинни сказал тихо: — Просто соберите информацию о легенде, может, есть какие-то другие ее варианты. Это в любом случае пригодится для постановки. Чан покивал головой, соглашаясь, Джинни перевел на него озадаченный взгляд. — Что-нибудь еще? — Пусть поищет любые упоминания о четырех драконах с нулевого года. Это может быть все что угодно. Фильмы, сериалы, рассказы очевидцев, документалки, желтая пресса и так далее. — Я понял. Это вполне безопасно. А вы чем займетесь? Чан обратился к Линоу. — Хочешь побеседовать с той женщиной? Я дам адрес, съездишь к ней? — А машину дашь? — Глаза Линоу заблестели в предвкушении. — Если будешь соблюдать скоростной режим. — Почему такой серьезный? — Хм. — Чан пожал плечами и ответ взгляд, дав ему понять, что миссия отменяется, если условие не будет соблюдено, и Линоу тут же сдался. — Ладно-ладно, клянусь правами. — Предупредишь, когда сможешь поехать. А мы с Чанбином поищем следы пропавших, и еще раз перечитаем записи бабульки. Сделаем обмен. — Чудно, а теперь давайте вернемся в зал. — Джинни встал со стула и напомнил Чанбину про немытую посуду. — Историческое событие историческим пока не стало. Бинни притворно застонал, но все же закатал рукава и встал у мойки. *** Победив гору тарелок и не разбив ни одну, Бинни вернулся в зал, где шли оживленные беседы о предстоящем мюзикле. Ребята придумывали сюжет за сюжетом, расположившись на полу. Феликс старательно записывал все в блокнот.Хёнджин, сидя рядом, тихо посмеивался, исправляя ошибки, и хвалил за старания, подкармливая небольшими кубиками арбуза. Чонин спорил с Сынмином, придумывая драконам забавные имена. Линоу, обняв Хана со спины, слушал идеи Чана насчет декораций и костюмов, предложив не делать драконов реалистичными, а придать им человеческий облик, на примере персонажа из какой-то китайской дорамы. И Чанбин, прислонившись к дивану, слушал его, подперев голову рукой, пока не задремал. А дождь за окном лил до полуночи. *** Ребята засиделись допоздна, но Чан напомнил им, что пора возвращаться и сам отвез их двумя рейсами в общежитие. Феликс и Сынмин остались у Джинни, когда самые сонные погрузились в машину, и помогли ему прибраться. Блондин сложил остатки брауни и печенье в контейнеры и оставил их имениннику. Остатки торта и арбуза Хёнджин велел им забрать с собой. А когда за ними вернулся Чан, Феликс и Хёнджин задержались вдвоем в прихожей. Феликс пытался найти слова, чтобы сказать, что будет дико скучать по нему, но он подумал, что это будет слишком откровенно и надо успокоиться, поэтому просто обнял его, шепнув: — До завтра. Дверь за ним закрылась, и Хёнджин опустил голову вниз, роняя слезы на пол. Он так и не смог заснуть в своей родной кровати, оставшись в доме в гордом одиночестве, долго ворочался с бока на бок, пока, наконец, не встал. Побродив по пустым комнатам, он сел возле мольберта и убрал ткань с незаконченного рисунка. Джинни начал его за день до трагедии, случившейся с его родителями, и так не закончил. Краски успели выцвести, рисунок потускнел, и уже больше не приносил никакой радости и вдохновения, а лишь тяжелые воспоминания и невыносимую тоску. Парень сорвал холст, смял его и выбросил в угол комнаты. Затем достал новый, распечатал подаренные краски и кисти, и посмотрел перед собой. Он раньше не осознавал, почему ему так нравится рисовать подсолнухи, а сейчас, взяв в руку кисть, он понял, что каждый раз, собираясь сделать первый штрих или мазок, он представлял себе милое личико, усыпанное веснушками. Хёнджин рисовал всю ночь с улыбкой на лице, уже зная, что больше никогда не захочет быть один в этой большой квартире. *** Феликс, вернувшись в пустую комнату, как и собирался, лег на кровать Хёнджина. Она все еще хранила его запах и может поэтому Феликс быстро уснул. Ему снились необычные сны. Старый полуразрушенный дворец без крыши был полностью скрыт под водой. Сквозь оконные проемы через толщу воды проникал яркий солнечный свет, освещая дворец изнутри. Стены, расписанные сюжетами древних сказаний, чудом не размытые водой, все еще хранили атмосферу таинственности. Феликс чувствовал себя невероятно счастливым в этот момент, потому что мог увидеть все это великолепие своими собственными глазами. Он был свободным, легко передвигаясь под водой и имея возможность дышать. Подняв голову к поверхности, ему захотелось воспарить к облакам, которые он мог видеть над собой. И стоило ему только подумать об этом, как он уже вырвался из воды и взмыл в небо, ощущая всем своим существом теплый поток воздуха и согревающие лучи солнца. Он сделал круг над озером и вновь устремился к воде, с любопытством разглядывая свое отражение в зеркальной поверхности. Но вместо себя увидел приближающегося дракона, чье тело огромных размеров покрывали остроконечные чешуйки, отливающие серебром и он так же стремительно приближался к поверхности со дна озера.